Элементарная история

Водород и вообразить себе не могла, что станет инициатором довольно-таки сильного скандала. И не только она — ни один элемент и вообразить не мог, что тихая стеснительная Водород способна на такое. Но, как говорится, в тихом омуте черти водятся. И Водород оказалась-таки одним из «омутов», черт в котором скорее соответствовал личности ее соседа сзади, обладавшего просто магической способностью создавать вокруг себя напряженную обстановку, орать, спорить до посинения и срывать уроки. Но они как будто поменялись ролями — именно Водород в этот раз сорвала урок, а Фтор сидел молчаливым привидением практически до самой кульминации.

***

Водород сидела как на иголках. Дело было в том, что она не могла успокоиться — с самого утра, с момента реакции Ксенона, ее охватило какое-то странное беспокойство. Она не понимала, что ее так волнует, но это что-то давило на нее, не отпускало, сильнейшим волнением охватывало ее душу. Водород нервно ерзала на стуле. Почему-то ее сильно тянуло оглянуться на Фтора. Самое противное во всем этом было то, что она сидела на первой парте, практически перед носом у учителя. Еще и с Гелием рядом. Гелий был, наверное, самым примерным учеником в истории школы. Он никогда не отвлекался, никогда ничего не забывал, всегда очень внимательно слушал и никогда не спорил с учителями. И все (или почти все за редким-редким исключением) преподаватели видели в нем примерного ученика и любили его. Правда, на учеников это не распространялось. Гелия не любили. По разным причинам. Кто-то — потому что из принципа не водится с «ботаниками», кто-то — из тайной, никогда не признаваемой даже перед собой зависти, а кто-то — потому что инертный не давал списывать. А самый страшный недоброжелатель Гелия сидел прямо за Водород. В этот день, как и обычно, Гелий внимательно смотрел на доску, ни на секунду не отвлекаясь от хода урока и с огромным вниманием прислушиваясь к объяснениям учителя, чего никак нельзя было сказать о Водород. Гелий заметил беспокойство соседки. Вначале он не обращал на него ровным счетом никакого внимания. Потом довольно долго укоряюще смотрел на нее. Когда и это не возымело эффекта, инертный воспользовался, наконец, словами. — Не вертись, пожалуйста, ты мешаешь мне слушать! — сказал он. Водород не отреагировала. Гелий возвел глаза к потолку. Эта нахалка совсем обнаглела, раз не обращает внимания на слова самого инертного. Как она может мешать ему слушать и, вдобавок, подрывать его репутацию, заставляя рисковать! — Прекрати вертеться, пожалуйста, — повторил он уже громче и с легким раздражением в голосе. Водород пропустила его слова мимо ушей. Она пыталась понять, что ее так тревожит. Гелий, тем временем, медленно, но верно закипал. Его изрядно бесила сложившаяся ситуация. Он попытался успокоиться и вслушался с утроенным вниманием, но поведение Водород очень сильно действовало ему на нервы, и, когда та в очередной раз обернулась, терпению инертного пришел конец. — Водород! Прекрати немедленно! Он сказал это слишком громко. Все ученики оторвались от своих занятий и с интересом уставились на него. Учитель прекратил писать и повернулся лицом к классу. — Гелий? — на лице преподавателя было написано удивление. — Я… — пробормотал инертный. — Это ты сейчас сказал? — учитель был шокирован. — Уж от кого я не ожидал подобного, так это от тебя. Подумать только, Гелий отвлекается на уроке! — Я не… Это все… — попытался было объяснить инертный, но от волнения и стыда не мог связать и двух слов. — Ты меня очень огорчаешь, Гелий, — со вздохом сказал учитель. — Ну что ж, в таком случае, иди к доске и реши задачу. С тяжелым вздохом Гелий поднялся с места и, свирепо взглянув на соседку, вышел к доске. Учитель начал диктовать условие: — 63 грамма концентрированной азотной кислоты вступают в реакцию с 16 граммами меди. Вопрос: какой объем газа выделится при этом? Гелий слегка улыбнулся — задача оказалась на редкость простой. Он начал решение, как их учили, с уравнения реакции: Cu + 2HNO3(конц) = Cu (NO3)2 + H2 Затем инертный нашел количество вещества меди и азотной кислоты… Водород смотрела на решение Гелия. Ее тревога все возрастала. Она чувствовала на каком-то подсознательном уровне неправильность, но что неправильно, и как это исправить, она понять не могла. По рассуждениям инертного азотная кислота была в избытке, и выделялось 11,2 литра H2, но… Вдруг Водород почувствовала, что ее затылок сверлят взглядом. Обернувшись, она встретилась взглядом со Фтором. Галоген, не отрываясь, смотрел ей в глаза. Он был очень серьезен, даже мрачен, наверное. Она не могла отвести взгляд и тоже смотрела, смотрела… Вдруг в ее голове внезапно всплыло воспоминание. Она внезапно ощутила странное, непривычное чувство — радостное волнение, трепет, счастье и непреодолимое желание поделиться с другими своим… своим… — Понимание, — едва слышно шепнул Фтор. — Ты ведь это ощутила? Водород резко обернулась и испуганно взглянула на Фтора. Он, не отрываясь, смотрел на доску. Внезапно он коротко усмехнулся, но тут же снова стал серьезным. Может, Водород просто показалось? Так или иначе, она резко вскинула руку. — Что тебе? — спросил учитель. — Гелий… — Водород на мгновение запнулась — то, что она собиралась сказать, звучало очень дико и грозило неприятностями — но тут же собрала всю свою решительность и громко, четко произнесла: — Гелий допустил ошибку! Все замерли, как громом пораженные. — Что? — переспросил учитель. — Гелий допустил ошибку! — повторила Водород с той же твердостью и решимостью. Она вдруг ощутила на себе взгляд одобрения. Это придало ей духу. — Где? — спросил Гелий. Спросил с вызовом, даже нагло — он был уверен в своем решении. Пусть эта нахалка докажет свою правоту! Пусть получит, раз так откровенно нарывается! — Действительно, — согласился с инертным учитель. — Водород, выйди к доске и исправь ошибку Гелия. — Пожалуйста, — равнодушно сказала Водород. Выходя к доске, она оглянулась, встретилась взглядом с Кислородом. Кислород улыбался ей, улыбался ободряюще. Он тоже знал, что здесь есть ошибка. Его уверенность в силах Водород придала ей еще больше храбрости. Она взяла мел и принялась исправлять уравнение реакции, которое написал Гелий: перед азотной кислотой исправила коэффициент на 4, стерла всю правую часть… В результате у нее получилась следующая запись: Cu + 4HNO3(конц) = Cu (NO3)2 + 2NO2 + 2H2O Дальше она нашла количество вещества NO2 по количествам меди и азотной кислоты, вычислила объем, и у нее получилось 11,2 литра. — Ну вот, видите! — Гелий торжествовал. — Я правильно вычислил объем газа и был прав! — Нет! — крикнула Водород. — Ты неправильно записал уравнение, ты не мог получить правильный ответ, ты, наверное, еще где-то ошибся… — Ничего я не ошибся!.. — Заткнулись оба! — вдруг прозвучал громом с небес голос Фтора. Окрик подействовал отрезвляюще. Окрики почти всегда действуют отрезвляюще, почти всегда и почти на всех. Если вам нужно заткнуть двух спорщиков, рявкните на них внушительным тоном, и, с вероятностью девяносто пять процентов, они заткнутся и дадут вам возможность сказать, что… — Вы оба неправы! Водород, смирись, Гелий действительно пришел к правильному ответу и никакой ошибки в расчетах не допустил — исключая ту, фатальную, что он сделал в уравнении реакций. Что же до тебя, Гелий, — здесь голос Фтора стал жестче, чем обычно. — То ты допустил, повторюсь, фатальную ошибку в уравнении и запорол задачу… — Но мой ответ верен! — И что?! — заорал Фтор. — И что с того?! А дождь на улице третью неделю (утренний проблеск солнца оказался жалкой попыткой, и через час небо опять наглухо затянуло тучами — прим. автора) идет, потому что у меня в туалете сидит розовый слоник! И пофиг, что розовых слонов не бывает, и в туалет слоны не помещаются! Вывод же верный! Тоже мне, импликация*! Так что заткнись и сядь! Умей признать свои ошибки! Даже я это умею! В этот момент учитель слегка кашлянул, напоминая о своем присутствии. Все тут же более-менее успокоились, смутились и уставились в пол. — Так… — в горле у Гелия пересохло, он вдруг заволновался. До него дошло осознание происходящего — он безобразно орет на уроке вместе с Водород и Фтором, можно сказать, срывает его, да еще и задачу, по ходу дела, запорол — и это он, Гелий! — Так что Вы мне поставите? Тут пришла очередь учителя занервничать. У него были причины, по которым он жутко не хотел ставить Гелию что-то плохое — и весьма веские причины. — Э… — протянул он. — Ну, так как, несмотря ни на что, ответ верный, я думаю, можно… — Один балл! — резко прервал его Фтор. — За получение верного ответа положен один балл — это я не придумываю, а привожу критерии оценки, которые какой-то недальновидный и… элемент распечатал на красивой бумажке и повесил на доске объявлений. Так что… Тут Фтор вдруг осекся. Его взгляд остановился на учителе, быстро скользнул по его лицу и остановился на глазах. Фтор вгляделся в них, вгляделся внимательно, пристально… Вдруг он слегка склонил голову набок и перестал гипнотизировать преподавателя. Его взгляд снова, как утром, устремился в самый центр пустоты. Он отвернулся от спорщиков и тихо, так, чтобы никто не услышал, спросил у Кислорода: — А кто он? — Аргон, — так же тихо ответил Кислород. — Ясно, — Фтор кивнул своим мыслям. — Бывает. Тут прозвенел звонок. Все вздохнули — кто-то с сожалением, а кто-то с облегчением. Класс стал стремительно пустеть. Учитель, ни к кому, в общем-то, не обращаясь, сказал: — Пока, Гелий, я ничего тебе не ставлю в связи со спорностью критериев оценки. Но в следующий раз я тебя обязательно спрошу! Инертный выдохнул с облегчением. Перспектива следующего раза его нисколько не пугала. Он быстро собрал вещи и вышел из класса — именно вышел, а не вылетел, сломя голову, со второй космической скоростью. И только после этого с облегчением вздохнул учитель.