Взгляд с обочины 3. Аглон +29

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Толкин Джон Р.Р. «Сильмариллион», Толкин Джон Р.Р. «Арда и Средиземье», Толкин Дж. Р. Р. «Неоконченные сказания Нуменора и Средиземья», Толкин Джон Рональд Руэл «История Средиземья» (кроссовер)

Основные персонажи:
Келебримбор (Тьелперинквар), Куруфин (Куруфинвэ, Атаринкэ)
Пэйринг:
Куруфин, Келебримбор, ОМП, первый дом и соседи
Рейтинг:
G
Жанры:
Ангст, Юмор, Драма, Фэнтези, Экшн (action), Психология, Повседневность, Дружба, Пропущенная сцена
Предупреждения:
ОМП, ОЖП, Смерть второстепенного персонажа
Размер:
планируется Макси, написано 294 страницы, 20 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
«За дружбу!» от Gala_Bel
Описание:
Производственный роман об отцах и детях, или Хотели как лучше, а получилось как всегда || Третья книга, в которой Ангбанд осаждён, появляются гномы и люди, а первый дом строит много планов и ещё больше проваливает

Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки

Примечания автора:
Первая книга: https://ficbook.net/readfic/3596634
Вторая книга: https://ficbook.net/readfic/4050988

Третья книга охватывает весь Долгий мир и из-за объёма делится на отдельные части, разнесённые во времени. В 3.2 появляются гномы, в 3.3 - люди.


ПРОДОЛЖЕНИЕ будет

3.3 АГЛОН (11) Роспись по извёстке, аварийные шахты и чуждый разум

12 мая 2017, 22:23

ЧАСТЬ 3











***
Погода переменилась в третий раз, небо очистилось так же быстро, как до того помрачнело, и клонящееся к закату солнце мигом прогрело воздух до летней жары. О мимолётном ливне напоминали только мокрые и оттого ярко-зелёные стволы осинок да разбегающаяся с дороги вода. Маленький отряд во главе с Тьелпэ вчера выехал с Аглона и направлялся в посёлок в верховьях Ароса: тамошние эдайн прислали сообщить благородным господам, что на шахте делали всё как сказано, но всё равно приключился обвал, так что следующий обоз с медью задержится.
Примерно век назад, когда очередная волна переселенцев из-за Синих гор добралась почти к самому Аглону, Куруфинвэ был настроен к ним более чем скептически, но согласился перетерпеть, пока пришельцы разбредутся по другим землям: половина их собиралась идти дальше на запад, а другая – обратно за горы. Первые оправдали его надежды и ушли топтать западные границы Дориата, а вот вторые внезапно передумали и попросились в вассалы Майтимо. Который тоже надежд не оправдал и присягу принял.
Так Химринг обзавёлся несколькими тысячами пополнения в армию, а Аглон – посёлками эдайн на южных равнинах и в Дор-Динене на западе. Куруфинвэ с их присутствием смирился после того, как рядом с одним из них оползень обнажил небольшой выход азурита, и эдайн совершенно самостоятельно взялись его разрабатывать, плавить медь и отсылать часть в город.
С медью они, по всей видимости, работали ещё у себя на востоке – во всяком случае, слово это было у них своё, не заимствованное у синдар или авари, как слова для большинства инструментов. Да и бронзу, в отличие от железа, умели не только покупать и перековывать, хотя и считали её почему-то отдельным металлом, а не сплавом, и на вопросы о добыче мышьяка и защите горняков от отравления смотрели непонимающе. Тинто полагал, что они просто не знают синдарского слова, а их собственное слово для мышьяка просто не удалось пока вызнать, но по мере расспросов Тьелпэ начал подозревать, что им просто повезло с рудой, содержавшей и то, и другое.
Всё это Тьелпэ обсудил с отцом ещё при первых известиях об оползне, и тогда они решили оставить выплавку людям и брать с них уже металл, а не сырую руду. Первое время добыча шла бодро. Люди охотно переняли у нолдор несколько приёмов, но вполне справлялись сами – пока не выбрали небольшой верхний пласт подчистую. Месторождение, как показала проверка, на этом не истощилось, но дальше ныряло вглубь, и подкапываться к нему сверху сквозь сплошную породу было нерационально. Тогда Тьелпэ и приезжал в первый раз с небольшой группой мастеров: изучить месторождение подробней, спроектировать пару штолен и объяснить эдайн, как этот проект воплотить, не уронив себе на головы половину горы.
Как показали недавние события, урока хватило всего на тридцать лет.
Самое удивительное, что мастеров и даже целителей из города эдайн не звали, посланец – шустрый подросток, путавший в своей речи синдарин с аварином и оживлённо жестикулировавший, если слов из обоих языков не хватало, - даже удивился, узнав, что обратно поедет с целым отрядом. Он, похоже, рассчитывал только сообщить о срыве сроков с поставками и при необходимости передать в посёлок начальственный гнев.
Сейчас он ехал в хвосте, не встревая в разговоры, хотя его соседи специально говорили на синдарине, а не на квенья. Только с интересом слушал всё утро, как Тинто свистом перекликается с птицами, и откровенно огорчился, когда тот отвлёкся от птиц на Тьелпэ.
Перед отъездом Тинто успел только собрать вещи, но не выспросить подробности, так что слушал их теперь, заодно поневоле участвуя в рассуждениях о том, что могло пойти не так и какие особенности породы он мог не учесть при проектировании.
- Не вовремя это всё, - заключил рассуждения Тьелпэ. – Ещё с письмом Майтимо разобраться не успели...
- А?.. – рассеянно обернулся Тинто, отвлёкшийся на разглядывание человека. Те, как и наугрим, отращивали волосы на лице и – тоже как наугрим, - общаться с квенди предпочитали на чужом языке. Хорошо хоть, имена свои на синдарские не меняли и не скрывали своего языка. Век назад многие из них знали ещё и аварин, но уже забывали. – Это которое письмо? Которое об учениках? Это они уже скоро должны приехать, получается?
- Да.
- Но ими же, вроде, твой отец должен заниматься. Майтимо же так писал. Разве нет?
- Да, - кивнул Тьелпэ. – Так что времени на остальное у него станет ещё меньше.
Тинто пожал плечами, бездумно теребя ленту в лошадиной гриве. Можно подумать, без учеников Куруфинвэ много внимания уделял городским делам. Кроме, разве что, военных – вместе с Тьелкормо. Остальное по большей части и так лежало на них. Он и на шахту поехал по делу, а не за компанию: оценить, нужна ли эдайн помощь в ремонте, какая и сколько. Да ещё сколько руды они успели добыть, насколько меньше пришлют, чем в прошлом году...
Медь из посёлка возили южней, через большие броды, но едущим налегке всадникам не было нужды спускаться так далеко: речки, сливавшиеся ниже в Арос здесь только собирали со склонов ручьи, не разливаясь пока широко, да и весенняя вода с ледников уже сошла – невысокая, к тому же, из-за малоснежной зимы. В прошлый раз Тьелпэ приезжал сюда ближе к осени, и тогда каменистое русло казалось совсем уж непомерно большим для обмелевшего потока, змеящегося и ветвящегося между наносами в несколько раз шире его самого. Сейчас через самый большой рукав кто-то перекинул солидное неошкуренное бревно и несколько жердин поменьше, и Тьелпэ в который раз подумал, что нужно всё-таки сделать здесь мост. Как только убедить отца, чтобы освободившихся строителей перекинули сюда, а не на Ард-Гален, ставить очередную заставу?
Мокрые от брызг жердины лошадям не понравились, но они и вброд уже могли пройти, едва замочив колени, и через несколько минут, недовольно пофыркав для вида, зацокали копытами по правому берегу.
На этой стороне тропа не шла вдоль речки, а забирала к востоку, понемногу вползая на гребень и переваливая его – к главной, мощёной дороге, связывавшей посёлок и броды. Где тоже моста так и не поставили.
Ближе к посёлку потянулись луга, а затем и поля: небольшие лоскуты зелени, с которых за несколько поколений уже успели выбрать прилично камней, сложив их по краям в низкие, едва по колено, стенки.
Вброд перейдя ручей, небольшой отряд свернул вниз по течению к деревянным мосткам у плоского валуна, где плескалась малышня вперемешку с собаками, мешая девочкам постарше стирать что-то яркое и хлёстко получая от них за это по плечам и спинам. По мере их приближения мостки затихли, разглядывая приезжих с раскрытыми ртами. Приезжие отвечали им почти такими же любопытными взглядами – только местный посланец гордо выпрямился с непроницаемым и внушительным видом. На него смотрели почти так же зачарованно, как на его спутников.
Большинству в отряде уже приходилось видеть посёлки эдайн, но этот отличался: сложенные из плоской щебёнки дома стояли чаще и выше, не разбросанные среди просторных полей и садов, а вытянутые внутри периметра довольно стройными поясами. Скорей, городок, а не село.
Тьелпэ преимущественно сравнивал с прошлым визитом и замечал отличия. Домов стало больше и лепились они теперь тесней, многие обмазаны глиной и выбелены местной известью, через один расписаны: орнамент и мелкие цветы углём и красной глиной.
В посёлке было немноголюдно, только дети возникали из ниоткуда стайками и вытягивались широким хвостом за гостями, переговариваясь и не подходя близко. Женщина, мывшая посуду в сбегавшем между домами ручье, рядом с плещущимся там же утиным семейством, подняла голову, удивлённо рассматривая процессию из-под мокрой ладони, звонко крикнула что-то детям, и сразу трое сорвались со своего места в хвосте и умчались вперёд, сверкая босыми пятками по каменистой дорожке и распугивая кур.
Сотню шагов спустя третий, внутренний круг домов раздался, уступая просторному лугу, служившему заодно и главной площадью. На краю луга спящий под одиноким развесистым вязом старик пас полдюжины коз и ползающего ребёнка, длинным шнурком привязанного за ногу к руке пастуха.
Отвлёкшись на эту картину, эльдар не сразу заметили, что из большого бревенчатого дома над лугом к ним уже спешат встречающие, под взглядом высокого полноватого мужчины, ждущего у дверей, выделяющегося на фоне остальных чисто выбритым лицом. Посыльный неожиданно встрепенулся, будто вспомнив о чём-то, и тронул лошадь пятками, перебираясь из хвоста группы ближе к голове, но выйти вперёд уже не успел: они пересекли луг и остановились на вытоптанной до камня площадке перед крыльцом, где у них приняли поводья и сразу повели лошадей куда-то за дом, а человек спустился с крыльца и с поклонами принялся приветствовать дорогих гостей, сетовать, что об их приезде его не предупредили (посыльный мигом затерялся среди лошадей и уводящих их эдайн), и извиняться за скромный приём.
Человека звали Гаудин. При открытии шахт Тьелпэ общался не с ним, а с его дедом, но и это лицо, впрочем, было ему знакомо: несколько лет назад человека привозили на праздник в Аглон старые уже по человеческим меркам родители, оставив по себе лёгкое недоумение. На воротах они сразу объявили, что нужно поговорить с лордами, Тьелкормо в городе не было, так что гостей проводили к Куруфинвэ – надо так надо, мало ли, что могло случиться. А у Куруфинвэ – к его удивлению и раздражению – они так и не смогли внятно назвать цель такого визита, кроме того, что у так принято, приехать познакомиться, представить наследника, заверить в почтении и дружбе... Зачем для этого было просить срочного разговора, осталось загадкой. Весь инцидент списали на недопонимание и заверения приняли, но этот дипломатический подвиг совершенно истощил запасы терпения Куруфинвэ, так что эдайн сочли за лучшее до самого отъезда на глаза ему больше не попадаться.
Тогда, впрочем, Гаудин был куда тоньше.
Чужую память Тьелпэ проверять не стал, представившись после обмена приветствиями, и сразу перешёл к делу.
- Да, случилось несчастье, - покивал человек, широким жестом снова предлагая проходить в дом и одновременно изгоняя с дороги то ли растерявшихся, то ли просто любопытных. - Но шахты вскорости запустим, не беспокойтесь. Уже расчистили почти завалы, через три дня думаем работать уже, как раньше. Вы проходите, сейчас же накроют на стол, отдохнёте с дороги...
- Прошу прощения, - сказала Амилвендэ, шагнув вперёд и вызвав у Гаудина удивлённый взгляд, – но я бы хотела сразу посмотреть пострадавших. Много их?
- Не извольте волноваться, - почему-то поморщился в ответ человек, - мы уже о них позаботились.
- Тем не менее, я бы хотела их посмотреть. Буду только рада помочь, чем смогу.
Человек снова странно на неё посмотрел, но быстро оправился и радушно кивнул:
- Посмотреть можно, отчего ж нельзя, уж если хотите. Но прошло уже три дня...
Тьелпэ кивнул, не поняв, при чём тут три дня, но не видя смысла уточнять сейчас, если можно спросить потом у Тинто. Пока же он ограничился просьбой проводить целительницу к пострадавшим, вопреки очевидному желанию Гаудина начать работу с общего застолья. Тот, наконец, сдался. Позади нолдор по-прежнему топтались, как оказалось, дети, притихшие, но с интересом вытягивавшие шеи, ловя знакомые слова. Когда Гаудин подозвал нескольких и о чём-то сурово распорядился, сводя брови, оживлённый галдёж поднялся снова.
- Вот, ребята покажут, куда идти, можете посмотреть... - повернулся Гаудин почему-то к Тьелпэ, а не к Амилвендэ. Выбранные ребята светились от возложенной на них ответственности под завистливые взгляды остальных. Впрочем, когда Амилвендэ – тоже поблагодарив – направилась к своим провожатым, следом потянулась и остальная детвора, рассудив, что в большой дом их всё равно не пригласят, а на эльфийскую магию посмотреть ещё и интересней.
В дом за человеком пошли всего двое, остальные отправились обустраиваться.
Внутри пахло свежим деревом, и Тьелпэ мимолётно удивился этому – снаружи дом не выглядел новым, - пока они не прошли мимо светлой некрашеной лестницы наверх.
- Да, только что поставили взамен обветшавшей, - сразу же заметил его взгляд Гаудин. – Даже выкрасить ещё не успели, уж не обессудьте...
Тьелпэ рассеянно кивнул, снова ленясь выяснять, чем его должен обидеть свежий ремонт. Гаудин ему сразу не понравился. Вроде бы, держался тот приветливо, говорил по делу – точней, разговоров о погоде вёл не больше других. Меньше Тинто. Но Тьелпэ не покидало ощущение неискренности. Он, как обычно, не понимал, что именно ему не договаривают и о каких невысказанных мотивах предлагают догадываться, но что говорят не всё – слышал отчётливо. Хоть какая-то польза от многолетних наблюдений.
Недосказанность смутно раздражала.
Под пустые любезности и недосказанность их провели сквозь ещё одни двери, где оказался довольно просторный зал, разделённый на равные квадраты тяжёлыми деревянными столбами. В центре чернел погашенный очаг, а вдоль дальней и боковых стен тянулись длинные столы, на которые сейчас спешно сносили такое множество блюд, как будто гостей ожидалась не одна дюжина. Однако других гостей видно не было, как убедился Тьелпэ, когда Гаудин, пользуясь растерянностью, увлёк их к самому дальнему от входа столу и усадил на почётные, видимо, места на небольшом возвышении.
Тьелпэ озадаченно уставился на тяжёлое серебряное блюдо, украшенное по краю такими же тяжёлыми камнями и предложенное ему вместо тарелки, и переглянулся с Тинто. Тот с живым интересом разглядывал и застолье, и блюда, и прочую – не менее громоздкую и непрактичную посуду, как будто обычной под рукой не оказалось.
Еду на стол продолжали нести – в количестве, наводившем уже на мысли о запасах на зиму, а не одном обеде, и Тьелпэ начал подозревать, что нужно было последовать примеру Амилвендэ и сразу заняться делом, а не едой.
Перекусить с дороги и в самом деле не мешало, тем более, что работать после этого Тьелпэ собирался до вечера. Но от второй перемены блюд он уже решительно отказался.
- Спасибо за гостеприимство, но я хотел бы сначала осмотреть шахту. Нам сообщили, что есть погибшие. Соболезную. Ты не мог бы по дороге рассказать, что именно там произошло?
- Так там ещё завалы не разобрали, что там осматривать? И вам бы с дороги подкрепиться получше, заливное вот хотя бы попробуйте, господа. А уж как у нас прошлогоднее вино удалось – не хуже ваших городских запасов, ручаюсь!
- К сожалению, я не смогу задержаться дольше, чем на пару дней, и за это время нужно выяснить, что произошло, и принять все меры, чтобы этого не повторилось. Для начала я как раз хочу осмотреть завалы, пока их не успели полностью расчистить. Если ты сейчас занят и не можешь ответить на мои вопросы, к кому мне обратиться?
- Я могу ответить, чего ж не ответить-то... – вздохнул Гаудин. - Ну что произошло, потолок обвалился, вот что произошло.
- Ваши мастера знают, почему?
- Нет, лорд, откуда ж нам? Всё, как вы сказали, мы делали. Следили вот. А всё равно видишь как...
- И это уже не первый раз?
- Да, раньше падало, но как-то мало. Несколько камней, бывало. Но мы не хотели вас беспокоить понапрасну. Всякое же бывает, дело это опасное...
- Но хотя бы погибших не было?
- Мастера не пострадали, к счастью, - отмахнулся человек, снова ошарашив Тьелпэ, который о погибших спросил только из вежливости, полагая, что и пострадавших не было, раз о прошлых обвалах человек говорит, как о пустяке. Он и в Аглоне сомневался, брать ли целительницу, пока та сама не настояла.
Человек понял его замешательство по-своему:
- Да вы бы не ходили сейчас туда, а ну как ещё что рухнет...
- Ты же сказал, что там уже завалы разбирают, - непонимающе нахмурился Тьелпэ.
- Разбирают, а как же. Работа идёт. Но ещё не всё успели, большой завал-то.
- Они же следят при этом, чтобы ничего больше не рухнуло? /какой псих полезет разбирать завалы бездумно, не зная, где что посыплется?
- Конечно! Подпорки ставят! Но вы бы всё-таки обождали, я велю сейчас же позвать мастеров, они дадут полный отчёт, что там и как...
- Спасибо, - кивнул Тьелпэ. – Но мне кажется, что всё это удобней будет обсудить прямо на месте, заодно и я осмотрюсь. Если там опасно, думаю, я успею заметить.
Гаудин снова сдался, печально махнул уносить вино и повёл дорогих гостей уже знакомой дорогой к выходу, по дороге неубедительно отвечая на попытки Тьелпэ уточнить причины и степень повреждений. То ли не хотел рассказывать, то ли не понимал, как правильно разговаривать с эльдар, то ли просто не знал ответов.

***
Шахта лежала недалеко от посёлка, но существенно выше по ущелью, и туда, к тихому облегчению Тьелпэ, толпа провожающих за ними не пошла. Дети не дождались их у порога, а от почётной свиты, которую Гаудин пытался им навязать, он решительно отказался.
Перейдя луг, куда уже выпустили их лошадей, они поднялись по узкой улочке и свернули вправо, оставляя по левую руку башню из крупного необработанного камня. Единственная дверца локтях в десяти от земли была открыта, и на приставленной к ней лестнице бездельничал кто-то маленький, болтая ногами.
При прошлом визите дорога вверх от посёлка была грунтовой, хотя и хорошо утоптанной, но с тех пор укрылась тем же мелким необработанным камнем, что складывал дома в посёлке. Большого оживления на ней не было. По словам Гаудина, руду плавили наверху, а металл свозили вниз по необходимости, не каждый день. За четверть часа им встретилось три коровы, сосредоточенно жующие посреди дороги, глядя в пространство (Гаудин кинулся их прогонять с таким пылом, будто коровы его чем-то оскорбили), и стайка детей, сперва хихикавшая позади, а после возмущённого взгляда Гаудина быстро обогнавшая их, унося за поворот запах горячей еды.
А скоро они и сами обогнули горку и оказались на большой расчищенной площадке, где дорога раздваивалась, с обеих сторон обнимая склон с чёрным провалом входа.
При взгляде снаружи обвал не впечатлял. Видно было, что из штольни потоком шла вода пополам с грязью и камнями, но поток этот выплеснулся недалеко от выхода, всего на несколько шагов. Но и это сложно было точно сказать, потому что за те дни, пока посыльный ехал до Аглона и возвращался с отрядом, рабочие выгребали грязь наружу, существенно вычистив штольню, но угваздав всю площадку перед ней.
- Вот, - охотно сообщил Гаудин, широким жестом обводя пейзаж. – Грязь уже лопатами повыгребли, теперь завал разбирают. Там, стало быть, где потолок рухнул. А в других штольнях, сами изволите видеть, работы идут.
Они остановились чуть в стороне от цепочки, не мешая людям передавать обломки камней из заплывшего лаза наружу, где начиналась более-менее расчищенная площадка и где тачками возили к обрыву и скидывали вниз мелкий щебень и грязь. Причин обвала Тьелпэ по-прежнему не понимал. Как там могло накопиться столько воды? Всё проверяли и просчитывали, неужели, кто-то из его мастеров настолько ошибся? Или сам он? Да ещё и прорвало так внезапно, что никто из горняков не заметил заранее и не догадался проверить?
Тинто, аккуратно переступив обломок набухшего от влаги бревна, остановился рядом, щурясь на залитый солнцем вход в шахту, и откинул косички на спину. Здесь селевой поток мазнул только самым краем, но даже после трёхдневной уборки вместо брусчатки здесь под ногами поблёскивали лужицы в следах.
- Как считаешь, что тут могло такого случиться?
Что ответа у Тьелпэ пока нет, он и так знал, так что тот только покачал головой и ответил не ему, а Гаудину:
- Я хотел расспросить мастеров, как и откуда пошла вода. К кому мне обратиться?
- Ну... – Гаудин неожиданно озадачился, как будто на этот вопрос тоже не помнил ответа. – Так-то кто в штольне тогда был, те под завалами и остались. Но можно узнать, кто накануне там работал и кто выскочить успел, пока всё не рухнуло.
Тьелпэ кивнул:
- Будь добр, попроси их найти, - и направился ко входу в штольню, осторожно ступая между грудами щебня и грязными лужами.
- Лорд, не стоит тебе туда ходить!.. - перепугался Гаудин, будто только сейчас поверив, что смотреть обвал высокие гости собираются не снаружи. - Там еще не расчистили толком. Что ты там увидишь? А рабочих расспрашивать лучше в доме, с толмачом, они многие и не знают-то по-вашему!
- Я немного знаю талиску. И как раз хочу посмотреть, что не успели расчистить, - терпеливо повторил Тьелпэ, не останавливаясь. - Нужно выяснить, что произошло и почему, я для этого и приехал.
Тинто направился следом, хотя ему точно не было необходимости лезть в грязь, а за ним и Гаудин, поколебавшись, заторопился догонять, раздражёнными взмахами разгоняя рабочих с тележками.
Их, наконец, заметили. Тихо стоявшие поодаль, они не слишком привлекали внимание, но теперь один рабочий остановился, как вкопанный, разглядев, кто кидается ему под колесо, другой прикрикнул на него и тоже остановился, скрипнув тележкой. Гаудин отрывисто сказал им что-то на талиске, отчего оба перестали пялиться, сникли и заспешили дальше, глядя под ноги.
Когда они задержались в нескольких шагах от входа, пропуская ещё одну тележку, Тьелпэ, наконец, понял, что ему во всей картине казалось странным, и невольно улыбнулся. Многие эдайн были заметно шире в кости, чем квенди, и с расстояния – да ещё и на фоне шахты – своими бородами и общими пропорциями здорово напоминали наугрим. Разве что немного потрёпанных, ну и с инструментами попроще и дорогами похуже.
Гаудин уныло вглядывался в тёмный проём, в глубине которого угадывались дрожащие огоньки масляных ламп. Тьелпэ тоже нахмурился, жалея, что не захватил ничего на голову: не поймать бы ею потолок ближе к завалу. Только Тинто был полностью доволен жизнью: его как магнитом притянуло к странному столбу опоры с вытянутым к солнцу длинным, в руку, сучком, увешанным множеством разноцветных шнурков. Видно было, что Тинто хочет шнурки потрогать, но не уверен, как на троганье отреагируют эдайн.
Пока что эдайн реагировали однообразно: ближняя к гостям часть цепочки замерла, разглядывая. Из штольни их непонятно и недовольно окрикнули, отчего один из задумавшихся рабочих неожиданно улыбнулся во все зубы, крикнул что-то в ответ и вспомнил, что надо передать камень дальше.
- Чего встали? - сердито прикрикнул Гаудин тоже на талиске, но в понятных Тьелпэ пределах. – Дайте лорду пройти!
"Правильно не стали переодеваться из походного", - подумал Тьелпэ, кивнув рабочим, прежде чем нырнуть в прохладную нору следом за ним, и глядя, как по расшитым полотняным штанинам Гаудина ползёт вверх грязь с сапог. Тот во что-то более подходящее переодеваться почему-то не стал. И правда не думал, похоже, что пойдут внутрь.
Через десяток шагов по ненадёжной влажной почве наружный свет уступил место подземным сумеркам, разбавленным только лампами на выступах стен – дрожавшими гораздо ярче вблизи, чем при взгляде снаружи. Одну из них Гаудин прихватил с собой, отводя руку с ней вбок и поминутно оглядываясь, достаточно ли хорошо она светит под ноги благородным гостям. Благородные гости держались ближе к стене, чтобы не мешать рабочим, но те всё равно остановились: движение обломков по цепочке замедлилось, и люди вдали от входа хотя и не поняли причины, но сочли её достаточной для небольшого перерыва. А потом по цепочке побежал вглубь шепоток, обгоняя гостей. За второй развилкой он отразился и покатился обратно, теперь на шаг опережая смутно различимую в полутьме фигуру без лампы: кто-то также вдоль стены шёл им навстречу.
- Ну что такое? – неожиданно звонким голосом спросил этот кто-то. - Чего встали?
- Хейлан! – резко одёрнул обладателя голоса Гаудин, прежде чем ему успели ответить. – Смотри, с кем разговариваешь!
Другие рабочие посторонились, давая дорогу Хейлану, на поверку оказавшемуся молодым парнем (немногим больше сорока – автоматически подумал Тьелпэ, быстро понял ошибку, попытался было сделать поправку на быстрое взросление эдайн, но бросил эту затею: слишком уж пугающее получалось число). Послушно присмотревшись, парень и в самом деле смутился, потянулся вытереть грязную щёку рукавом. Волос на лице он, в отличие от Гаудина, не сводил, но росли они пока коротко редко.
- Ремисто где? – так же резко спросил его Гаудин.
Парень неопределённо пожал плечами, подозрительно косясь на нолдор.
- До ветру пошёл.
"Понаоставляют мальчишек за старших, неудивительно потом..." – вполголоса пробурчал Гаудин, вызвав у Хейлана хмурый взгляд исподлобья. За спиной у Тьелпэ негромко, но отчётливо фыркнул Тинто.
- Это вот Хейлан, - услужливо повторил Гаудин на синдарине. – Он тоже в этой штольне был, как всё потекло, но поближе к выходу. Я говорил вам. Думал, правда, на месте кто-то поопытней будет.
- Да, спасибо, - кивнул ему Тьелпэ и повернулся к парню. - Моё имя Келебримбор, это Тинтэль. Ты сейчас руководишь разбором завала?
- Вроде как я, - хмуро подтвердил тот, глядя в сторону.
- Ты можешь рассказать, что здесь случилось? Наткнулись на грунтовые воды?
На синдарин он решил пока не переходить – и пожалел об этом уже на "грунтовых водах". Впрочем, Хейлан его понял. Коротко сказал что-то рабочим, поторопив жестом, отчего те неспешно потянулись к выходу, а он повернулся к гостям и выразительно пожал плечами.
- Да балрог его знает, на что наткнулись. Давно капало.
- И вы не проверяли, откуда капает?
- Чего там проверять? С потолка.
- Хейлан, - встрял Гаудин, - отвечай на вопросы лорда! Он не просто так приехал! Наверняка вы тут всё неправильно делали, раз обвалилось!
- Что неправильно делали? Ты думаешь, дядя не умеет руду добывать? Да он работал на этих шахтах ещё пацаном вот таким!
Гаудин смерил уничижительным взглядом сначала его, потом рабочих. Те проходили мимо особенно неспешно: на нолдор всем было интересней поглазеть, чем на привычную картину снаружи.
- Пройдём дальше? - предложил Тинто, заслужив, как раньше Амилвендэ, удивлённый взгляд от Гаудина. Вместо ответа тот повернулся к Тьелпэ.
- Я хочу посмотреть место обвала, - кивнул тот, не хотевший ни слушать чужие ссоры, ни, тем более, мешать работе. - Заодно покажете, где впервые начало капать. Или это как раз под обвалом?
- Конечно, конечно, - закивал Гаудин. - Хейлан и покажет, и расскажет вам всё.
- Пройти-то можно, - подтвердил парень, когда все посмотрели на него. - Но там ещё не разобрали до конца, и ничего мы отсюда не увидим. Можно по верхней штольне пройти, как раз до места обвала. Если не боитесь, вдруг под ногами снова рухнет.
- Сначала здесь посмотрим, потом поверху, - кивнул Тьелпэ. Под этой штольней, насколько он помнил результаты разведки, рушиться было некуда. – Ты был здесь, когда случился обвал? Расскажи.
- Ну чего рассказывать? Сыро тут было, потом грязь повалила потоком, а там и потолок рухнул. Только я не видел всего, я у выхода был.
- Верхнюю штольню тоже размыло?
- Да в ней уже лет двадцать никто не работает, - неопределённо ответил Хейлан, но Тьелпэ не стал пока настаивать, кивком предложив ему показывать дорогу.
Какое-то время они шли рядом (Тинто – позади, с Гаудином), только пропустили пару задержавшихся рабочих и обогнули уложенные вдоль стены опоры на замену испорченным. Шаги громко отражались от стен и потолка, при ходьбе по лужам – даже слишком громко, чтобы разговаривать, так что беседа ограничивалась короткими предупреждениями от Хейлана о глубоких лужах и скользких участках. Тинто с неожиданным интересом разглядывал на стенах следы от кайла, оставшиеся кое-где синие крапины руды и вспыхивающий от ламп конденсат. Маслянистый дымок от лампы в сырой духоте тянулся прямо вверх, теряясь в чёрном от копоти потолке, влажно сверкавшем не хуже конденсата.
Дорога делалась хуже, воздух – плотней, поддерживающие свод опоры стали попадаться чаще, и кое-где между ними натянулась мелкая просмоленная сетка, уберегая головы от падения каменной мелочи. Кое-где сетка свисала с потолка или торчала из завалов обрывками. Расчистить здесь действительно успели не всё.
- Может быть, выйдем наружу, лорд? – предложил Гаудин, догоняя их после очередной лужи и хлюпая ногами так выразительно, что сразу стало ясно: сапоги его для таких прогулок годятся ещё хуже, чем штаны. - Поговорить и там ведь можно...
- Тебе необязательно с нами ходить, - кивнул Тьелпэ. - Я не знаю, сколько времени у меня уйдёт на осмотр, а у тебя наверняка и без нас хватает работы.
Гаудин поколебался, но не решился воспользоваться этим щедрым предложением. Попробуй доверь этому Хейлану разговор с благородными господами без присмотра. Не наизвиняешься потом!
Штольня шла почти горизонтально, но воды в ней прибывало. Между не до конца расчищенными завалами здесь и там красновато блестели в свете ламп лужи, делаясь всё больше, пока не начали через одну растекаться от стены до стены. Пол понемногу забирал вверх. То заползал грязью и щебёнкой на стену до самого потолка, так что пройти можно было только прижавшись к другой стене. То дыбился горбом поперёк штольни, заставляя сгибаться вдвое и внимательней смотреть под ноги, чтобы не съехать с горба в очередную лужу.
Через пару минут ход вильнул и покосился: пригодной для ходьбы здесь оставалась только узкая лужа вдоль правой стены, а слева пол крутой осыпью загибался вверх, плавно переходя там в потолок. Пришлось растянуться цепочкой. В воздухе ещё отчётливей запахло сыростью. Хейлан замедлил шаги, нащупывая дно и придерживаясь то за стену, то за мокрые и скользкие опоры. А вот замыкавший шествие Гаудин как будто и вовсе никогда не ходил смотреть завалы, и теперь время от времени разбавлял эхо от капели и чужих шагов ударами головой в потолок и шорохом поползшей земли.
Тьелпэ перестал крутить головой по сторонам, больше доверяя осанвэ: как бы и в самом деле не начало что-нибудь на голову рушиться.
А вскоре дорога и вовсе кончилась: пол впереди полого взбирался вверх и смыкался с потолком. Хейлан остановился у торчащего из щебня и грязи обломка то ли балки, то ли опоры, и по-хозяйски положил на него руку.
- Пришли, - сообщил он очевидное.
Капель, не заглушаемая шагами и многократно отражённая стенами, самую малость не дотягивала до звучной барабанной дроби, но концентрировался Тьелпэ не на ней. Наверху гулко слышались пустоты и много сыпучей породы, набухшей и тяжёлой от накопленной воды.
- Вы хотите разобрать завалы и использовать эту штольню дальше?
- Там еще много руды осталось, - уверенно кивнул ему Гаудин в ответ на взгляд Хейлана. - Разберём, а там видно будет.
Тьелпэ кивнул, укладывая ладонь на сухой кусок стены и оглядывая завал уже глазами и прикидывая, где лучше всего ставить опоры. Как бы не пришлось обшивать досками весь потолок здесь... Хорошо бы это можно было доверить эдайн, но виденные по дороге не внушали доверия. Нужно проверить, прежде чем уезжать. Или приехать позже ещё раз, или хоть прислать кого.
- Опоры вы когда менять собираетесь?
- Я бы эти вообще не ставил, - пробурчал Хейлан себе под нос.
- Когда новые привезут, - заверил гостей Гаудин, похоже, не услышав парня. - День-два...
Хейлан одним взглядом показал, как крепко верит в реальность этих сроков, но бурчать под нос больше не стал.
- Стены укреплять собираетесь тогда же? – уточнил Тьелпэ. Гаудин нравился ему всё меньше и меньше.
- Как же, если надо будет, то и укрепим, конечно... – неуютно повёл плечами тот. Ему всё меньше и меньше нравились вопросы.
Впрочем, Тьелпэ ждал кивка не от него, а от Хейлана.
- Этим ты будешь заниматься?
- И я тоже.
- Покажи, пожалуйста, что и где вы собираетесь ставить.
- Если не веришь, что мы знаем, как потолок укреплять, - пробурчал парень, - так сразу и скажи.
- Ты можешь лорду ответить? – снова шикнул на него Гаудин. - Нет бы поблагодарить: он специально приехал помочь!
- Да поздно помогать уже! – неожиданно вспылил Хейлан. - Помогать раньше надо было! Делаешь-делаешь всё как сказано, а оно всё равно падает! Но нам же на головы, не им!
Гаудин смерил его многообещающим взглядом и тут же повернулся к Тьелпэ, почти заискивающе, для пущей убедительности снова перейдя на синдарин:
- Лорд, прости уж этого дурака. Парень молодой, горячий, ума не нажил... – "дурака" он ухватил за рукав, как будто намереваясь оттащить в сторону. Тьелпэ остановил его жестом.
- Я и пытаюсь выяснить, почему случился обвал. Чего именно не учли и как этого избежать. Потому что повторения таких ситуаций никому не нужно. Нужно ставить новые опоры и укреплять стены. Мокрое дерево не удержит такой вес. Здесь продолжать разбор завала можно разве что сегодня, потом придётся остановиться. Иначе эта стена поползёт, и будет новый обвал. Поэтому если новые опоры и доски для стен привезут только через несколько дней, то до тех пор придётся ждать.
Хейлан сердито молчал, то ли не понимая синдарина, то ли, наоборот, понимая. Гаудин посмотрел на него гневно и с сомнением обернулся к лорду:
- А продолжать разрабатывать эту штольню можно будет?
- Думаю, да, - кивнул Тьелпэ. - Но нужно будет принять некоторые дополнительные меры предосторожности. За сегодня-завтра я постараюсь оценить ситуацию и вместе с вашими мастерами составить примерный проект. Через какое-то время нужно будет приехать ещё раз и посмотреть за выполнением. При необходимости внести коррективы. Но сначала мне нужно посмотреть ещё верхнюю штольню.
- Конечно, как прикажешь, лорд. И новые балки непременно сделаем.
Тьелпэ кивнул и повернулся к Хейлану:
- Покажешь вход в ту штольню?
- Это обойти нужно гору, - парень всё ещё недовольно махнул рукой в нужном направлении, едва не загасив лампу, смутился и убрал руку за спину. - С того склона вход.
Можно ли считать это согласием, Тьелпэ не понял, но кивнул, решив трактовать в свою пользу.
- Там одна штольня? Я давно здесь не был.
- Нет, не одна. – Хейлан неопределённо мотнул головой. - Ладно, после обеда сходим. Раз уж тут не работаем больше.
- Сейчас сходите, раз лорд хочет посмотреть, - одёрнул его Гаудин. - Ничего, не оголодаешь за час!
- Не обязательно идти на такие крайности, - сказал Тьелпэ: отчасти из-за недовольства интонациями Гаудина, отчасти из-за взгляда Тинто надеялся, что кто-то вспомнит про вежливость. - Я могу пока посмотреть обстановку над штольнями.
Хейлан хмуро глянул на Гаудина и пожал плечами.
- Да сходим уж. Чай, недолго.
Настаивать на вежливости Тьелпэ не стал.
Когда они вышли и привыкли к свету, выяснилось, что обедать рабочие никуда не уходили: расселись прямо здесь, на сложенных под скалой брёвнах. У некоторых откуда-то взялись даже горшки, парящие чем-то аппетитным. Хейлан под любопытным взглядом Тинто снял с входного столба последний оставшийся там шнурок и перевязал себе на руку.
Ремисто уже вернулся, подошёл со стороны обедающих, ему быстро пересказали новости, обсудили, какие работы и где можно продолжать, пока не подвезут ещё брёвен, и направились по плотно наезженной дороге вокруг горы и вверх. Впрочем, уже на первом повороте Тинто, задумчиво косившийся в сторону посёлка, запросил свободы, отговариваясь от очередной подземной прогулки целью, в общем-то, своего приезда: можно пока посмотреть, насколько сильно уменьшился объём добычи, оценить запасы и прочее. Хейлан на это предложение посмотрел с лёгким презрением работяги к бюрократам, а вот Гаудин охотно поддержал. Поняв, что проверять запасы собирается только один уважаемый гость, а не оба, он долго и пространно уточнял нужна ли Тьелпэ его помощь, а потом так же пространно извинялся за свою неспособность сопровождать их обоих. Тинто, сразу охотно признавший, что действительно ничего не понимает в развлечениях, на его фоне казался образцом немногословности.


***
Дорога к верхней штольне загибала влево, взбираясь на пологую горку через прозрачный буковый лес, надрезанный в верхней части свежими промоинами. Потом дорога нырнула в распадок, выбралась на следующий гребень, потеряв лесок по дороге, и вильнула ещё левей, выводя уже прямиком к расчищенной площадке перед штольней. Склон под ней темнел мёртвым кустарником с отдельными зелёными пятнами. "Помёрзли, видать", - сообщил Хейлан, заметив взгляд.
У самого входа в эту штольню, в противоположность нижней, было чисто и пусто, только трава пробивалась сквозь когда-то утоптанную площадку. Рядом со входом стоял такой же резной столб с длинным сучком, как и внизу, но на этот раз без шнурков. Это последнее Хейлан быстро исправил, перевязав на столб свой. Изнутри тянуло прелью и холодной сыростью. Попросить лампу здесь было не у кого, и Тьелпэ подумал было с досадой, что зря не принесли с собой: придётся теперь возвращаться. Но Хейлан уверенно нырнул куда-то в малинник рядом со входом, откинул крючок на старой рассохшейся двери и, ненадолго исчезнув за ней и чем-то постучав, вернулся с охапкой лучин, наструганных ёлочками. Одна из них уже горела.
- Ты сюда ходил после обвала? – спросил Тьелпэ, шагая за ним следом в штольню, обманчиво сухую у входа, хотя и затянутую землёй и мусором.
- Нет. Чего я там не видел?
- А до обвала? Как часто вы её проверяли?
- Мы ещё малышнёй тут лазили, - небрежно похвастался парень. И снисходительно добавил: - Только чего там проверять? Говорю ж, двадцать лет стоит пустая.
- Например, проверять, скапливается ли там вода, - терпеливо объяснил Тьелпэ. – Откуда. Может ли это повредить нижним штольням.
Он почти ждал возражений, но с тем, что вода скапливалась и нижним штольням повредила, Хейлан спорить всё же не стал. Впрочем, с периодичностью проверок и так уже было ясно. Может, Гаудин и не зря его обвинял. Непонятно только, почему сам ничего не сделал, если знал о проблеме.
Через пару десятков шагов – куда не дотягивалось низкое утреннее солнце, - сор на полу перестал похрустывать и начал прихлюпывать. Кое-где угадывались не до конца забитые им отверстия водостоков, Тьелпэ косился на них, недоумевая, но проверять пока не лез, оставив это развлечение на обратную дорогу.
- Вы знали, что она затоплена?
- Ну, сыро тут всегда было, да, - неохотно пожал плечами Хейлан. - Но чтоб прям затоплена...
Эта штольня меньше ветвилась и была короче – но зато извилистей нижней, отчего на поворотах громоздились целые холмы грязи. Полосы на стенах отмечали уровень ушедшей воды. После обвала она почти вся ухнула в нижнюю штольню, но до того стояла здесь долго – и высоко, на многих участках выше середины бедра. Под ногами хлюпала оставленная водой грязь с замешанными в неё ветками, обрывками каких-то тряпок и прочим сором. Кое-где поднимались из грязи или свисали со стен белёсые до полупрозрачности грибы с крошечными шляпками на длинных ножках. Ниже назойливым беспокойным дребезжанием слышалась опасность, понемногу нарастая: трещины. Тьелпэ замедлил шаг, обходя ползущую под ногами кашу по более плотным участкам. Человек, приотставший зажечь новую лучину и выкинуть догоревшую старую, теперь наоборот ускорил шаги, догоняя. Сначала Тьелпэ не обратил на это внимания, концентрируясь на осанвэ и ненадёжном полу, и обернулся только когда позади что-то влажно скрежетнуло, сдвигаясь, и отскочивший назад Хейлан схватил за руку и отдёрнул туда же своего нерасторопного спутника.
- Нельзя дальше, - объяснил он благородному дураку в ответ на удивлённый взгляд. - Обвалится.
Досадуя на себя, Тьелпэ задумался на мгновение, перепроверяя дорогу, и только потом кивнул.
- Держись за мной. Или возвращайся, если хочешь. Я тебя найду, если будут ещё вопросы.
- Обвалится же... – беспомощно повторил Хейлан, не понимая, как ещё это объяснить.
- Не обвалится. - Тьелпэ тоже не понимал – и не испытывал ни малейшего желания тратить на объяснения время. - Пока надёжных участков больше, чем ненадёжных, надо просто выбирать, куда наступать. – Он оценивающе оглядел колеблющегося парня и протянул ему лучину, от которой всё равно было меньше толку, чем от осанвэ. – Держи. Хочешь - иди назад. Только следи, куда ступаешь.
- Ладно уж, - с сомнением протянул Хейлан, - пойду ещё... Пока совсем не начнёт рушиться.
- Держись за мной.
Отсюда места обвала ещё не было слышно, но по прикидкам Тьелпэ до него оставалось уже недалеко, да и пол штольни не настолько рушился под ногами, чтобы стремглав мчаться к выходу. Достаточно только тщательно выбирать дорогу и присматривать за человеком, чтобы тот снова не попытался провалиться сквозь землю.
К самому провалу, впрочем, Тьелпэ подходить не собирался – только подойти достаточно близко, чтобы можно было разобрать, насколько всё плохо и велика ли вероятность повторного обвала.
За очередным завалом Тьелпэ остановился, слушая музыку и вгоняя своего и без того напряжённого спутника в глубокое недоумение нечеловеческими повадками.
- Идём назад, - снова предложил тот, осторожно тронув за локоть. - Тут всё и так шатается.
- Сейчас, - рассеянно отозвался Тьелпэ. - Мы уже дошли. Подожди немного, мне надо осмотреться.
- Держи тогда.
Протянутую им новую лучину Тьелпэ сначала механически взял и только затем недоумённо посмотрел и чуть заметно дёрнул щекой:
- Свет туда не достаёт всё равно. Я музыку слушаю. Помолчи минутку.
- Какую музыку?.. – не понял человек, но он уже отвернулся.
- Потом. Помолчи.
Слушать было далеко и неудобно, слишком много разных мелодий мешалось и путалось, не хватало только светской беседы с бесполезным проводником. Тот, к счастью, со второго раза понял и умолк, а через пару минут Тьелпэ убедился, что ничего больше не выслушает, и с облегчением закрылся.
- Идём, - скомандовал он, первым направляясь обратно.
- И как там музыка? – подозрительно осведомился Хейлан, игнорируя его попытку показывать безопасную дорогу и пристраиваясь рядом.
- Потолок придётся укреплять шагов на пятьдесят дальше завала, - рассеянно отозвался Тьелпэ. Спорить с попутчиком ему не хотелось, да и пол по большей части был не настолько плох, чтобы не пройти бок о бок.
- Это ты понял, просто постояв там? – Хейлан скептически нахмурился.
- Я проверял пол и стены. Когда выйдем, я набросаю план этого участка. Возьму в посёлке копии старых планов и карты пластов, с ними будет проще. Здесь верхняя штольня идёт почти параллельно нижней, и её пол совсем размыло.
- И поэтому он обвалился?
- Да.
- Я не понимаю, как они успели настолько забиться всего за двадцать лет, - задумчиво сказал Тьелпэ, подходя к ближайшему водоотводу, почти свободному от наносов. - Даже если вы их не проверяли и не чистили.
Подошедший следом Хейлан как будто даже не понимал, куда смотреть.
- Кто – они?
Тьелпэ, просто думавший вслух и не слишком ожидавший диалога, попытался вспомнить слово на талиске, усомнился, что вообще его знал, и сказал на синдарине:
- Водоотводы.
- Кто?
Разочаровавшись в лингвистике, Тьелпэ просто ткнул пальцем в водоотвод, приседая рядом и поднося лучину. От увиденного он настолько опешил, что едва заметил подошедшего и любопытно наклонившегося Хейлана. Водоотвод не был забит, он просто заканчивался ровным, аккуратным тупиком, уходя вглубь едва на пару ладоней. Не доверяя глазам, Тьелпэ перепроверил осанвэ – ничего, сплошной камень, никаких намёков на то, что водоотвод за тупиком продолжается. Тьелпэ потрогал влажную стенку пальцами и удивлённо обернулся к Хейлану. Тот ответил непонимающим взглядом и удивлённо окликнул: "Эй! Ты чего это?" – когда Тьелпэ молча встал и пошёл к следующему водоотводу. Тот ничем не отличался от первого: аккуратная, ровная ниша длиной в пару ладоней, заканчивающаяся тупиком.
Тьелпэ выпрямился, не сводя глаз с этого загадочного явления, словно надеялся, что под пристальным взглядом оно одумается и приведёт себя в соответствие с рабочей инструкцией. Сорвавшаяся с потолка капля звонко разбилась об макушку и вывела его из ступора.
- Это что? – спросил он Хейлана, обернувшись и обвиняюще тыкая пальцем в пародию на водоотвод.
- Отверстия, - пожал плечами тот.
- Зачем?
- Тебе лучше знать. Это вы говорили их делать.
- Я не говорил такого делать, - окончательно опешил Тьелпэ.
- Ну может, не ты, - покладисто признал Хейлан. – Эльфы.
Тьелпэ уставился на него, безнадёжно пытаясь угадать, шутка это, недоразумение или плохое знание талиски. Или к ним рыжие приезжали блеснуть тонким юмором? Нет, это было бы слишком уж, даже для них.
- К вам ещё какие-то эльфы приезжали помогать с добычей? – на всякий случай уточнил он. - Кроме как с Аглона?
- Я вообще эльфов первый раз вижу, - заверил его Хейлан, окончательно запутав.
- Вы во всех штольнях такие... отверстия делаете?
Парень кивнул, почесав почти светлый реденький ус.
- И никто не задумывался, зачем?.. – поразился Тьелпэ.
- Ну как – зачем?.. – растерянно моргнул парень. – Положено так. Всегда так делали.
Тьелпэ опять уставился, но недоразумение опять не пожелало развеяться.
- И вы делаете только такие отверстия? – спросил он, решив переключиться на что-то потенциально более конструктивное. - А водоотводов вообще нигде нет?
- Да что за водоотводы-то?
- Штольни для отвода воды. Вроде таких, - он кивнул на "отверстие", - но выходящие на поверхность или в подземные реки. Я же оставлял подробное описание, где и как их устраивать и в каких случаях.
- Какое описание? – Хейлан присел на корточки, снова заглядывая в водоотвод. Ничего интересного там не было.
- В прошлый раз я на словах объяснял мастерам правила безопасности и прочее. И ещё на всякий случай записал.
- А, ну записи – это у Гаудина, где им ещё быть... – задумчиво отозвался Хейлан, вставая и с неудовольствием оглядываясь на свои промокшие штанины.
- Он занимается проектированием выработок? – недоумённо обернулся Тьелпэ, направившийся было к выходу.
- Гаудин-то? – фыркнул парень. – Как же!
- Тогда зачем ему эти записи?
- Так он же читать умеет.
Тьелпэ сначала повернулся непонимающе: это что же, всем умеющим читать нужен учебник по проектированию шахт? А потом у него возникла другая версия, почти такая же поразительная, как никуда не ведущие водоотводы.
- А все остальные не умеют?
- Чего это все? – обиделся Хейлан. - Из нашей штольни, вроде, Геби учился.
Значит, забывать они хорошо умеют, думал Тьелпэ, молча выбирая, куда ступить. И умирать от старости в пятьдесят лет. А читать - не умеют. И сообщать об этом неумении – тоже. Как они вообще научились хоть что-то строить?
Когда впереди показался желтеющий вечерний свет, Хейлан, молча шагавший рядом, помахивая пучком запасных лучин, как веником, вывел его из задумчивости:
- А вот эти... Водоотводы. Их как делать надо?
- Я расскажу подробней, - рассеянно пообещал Тьелпэ, безуспешно пытавшийся составить на ходу план обучения безопасности и проектированию, который не требовал бы умения читать. – Проще всего выводить их на поверхность или в реку. А от воронок и трещин на поверхности над штольнями вы тоже воду не отводите?
- Нет, - Хейлан почесал затылок. - А куда её отводить-то? Тоже в реку?
- Можно в реку. В сад. Куда-нибудь. – Отвечать длинными фразами из-за обилия внезапных открытий было сложно, но Тьелпэ сделал над собой усилие. – Просто устроить канавы так, чтобы во время ливня вода шла не в трещины над штольнями, а мимо.
- Она же всё равно в трещины набираться будет.
- Ну да, дождь в них всё равно попадать будет. Но только напрямую, а всё, что стекает потом по земле, можно отводить
- Это от каждой выемки, что ли? Никаких рук не напасёшься.
- Не от каждой. Но если в выработку при каждом ливне попадает много воды, то неплохо бы выяснить, откуда.
- Да она всё равно пустая была... - без особой уверенности возразил Хейлан.
Тьелпэ глянул косо.
- Да, очень удачно.
- Тебе легко говорить! – Хейлан снова окрысился. - Я тогда даже не родился, когда ты приезжал и рассказывал!
- Я не понимаю, почему они не передали другим. Даже если не читать инструкцию.
- Они передали! Как поняли, так и передали. Отверстия вон до сих пор выдалбливаем!
Тьелпэ открыл было рот, но задавил очередное "зачем". С потолка сорвалось сразу несколько капель, недовольно зашипев на догорающей лучине, и Хейлан, по-прежнему набыченный, принялся выдёргивать из пучка новую. Новая сопротивлялась, цепляясь за товарок.
- Надо было написать на талиске? – спросил Тьелпэ, когда он всё-таки одолел лучину и поджёг её от предыдущей. - Или я плохо объясняю?
- Нет, ты хорошо объясняешь, - вздохнул Хейлан.
- Но через десять лет вы опять будете делать "отверстия"? Не спрашивая, зачем?
Хейлан насупился и упрямо выпятил подбородок. Тьелпэ коротко качнул головой. Весь этот разговор совершенно его ошарашил с самого начала, и это пока оставалось его основной эмоцией. Всерьёз злиться на кого-то, кому нет ещё и двадцати лет – кто даже читать ещё не выучился! – не получалось. Но что с ними делать-то? Назначить кого-то, кто будет читать им инструкции вслух? Приезжать каждые пять лет с проверками?..
- Я не понимаю, - признался Тьелпэ, - вы же многое сами придумываете. Почему здесь это не работает?
- Ну... Потому что это не сами придумали.
- Тогда что, нам лучше вообще не вмешиваться?
Вопрос прозвучал скептически: доверие Тьелпэ к способностям эдайн существенно пошатнулось после сегодняшнего.
- Чего ты меня-то спрашиваешь? – Парень снова почему-то разозлился. – Я что, благородный, что ли?
- А это здесь при чём? – непонимающе нахмурился Тьелпэ. - Я так понимаю, ваши лорды не разбираются в добыче руды.
- Ну а кто должен решать, вмешиваться вам или нет? Я, что ли?
- Не знаю. Но это вы нас пригласили.
Хейлан раздражённо пожал плечами и не ответил, что лично он никого не приглашал.
Примечания:
Встречайте расу младую, незнакомую :> Обвинения авторов в очернении, обелении и перевирании чего угодно по-прежнему категорически приветствуются.

В пять глав мы в этот раз не уложимся, будет 6-8. В следующей части Браголлах, а там и до Нарготронда недалеко :>
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.