Симфония боли

Когда молодой Старк повернулся к Рамси, его отчётливо трясло, губы кривились от ярости. Стоило девушкам с телохранителями отойти – как взбешённый парень выпалил: - Какой же ты жалкий со своими дешёвыми понтами, Болтон! Или всё-таки… Сноу? Из какой ты там деревни в приличное общество выперся, бастард? Только на какую-то долю секунды на лице Рамси мелькнул гнев – свирепо округлились глаза, вздёрнулась верхняя губа, – но он сдержался, переведя оскал в почти хладнокровную ухмылку: - Бедняга, ты везде так тормозишь? Вот уже десять лет как я не Сноу, а полноправный и ЕДИНСТВЕННЫЙ наследник Дредфорта, отцовской корпорации и всех болтонских отрядов. А что достанется тебе, неудачник? Ты же всего-то кусочек нищего волчьего выводка. Или, может, сучьего, раз так дико плодитесь? Удар в челюсть был не сказать чтоб внезапным – нет, Рамси его и добивался, именно на глазах у обернувшейся Донеллы. Но всё же, когда тебе с размаху врезают шесть футов подкачанной в спортзале кучерявой дури – это не может не выбить из колеи. Темноволосая голова мотнулась от удара – и Рамси опрокинулся навзничь: Старк бил невысокого паренька целенаправленно сверху вниз, чтоб упал. Но больше ничего сделать он не смог: мявшийся за плечом хозяина Вонючка одним движением метнулся между ними и, выскалившись, низко зарычал – голосом волкодава, не меньше. Робб отшатнулся – конечно же, просто от резкого движения, а вовсе не от зубастой пасти и бешеного взгляда этой жалкой полуживой твари… - Ужас какой! Что вы делаете! – послышался крик Донеллы. – Рамси, ты как? Болтон невозмутимо поднялся и отряхнулся, дал небрежную отмашку подбежавшим телохранителям. Он не чувствовал себя униженным: он знал, что мог метнуть нож, даже не вставая, куда угодно на выбор: хоть палец отшибить, хоть в глаз, хоть в горло. Но Вонючка будто специально стал так, чтоб предотвратить непоправимую глупость, да и задумка была совсем другой… Рамси одобрительно потрепал питомца по напряжённому плечу и загривку, дёрнул за ошейник: - Назад, Вонючка. Мда-а-а, воспитание, – улыбнувшись Донелле, с убийственным презрением кивнул он в сторону Старка. – Не лучшему хозяину тебя привезли в послушные жёнушки, быдло лесное какое-то… Такому пойло не так подашь – на голову выльет. - Да что ты несёшь, мясницкий выб**док, заткнись! – взревел, дёрнувшись вперёд, Робб. - Старк! Ты ведешь себя ужасно! – прикрикнула Донелла. – Быстро извинись! Рамси улыбался, как сытый кот, напрочь игнорируя пострадавшую челюсть, которая уже начинала опухать. - Перед кем, перед этим куском дерьма?! Да ты хоть представляешь, что это за уродливая мразь? Нахрена мы его сюда взяли?! - Не трать усилия понапрасну. – Болтон покровительственно положил ладонь девушке на плечо. – Видишь же, больной не в адеквате. *** Рамси искренне рассчитывал на то, что получившие в морду и позорно повалявшиеся на земле парни не привлекают пафосных фифочек вроде Донеллы Хорнвуд: такие девушки предпочитают победителей. Ведь его задачей было только дискредитировать Робба Старка, а не выставить заодно себя героем-любовником. Но тут юный комбинатор слегка просчитался. - Больно? – ворковала Донелла, прикладывая к его щеке специально купленное мороженое, завёрнутое в салфетку; пришлось пройти с ней в тень и сесть на скамейку. – Подержим холод – и синяка не будет. Ощущения были непривычными, напрягали и настораживали: никто из людей раньше не смел прикасаться к Рамси Болтону в таком контексте, кроме, разве что, мейстера в Дредфорте. Даже когда он пару лет назад схлопотал на разборках пулю, болтонские молодцы просто стояли над ним и таращились, шайка остолопов, не осмеливаясь тронуть, пока Рамси не поднялся сам и, опираясь на скулящего Вонючку, с грязной бранью поковылял к машине. - Кажется, твой раб меня не любит, – обратила на себя внимание Донелла. – Почему он так страшно смотрит? – поёжилась она, опасливо указав на живую игрушку. - Отчего же не любит? – Рамси постарался казаться дружелюбным: ведь о нём заботились. – Вонючка, она тебе нравится. Улыбнись! Вонючка улыбнулся. Всего-то на каких-то пару секунд – но Донелла готова была поклясться, что между жутковатыми остриями клыков у него не четыре резца, как у людей, а шесть. - Вонючка, что за морда! – с деланным возмущением прикрикнул Рамси, несильно стукнув игрушку для пыток по голове. – Разве так нужно улыбаться тем, кто нравится? - Пожалуйста, простите, мой лорд… – дрожащим голосом прошептал болтонский пёс, покаянно опустив взгляд, и выдал милую улыбку застенчивого ребёнка. Впрочем, впечатление от своей галантности Рамси тут же подпортил: издав умилённое «о-о-о», заулыбался в ответ почти так же очаровательно, вот только не девушке, а послушному питомцу, потирая костяшками пальцев его впалые щёки. Вонючка имел при этом настолько безмозглый собачий вид, что Донелла даже ревновать не могла, только вздохнула: у каждого свои причуды... *** За окнами Винтерфелла почти стемнело, когда Робб Старк наконец принял решение и пришёл к отцовскому кабинету. Занёс руку, чтоб постучать, – и застыл перед дверью. Просьба, с которой он явился, была совсем необычной, и отец наверняка потребует объяснений. А что ему ответить? Что после той драки Донелла окатила его холодным презрением, да так и не взглянула больше в его сторону? Что до конца прогулки между ними повисло неловкое молчание, которое даже Санса, как ни старалась, не смогла разрушить? Что проклятый Болтон жмурился, как объевшийся сметаны лощёный котяра, и на него, Робба, поглядывал с ухмылкой победителя, особенно когда Донелла старалась «снять боль и убрать синяк»? При воспоминании об этом Робб гадливо скривился и решительно дёрнул ручку. - Не ожидал увидеть тебя так поздно, – Эддард Старк – само воплощение спокойствия и рассудительности – ласково улыбнулся сыну. – Как погуляли и где Санса? - Осталась ночевать у Хорнвудов, – горько ответил Робб, умолчав, что в сухом «пожалуйста» Донеллы не было ни тени просьбы. - Что же тебя привело ко мне? – Эддард отложил ручку и откинулся на спинку стула, внимательно изучая лицо сына. Робб помедлил секунду и сглотнул, прежде чем ответить: - Я хочу проверить Болтонов. Их счета, их сделки… - Ты понимаешь, о чём просишь? – приподнял бровь отец, и Робб кивнул. – Хоть должность Хранителя Севера и даёт на это полномочия, у такой просьбы должно быть основание. Молодой Старк вздёрнул подбородок: - Считай, что у меня есть осведомитель и определённые подозрения, – без запинки солгал он. - И этот твой «осведомитель», – Эддард сделал ударение на последнем слове, – надёжный? - Пожалуйста, отец, – уклонился от прямого ответа Робб, просительно глядя ему в глаза. – Это действительно важно. Старк-старший, помедлив, кивнул. Выходя из отцовского кабинета, Робб почувствовал, как горькое мстительное удовлетворение змеиными кольцами сворачивается в груди. Если люди отца и не найдут ничего, Болтонам всё равно придётся изрядно понервничать. А если найдут – тем хуже для них… *** - Не спишь? – Донелла приоткрыла дверь и заглянула в комнату подруги. Как же хорошо, что удалось уговорить Сансу остаться на ночь в Хорнвуд-холле и одновременно избавиться от её брата… Донелла расчитывала проболтать с подругой как минимум половину ночи, ей стольким хотелось поделиться! - Надеюсь, ты не против один раз нарушить диету? Потому что я, – девушка толкнула дверь ногой и вошла в комнату, неся в руках огромный поднос, – принесла нам много вкусностей! - Это вредно, ну да ладно! – робко улыбнулась Санса. Она впервые ночевала вне дома, у подруги, а этого на уроках этикета пока не проходили. Вдруг она что-то сделает не так? - Расслабься! – хохотнула Донелла, опуская поднос на столик, и плюхнулась на кровать. – Здесь нет правил. - Откуда ты… – Санса казалась смущённой. - Да брось! Мы ведь уже пять лет переписываемся, знаем друг дружку как облупленных. На сегодня план такой: мы забываем про диеты и этикеты, объедаемся вкусностями и делимся секретами. А ещё можно что-нибудь посмотреть, обязательно романтичное и смешное. Донелла откинулась на подушки и мечтательно вздохнула, уставившись в потолок. Санса аккуратно присела рядом и несмело надкусила первое пирожное. Ей и правда нравилось сидеть вот так, нарушая все правила режима и питания. Конечно, завтра она рисковала проснуться совершенно разбитой, но сейчас было хорошо. - Тебе понравился сегодняшний день? -раздался позади голос Донеллы. - Да-а! Я давно так не веселилась, – улыбнулась Санса. – Сначала горки, потом карусели, и вата сладкая! Я её обожаю с детства, только редко ем. И Робб с Рамси для нас выиграли по игрушке! Это так приятно, – девушка с нежностью взглянула на плюшевого щенка, сидящего на трюмо. – А потом… Ты помнишь, как ловко Вонючка залез на ту стенку?! Я никогда не предполагала, что он на такое способен, думала, он только слуга Рамси, принеси-подай. Это было невероятно! - Хм, – Донелла вернула на поднос надломленный кекс и смущённо опустила глаза, – вот о нём я и хотела бы с тобой поговорить. - О Вонючке? – недоумённо переспросила сбитая с толку Санса. - Да нет же! О Рамси! Санса, к вящей досаде Донеллы, не поняла. - А что с Рамси? - Он мне нравится, – жалобно произнесла Хорнвуд, – очень! Мне никто так никогда не нравился… От удивления Санса просто открыла рот, что совсем не подобало юной леди, и молча уставилась на подругу. - Не смотри на меня так! – с каждой секундой затянувшегося молчания Донелла чувствовала себя всё более неуютно. - Прости, – Санса виновато моргнула. – Но как же Робб? Вы ведь помолвлены, и ты ему так нравишься. Он, конечно, мне не говорил ничего такого, но я точно знаю! Он ни на одну девушку так не смотрел, как на тебя. - Э-э-эх! – Донелла закрыла лицо руками и откинулась назад. – Не сыпь мне соль на рану! Я знаю, что Робб хороший… даже несмотря на сегодняшнюю драку… - Очень хороший! – подтвердила Санса. – Он честный, добрый и ответственный, хоть и вспыльчивый. А с дракой… Просто заревновал и, между прочим, заслуженно! – Санса укоризненно взглянула на подругу, и Донелла виновато опустила глаза. – А Рамси какой-то мутный… Водит с собой целую свиту, а сам то в телефоне сидит, то Вонючку шпыняет, и наверняка он сам спровоцировал Робба. - Ты так говоришь, потому что наслушалась своего братца, с которым они враги! – мгновенно вскинулась Донелла; от виноватого вида не осталось ни следа. - Может быть, – смиренно согласилась Санса, – но… Но Донеллу было уже не остановить: - А я говорила с ним! Долго! Долго-долго! Еще тогда, на приёме! У него, знаешь, такая трагичная судьба, а он всё равно был таким добрым со мной. А сегодня так смешно шутил и поймал меня тогда, на колесе… У него такие сильные руки… - Так ты влюбилась в него? – перебила Санса, наплевав на все правила приличия. - Да… Юная леди Старк укоризненно покачала головой: - Я не могу сказать, что мне нравится это. Робб был бы намного лучше, он бы тебя на руках носил, но это твой выбор. Что будешь делать? - Пока не знаю, – легкомысленно пожала плечами Донелла. – Рамси меня на свидание пригласил через два дня. И я так счастлива! - Это когда же он успел? – снова перебила Санса, недоумённо уставившись на подругу. - В самом конце, когда они с Роббом в тире стреляли. Я ведь тогда у него решила игрушку взять, – Донелла кивнула на зайца из розового плюша по соседству со щенком Сансы, – а он вдруг наклонился ко мне и сказал, что… что хотел бы со мной погулять без остальных… Это было так романтично! - И подло, – пробормотала Санса тихо и добавила уже громче: – Разве он не знает, что вы с Роббом помолвлены? - Знает, наверно, но помолвка – ещё не свадьба! Мы ещё не женаты и оба можем делать всё, что захотим! – Донелла воинственно сжала кулачки, но вид у неё был виноватый, как у побитой собаки. И Санса – добрая душа! – не могла не растаять. Она подалась вперёд, легонько сжав запястье подруги, и ободряюще ей улыбнулась: - Ладно! Мы подумаем об этом позже. Рассказывай уже о своей любви, я же вижу, ты готова взорваться! Донелла радостно встрепенулась, глаза так и зажглись восторгом. Не зря Санса была её лучшей подругой ещё до личной встречи: она как никто умела понять и поддержать! - Сегодня, когда он держал меня на колесе, я думала, что у меня сердце из груди выскочит! – воодушевлённо начала Донелла. – А как он смотрит! Видела, как он смотрит? То есть я понимаю, что кому-то его взгляд и глаза могут показаться жуткими, но только не мне. На меня он смотрит по-другому, по-особенному, мне кажется, ласково… Я думаю, я тоже ему нравлюсь. А вообще, он немного эксцентричный, но мне это даже нравится… И лицо, у него такое красивое мужественное лицо-о! Дальше в ход пошли экстравагантные одёжки Рамси, его стильные ботинки и замечательный нож, и всё это вперемешку с волевым подбородком, властным голосом, непоколебимой уверенностью и чудесным юмором... Донелла могла бы ещё долго говорить о своей любви, если бы через пять минут не обнаружила, что Санса, уставшая за долгий день, мирно спит.