Элис Поттер и Новое Одиночество.

      Я не помню, во сколько я проснулась, но знаю, что очень рано — мои друзья еще крепко спали в своих спальниках на полу. Я же встала, переоделась и решила дойти до того места, где до прошлого июня хранились мои книги. До комнаты Регулуса Блэка. Но по дороге меня вдруг завернуло в «покои» Сириуса. Сильно я их не рассматривала — паутина, плакаты на стенах, фотография Мародеров… Нет, я искала старое мамино письмо. Я хотела его прочесть или, хотя бы, поддержать в руках. И я практически сразу нашла его. «Дорогой Бродяга!       Спасибо, огромное тебе спасибо за подарок на день рождения Гарри! Он всё ещё остаётся у нашего мальчика самым любимым. Гарри всего только год, а он уже летает на твоей игрушечной метле и выглядит страшно собой довольным — прилагаю снимок, посмотри сам. Как ты знаешь, метёлка поднимается над землёй всего на два фута, но Гарри уже едва не прикончил кошку и расколотил кошмарную вазу, присланную на Рождество Петуньей (вот тут мне жаловаться не на что). Разумеется, Джеймс находит всё это забавным, говорит, что мальчик станет великим игроком в квиддич. Нам пришлось убрать и упаковать все безделушки, и теперь мы не спускаем с него глаз, когда он летает по дому.       День рождения малыша Гарри прошёл очень тихо, в гости к нам заглянула лишь старая Батильда, которая всегда была к нам добра, а Гарри она попросту обожает. Мы так жалели, что ты не смог появиться, но, конечно, Орден прежде всего, да к тому же Гарри ещё не настолько вырос, чтобы понять, что это его день рождения — пока для него это только еще один повод повеселиться. Джеймса начинает немного расстраивать необходимость сидеть здесь, будто взаперти, он старается не показывать этого, но я же вижу. А тут ещё Дамблдор никак не вернёт его мантию-невидимку, и это лишает Джеймса возможности совершать хотя бы небольшие вылазки из дома. Если ты сможешь нас навестить, это его очень обрадует. В прошлые выходные к нам заезжал Хвостик, по-моему, он чем-то подавлен, хотя, вероятно, всё дело в новости насчёт МакКиннонов. Я, услышав её, целый вечер проплакала. Знаю, вы с Марлин тоже были очень близки…       Но, разумеется, это не все новости, которые у нас есть… Как ты знаешь, Бродяга, я была беременна. Ну так вот, больше нет. Не пугайся, пожалуйста — просто я родила милую маленькую девочку в ночь с 31 на 1, прямо ко дню рождения Гарри. Мы назвали ее Элис Лилиан Поттер. Она безумно похожа на меня, но, несмотря на то, что ей всего пару дней, ведет себя уже прямо как Джеймс, честное слово! Мы подумываем сделать Лунатика ее крестным — ты же не обидишься? Мне кажется, надо его хоть чем-то порадовать, а это, мне кажется, отличная новость. Фотографию Элис я так же приложила к письму — уверена, она тебе понравится! Мы с Джеймсом влюбились в неё с первого взгляда!       Батильда забегает к нам почти каждый день. Она очаровательная старушка, рассказывает о Дамблдоре совершенно поразительные вещи, не уверена, что он был бы доволен, узнав об этом! Не знаю, впрочем, можно ли им верить, потому что мне кажется невероятным, чтобы Дамблдор…»       Письмо оборвалось. Я тупо смотрела на него пару секунд, даже не пытаясь найти оставшуюся часть, а потом положила его поверх всех бумаг. Затем я достала испод кровати оставшийся обрывок фотографии с Гарри и положила его к письму. Не хотела, чтобы брат утруждался поисками. После этого я вышла из комнаты и пошла в комнату Р.А.Б. Но в этот момент я услышала, как кто-то поднимается по лестнице и устремилась в ближайший чулан. Не стоило Гарри сразу же видеть, как я вхожу в эту комнату. Поэтому, когда он вошел в комнату Сириуса, я поспешила в ближайшую ванную. Через какое-то время я услышала громкий крик Гермионы. -Вот ты где, Гарри! Рон, я нашла его! -Хорошо! Передай ему от меня, что он козел!       Я услышала, как Гермиона и Гарри что-то обсуждают, а потом вышла из ванной. Гермиона в этот момент как раз вышла из спальни Сириуса. -А вот и ты, Элис! А ты-то где пропадала? -Решила умыться и забрела куда-то сюда. Было скучно, а дом настолько огромный, что я даже затерялась немного в коридорах. -Рон, я нашла их обоих! -Замечательно, просто чудесно! Скажи им, что я их ненавижу! -Мы тебя и так прекрасно слышим — стены тонкие! Можешь даже не кричать!       Гарри ухмыльнулся и, видимо, захотел протянуть мне письмо мамы, но я покачала головой, сглатывая комок в горле. -Уже читала с утра. Заглянула на минутку посмотреть на комнату и увидела мамин почерк. -Идемте на кухню. Поищем что-нибудь на завтрак.       Гермиона умчалась на кухню, а Гарри вдруг заметил табличку на двери. -«Р.А.Б»… Ты понимаешь, что это значит?! -Гермиона, быстро сюда! Гарри нашел Р.А.Б! -В письме?! Я не заметила ничего….       Она поднялась к нам и удивленно уставилась на табличку. -Брат Сириуса? -Да. Он говорил, что Регулус стал Пожирателем еще в школе, затем разочаровался и захотел уйти, но его убили. Все сходится. -Рон! Рон, иди сюда! -Ты снова увидела огромных пауков?! Прошу тебя, давай после завтрака, ладно?!       Но все-таки Рон прибежал к нам. Поняв, что произошло, он нахмурился. -Вы думаете, что?.. -Надо проверить.       Гарри толкнул дверь, но она не поддалась. Затем Гермиона попыталась открыть ее заклинанием, но она не поддалась. -Здесь какое-то сильное заклинание — Алохоморой его не открыть. Я даже не знаю… Регулус мог обезопасить комнату любым из древних или темных проклятий, ведь он из Блэков, да ещё и Пожиратель, так что…       Я вздохнула. Вот он мой выход. -Отойдите. Все трое.       Они удивленно расступились. Я запустила руку в мешочек и достала из него ключ. -Неужели это?..       Я не ответила — просто вставила ключ в скважину и медленно повернула его. Дверь сразу же поддалась, и я первой вошла внутрь комнаты. Здесь ничего не изменилось с того раза, когда я забежала на секунду, чтобы спрятать книги под кроватью. И чем я думала? Ведь я же знала — мы всё равно вернемся сюда в этот самый день и ребята перероют всё. Если бы не Сириус, я бы и не перепрятала книги…       Гарри с непониманием глядел на меня. -Почему? Я не понимаю… Сириус завещал эту комнату тебе?! Но зачем?! И почему он говорил о том, что в ней спрятано?!       Я медленно повернулась к ошарашенным ребятам. -Пока мы гостили здесь, я облазила каждый дюйм в этой комнате. Медальона здесь я не видела, но он мог бы спрятан лучше, или его уже кто-то забрал к тому моменту. Могу сказать лишь одно — эта зацепка ведет нас в тупик.       Я уже захотела уйти, но Гарри поймал меня за руку. Впервые на его лице я видела злость, направленную целиком на меня. -Ты не уйдешь отсюда, пока не скажешь, что ты спрятала здесь. Так что начинай говорить, пока я не вышел из себя.       Я вырвала руку из его крепкой хватки и постаралась успокоиться. Не стоило уподобляться Гарри и срываться на нём. Он не был виноват в моей глупости и в том, что я обещала хранить. -Я не могу тебе сказать. Помнишь его слова? «Сохрани эту тайну ото всех, кто не погибнет в ближайшие дни. Такова моя воля и, если у тебя есть хоть какие-то приятные и теплые воспоминания обо мне, то исполни ее». Я не могу сказать тебе. Ради Сириуса. -Он попросил сохранить тайну, но не то, что ты спрятала здесь. -Это целиком и полностью относится к моей тайне. К тому же, Это давно уже не здесь. Могу лишь сказать, что тебя это не касается. Не сейчас. Уверена, что вскоре ты все узнаешь, а пока мы должны узнать, куда делся медальон, который остался у Регулуса.       Вдруг я осеклась. -Он… Он был там…       Я посмотрела на Мио. -Помнишь, в шкафчике, который стоял в гостиной? Никто из нас не смог его открыть!       Гермиона медленно кивнула. -Точно… Вместе с табакеркой и музыкальной шкатулкой…       Я буквально увидела, как сердце моего брата упало в пятки. Я схватила его за руку. -Кикимер перетаскал сотню вещей из мешков к себе. У него целый склад в кухонном чулане! Уверена, медальон, если он принадлежал Регелусу, домовик не дал бы выкинуть!       Гарри кивнул, и мы вчетвером понеслись к чуланчику Кикимера, но внутри ничего не было — только одеяла и дохлая мышь. Но Гарри вовсе не собирался сдаваться. -Кикимер!       Домовик появился на столе и тут же с яростью посмотрел на нас. -Хозяин…       Я строго посмотрела на домовика. -Кикимер, он знает, что я твоя хозяйка, так как комната Регулуса принадлежит мне. Об остальном помалкивай — ты меня понял? -Да, хозяйка… -А теперь отвечай на мой вопрос, и совершенно честно — 2 года назад мы выкинули большой золотой медальон, когда-то принадлежавший Регулусу. Ты ведь украл его? -Д… Да. -Где он сейчас?!       Гарри буквально ликовал, а его настроение передалось и ребятам. Но я-то знала, что последует за этими словами. А еще Кикимер знал, поэтому зажмурился, перед тем как произнести их. -Пропал… -Пропал? Что значит «пропал»?       Кикимер мелко задрожал. Я щелкнула у него перед глазами, чтобы он посмотрел на меня, перестав трястись и качаться. -Кто взял его у тебя, Кикимер? -Наземникус Флетчер. Он украл всё: картинки мисс Беллы и мисс Цисси, перчатки моей хозяйки, орден Мерлина первой степени, кубки с родовым гербом дома Блэк… И медальон… Медальон хозяина Регелуса! Кикимер поступил дурно, Кикимер не выполнил его приказа!       Кикимер дернулся к кочерге, но я среагировала быстрее. -Кикимер, не смей бить себя! Замри!       Он так и остановился. Из его глаз потекли слезы. -Кикимер, ты уверен, что медальон украл Наземникус? -Кикимер его видел! Кикимер видел, как он выходил из чулана Кикимера, с руками, полными сокровищ Кикимера. Кикимер сказал гадкому вору оставить их, но Наземникус Флетчер засмеялся и убежал…       Он всхлипнул. Мне стало жаль бедолагу. Может быть, из-за него погиб Сириус, но он был домовиком — они выполняют приказы. К тому же, миссис Лестрейндж обращалась с ним так, как он привык, по-своему уважительно и он признал в ней хозяйку. Он не мог ослушаться. -Я дам тебе двигаться, если ты не будешь бить себя. -Кикимер не будет бить себя…       Я кивнула и в тот же миг эльф сел, сжался в комок и опустил свое мокрое от слез лицо между коленей, начав раскачиваться взад-вперед. Я села рядом с ним. -Откуда Регулус взял этот медальон, Кикимер, и что он собирался с ним сделать?       Кикимер вновь всхлипнул, но говорить начал. -Хозяин Сириус сбежал, он был плохой мальчик, он разбил своим беззаконным беспутством сердце моей хозяйки… А хозяин Регулус был гордостью семьи, знал свой долг и видел величие чистой крови… Много лет подряд хозяин беседовал с Темным Лордом, который собирался вывести волшебников из тени, где они прячутся, чтобы те правили магглами и маггловскими выродками… Хозяину Регулусу было всего 16-ть, когда он присоединился к Темному Лорду. Он так гордился, был так счастлив служить ему… Спустя год после вступления в ряды, хозяин пришел, чтобы поговорить с Кикимером… Он сказал… Сказал, что Темному Лорду нужен эльф.       Гарри подался вперед. -Волдеморту понадобился эльф?! -О да… Хозяин Регулус предложил ему Кикимера… Это высокая честь для него и для Кикимера, сказал хозяин, Кикимер должен сделать все, что прикажет ему Темный Лорд, а затем вернется домой… Кикимер отправился к Темному Лорду… Темный Лорд не сказал Кикимеру, что они будут делать, но взял Кикимера с собой в пещеру у моря… За той пещерой была другая, куда больше, а в той пещере огромное черное озеро… Там была лодка… И остров… На острове стояла чаша, полная зелья. И Темный Лорд велел Кикимеру пить его… И Кикимер пил, пока он пил, он видел страшное… Кикимер горел изнутри, кричал, молил хозяин спасти его, молил хозяйку, но Темный Лорд лишь смеялся… Он заставил Кикимера выпить всё… Затем он бросил в пустую чашу медальон, наполнив её зельем. А потом Темный Лорд уплыл, оставив Кикимера… Кикимер хотел воды, он подполз к берегу острова и пил из озера… Руки, мертвые руки, утащили Кикимера под воду… -Как же ты выбрался? -Хозяин Регулус позвал Кикимера назад.       Гарри было хотел задать тот же вопрос снова, но я покачала головой. -Регулус позвал его и Кикимер явился. Он трансгрессировал. -Оттуда нельзя трансгрессировать! -Эльфы могут. Кикимеру велели идти домой и Кикимер пошел домой. Это закон домовиков. На них не действуют обычные правила волшебства. Отчасти поэтому их и поработили — они стали слишком опасны для волшебников.       Гарри кивнул, понимая. -Что произошло, когда ты вернулся? Какими словами отреагировал Регулус на твой рассказ о случившемся на пещере? -Хозяин очень встревожился… Он велел Кикимеру спрятаться и не выходить из дома… А затем он пришел к Кикимеру ночью, странный, в расстройстве ума… Он попросил Кикимера отвести его в ту пещеру… -И он заставил тебя выпить зелье?!       Кикимер покачал головой и заплакал. Гермиона ахнула. Мои же руки просто затряслись. Мне было жутко слышать это. -Хозяин достал из кармана медальон, как у Темного Лорда, и велел Кикимеру поменять медальоны, когда чаша опустеет… Он приказал Кикимеру уйти без него… Он велел идти домой… Никогда не говорить хозяйке, что он сделал… Но он велел уничтожить первый медальон… И он выпил всё зелье… Кикимер поменял медальоны… И он смотрел, как хозяина Регулуса утаскивали под воду…       Даже у меня на глазах навернулись слезы. Мне было его жаль. Он издевался над нами, над нашей подругой, сдал Сириуса Беллатрисе, но он пережил то, чего я бы не пожелала никому. Он любил Регулуса и потерял его. Но Гарри все не останавливался. -Итак, ты принес медальон домой. И ты попытался уничтожить его? -Что бы ни делал Кикимер, он не смог даже царапину на нем оставить… Кикимер перепробовал все, что знал, но ничего не помогало — много заклятий было наложено на крышку медальона… Кикимер был уверен — чтобы уничтожить, нужно открыть его, но он не открывался… Кикимер наказывал себя, пробовал вновь и снова наказывал… Кикимер не выполнил приказ, он не уничтожил медальон! А хозяйка сходила с ума от горя, потому что хозяин Регулус пропал, а Кикимер не мог рассказать ей, потому что хозяин велел ему никому не говорить, что случилось…       Кикимер вновь зарыдал. Гермиона тоже плакала, но утешать его не спешила — боялась, что он снова заистерит. Рон тоже выглядел расстроенным. Гарри же нагнулся к Кикимеру, упавшему на землю, рыдая. -Я не понимаю тебя, Кикимер… Волдеморт пытался убить тебя, Регулус умер, чтобы убить его, но ты все же выдал ему Сириуса? Ты с радостью отправился к Нарциссе и Беллатрисе и передал через них сведения Волдеморту о том, где находится твой хозяин, брат Регулуса, и…       Я перебила Гарри, потому что у меня самой сердце сжималось от боли. -Гарри, у Кикимера голова устроена по-другому. Он раб. Они привыкли к жестокому обращению. Он нормально воспринял то, что сделал с ним Волдеморт, потому что для него это было обычным делом. А наши войны для него ничто. Он предан тем, кто добр с ним. Миссис Блек была добра к нему, поощряла его так, как только могла, а Регулус и вовсе был близок с ним, потому он и служил им верой и правдой. Да, у Регулуса изменились взгляды, но он об этом никому не рассказал — для Блеков было безопаснее придерживаться старой схемы жизни, с ненавистью к магглам. Регулус старался защитить их всех. Сириус же вёл себя с Кикимером ужасно, и не смотри на меня так, будто бы не знаешь этого. До того он перебрался в этот дом, Кикимер был один очень долгое время и изголодался по подчинению и привязанности к кому-то. Уверена, «мисс Цисси» и «мисс Белла» были милы с ним, когда заполучили его, потому он и начал служить им и рассказал им, все, что знал. Мы все знали это — маги поплатятся за рабский труд домовиков. Волдеморт уже заплатил, как и Сириус. Надеюсь, что больше никто этого не познает и маги поймут, как же ошибались всё это время.       На какое-то время затянулось неловкое молчание, пока Гарри не повернулся к Кикимеру, тяжело вздохнув. -Кикимер, когда тебе станет лучше, сядь, пожалуйста.       Еще несколько долгих минут мы ждали, пока Кикимер перестанет рыдать и сядет. И, наконец, он сел и потер глаза кулачками, словно младенец. -Я хочу попросить тебя кое о чём, Кикимер. Я хочу, чтобы ты нашел Наземникуса Флетчера, пожалуйста. Нам нужно выяснить, где медальон хозяина Регулуса. Это очень важно. Мы хотим закончить работу, которую он начал, хотим сделать так, чтобы его смерть была не напрасна.       Кикимер опустил кулачки и удивленно уставился на Гарри. -Найти Наземникуса Флетчера? -И доставить его сюда, на площадь Гриммо. Как думаешь, ты сможешь сделать это для нас, Кикимер?       Он кивнул и поднялся на ноги. Гарри вдруг вытащил из кармана медальон Регулуса — поддельный медальона Слизерина. -Кикимер, я хотел был, чтобы ты взял эту вещь. Она принадлежала Регулусу, я уверен, он был бы рад, если бы ты владел ею, как знаком его благодарности за всё, что ты… -Перебор, дружок.       Мы все покосились на воющего Кикимера, сжимающего в руках медальон. Ну разумеется, собственность Блеков перешла в его полное владение — как уж тут не ошалеть. Так что нам понадобилось еще полчаса его успокаивать, пока он не исчез, наконец, в облачке пыли.       Три дня мы ждали его возвращения. Гарри думал, что у Кикимера не займет это много времени, да и остальные на это надеялись, но за три дня он так и не вернулся. Любой звук в доме заставлял всех вскочить и бежать на кухню, но Кикимера все не было.       Зато появились двое Пожирателей на площади. Они не видели нас, но все равно старались найти, поэтому выходить мы не спешили. -Уверен, это Пожиратели. Думаете, они знают, что они здесь? -Не думаю. Знали бы, прислали бы сюда Снейпа, разве нет? -Тебе не кажется, что если он уже побывал здесь, то его язык связан заклятьем Грюма? -Да, пожалуй… Иначе он бы уже рассказал своей шайке, как попасть сюда. Скорее всего, они следят за площадью, если мы появимся здесь. Они ведь знают, что дом теперь принадлежит Гарри. -Откуда?! -Завещания проверяют в Министерстве. Они захватили Министерство. Разумеется, они знают, что дом принадлежит тебе.       На этом нервозность моих друзей не кончилось. Вестей не было, поэтому Рон жутко волновался и то и дело выключал нам свет своим деллюминатором. Гермиону это раздражало больше всех — она пыталась читать, но гаснущий свет ее жутко раздражал. Да и меня этот стробоскоп немного выбешивал.       Гарри то и дело слонялся по дому, я же терпеливо ждала на лестнице в коридоре. Знала ведь, что рано или поздно должен появится Римус. И он появился на третий вечер после отсутствия Кикимера.       Сначала я услышала шаги Гарри, направляющегося в кухню по своему обыкновению, а затем я услышала быстрые щелчки замков на двери. И вот появилась темная фигура в мантии, затем раздался голос Грюма, а потом подоспела и пыльная фигура Дамблдора. Разумеется, Гарри пытался оттащить меня в тень, но мне уже было плевать. Я знала, что крестный пришел домой. Пришел ко мне. Я знала, что с ним всё будет хорошо, но всё равно слишком беспокоилась.       Гарри направил на пыльного «человека». -Не двигаться!       Портрет миссис Блэк, услышав его крик, тут же начал вопить. С ее воплями до нас дошли и торопливые шаги ребят, а потом и они сами появились на лестнице. -Не стреляйте, это я, Римус! -Хвала небесам…       Гермиона опустила палочку, как и Рон, но Гарри не спешил ее опускать. Я тоже для вида еще продолжала держать палочку, но сама быстро спускалась по лестнице. -Шаг вперед, на свет!       Римус сделал шаг вперед, держа руки над головой. -Я Римус Джон Люпин, оборотень, так же известен, как Лунатик, один из создателей Карты Мародеров, женатый на Нимфадоре, так же известной, как Тонкс, это я научил вас пользоваться Патронусами, ставшими ланью и оленем, а еще я твой крестный.       Гарри удовлетворенно опустил палочку, но я все не опускала. -Тебе нужно еще что-то, Элис? -Нет, я просто думаю, каким же заклинанием убрать с тебя грязь… -Думаю, лучше Эскуро. -Вот потому-то ты и был преподавателем ЗоТИ, а не Заклинаний. Тергео — для сухой грязи. Теперь ясно, почему ты вечно такой грязный ходишь.       Я быстро убрала с него пыль «Дамблдора» и затем крепко обняла его. Да, он еще больше похудел и осунулся… Побитый старый волк… -Как ваш бывший преподаватель ЗоТИ не могу не согласиться с тем, что проверить меня надо было. А вот вам, Рон и Гермиона, не следовало так быстро отказываться от обороны.       Несмотря на то, что было уже пора, я так и не отпустила крестного. Я соскучилась. Обниматься с Мио было всегда неловко, она была не из тех, кто проявляется свои чувства, разве что к Фреду, Гарри был вечно на нервах, а про Рона я и вовсе молчу — кому нужны такие объятия? Да и не были мы с Роном никогда настолько близки. Вот Билла или близнецов могла обнять, но они все были спрятаны, а Римус, мой дорогой Римус был рядом. Так что он был единственным, кого я действительно до безумия была рада увидеть и кого я с легкостью могла обнять.       Ребята понимали, что нам нужно поговорить, поэтому не спешили спускаться. Потому-то мы и заговорили шепотом, не отпуская друг друга. -Значит, от Северуса ни слуху, ни духу? -Нет. Все целы? -Да, но за всеми следят. На площади несколько Пожирателей, вечно сменяются. -Мы знаем. -Мне пришлось трансгрессировать ровно на верхнюю ступеньку, чтобы они меня на засекли. Они пока еще не знают, что вы здесь, а то, думаю, их было бы в трое больше и они бы громили дома, пока не нашли бы вас. Пожиратели расставлены везде, где вы можете оказаться.       Я кивнула и чуть отодвинулась от крестного. -Идемте на кухню. Думаю, тебе нужно многое нам рассказать.       Он кивнул, и мы впятером пошли на кухню. Вскоре там уже пылал очаг и даже появился некий уют. Испод мантии Римус вынул несколько бутылок сливочного пива и парочку пирожков. -Вряд ли здесь остались приличные запасы, не правда ли? -Только огневиски и соленья. То, что мы взяли с собой, уже давно кончилось. Ну, разве что пора черствых коврижек…       Он кивнул, и мы сели. Я села рядом с ним, положив голову ему на плечо. Каждая минута вместе была важна. -Я был тут три дня назад, но увидел Пожирателей и пришлось уходить. Так вы отправились сюда сразу после свадьбы? -Нет. Сюда мы направились после того, как столкнулись в кафе на Тотнем-Корт-роуд с двумя Пожирателями, Роули и Долоховым.       Римус подавился, и я вовремя успела подать ему платок, чтобы он не запачкался сливочным пивом. -Что?!       Я вкратце поведала ему о том, что случилось, пока ребята наедались — предыдущие дни у нас был сухой хлеб и кое-какие остатки джема. -Но как им удалось отыскать вас с такой быстротой? Проследить того, кто трансгрессирует, невозможно, если только не вцепиться в него в последний момент, но тогда, думаю, вы заметили бы их раньше. -Однако и на то, что они просто гуляли по Тотнем-Корт-роуд, не похоже, верно? -Мы вот подумали… А вдруг на Гарри и Элис всё ещё распространяется Надзор? -Это невозможно. Помимо прочего, будь Гарри или Элис под Надзором, Пожиратели смерти точно знали бы, что вы здесь. И всё же я не понимаю, как им удалось проследить вас до Тотнем-Корт-роуд. Меня это тревожит, очень тревожит.       Римус замолчал и заговорил Гарри. -Расскажите, что произошло после нашего ухода. Мистер Уизли сообщил нам, что семья в безопасности, но больше мы ничего не знаем. -Нас спас Патронус Кингсли — многие трансгрессировали еще до Их появления. -Кто это был, Пожиратели смерти или люди из Министерства? -Смешанная компания. Впрочем, по существу, разницы между ними теперь уже нет. Их прибыло около десятка, однако они не знали, что и вы двое там. До Артура дошёл слух, что Скримджера пытали, прежде чем убить, старались вызнать, где вы. Если это правда, он вас не выдал.       Мы переглянулись. Да, Скримджера мы буквально ненавидели, но все же он не выдал нас, поэтому заслужил уважение. Римус же продолжал. -Пожиратели обыскали «Нору», нашли упыря, но побоялись подходить к нему, настолько правдоподобно он выглядел, поэтому допросили тех, кто остался. Они пытались найти вас, узнать у гостей, куда вы делись, в основном задавали вопросы о Гарри, но ведь никто из гостей не знал, что он был там, а ты, Элис, пропала так неожиданно, что никто и не понял, куда ты делась. Они вломились во все дома, связанные с Орденом и, слава Мерлину, никто не пострадал. Они сожгли дом Дедалуса, но он, слава Мерлину, был с вашими родственниками и тоже не пострадал. Всех, связанных с Орденом, пытали Круциатусом, в том числе и родителей Доры, но они, слава богу, уже чувствуют себе хорошо, просто немного потрясены, но все равно живы-здоровы. Пожиратели не боятся использовать заклятья, которые использовать запрещено — Министерство теперь на их стороне и их не арестуют. Им нечего боятся. -А как они объясняют применение пыток для выяснения, где мы? -Ну… Вот, что они издали в Пророке. Вам лучше знать об этом.       Римус протянул мне газету, и я развернула ее на столе. -Элис и Гарри Поттер разыскиваются для допроса относительно обстоятельств смерти Альбуса Дамблдора.       Рон и Мио вскрикнули. Я сложила газету и кинула ее через всю кухню в мусорное ведро. Нечего там было читать. -Но люди знают, что происходит? -Переворот прошел тихо и гладко. Скримджер, по их версии, подал в отставку, а его сменил Пий Толстоватый, на котором сейчас лежит Империус. -А почему Волдеморту самому не стать министром, а?!       Я фыркнула. -Ему это не нужно. По сути, он и есть министр, ведь он управляет через Пия. Тот занимается делами Министерства, а Волдеморт правит за его пределами. Зато для обычного народа так легче. -Элис права. Разумеется, многие поняли, что произошло и пошли разговоры, что за министром стоит Волдеморт, но главное то, что это лишь разговоры по углам, лишь шепоток. Все боятся раскрыть рот — если подозрения верны, то ты подпишешь семье смертный приговор. Волдеморт умен. Если бы он стал министром, началось бы восстание, а так он продолжает сеять страх, оставляя жуткую неопределенность. -И теперь они говорят, что мы опаснее, чем Волдеморт? -Это одна из частей. Теперь, когда Альбус мертв, ты, Мальчик-который-выжил, и твоя сестра, можете стать символом сопротивления. Если же вы окажитесь теми, кто приложил к его смерти руку, то Министерство назначит за вас цену, при этом посеет страх среди тех, кто хотел бы вас защитить. Но кроме того, Министерство начало принимать меры против магглорожденных. Я бы показал вам статью, но…       Я взмахнула палочкой и с помощью невербальной Левиосы вернула аккуратно сложенную газету себе в руки. -Ты что-то сказал, Римус? Какая страница? -Номер 2.       Я быстро раскрыла газету и стала читать вслух. -«Регистрация маггловских выродков. Министерство магии проводит расследования деятельности так называемых магглорожденных, имеющее целью выяснить, как им удалось овладеть магическими секретами. Недавние исследования, проведенных Отделом тайн, показали, что магическая сила может передаваться от человека к человеку только при рождении от истинного волшебника. Следовательно, так называемые магллорожденные, не имеющие магической родословной или не способные её доказать, скорее всего, получили магическую силу посредством воровства или насилия. Министерство намеревается искоренить этих захватчиков магической силы и потому предлагает каждому маггловскому выродку явиться для собеседования в только что учрежденную Комиссию по учёту маггловских выродков.»       Рон нахмурился. -Люди такого не допустят. -Уже допустили. Прямо сейчас по всей Британии идут облавы на тех, кто родился в семьях магглов. -Но каким способном можно своровать магические способности? Это внутренняя сила, ее нельзя украсть или отдать, иначе сквибов бы никогда и не существовало бы! -Согласен, Рон, но если в данный момент ты не можешь доказать, что с тобой состоял в близком родстве волшебник, то считается, что магическая сила у тебя украдена и ты заслуживаешь высшей кары.       Рон тут же посмотрел на Мио. -А если чистокровный или полукровный поклянутся, что магглорожденный их дальний родственник? Моя семья могла бы убедить всех, что Гермиона — наша кузина и… -Спасибо, Рон, но я не смогла бы допустить этого и… -У тебя не будет выбора — мы с Фредом заставим тебя выучить наше фамильное древо, и ты буквально станешь членом нашей семьи! -Я бы предпочла свадьбу для присоединения к вашему древу, а не быть вашей кузиной, уж прости, Рон. К тому же, раз нас разыскивают вместе с Поттерами, то вряд ли даже заучка всего вашего древа поможет нам выжить. Это поможет мне только если я захочу вернуться в школу, а, в данном случае, это вряд ли хорошая идея. Кстати, а как там Хогвартс? -Волдеморт сделал обучение обязательным для каждого волшебника от 11 лет в Хогвартсе. Раньше родители могли отправить их за границу или даже учить дома, но теперь сбежать удалось только тем, кто уже учится за границей и на каникулы не приехал домой. Все юные волшебники под его Надзором. К тому же, таким образом еще легче отследить магглорожденных — прежде чем попасть в Хогвартс, нужно получить сертификат о Статусе Крови. Дети в ужасе, но, вроде бы, держаться.       Гермиона, Рон и Гарри стали в гневе это обсуждать, а я кивнула Римусу на дверь. -Выйдем? -Если ты так хочешь…       Я кивнула, и мы вышли на кухню. Я закрыла поплотнее дверь и наложила на нее заклятье, чтобы ребята не смогли подслушать нас. -Зачем ты пришел на самом деле? -В смысле? -Я верю, что ты за нас беспокоился, даже что ты хотел сообщить нам вести, но никогда не поверю, что только ради этого. Так что выдавай все и желательно поскорее. -Я… Я…       Он вздохнул. -Ордену кажется, что Дамблдор поручил вам с Гарри некую миссию. -Да. Гермионе и Рону тоже, потому они и с нами. Больше никому говорить о ней нельзя — Дамблдор запретил нам, а раз он не сказал тебе, то у него были на это причины. -Я знал, что именно так ты и скажешь — Лили говорила также, когда говорила о том, что будет с тобой, если Волдеморт все-таки их найдет. «Дамблдор все продумал и, раз он не посвятил в это тебя и Орден, то не стоит вам об этом знать.» -Значит, мы с мамой были на одной волне. А теперь выкладывай все до конца.       Римус нахмурился. -В смысле? -С этой целью могли прислать кого угодно, даже Грюма и… -Грюм не встает с постели с «Операции Поттер». -Не важно! Выкладывай все, как на духу!       Римус кивнул. -Я… Я мог бы быть полезен вам. Ты знаешь, на что я способен. Я могу защищать вас. Тайну вы можете мне не говорить — для меня главное быть рядом с тобой, с Гарри, с ребятами, раз уж так сложилось…       Я усмехнулась. -А Дора тебя больше не волнует? Разве ты не должен быть с ней, «раз уж так сложилось»? Вы женаты — вряд ли ей понравится эта затея. -Она у родителей, они позаботятся о ней. -Да, это те родителей, которых пытали на днях, не так ли? К тому же, не верится мне, что Дора будет сидеть в тылу во время намечающейся битвы. Так что давай, все до конца, иначе мне придется тебя выгнать прямо сейчас. -Т… Тонкс ждет ребенка.       Я улыбнулась. Слышать это в живую было куда приятнее, чем я предполагала. Теперь лишь оставалось убедить Римуса остаться дома, с женой и еще не рожденным Тедди Римусом Люпином. -Я очень рада за вас. За вас обоих. Но теперь я совершенно не понимаю твоего решения. -Я должен защитить вас. Защитить тебя. Вы можете встретиться с магией, о которой даже и не знали раньше. -Поверь, я знаю, на что мы вчетвером идем. -Я просто хочу защитить тебя, свою крестницу! -А свою жену ты защитить не хочешь?! А малыша?! -Ей там ничего не грозит, родители позаботятся о ней! -Да нам сейчас всем грозит опасность, а Тонкс еще и полукровка — на ее папу будет назначена награда, ведь он магглорожденный. Так что ты должен быть с ними! -Элис, я уверен, твои родители хотели бы, чтобы я был рядом с вами. -Но мы с Гарри не хотим. К тому же, мама бы не простила тебя, если бы ты был со мной, а не со своим собственным ребенком.       Римус побледнел. Я знала, что говорю жестко, но это было нужно — он должен был понять, что он теряет. -Ты не понимаешь… -А ты и не пытаешься объяснить. -Я совершил ошибку, женившись на Тонкс. Я сделал это вопреки собственному рассудку и с тех пор я каждый миг жалею об этом!       Впервые на его лице проявились волчьи черты, но я не испугалась. -Не ври. Ты любишь ее и не можешь этого изменить, Римус. Но я знаю, чего ты боишься и знаю, отчего ты пытаешься бежать с нами.       Римус словно бы снова стал нормальным. -Знаешь? -Разумеется. Ты считаешь себя проклятым и думаешь, что, женившись на Доре, ты и ее сделал такой. Ты знаешь, что общество не жалует подобных тебе, что тебя боятся. Разумеется, миссис Тонкс, зная ее чистую родословную, тоже вряд ли была очень обрадована, но она очень любит свою дочь и желает ей всего лучшего. К тому же, ты боишься за малыша. Обычно такие, как ты, боятся женится и заводить детей, из-за твоего же страха — ты боишься, что он будет таким же, как ты. Ты не простишь себя, если он окажется болен. А еще ты думаешь, что, даже если он не будет таким, как ты, он будет стыдиться и бояться тебя. Хоть где-то я ошиблась?       Римус так и застыл, не в силах вымолвить ни слова. -Я так и думала. Но ты абсолютно неправ, ни в одном из этих пунктов. Стыдиться сейчас могу только я. -Ты? Но… Но почему? -Министерство уничтожает магглорожденных. Представь, что они захотят сделать с малышом, чей отец был оборотнем из Ордена, а мать полукровкой из рода Блек?! Мой папа погиб, защищая меня, Гарри и маму! Мама умерла с той же целью! Как думаешь, чтобы они сказали, если бы ты бросил свою жену и еще не родившееся дитя из-за собственного страха?! -Как… Как ты можешь так говорить и… -Ты боишься самого себя, Римус, смирись с этим!       Руки Римуса затряслись, и я увидела, как на миг его рука дернулась к палочке, но, видимо, на меня свою палочку он поднять не мог. Он любил меня. Всегда любил. И в глубине души он знал, что я права.       Я постаралась успокоиться и сказала, как можно более спокойно. -Иди домой, Римус. Ты нужен своей жене, ее родителям и своему крохе-малышу. Я понимаю твое беспокойство, но все причины беспочвенны. Так что уходи отсюда, пока я не стала злиться и не выгнала тебя отсюда, потому что если ты останешься, то я никогда тебя не прощу и именно я буду тебя стыдиться, а не твой ребенок. Уходи. Прямо сейчас.       Я резко развернулась на месте и ушла на кухню. Спустя пару секунд я услышала, как хлопнула дверь. Все резко обернулись на меня. -Эл? Что произошло?       Я сглотнула и вздохнула. -У него и Доры будет малыш, но Римус боится, что он будет оборотнем, поэтому пытался сбежать с нами, а я его прогнала, при чем в довольно грубой форме. И не жалею об этом.       Ребята удивленно посмотрели на меня. Мио сделала ко мне шаг. -Повтори, пожалуйста? -Ладно… Он рассказал мне, что Тонкс беременна, но перед этим предложил пойти с нами, не узнавая, что у нас за миссия. Когда я узнала, что она беременна, я сразу поняла, что он бежит от своей ответственности, потому что боится навредить жене и малышу. Когда он попытался оправдаться, я рассказала ему о том, за что погибли наши родители, и сказала, чтобы он шел домой к жене, иначе я его никогда не прощу.       Я усмехнулась и взяла со стола пирожок с яблочным повидлом. Все молча переглядывались, но сказать ничего не могли. Я же подтянула к себе газету и открыла ее наобум — не хотела чувствовать на себе взгляды ребят. И вдруг я увидела фотографию семьи с подписью: «Семья Дамблдоров. Альбус, Персиваль с новорожденной Арианой, Кендра и Аберфорт». Я вгляделась в лицо Персиваля, на которого так был похож Альбус, затем на Ариану, чьего лица рассмотреть не было возможности, а затем посмотрела на Кендру Дамблдор. Темные волосы, стянутые в пучок, лицо острое, слегка агрессивное и строгое, но было видно, что и за ее глазами скрывается некая тайна. Альбус же с Аберфортом были в одинаковых милых камзолах, и они явно давно не стриглись — у обоих волосы достигали плеч. Они были очень похожи друг на друга.       Я положила газету на стол, указав на нее ребятам. -Эксклюзивный фрагмент из «Биографии Альбуса Дамблдора»! -Что?!       Все подались вперед, явно забыв о Римусе и его намечающемся малыше. Я же продолжила читать. -«После широко освещаемого в прессе ареста Персиваля Дамблдора и его заключения в Азкабан, гордая, холодная и надменная Кендра Дамблдора не смогла больше выносить жизнь в Насыпном Нагорье и перевезла всю свою семью в Годрикову Впадину, деревню, прославившуюся почти через век, как место странного спасения Гарри Поттера от Сами-Знаете-Кого.       В Годриковой Впадине проживало немало семей волшебников, в том числе и чистокровных, но, так как она ни с кем из них знакома не была, ей никто не докучал с вопросами по поводу преступления ее мужа, которых было так много в Насыпном Нагорье. Она отвергала попытки соседей подружиться и добилась того, чтобы ее семью оставили в покое.       Батильда Бэгшот рассказала мне вот что: «Кендра захлопнула дверь перед моим носом, когда я напекла ей и ее детям булочек и хотела поздравить ее с переездом. Первый год я видела только двух старших мальчиков, потому я, наверное, и не узнала бы о существовании девочки, если бы зимой, вскоре после их переезда, не собирала бы заунывников и не увидела бы, как Кендра выводит Ариану на прогулку по заднему двору их дома. Она крепко держала дочь за руку, обвела ее покругу дважды и увела обратно в дом. Я даже не знала, что думать.»       Видимо, миссис Дамблдор решила, что ее переезд даст ей возможность навсегда укрыть малышку от посторонних глаз. Не исключено, что этот замысел вызревал в ее разуме годами. Так же возможно, что немаловажную роль сыграло время. Ариана, когда она пропала из общего поля зрения, едва достигла возраста 7-ми лет, а, как всем известно, в семь впервые проявляются магические способности. Поэтому велика вероятность, что Кендра приняла решения скрыть само существование дочери, нежели страдать от позора, признав, что она родила сквибба. Вдали от знавших Ариану друзей и соседей, Кендре, разумеется, было легче бесследно спрятать девочку в доме. С момента переезда людей, знавших о ее существовании, можно было сосчитать по пальцам одной руки, а в это количество входили и двое ее братьев — Альбус и Аберфорт — отвечавшие на вопросы о сестре так, как их научила мать: «Учиться в Хогвартсе Ариане мешает слабое здоровье.».       Никто не успел и слова сказать насчет статьи, потому что раздался хлопок и рядом с нами на пол упал Наземникус, обхваченный скрюченными руками Кикимера, ловко вставшего на ноги. Я немедленно выбила палочку из рук Наземникуса, поймав ее одной рукой. Кикимер же поклонился нам с Гарри с гримасой, в которой я признала улыбку. -Кикимер доставил Наземникуса Флетчера, хозяин…       Наземникус бросился было к лестнице, но Рон ловко поймал его и крепко сжал. -Чего я сделал-то?! Натравили на меня домовика! Что за дела! Я не виноват ни в чем, отпусти меня, а то я…       Я подошла к нему вплотную, наставив на него палочку. От него несло потом и дымом, от чего меня тошнило, но делать было нечего. На Наземникуса палочка у горла произвела должное впечатление и он замер.       Кикимер начал распинаться перед нами. -Кикимер извиняется, что он так задержался с доставкой вора, хозяин. Флетчер умеет скрываться от поимки, у него много укрытий и сообщников. И всё-таки Кикимер загнал вора в угол.       Гарри кивнул. -Ты замечательно поработал, спасибо.       Домовик отвесил еще один низкий поклон, а Гарри повернулся к Наземникусу, которого я продолжала держать «на мушке». -У нас есть к вам вопросы, Флетчер. -Ты слишком официально с этим пройдохой, Гарри. Давайте-ка сразу на «ты», ладненько?       Наземникусу не осталось ничего, кроме как кивнуть, но потом его словно прорвало, и он стал нервно причитать. -Ну струхнул я, поняли?! Не хотел с ними идти! Не примите в обиду, но помирать за вас мне неохота! А этот Сам-Знаешь-Кто как полетит на меня, любой смылся бы, я ж говорю, не хотел я там быть… -Никто, к вашему сведению, больше не трасгрессировал.       Флетчер покосился на Гермиону. -Но вы же герои, верно? А я на самоубийцу отродясь не тянул… -Нас не интересует, почему ты бросил Грюма, из-за чего он, кстати, серьезно пострадал, хоть и остался жив. Мы и раньше знали, что ты мерзавец и полагаться на тебя не стоит. От тебя одни проблемы. -Тогда какого лысого вы на меня эльфа напустили-то?! Или это опять насчет тех кубков? Так у меня их не осталось, вернуть нечего… -Украденные тобой кубки нас не интересуют, хотя ты практически угадал. Когда ты обчистил этот дом, выкрав из него все ценное… -Этот хлам Сириусу и даром был не нужен…       Раздался топоток крошечных ножек, а потом блеснула медная сковорода, столкнувшись с головой Наземникуса. Тот немедленно закричал. -Угомоните этого гада, его в клетке надо держать!       Гарри прикрикнул на Кикимера, поднявшего сковороду вновь. -Кикимер, перестань!       Кикимер сковороды не опустил, отчего его ручонки продолжали дрожать. -Может, еще разок, хозяин Гарри, а? На счастье?       Рон захохотал, а я усмехнулась. -Нам требуется, чтобы он все еще мог соображать, но, если начнет вырываться или нести бред — бей сколько душе угодно. -Большое спасибо, хозяйка.       Кикимер отступил назад, не сводя с Наземникуса полных ненависти красненьких глаз и не опуская сковородку. -Продолжим. Когда ты обчистил этот дом, но забрал многое и из кухонного чулана, где живет Кикимер. Там был медальон. Что ты с ним сделал? -А что? Он шибко ценный, что ли?       Гермиона радостно хлопнула в ладоши. -Так он все еще у вас!       Я покачала головой. -Нет. Он думает, не продешевил ли. Не так ли? Кому ты его продал? -Да я его вообще задаром отдал! Выбора не было!       Гарри удивился. -Что это значит? Почему ты отдал его задаром? -Я продавал вещички в Косом переулке, как подходит эта дама и спрашивает, есть ли у меня лицензия на продажу волшебных артефактов. Ищейка — таких полно сейчас. Штрафануть меня собиралась, да, увидев медальон, решила меня отпустить, если я его ей задаром отдам. -Что это была за женщина? -Да откуда ж мне знать — карга очередная из Министерских… Коротышка такая, с розовым бантом на башке… Жаба жабой.       Все вдруг побледнели и испуганно переглянулись. Я же тихо прошептала, почувствовав легкое покалывание в шраме на руке, будто бы раньше не знала, у кого находится медальон. От одной мысли о жабе меня затрясло. -Амбридж… Долорес Джейн Амбридж…       Следующий месяц прошел для меня, как в тумане. До 1 сентября я сидела в свободной комнате наверху, изредка выглядывая из окна, чтобы посмотреть на выжидающих нас Пожирателей. Заодно я перекладывала вещи — нужное наверх, менее важное вниз. Все равно нам скоро пора было бежать, поэтому других занятий я придумать не могла. Но 1 сентября Пожирателей было намного больше, поэтому я и беспокоилась за Гарри, вышедшего за новым выпускном Пророка, с помощью которого мы отслеживали то, что происходило в волшебном мире. Гарри трансгрессировал от крыльца дома в мантии-невидимке в 11 утра, а вернулся только в половину шестого. На мгновение я видела его локоть. Его заметили и Пожиратели, ринулись вперед, но Гарри вовремя зашел в дом, и они остановились. Мы были спасены. Я всё равно считала вылазки Гарри за Пророком даже в мантии слишком рискованными, но будто его можно переубедить. -У меня есть новости!       Я спустилась на кухню первой, даже раньше крика Гарри, и сначала даже испугалась. Всё блестело, словно кто-то весь день вылизывал кухню. Рядом с Гарри стоял Кикимер в белоснежном полотенце, вымытый до блеска, как и вся кухня. -Будьте любезны, снимите обувь, хозяин Гарри, и помойте руки перед едой.       Кикимер взял у Гарри мантию, а потом повернулся ко мне. -Вы тоже, хозяйка Элис, будьте так любезны помыть руки и снять ваши туфли.       Я улыбнулась. -А что, Кикимер, они грязные? Я думала, ты их вычистил до блеска, как и всё в доме.       Я сняла туфли и поставила их рядом с ботинками Гарри. -Прекрати над ним издеваться, Элис. Он проделал шедевральную работу над этим домом. Мы должны поблагодарить его.       Я пожала плечами и повернулась к Кикимеру, «колдовавшем» над котлом с нашим ужином, от которого исходил изумительный аромат. -Ты молодец, Кикимер. Дом вряд ли когда-либо блистал больше. И спасибо за то, что готовишь нам ужин.       Кикимер повернулся ко мне и поклонился. -Мне очень приятно слышать это, хозяйка Элис.       И он снова вернулся к своему делу. В этот момент в кухню вошли Рон и Гермиона в домашних тапочках и со стопкой листков и нарисованных совместно со мной карт. Они быстро разложили их по столу и сели. Рон опасливо посмотрел на газету в руках Гарри. -Что случилось?       Гарри бросил газету поверх листов на столе, и мы все склонились над ней. «Северус Снейп утвержден в должности директора Хогвартса». -Не может быть!       Я схватила газету первой и начала громко читать вслух. — «Северус Снейп, долгое время преподававший зельеварение в школе чародейства и волшебства Хогвартс, поставлен сегодня во главе этого древнего учебного заведения. Это назначение стало частью некоторых изменений в штатном составе школы. После отставки прежнего преподавателя маггловедения, её пост заняла Алекто Кэрроу, между тем как брат Алекто, Амикус, стал профессор Защиты от Темных Искусств.» -Чего?!       Гермиона выхватила из моих рук газету. — «Я рад возможности оказать поддержку наичистейшим традициям и ценностям нашего чародейства…» Состоящим в том, чтобы убивать людей и отрезать им уши, я так понимаю, да?! Снейп в кабинете Дамблдора… Ну, Мерлиновы кальсоны!       Гермиона завизжала, как пила, и умчалась с кухни. -Мерлиновы кальсоны? Похоже, она сильно расстроена.       Рон притянул к себе статью, посвященную Снейпу, и быстро пролистал её. -Другие преподаватели этого не потерпят. МакГонагалл, Флитвик, Стебль — все знают правду, знают, как умер Дамблдор! Они никогда не примут Снейпа в директора!       Он посмотрел на фотографию брата и сестры Кэрроу. -А кто такие эти Кэрроу? -Пожиратели смерти. Они были на башне, когда Снейп убил Дамблдора, так что теперь все старые друзья в сборе. К тому же, не думаю, что прочим профессорам есть из чего выбирать, они могут только остаться в школе. Если за Снейпом стоит Министерство и Волан-де-Морт, им придётся либо остаться и преподавать, либо провести несколько лет в Азкабане, да и то если им повезёт и их не убьют. Думаю, они не уйдут и попытаются хоть как-то защитить учеников от Пожирателей. Либо они, либо никто. Это их долг в сложившейся ситуации.       Кикимер подошел к столу с большой супницей и быстро разлил луковый суп по сияющим от чистоты тарелкам. -Спасибо, Кикимер.       Я первой притянула к себе тарелку. С тех пор, как мы стали лучше относиться к домовику, и он получил медальон Регулуса, он вылизал буквально всё, а готовить стал лучше, чем даже миссис Уизли. Если честно, я не была уверена, что такое вообще возможно. Главное, не сболтнуть её об этом… -По крайней мере, теперь мы точно знаем, где найти Снейпа.       Гарри тоже начал быстро есть луковый суп. К нам присоединился и Рон. -У дома так и торчит целая компания Пожирателей смерти. Сегодня их больше обычного. Похоже, они надеются, что мы выйдем из дома со школьными чемоданами и побежим на «Хогвартс-экспресс».       Рон взглянул на часы. -Я о нём целый день вспоминал. Поезд ушёл почти шесть часов назад. Мы могли бы сейчас ехать в нём, да вот не едем. Странное ощущение, правда?       Мы какое-то время молчали, думая о поезде, несущемся в Хогвартс, который уже не станет прежним; о друзьях, недоумевающих, где мы сейчас; о том, как сложно теперь им придется, особенно Луне, Невиллу и Джинни, про которых всем известно, что они поддерживают и всегда поддерживали нас. Я думала о Драко, которому не просто приходится работать на Пожирателей, но и которого теперь будут презирать все, кроме его «дружков», а я его даже не смогу поддержать.       Чтобы отвлечься от этих мыслей я обратилась к Гарри. -Они видели, как ты возвращаешься. Даже я видела твой локоть. Они ринулись к тебе, но ты, слава Мерлину, вошел в дом раньше.       Рон кивнул. -Все разы, что я выходил, со мной происходило то же самое. Очень сложно удержаться на последней ступеньке сразу после трансгрессии.       В комнату вбежала запыхавшаяся Гермиона, неся в руке огромную картину и свою сумочку. Вскоре картина уже улетучилась внутри бездонной сумки, хотя смотреть, как она запихивает её внутрь, было довольно забавно. -Это Финеас Найджелус.       Гермиона бросила сумочку на стол. -Кто?       Я улыбнулась. -Снейп может прислать Финеаса Найджелуса Блэка из кабинета Дамблдора, чтобы он осмотрел дом. Прошлые директора должны слушаться нынешнего. Теперь всё, что он увидит, это нутро сумочки Гермионы. -Умно! -Спасибо.       Гермиона притянула к себе тарелку с супом. -Хотя я на твоем месте, Мио, просто порвала бы картину.       Все удивленно посмотрели на меня. -А что? Мне лично не нравится, когда за мной следят. Даже когда Снейп перестанет быть директором, а его место займет кто-то другой, Найджелус всё равно сможет ходить сюда, а, раз этот дом принадлежит Гарри, то я часто буду здесь. Незачем новому директору, кем бы он ни был, даже если это будет МакГонагалл, знать, что мы тут делаем.       Рон усмехнулся. -Да ты оптимистка, я посмотрю! -Люблю, умею, практикую, Рональд.       Я снова набросилась на суп. Гермиона же ела куда медленнее. -Ну, Гарри, что ещё случилось сегодня? -Семь часов проторчал у входа в Министерство. Её так и не видел. Зато видел твоего папу, Рон. Выглядит хорошо.       Рон благодарно кивнул. Мы решили, что пытаться заговорить с мистером Уизли, когда тот входит в Министерство или выходит оттуда, слишком опасно, поскольку его постоянно окружали другие чиновники. Скорее всего, а точнее точно, это были Пожиратели или те, кто был солидарен с ними. Разницы никакой — подходить к Артуру было слишком опасно. -Папа всегда говорил, что большинство министерских чиновников, чтобы добираться до работы, используют Сеть летучего пороха. Потому мы Амбридж и не видим, она считает себя слишком важной персоной и пешком никогда не ходит.       Гермиона подалась вперед. -А как насчёт той смешной старой волшебницы и коротышки в тёмно-синей мантии? -А, ну да, того, что работает в магическом хозяйстве? -Откуда ты знаешь, где он работает?! -Папа говорил, все работники Отдела магического хозяйства носят тёмно-синие мантии. -Ты нам об этом ни разу не говорил!       Гермиона опустила ложку в тарелку и подтянула к себе кипу записей и карт, которые они с Роном разглядывали уже пару дней, делая всяческие пометки по поводу Министерских работников. Так они планировали узнать всё, что важно, чтобы проникнуть в Министерство незамеченными. Только меня интересовало, как они планируют спереть медальон у одной из самых узнаваемых людей в Министерстве. То есть я, конечно, знала, как это случится на самом деле, но вот о том, какой у них план в начале, кроме проникновения в Министерство, стала как-то забывать. -У нас тут ничего насчёт тёмно-синих мантий не записано. Ничего! -Да ну, велика разница… -Велика, Рон! Если мы хотим проникнуть в Министерство, где наверняка сейчас высматривают посторонних, и не попасться при этом, для нас важна любая мелочь! Мы об этом сто раз говорили! И какой смысл во всех наших разведочных вылазках, если ты даже не потрудился сказать нам… -Чёрт возьми, Гермиона, ну забыл я какой-то пустяк… -Ты что, не понимаешь, что для нас нет сейчас во всём мире места опаснее, чем Министерство ма… -Думаю, надо идти туда завтра.       Мы удивленно посмотрели на Гарри. Гермиона даже рот не успела закрыть, а Рон и вовсе поперхнулся супом. -Завтра? Ты серьёзно, Гарри? -Серьёзно. Мы уже месяц как толчёмся у входа в Министерство, подготовиться лучше нам всё равно не удастся. А чем дольше мы будем откладывать вылазку, тем дальше может уйти медальон. Не исключено, что Амбридж его уже выбросила, он же не открывается. Не думаю, что она оставила бы себе бессмысленную побрякушку, за которую ни заплатила даже одного кната. Всё самое важное мы знаем. Знаем о запрете трансгрессии в Министерство и из него. Знаем, что теперь только самым важным чинам разрешено устанавливать связь их домов с Министерством по Сети летучего пороха — Рон слышал, как на это жаловались возле Министерства. И примерно знаем, где находится кабинет Амбридж, поскольку уже ты слышала, как тот бородатый говорил своему приятелю…       Гермиона тут же процитировала то, что я уже слышала раз 7-мь. — «Мне нужно на первый уровень, Долорес вызывает». -Точно. Кроме того, нам известно, что при входе используются какие-то странные монеты, жетоны, я не знаю, что они собой представляют, однако видел, как та колдунья занимала их у подруги… -Так у нас же нет ни одного! -Если все пойдёт по плану, то будут. -Не знаю, Гарри, не знаю… Столько всего может пойти наперекосяк, мы до того полагаемся на случай… -Так оно всё и останется, даже если мы потратим на подготовку ещё три месяца. Нам пора действовать, пока Пожиратели не стали ещё сильнее.       Рон и Мио были испуганы, но я согласно кивнула. Меня уже достало бездействовать, тем более, что ребята хотя бы по очереди выходили из дома, в отличие от меня. Всё время они придумывали мне какие-то несущественные дела, заставляя остаться дома. Видимо, считали, что с моей горячностью я, увидев Пожирателя или Амбридж, брошусь на них и заколю насмерть. Так что я сидела дома, не высовываясь даже на пару часов. Они же сопровождали шедших на работу сотрудников Министерства, подслушивали их разговоры и выяснили, кто из них приходит всегда в одно и то же время, да ещё и в одиночку. Но теперь им было не отвертеться от меня. -Ну хорошо. Допустим, мы пойдём на дело завтра… Думаю, для этого хватит меня и Гарри. А вы, девчонки, побудете здесь, на подхвате.       Я тихо фыркнула. -Ой, не начинай, ради бога!       Гермиона вздохнула. -По-моему, мы с тобой обо всём договорились. -Мотаться у входа под мантией — это одно, Гермиона, а сейчас речь идет совсем о другом! Ты состоишь в Списке «маггловских выродков», не явившихся на собеседование! -А ты, предположительно, помираешь в «Норе» от обсыпного лишая! Уж если кому идти и не следует, так это Гарри и Элис, это их головы оценили в десять тысяч галеонов…       Теперь я уже даже не сдерживаясь фыркнула и закатила глаза. -Ладно, мы с Гарри останемся здесь. Как прикончите Волдеморта, сообщите нам, ладно? А мы посидим, чайку попьем, да, братец? Может, Кикимер нам даже парочку пирожков сделает? А вы пока идите, я с радостью ещё посижу тут!       Ребята засмеялись, но вдруг я почувствовала жуткую боль в голове. Гарри тут же помрачнел, и его рука рванулась ко лбу. Он сделал вид, что убрал волосы со лба. Я не могла контролировать боль, не могла заблокировать разум. Волдеморт становился сильнее, я это чувствовала. Мне хотя бы доставалось меньше, чем Гарри — он настолько сжал кулаки, что побелели костяшки. А может быть я просто легче терплю боль? -Ну хорошо… Если мы идём все вместе, трансгрессировать нам придётся поодиночке. Под одной мантией-невидимкой нам уже не поместиться. -Договорились. Простите, мне надо отойти…       Я встала. Гарри прикусил губу и встал вслед за мной. -Мне тоже. Ненадолго. К нам моментально подскочил Кикимер. -Хозяин и хозяйка не доели французский луковый суп, который сделал Кикимер. Может быть, хозяева предпочитают вкусное тушёное мясо или торт с патокой, который так любит хозяин?       Я с трудом покачала головой, чувствуя, как боль медленно расползается по всему телу. -Спасибо, Кикимер, мне просто нужно отлучиться на минуту… Эмм… в ванную комнату. -И мне. В другую. Скоро вернемся.       Мы быстро покинули кухню. Гарри быстро поднялся по лестнице в вестибюль, потом на второй этаж и закрылся в ванной. Я же помчалась ещё выше, на пятый этаж, дрожащими руками открыла комнату Регулуса, захлопнула дверь в неё и упала на его кровать, закрыв глаза. Волдеморт мгновенно попал в мою голову. На этот раз я даже не пыталась сопротивляться — знала, что ему сейчас не до меня и что вряд ли он хочет показать мне с братом что-то особенно. Да и он и вообще не хотел ничего нам показывать.       Я, а точнее Он шел по темной улице, на которой не было света, кроме того, что шел из высоких деревянных домов. Он подошел к одному из них и Его длинные белые пальцы постучали в дверь. Я чувствовала, как Он предчувствует что-то, что Он очень хочет, чтобы это оказалось в доме. Дверь отворилась и на пороге появилась красивая смеющаяся женщина, но стоило ей взглянуть Нам в глаза, как она ужаснулась. -Грегорович? Он здесь?       Женщина тряхнула головой и заговорила по-немецки. Я кое-как знала этот язык — ездила с приемными родителями, довольно давно, но на это меня бы и так хватило. -Er wohnt hier nicht mehr! (Он здесь больше не живет!)       Видимо поняв, что Волдеморт её не понимает, она заговорила на английском с жутким немецким акцентом. -Он здесь не живёт! Не живёт! Я не знаю такого!       Поняв, что дверь закрыть она не сможет, женщина стала отходить назад, в прихожую, руками нащупывая что-нибудь для обороны, а Волдеморт стал на неё наступать, медленно доставая палочку. -Где он? -Das weiß ich nicht! (Я ничего не знаю!) Он съехал! Я ничего не знаю, не знаю!       Волдеморт поднял палочку. Женщина закричала. В прихожую выбежали двое детей, две крошечные девочки. Женщина попыталась заслонить их руками. Вспышка зелёного света… Но меня никто не отвлек, в отличие от Гарри, сидящего в ванной внизу. Я видела, как все трое, один за другим, упали со стеклянным взглядом на деревянный под. Волдеморт подошел к женщине и достал из её кармана бумажник и достал оттуда права. «Надежда Грегорович, Кожухув, Польша». Теперь мне стало ясно. Судя по тому, что я знала о Грегоровиче, она не была его дочерью, скорее внучкой. Несчастная женщина, не выдавшая своего родного деда, но поплатившаяся за это своей жизнью и жизнями собственных дочерей. Не скажу, что я бы так не поступила, но… Сдать родного человека я не смогла бы, но и позволить убить своих детей тоже. Не знаю, как бы я поступила…       Волдеморт бросил бумажник на место. Он злился. Он начал бросать разрушающие заклинания во все предметы вокруг. Его злость захлестывала меня. Я чувствовала, как я кричу, как я брыкаюсь, лежа на кровати, но вырваться не могла, пока не почувствовала, как меня крепко «пригвоздили» к кровати сильные руки. -Элис! Элис!!!       Я открыла глаза, тяжело дыша. Меня прижимал к кровати Гарри, Гермиона держала мою голову. Я тяжело выдохнула и сглотнула. Они отпустили меня, и я села на кровати, потерев затылок. -Простите… Я зашла сюда на минутку и, видимо, уснула. Я кричала, наверное, да? Простите… Кошмары мучают…       Гермиона закатила глаза. -Не притворяйся. Мы знаем, что у тебя тоже болела голова. Гарри тоже видел, как Волдеморт убил ту женщину. Потом мы вспомнили о тебе и понеслись искать тебя. -Ладно… Но Гарри сказал вам, кто она?       Гарри удивленно посмотрел на меня. -Я этого не видел… Только вспышку и… -А я видела. Её зовут Надежда Грегорович, жила в Польше. Думаю, она его внучка. Неудивительно, что Волдеморт ищет его у них. Точнее, искал. Теперь они все мертвы. -Вы должны прекратить это! Дамблдор хотел, чтобы вы не давали Волдеморту пользоваться этой связью! Какой смысл смотреть, как он убивает и пытает людей, если ты не можешь помочь им?!       Гарри поджал губу. -Так я узнаю, что он делает.       Гермиона ахнула. -Значит, ты даже не пытаешься отключиться от него? -Я не могу, Гермиона. Ты же знаешь, с окклюменцией я не в ладах, мне так и не удалось по-настоящему освоить её… -Да ты и не старался никогда! А ты, Элис?! Ты хотя бы пытаешься?!       Я пожала плечами. -Раньше пыталась, но, во-первых, в последнее время он слишком силен и даже я не могу оградить себя, как бы не пыталась; а во-вторых, если бы не это всё, мы бы не знали, что делает Волдеморт. Я считаю эту связь полезной в те моменты, когда о ней не знает Волдеморт. Когда мы попадаем в его голову, он на эмоциях — гневе, радости, неважно — и это чувствуется. Я могу определить, где ложь, а где правда, поверь мне. -Ладно, насчет тебя я понимаю. Зато чего я не понимаю, Гарри — тебе что же, нравится эта особая связь, отношения — не знаю, что?..       Она примолкла, увидев взгляд, которым он смерил её, вставая. -Нравится? А тебе бы это понравилось?       Гермиона смутилась. -Мне? Нет… Прости, Гарри, я не хотела, я не… -Я ненавижу и эту связь, и то, что ему удаётся вторгаться в меня, что я начинаю видеть его, когда он становится особенно опасным! И тем не менее, я всё равно собираюсь использовать всё это! -Дамблдор… -Забудь о Дамблдоре, Гермиона! Выбираю я и никто больше! А я хочу понять, зачем ему понадобился Грегорович!       Гермиона тут же смутилась. -Кто?       Я и сама удивилась, что Герми не знает об этом. Уж кто-кто, а она должна бы… -Заграничный мастер, изготовитель волшебных палочек из Восточной Европы. Он сделал палочку Крама, и Крам считает его лучшим из всех, как и все в том регионе. Местный Оливандер.       Рон, всё это время стоявший рядом с кроватью, нахмурился. -Но Гарри же говорил, что Волан-де-Морт держит где-то у себя Олливандера… Если у него уже есть один мастер, зачем ему второй?       Гарри пожал плечами, слегка успокаиваясь. -Возможно, он разделяет мнение Крама, считает, что Грегорович лучше. Или же думает, что Грегорович сумеет объяснить ему, что сделала моя палочка, когда он гнался за мной. Олливандер этого сказать не смог.       Рон и Мио переглянулись. -Гарри, ты всё время твердишь о том, что сделала твоя палочка, но ведь это сделал ты! Почему ты так упорно отказываешься признать силу, которой обладаешь?       Гарри снова вспыхнул. -Потому что понимаю, что никакой силы у меня нет! И у Волан-де-Морта тоже, Гермиона! Мы с ним оба знаем, что произошло!       Гермиона и Гарри начали пилить друг друга взглядами. Он явно пытался не накричать на неё, а она пыталась найти слова, чтобы высказать ему свое недовольство и несогласие. К моему облегчению, в их немой спор вмешался Рон. -Брось, Герм. Это его дело. Но если мы решили отправиться завтра в Министерство, так надо ещё раз пройтись по всему плану.       Я потянулась, кивнула и пожала плечами. -Вы как хотите, а я лучше хорошенько высплюсь. Что бы там ни было, мне нужны силы для завтрашнего плана. -Но, может, для начала, мы его повторим, нет? -Я помню всё — как мы попадем внутрь, как будем искать, а потом — действуем по ситуации, главное, что все вместе. Далеко не расходится, всегда быть на связи. Мне повторять нечего. А я лучше посплю. -Ну ладно…       Я обняла Мио и помахала мальчикам рукой. -Спокойной ночи. Постарайтесь не засиживаться — всем лучше выспаться.       И я ушла и довольно быстро уснула. Меня-то ничего не волновало… Ну, разве что то, что больше мы до конца войны в этот дом не вернемся, плюс, что ближайшие 8-мь месяцев мы проведем в палатке, а ещё то, что теперь мы будем вечно убегать, пока, наконец, не нагоним противника и не победим его. А так — ничегошеньки. Мне-то чего бояться…