The Devil's Class

— Новенький, видите ли, — Егор расхаживал по комнате, пиная все, что было под ногами; злость заполняла его с каждой секундой, и он уже не находил себе места. Марк сидел на кровати и жевал какие-то мармеладки, которые нашел в шкафчике на кухне. — Ты про Гену? — спросил мальчик, с ног до головы рассматривая взъерошенного Моисеенко. — Гена, е-мое, Гена… — прошипел тот, проводя рукой по темным волосам. Однако они не стали выглядеть красивее, а только еще больше приподнялись, и прическа Егора начала напоминать рога черта. — Ты так злишься на нового знакомого? — Марк искренне не понимал волнений громилы. — Он странный. Я совершенно не хочу узнавать его поближе. Странный, странный… Чего он хочет? Вот вечно в отсутствие Темы происходит какая-то хуйня, — Егор наконец-то плюхнулся на стул, вцепившись в его спинку. Моисеенко сначала закрыл глаза, прогоняя дурацкие мысли, а затем потер лоб и, вздохнув, взглянул на Марка. Мальчик мило улыбнулся ему и протянул мармеладного красного червячка. — Хочешь? — Нет, спасибо. Вот как ты думаешь, он адекватный? По-моему, выглядит как полный идиот… — Я в нем не вижу ничего плохого, он просто забавный. И смешной… — Очень смешной. И завтра надо будет идти с ним… А куда? В ресторан, в кафе, вот куда я с ним пойду? — Возьми меня с собой! — мурлыкнул Марк. — Прости, но тебе придется остаться. Когда я убежусь в том, что он безопасен и угрозы не представляет, тогда и поговорим, — Егор поучительно помотал пальцем, и вдруг до его ушей донесся звонок домашнего телефона. — Это моя мама, однозначно мама! — обрадовался Марк, всплеснув руками и спрыгнув с кровати. Егор быстрым шагом добрался до прихожей и схватил трубку, одновременно теребя себя за волосы и думая, как будет объяснять все матери Марка. Сам мальчик стоял за углом и выглядывал из-за него, с нетерпением ожидая новостей. — Алло? — сказал Егор, начиная от волнения закручивать провод. — Алло, ответьте! — смутился он, когда услышал тишину. Затем что-то булькнуло, и из трубки донеслись странные звуки. — Кто? Кто? — Марк топтался на месте, стараясь сдержать себя изо всех сил; Егор махнул рукой, давая понять мальчику, чтоб он вел себя потише. — Да кто вы? Я вас слышу, говорите! — Моисеенко это начинало надоедать. Он послушал что-то вроде помех и решил повесить трубку. — Ты не передумал? — внезапно послышался голос на другом конце. — Что? Вы кто? — удивился Егор, вытаращивая глаза. — Не узнал? Хах, ну ты и дурак, — раздалась сдавленная усмешка. — Это я, Гена. — Чего, блять?! — Егор подскочил, чуть не вырвав провод с корнем; Марк испугался и спрятался за углом. — А чего удивляешься? Звоню спросить, не передумал ли ты, жив ли ты вообще… — Тебе кто дал этот номер?! — завопил Моисеенко, чувствуя, что сейчас рухнет в обморок. Так страшно Егору еще никогда не было. — Вот представляешь, вдруг появился он у меня. — КТО ДАЛ ТЕБЕ ЭТОТ НОМЕР?! — не выдержав, закричал Егор. — Ну, чего ты разорался? Я всего лишь хочу узнать, в силе ли наша встреча. — Ответь мне, — простонал Егор, теряя силы, — откуда ты знаешь этот номер, еб твою мать! Кто дал его тебе? — Неважно. Как я понял, с тобой все в порядке. И голос у тебя какой звонкий, боже, Ега! Ты меня-таки заворожил. Хочу поскорее встретиться и поболтать. — Никогда больше сюда не звони! — А что делать, если я захочу узнать, как дела у моего любимого друга?  — Егор словно увидел, как Грачев сделал щенячьи глазки. — Ничего не делай, просто отъебись! Я приду завтра, только, ради всего святого, не звони сюда! — Как скажешь! Жду не дождусь завтрашнего вечера! Только не опаздывай, ладно?.. Егор с каменным лицом повесил трубку. Услышав собственное биение сердца в ушах, он понял, что надо что-то предпринять, иначе с Грачевым пойдет гулять гроб. Марк подошел поближе и обнял парня, глядя на его напряженное лицо снизу вверх; взгляд Моисеенко выражал не то ужас, не то обреченность. — Звонил Гена? — тихо спросил Марк, трогая вспотевшую ладонь Егора и перебирая каждый его палец. Моисеенко опустил взгляд вниз. — Да… — Откуда он знает наш домашний? — Это останется загадкой, по-видимому, — каким-то загробным голосом произнес Егор. Тут же зазвонил его мобильник, лежавший на столе в комнате. — Гнида, он и этот номер знает! — истерично гаркнул парень и в секунду оказался около предмета беспокойства. Взглянув на экран, он словно растаял. — Боже, блять, Артем звонит, — Егор моментально прижал телефон к уху. — Привет, Егорчик! — весело пропел Рязанин. — Господи, сладкий, как же я рад тебя слышать!!! — закричал Моисеенко, запрокидывая голову и падая на кровать. Он ощущал себя самым счастливым на свете, когда слышал этот любимый, родной голос, который был готов утешить его в любую секунду. — Что-то случилось? — Пиздец просто, ты мне ни за что не поверишь! — Егор хлопнул себя по щеке. — Я так рад, я так соскучился! — Тише, тише, парень, я здесь на службе, — засмеялся Тема, и Моисеенко услышал мычание коровы. — Ты на вписке с телочками? — прыснул Егор, заливаясь адским смехом и краснея. — Да, такая вписочка, просто не могу. Охраняю бабкину корову, понимаешь ли. Сейчас буду ее кормить. Здесь так-то весело, зимой особенно. Я недавно попал соседу по башке снежком, так, знаешь, мог вернуться к тебе еще вчера. — Хаха, ты мой хулиган! — А у тебя-то там что? Контрольная? Пробный? — Тема, у нас с тобой новый одноклассник! — сдерживая смех, сказал Егор, кладя ногу на ногу. — О-о-о, отлично! Девочка? — Нет, отбитый на всю голову педик, с которым я познакомился сегодня, вот прям пару часов назад, а он, прикинь, уже знает номер моего домашнего телефона! — Так он хакер какой-то. — Долбоеб он, Тема! Достал меня, описать невозможно. — Ты же не ведешься на его заманивания? Егор замолчал. Внутри что-то сжалось. — Алло? — Да, конечно, я не ведусь на его хуету. Все в порядке. — Не хочется приехать и найти тебя мертвым где-нибудь в подворотне. — Спасибо, я тронут. — Ладно, был рад тебя слышать. Приеду — зацелую до смерти! — Скорей бы. Приятного отдыха! — Пока! Люблю тебя! — И я люблю…  — Егор услышал гудки. Самые теплые и приятные чувства наполнили его, и он был готов лопнуть от радости; прижав телефон к груди, Моисеенко посмотрел в темный потолок и усмехнулся сам себе под нос. Закрыв глаза, Егор расслабился. Он был спокоен. Все наладилось. Все стало хорошо.

***

— Я пиздецки замерз, — Дима уткнулся носом в шерстяной шарф и зажмурился. Они с Андреем уже почти полтора часа находились в парке около школы и выжидали малейших признаков активности со стороны Моисеенко. — Возьми мой шарф, — буркнул Филюшкин, приподнимаясь и всматриваясь куда-то в неизвестность. — Господи, да Темыч уехал! Зачем тебе один Егор? Какой он представляет интерес?! — Огромный! Мне нужно знать, что за мальчишка трется с ним круглые сутки, — Андрей потер румяную от мороза щеку и вновь устремил взгляд на еле видный из-за снегопада дом Егора. — Это его племянник, — спокойно произнес Скригин и сложил руки. Филюшкин замер, а потом медленно повернулся к другу и склонил голову набок. Его лицо выражало чистейшее удивление. — Откуда… — Это знает весь поселок. — Правда? Так какого хера ты молчал?! — Андрей навалился на Диму, и они вместе, сами того не поняв, свалились со скамьи в сугроб. — Вечно ты скрываешь от меня все самое интересное! — смеялся Филюшкин, подминая под себя Диму; тот визжал, пытаясь скинуть этого амбала. — Хахаха! Уморил! Все, слезай! Разда-авишь! — прошипел Скригин, хватая друга за руку. — Никуда не слезу! Будешь наказан!.. — Получай! — взвизгнул Дима и, набрав немного снега в ладонь, кинул его в лицо Филюшкину. Они еще больше разгоготались и увлеклись игрой, пока внезапно Андрей не остановился и не прыгнул на Скригина, прижав его к земле и чуть не расплющив. — Ты ч… — Тихо! — Андрей заткнул Диме рот. — Лежать! Там Грачев идет, тш-ш! Они одновременно выглянули из-за скамьи и увидели Гену, бодрой походкой направляющегося в сторону леса. Выглядел он веселым. — Смотри-ка, уже кого-то отоварил, по-любому, — сказал Дима. — Мечтаю, чтоб зимние каникулы не заканчивались… только из-за него. В школе эта гнида покоя нам не даст, — Андрей прищурился, когда Грачев скрылся в темноте. — Уже успел до всех доебаться, все, все на каждом углу знают его. — Завидуешь? — ухмыльнулся Дима, легонько толкая друга в плечо. — Идиотам бы завидовать! Главное, чтоб он никого не убил. — Хм, а он может? — Наверное. Тьфу, терпеть его не могу. Болтливый, как попугай. Хрен рот заткнешь. — Может, сходим ко мне? Я купил вчера чай такой, закачаешься, — Скригин поднялся и отряхнулся. — Или хочешь валяться здесь до ночи? — Мое призвание — разведка, — Андрей изобразил руками бинокль. — Смешон, смешон. Идем. Я угощаю. Филюшкин польщенно улыбнулся и пошел за Димой, постоянно оборачиваясь в надежде узнать, не следит ли за ними новый на деревне следопыт.

***

… Егор продолжал лежать в кровати, раскинув руки и ноги. Так хорошо за последнюю неделю он себя еще не чувствовал. Тепло заполнило его грудь и было готово вырваться в любую секунду наружу. Голос Темы ласкал его и давал сил на дальнейшие действия, а лицо Рязанина будто стояло перед глазами вместе с этой милой широкой улыбкой. Моисеенко не сразу услышал топот и даже сперва не осознал, как Марк с хихиканьем прыгнул на него. — Попался! Артем звонил? — мальчик лег на грудь Егора и погладил ее. — Ах ты шалунишка! Да, это был Тема. Я так соскучился по нему… Передать не могу. — Он лучше, чем Гена, — сказал Марк и вздохнул. — А Гена тебе, я погляжу, понравился. — У него глаза такие странные… Большие. Интересно, а видит все и слышит все? — Если ему известен мой номер спустя пару часов после знакомства, то да. — Всезнающий Гена, — хохотнул Марк и зевнул. — Скучно. Может, я еще погуляю? Я не долепил снеговика. — Ни за что не отпущу тебя на улицу, где шляется этот придурок, — Егор обхватил Марка за талию. — Он не маньяк. — Я волнуюсь. Сходи лучше в магазин и купи хлеба, только очень быстро. — Будет выполнено, мой капитан! — улыбнулся Марк, глядя в глаза Егору. Тот потрепал его за волосы и, встав с кровати, стал искать деньги. Как только они были успешно обнаружены, мальчик убежал. Моисеенко подошел к окну и принялся пристально следить за тем, как удалялся маленький силуэт в сторону магазина напротив школы. Необъяснимое предчувствие одолевало его. Он еще раз осмотрел улицу и ушел на кухню готовить ужин, продолжая думать то о Марке, то об Артеме, то о Гене. Столько всего смешалось в его голове за последнее время, что он не знал, с чего начать нормальное осмысление происходящего. Надо было начинать с себя. Готовя скромный салат, этим Егор попутно и занялся.