La mia bella medico

      Предновогодняя суета всегда расслабляет. Дни летели как-то сами собой, а Рождество приближалось огромными шагами, стучась в каждое окошко. Зимние декорации возводились оперативно по всему городу, естественно, не обойдя и центральную клинику Восточного района. Да и в конце концов, было бы просто невежеством пропустить первый праздник, что переживает клиника. И потому все суетились.              Рашель, закончив с нудной документацией, решила совершить последний обход пациентов. Определенно, наступили спокойные времена: семья Каваллоне смогла достроить клинику раньше поставленных сроков (француженка всё ещё поражалась такой оперативности работы), и сейчас вместо одного холла с небольшим сектором на втором этаже и левым крылом появился полноценный комплекс с тремя блоками и рекреационной зоной. И сейчас, когда система уже запущена и работает в привычном режиме, а пациенты стабильно выздоравливают и возвращаются в семьи к Рождеству, наблюдать за тем, с каким энтузиазмом персонал крепит новогодние декорации, было бесценно. И Рейчел, разумеется, тоже не могла сдержать улыбку.              Осмотр пациентов не занял много времени, хоть и Рашель любила порой задержаться в палатах, пытаясь взять максимум для практики итальянского языка. Выходило не так плохо: хоть и сама она говорила все еще с трудом и мало, но вот суть разговоров собеседников уже могла уловить. Уловить – и, определенно, несколько гордиться собой.              - Прошу, не задерживайтесь так долго. Выходные же на носу, - попросила Рашель старшую медсестру на стойке регистратуры, отдавая бумаги. – До Рождества еще добрых две недели – успеем все украсить.              - Нам только в радость, доктор. – медсестра приняла бумаги и мельком их осмотрела. – Кстати, пациент из четырнадцатой в себя пришёл.              - Правда? - Рашель смогла вспомнить пациента очень быстро: буквально пару дней назад она оперировала его руку и поправляла правое бедро. – В таком случае, осмотрю его. Карта?              Получив записи, направилась прямиком в палату. Тот парень… Его нашли на трассе за городом, предположительно – его сбила машина, а неосторожный водитель просто скрылся с места преступления. Но… Рашель не очень доверяла этой версии: слишком уж раны, что находились в противоположных сторонах тела, не совпадали с типичным характером авто-травм. Но Рашель, прежде чем разбираться, решила сначала поговорить с пациентом. Окинула еще раз взглядом записи – так, напомнить общую картину – и приоткрыла дверь.              - Добрый вечер, мистер Серра*. – она подошла к пациенту ближе, отмечая заметные улучшения с последнего раза, когда ей довелось его оперировать. Бледное лицо, почти такого же оттенка как белесые лохматые пряди, теперь было более румяным, а легкая улыбка на лице хоть и контрастировала с пронзительными светло-фиолетовыми – почти неестественными – глазами, но все же выдавала весь задор и хорошее настроение пациента. Это несколько обнадеживало. – Я ваш лечащий врач, Рашель Беллистант.              - Так вы тот самый ангел, спасший меня? – он беззаботно склонил голову на бок, хмыкнув. – Прошу, зовите меня Бьякуран…                            Через десять минут Рашель, однозначно уверенная в конце рабочего дня, отдала халат и записи пациента Бьякурана Серра на стойку регистрации.              - Он выглядит живенько для автокатастрофы. – заметила Рейч, ставя последнюю подпись. – Через недельку можем выписывать. Хороших выходных, Лиа!              И, бросив взгляд на декорированные двери, Рашель поспешила вернуться домой…                            Что касается семьи Каваллоне, то здесь, как могла отметить Рейчел, работа несколько замедлилась. Кажется, Дино успел разобраться перед Рождеством со многими делами, и потому видеть его сутками в своем кабинете не приходилось. Вместо этого десятый босс нашел себе другое занятие: Тристану, устроившемся в поместье окончательно как в собственном доме, доводилось видеть хозяина каждый вечер. Порой – на своей спине, и буйному американцу подобная итальянская наглость явно была не по нраву.              Вот и сейчас, когда Рашель только добралась до дома и прошла к загонам, Дино, крепко держась в седле на спине бунтаря, пытается заставить того пройтись вдоль загона рысцой. Конь брыкается и всё еще подпрыгивает, пытаясь скинуть наездника с седла, но общая усталость и, если можно так выразиться, некая привычка к надоедливому хозяину всё же усмиряют его пыл, и несколько метров жеребец порой проходит спокойно. Но на всякий случай Ромарио, также восседая в седле с лассо наготове, внимательно следит за каждым движением коня.              - О, они почти поладили, - подметила Рашель, подойдя ближе к Ромарио, но не в состоянии оторвать взгляд от Дино. Она признавала, что тоже несколько переживала – но как доктор в первую очередь, разумеется!              - Только после того, как Тристан прокусил кнут босса. – И мужчина кивнул на ограждение рядом с собой, где в свете фонарей едва виднелся полностью разодранный кнут. – Этот монстр будет общаться только на равных. Семь часов брыкается – и хоть бы что! Нормальный конь давно бы уже по струнке ходил как милый. Хотя, - Ромарио сделал небольшую паузу, хмыкнув. – Думаю, именно поэтому босс хочет приручить его.              - Да уж, он явно забавляется…              На мгновение жеребец замер, опустив голову и, видимо, пытаясь восстановить дыхание. Каваллоне тут же осторожно погладил его по гриве и шее, пытаясь прочувствовать каждый напряженный мускул животного. И, на удивление, полностью игнорируя пожигающую боль в собственных ногах. Как никогда, он был тоже изнеможён.              - Тише, красавчик… - но Тристан тут же недовольно фыркнул, стоило услышать голос. – Мы сегодня хорошо поработали, правда? – и, присмотревшись, почему Тристан вдруг стал спокойнее, Дино проследил за его взглядом и наконец заметил рядом с Ромарио любимую. – О, а вот и твоя любимица пришла. – и конь снова фыркнул, дернув узды чуть вперед. – Да брось, ей ты позволил себя оседлать. Хочешь поздороваться? – Каваллоне засмеялся, всё же спустившись со спины животного, но вовремя схватившись за поводья – иначе бы Тристан рванул неизвестно куда. – Да подожди! Дай я тебя освобожу.              Терпеливо, но с особым напряжением Тристан наблюдал, как сначала со спины скользает седло, а после – хозяин становится напротив и, еще раз по-глупому потрепав его за челку, осторожно снимает уздечку. Краткое чувство свободы – и конь с громким ржанием отбегает в противоположную сторону загона. Ромарио готовится пришпорить свою лошадь и погнаться за бунтарем, как Дино тут же останавливает: «Пусть порезвится, ему нужно отдохнуть», - а сам, отряхиваясь от пыли, подходит ближе к Рашель.              - Забавляешься? – легкий поцелуй, и Рашель смогла наконец осмотреть Дино. – Пять месяцев ведь с ним воюешь.              - Это не война. Так, дружеские разногласия. И в целом, я от него в восторге. – блондин улыбнулся шире, открывая ворота загона. Приобняв любимую, он потянул её внутрь, на территорию жеребца, и француженка заметно занервничала.              - Дино, я не…              - Доверься мне, - прервал её препирания еще одним поцелуем – несколько более настойчивым – а после прихватил небольшое яблоко, вложив его ей в руки. – Он явно к тебе неровно дышит. – но француженка не особо этому верила, смотря на блондина с до-смешного-знакомым детским недоверием. – Смотри, - и Дино начал осторожно отходить, прося Рейч оставаться на месте. Она, напуганная, всё же стояла на месте, мысленно проклиная Каваллоне за подобные выходки.              Тристан смотрел прямо на них. Стоило хозяину отойти несколько дальше – никаких сомнений, конь сверлил взглядом только Рашель. А спустя несколько секунд, фыркнув, устало перебирая копытами приближался к ней.              - Дино, это не смешно и… - сдавленно отвечала Рашель, стараясь не произнести ни громкого звука, ни – тем более – выкинуть какое-либо резкое действие, но лишь, остолбенев, наблюдала, как конь приближается к ней.              Ближе и ближе. Размеренный топот копыт по замерзшей земле. Еще несколько метров. Вот уже на расстоянии вытянутой руки. Еще чуть-чуть, и…              Тристан, фыркнув, склоняет голову к правой руке, принюхиваясь и мягко выдыхая, обдавая руку девушки теплыми потоками воздуха, негромким чавканьем просит её разжать ладошку. Ту самую, в котором она крепко сжимала яблоко.              - Видишь, - только улыбнулся Дино, взъерошив волосы на затылке. – Я его объезжу – и он будет твоим. – но только Рашель собиралась возразить, совсем не ожидая подобного заявления, как блондин, будто почуяв нарастающее смятение и приближающийся словесный поток недовольства, привел решающий аргумент. – Меня он возить не будет: ты ему явно больше по нраву.              - Как будто лошадь может так вольно выбирать себе хозяина. – Рашель пожала плечиками, но всё же не стала более возражать.              Но Дино решил более не комментировать. Разумеется, как босс семьи Каваллоне, он как никто другой знал, что лошади куда более избирательны в хозяевах, чем мы привыкли о них думать. Но как бы то ни было, для споров и доказательств он изрядно подустал, а едва уловимое урчание желудка со стороны любимой заставило его выпустить коня из загона и поторопиться на ужин – Дино тоже был как никогда голоден.              И, кажется, фуа-гра Лабери с маслянистым Шардоне Мерсо – идеальное сочетание к пятничному вечеру перед камином.              - Кстати, - начал Дино, отложив пустое блюдо в сторону. – Сильно загруженный график перед Рождеством?              - Не сказала бы, - пожала плечиками Рашель, и яркие искорки интереса заиграли в любимом взгляде. – Намечается путешествие?              - Даже несколько. У семей Каваллоне и Вонгола есть традиция – рождественские игры, так что буду рад, если ты сможешь отлучиться на пару-тройку дней в Японию. А после, - Дино наблюдал за личиком Рашель в свете каминных огней, и, кажется, улавливал явное согласие на столь долгие поездки. – В Рождество союзные семьи устраивают прием в поместье Вонголы.              - Звучит так, будто декабрь будет весьма пафосным, - посмеялась она, легко кивая. – Но у меня ведь всё равно нет выбора, так?              Дино, притянув любимую ближе, нежно поцеловал её в макушку, вдыхая нотки французского прованса с слегка влажных волос.              - Ни малейшего…                            День казался поистине загруженным: самолёт, следующий прямым рейсом из Палермо в Намимори, приземлился в аэропорту в районе шестого часа утра. Добавляя к этому разницу во времени, Рейчел казалось, что перенести такой скачок будет тяжело. Но кружка кофе вместе с «американским брауни», так сильно отличающимся от оригинального бостонского, творили чудеса, и после пары часов сна в отеле Рашель чувствовала себя довольно бодро.              Её планы на день к дальнейшему изучению города и «странных японских штук» были отсрочены, так как Дино решил представить её своим друзьям и «младшему брату», как он часто выражался. И потому, приблизительно в девять часов утра, их автомобиль, следующий через типичные жилые районы, остановился напротив ничем не выделяющегося домика, напротив которого уже ждала толпа людей – их всех Рашель видела впервые, кроме… ребенка, что однажды приезжал в их поместье несколько месяцев назад. Правда, вместо костюма на этот раз он был одет в… определенно что-то традиционно-японское. Рашель не была сильна в стиле этого места, но учитывая, что некоторые люди в толпе тоже были в костюмах – две девочки носили кимоно, а какой-то шумный парень облачился в мужской исторический наряд – считала, что традиции весьма принимают подобные наряды.              - Простите, что заставили ждать! – вкрикнул Дино в толпу на японском, широко улыбаясь. – Запрыгивайте, ребятки.              - Дино-сан?!! – мелковатый парень со взъерошенными волосами был явно удивлен их появлению и, стоило машине остановиться, он не сразу решался устроиться, косясь на ребенка. Тот командным тоном велел следовать.              Рашель, не понимающая ни слова, лишь молча наблюдала за тем, как происходило… что-то. Ребенок, по-видимому, выдавал какие-то указания (и все внимательно слушали), а после толпа направилась к машине. Но задержались, заметив позади Каваллоне новое лицо.              - Дино-сан, а это…? – начал лохматый паренек, с искорками смущения и одновременного восхищения осматривая Рашель. И отдельно заостряя внимание на том, как Дино, обойдя спутницу, мягко приобнял её за талию, улыбаясь. – Твоя девушка?              - Такая красавица!.. – воскликнула девочка в темном кимоно, подходя ближе.              - Это Рашель, - Рашель смогла разобрать в разговоре своё имя и приготовилась протянуть руку, как Дино продолжил, - Доктор моей семьи и… Моя невеста.              На секунду толпа стихла, а после всеобщее «Хэээээ???» разразило улицу. Рашель даже смутилась, смотря в шокированные лица людей, что ошарашенно уставились на неё. И только Дино заливисто посмеялся, разряжая обстановку.              - Только вы ей это не говорите, - попросил он, обнимая француженку крепче. – Она пока об этом не знает. – и, наблюдая, что реакция японцев едва ли сменится, Дино поспешил представить Рашель. – Это мои друзья, о которых я говорил. Тсуна, - он кивнул в сторону самого шокированного лохматого паренька, - Мой младший брат. И весь его клан сегодня с ним.              Рашель чувствовала что-то неладное, и только хотела спросить Дино, почему окружающие так сверлят её взглядом, как «младший брат», широко улыбнувшись, заговорил первым, протянув руку:              - Х-хэллоу! Ай… Тсуна… - правда, голос его несколько дрожал, а английский явно оставлял желать лучшего, но Рашель не смогла сдержать улыбки, пожимая его руку. – Найс… мит… ю…              - Взаимно, - улыбнулась, приветствуя остальных кивком головы. После вновь обратилась к Дино. – А ты был прав, и правда на тебя похож. Правда… с английским у него получше, чем в твои золотые годы.              Каваллоне принял колкость почти спокойно – так, только крошечная детская обида велела придумать что-нибудь в ответ. Как в то время. Вот только…              Вглядываясь во всё те же насмешливые льдинки, не хотелось говорить ничего дурного. Только прижать к себе, чтобы эта вредина никуда не убежала.              - Мисс Беллистант, - поприветствовал Рашель ребенок. – Меня зовут Реборн. Имею честь хорошо знать вашего отца.              - Рада знакомству, - кажется, на этом обмен любезностями закончился. А после – все расположились по машинам.              Вот только некоторые – например, сероволосый парень явно неяпонской внешности и периодически Тсуна – всё еще бросали косые взгляды то на Дино, то на Рашель, и последней уже не терпелось спросить, с чего такое пристальное внимание.              - Потому что ты слишком красива, - один ответ от блондина, и, честно, Рейч несколько смутилась, отвернувшись к окну. Каваллоне не смог сдержать смех с такого детского поведения.              Такого, что он любил больше всего…                     После рождественского состязания за сто миллионов йен – Рашель даже не хотела рассчитывать сумму в евро, предчувствуя, что счет этот весьма значительный – Каваллоне вернулись в отель, весьма измотанные битвой. И хоть команды сыграли в ничью (что француженка вообще считала чуть ли не чудом, учитывая, насколько порой неадекватные задания семьям необходимо было пройти), вечер в Японии отмечался так, словно победа была всецело заработана тяжелым трудом. Потому все – кроме Рашель и Дино – решили расслабиться на горячих источниках, и этаж отеля, отведенного для семьи, казался небывало пустым.       В целом, вечер проходил неплохо. После тяжелого дня на свежем воздухе и вечернем туре по пред-Рождественскому Намимори, Рашель была как никогда счастлива залезть под теплый душ – все же зима в Италии была несколько теплее и приветливее японских ветров. В воздухе еще витал расслабляющий аромат геля для душа, смешанный с насыщенным паром, что так быстро вгонял в сон. Да, так спокойнее всего.              Дино же был несколько напряжен. Сконцентрирован. Полностью сосредоточен, рассматривая страницы в интернете, попутно отвечая на деловые письма. И он даже не заметил, как Рашель, выйдя из душа, подкралась и обняла его со спины.              Но блондин резко щелкнул клавишей так, что браузер закрылся, оставив после себя лишь почтовый менеджер.              - Так, - начала Рашель в детективном тоне. – По реакции могу предположить: это была либо переписка с любовницей, либо третьесортная порнушка.              И, когда Каваллоне тут же растерялся, пытаясь подобрать слова, Рашель звонко рассмеялась.              - В-вообще-то не смешно, - даже по-детски насупился он, закрывая ноутбук.              - Значит, всё-таки порнушка, – Рашель явно упивалась, как любимый заливается в смущении.              - Перестань, - и, чтобы хоть как-нибудь её утихомирить, Дино притянул к себе, заставляя расположиться точно перед ним. Чтобы смотрела прямо в глаза, а детская издевка во взгляде угасала словно последние угольки в костре.              И в полном умиротворении наблюдать, как эти угольки тлеют.              - Что? – спросила Рашель в недоумении, и рука невольно тянется к чуть мокрым золотым прядям.              - Скоро Рождество, - перевёл тему Дино, - Где хочешь встретить? Штаты или Лион?              - Кхм, я вообще-то думала провести его дома, - задумалась Рейч, а Дино уже прикидывал в голове, как можно перенести все намеченные планы в штаты, как… - Так что Палермо вполне подойдет. Да и к тому же…              Резкий звонок мобильного телефона прервал её. Разрушать идиллию не хотелось, а потому Дино, всё ещё восторженный её словами, подал телефон с прикроватного столика.              - Слушаю, - Беллистант удивилась столь позднему звонку, с недоумением смотря на любимого.              - Доктор, - послышался в трубке обеспокоенный голос старшей медсестры. – Прошу прощения за беспокойство, но у нас тут пациент из четырнадцатой палаты просит, чтобы его выписали сегодня.              - Серра? – все же этот пациент отлично сохранился в её памяти, - Как он домой собирается? Кости-то переломаны в щепки.              - Не знаю, доктор, но… - медсестра замялась, и Рейч могла предположить, что пациент в данный момент находился непосредственно перед ней.              - Хорошо, мы ведь в любом случае не можем его насильно удерживать. – выдохнула Рашель, пытаясь привести мысли в порядок. – Пусть только подпишет бумаги о принятии ответственности за своё состояние, дайте ему рецепты на препараты – и выписывайте.              - Вас поняла, доктор, всё подготовим. Хорошего отдыха.              И после монотонных гудков телефон был отброшен в сторону. Рашель невольно нахмурилась, оценивая ситуацию, в которой ниточки были спутаны одним клубком, и почему-то всё казалось каким-то…              - Всё в порядке? – отвлёк Дино, наблюдая за личиком Рашель.              - Да, просто… Один пациент, - она пожала плечиками, но что-то во взгляде карих глаз говорило ей, что после всего она обязана назвать имя. – Бьякуран Серра. Что-нибудь говорит?              - Хм… - на несколько секунд он перебирал варианты. – Не совсем, но на всякий случай проверю.              И он отвлекся буквально на полминуты, чтобы набрать короткое сообщение Ромарио – и Рейч определенно стало легче. Правда, для неё оставалась последняя деталь на сегодняшний день.              - Так… что ты сказал своим друзьям? – спросила она, чуть надавливая на его плечи. Кажется, обычный инстинкт, чтобы «жертва допроса» никуда не сбежала.              «Жертва» же решила принять другую тактику: комбинацию непонимания и отрицания.              - О чём ты? – хоть он и понял сразу, что Тсуна и его клан выдали Каваллоне с головой, так просто сдаваться он не собирался.              - Они смотрели на меня так, будто смерть увидели, - Рашель отшутилась, однако давление не сбавляла.              - Да брось, тебе показалось. – Каваллоне не смог сдержать смех, однако в глубине души все еще понимал, что так просто любимая его словам не верила. Потому решил быть предельно честным. Ну, почти предельно. – Я обещаю тебе рассказать совсем скоро, как улажу последние детали и все формальности, хорошо?              Боже, это было так… в духе Каваллоне. На мгновение Рашель вернулась мыслями в самое начало их пути, когда он – так же самоуверенно и абсолютно самостоятельно от её мнений и действий – замышлял что-то неожиданное, а она могла лишь пожинать плоды, периодически проклиная эту самую «самодостаточность». Но сейчас, когда она, удобно расположившись на его бёдрах, всматривалась в тёплые карие сверху вниз – так, как привыкла с самого детства, но лишь ввиду разницы в росте, - поддерживаемая крепкими объятиями, никаких более вопросов не возникало. Да, разрывало любопытство, а за постоянные такие «секреты» хотелось по-детски обидеться, по-женски выпытывая из блондина каждое слово, но вместо этого она, размеренно выдохнув, может лишь кротко ответить: «Хорошо» - и окончательно утонуть в его поцелуях…       _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _       * Serra – ит. Оранжерея