Зоопарк из Сакамаки

      Юи вошла в свою комнату, находясь в более-менее терпимом расположении духа. Почему она, несмотря на все свои недовольства по поводу сегодняшнего дня, была в терпимом состоянии сейчас? Все просто: она понимала, что ближайшие пару часов ей не придется терпеть компанию ревнивого Аято. Однако, стоило ей только спокойно пройти дальше в комнату, как следом за ней в тут же забежал Аято и, по-хозяйски забравшись на постель Комори, посмотрел на блондинку, вызвав у нее дрожь своим неожиданным появлением.       — А ты здесь откуда? — немного взволнованно спросила Юи, не сумевшая скрыть в собственном голосе нотки раздражения, когда обращалась к койоту. — Разве ты не оскорблен столь диким отношением к своей персоне с моей стороны? — возмущенно спросила девушка, складывая руки под грудью и смотря на животное так, будто она ожидала от него каких-либо извинений. На все эти речи Аято лишь не многозначно фыркнул, укладывая голову на свои лапы и явно дожидаясь готовности блондинки.       — Если ты забыла, то я напомню тебе, плоскодонка, что Великий Я приставлен к тебе, чтобы следить за тобой, — буквально прорычал койот, прикрывая глаза, надеясь тем самым хоть как-то успокоиться. Возможно, Аято рассчитывал, что, не видя своей «головной боли», сама головная у него пройдет. Сакамаки все-таки продолжил: — Кстати, если я вынужден ходить за тобой повсюду, это не означает, что ты имеешь право так нагло со мной разговаривать, — койот поднял свои глаза на Юи, разглядывая стоящую напротив. Можно подумать, будто он рад нянчиться с ней каждую их вылазку? Разве нельзя было сделать вид попроще, тем более учитывая то, что это она виновата перед ним. Но, посчитав, что является умнее какой-то глупой человеческой женщины, Аято решил не продолжать этот разговор, быстро сменив тему на более нейтральную. — Как только будешь готова, чтобы пойти в город, позови меня. А пока я просто за тобой понаблюдаю, — койот смотрел на нее так строго, что Юи сразу поняла, что он настроен серьезно.       — Разве я не могу идти туда одна? Не думаю, что днем со мной может произойти что-то ужасное, — уже спокойно проговорила девушка, собирая необходимые ей вещи, такие как, допустим, деньги и телефон, список покупок.       — Да за тебя никто особо и не переживает, — фыркнул обращенный вампир, спрыгивая с кровати и разминая лапы, позволяя блондинке надеть на себя ошейник. Было бы не очень хорошо, если его вдруг заберет какая-нибудь служба по отлову бездомных животных, приняв Великого Его за бездомную блохастую псину. — Рейджи переживает исключительно за финансовое положение нашей семьи, которое рушится, как только ты касаешься его. В остальном, конечно, этот очкарик и может найти отраву, которая вернет нам прежний вид, но это займет какое-то время, поэтому в этом плане ты тоже нужна, но не так сильно, ведь не факт, что Рейджи успеет, а так всегда можно обвинить тебя, плоскодонка…       — Аято! — выкрикнула разозленная и оскорбленная Комори, смотря на закатившего глаза койота. Подумать только, она старается исправить свою оплошность, а ей даже должностного внимания не уделяют, словно она и обязана делать все это.       — Что? — Сакамаки посмотрел на девушку, не скрывая во взгляде своей злости.       — Я готова, идем, — Юи, недовольно поджав губы, направилась к двери, а койот, пробубнив что-то неясное, пошел следом за блондинкой, стараясь от нее не отставать.

***

      Койот относился к марту весьма скептически. Почему? Потому что он не особо любил столпотворения людей, которые кричат и радуются непонятно чему именно. А в марте, как минимум, два праздника, не считая разнообразных ярмарок, длящихся практически неделю. Вот и сейчас проходили приготовления ко дню цветения персиков*. Аято, чтобы не потеряться среди всех этих суетящихся людей, буквально, цеплялся за подол юбки Комори. В отличие от своего спутника, Юи любила весну, потому что лишь в марте около пяти праздников (день цветения персиков, 8 марта, праздник девочек, праздник кукол, хинами), которые богаты красивой атмосферой и хорошим настроением. Сейчас же девушка шла по улицам города, откровенно не замечая цепляющегося к ней койота и разглядывая постепенно преображающиеся здания. Вроде через несколько дней должно быть празднование, и Комори была бы рада пойти посмотреть на цветущие деревья персиков, вот только проблема в одном: кто ее пустит туда? Вряд ли Аято или еще кто-то из братьев разрешит пойти на многолюдное празднование.       Наконец заметив койота, по ошибке ухватившегося не за подол юбки, а за голень, девушка глянула немного удивленно на парня, желая знать причину такой обеспокоенности с его стороны.       — Что-то случилось, Аято? — нахмурившись, спросила светловолосая, отходя в сторону и приседая на корточки. Юи ласково погладила по голове койота, почесав за ушком. — Боишься потеряться?       — Великий Я ничего не боится! — воскликнул Аято, приподнимая свою морду и с некоторым презрением во взгляде смотря в карминовые глаза. Конечно, в какой-то степени зеленоглазый боялся, что его все-таки заберут, как бродячую шавку, пусть он и с ошейником. — Просто я не хочу, чтобы меня поймали. Тебе никто не отдаст Великого Меня, потому что примут за обычного подростка. А из людей в особняке только ты, — фыркнул зеленоглазый, медленно расслабляясь под ласками блондинки, которую он не загрыз, лишь потому что та умело чешет за ушком. И во что Сакамаки превратился? От осознания вампиру становилось противно.       — Бедный мальчик, — Юи улыбнулась, издав глухой смешок. Порывшись в сумке и найдя поводок, девушка пристегнула его к ошейнику. — Вот так ты точно не потеряешься, трусишка, — Комори готова была захлопать в ладоши от радости, что теперь Аято не противится виду поводка и ошейника, хотя этого сейчас требовали обстоятельства. Девушка поднялась в нормальное положение и направилась в сторону зоомагазина, крепко держа в своей руке поводок, изредка подгоняя койота, чтобы тот не отставал.       — Плоскодонка, не тяни так сильно! Великому Мне неприятно! И вообще, — Аято недовольно рычал, удивляясь, что на него никто не смотрит, видимо, не слыша, — придем домой — ты будешь спать на коврике! — естественно вампиру было неприятно, что сейчас его тянут против воли куда-то. Да и то, что обращаются с ним, как с животным, Сакамаки тоже не приветствовал.       — Это я на коврике спать буду?! — Юи от удивления и злости чуть не выронила поводок, понимая, что этот самодовольный звереныш способен на многое, тем более на то, чтобы просто так взять и столкнуть ее во время сна на пол, а после не позволять забраться обратно на кровать. Комори недовольно надула губы, отворачиваясь от койота и продолжая уже более спокойным шагом направляться в сторону зоомагазина, чтобы поскорее купить необходимые вещи, а после вернуться домой, дабы уже спокойно закончить этот тяжелый день в компании нескольких превращенных.       — Если ты не заткнешься, то да. А так… Я подумаю над этим, посмотрев за твоим поведением. И попробуй только снова кому-то, кроме меня, проявлять какое-либо внимание! — Аято спокойно брел рядом. Когда девушка не спешила и не тянула его за поводок, он практически не чувствовал сковывающей силы, поэтому вполне можно было терпеть это постыдное для него положение. — Не опаздывай ко мне сегодня, плоскодонка.       — Я более чем уверена, что ты будешь ждать меня в моей же комнате, чтобы не пропустить лишнего момента для того, чтобы отчитать или отдать свой очередной глупый приказ, — возможно, было не особо заметно, что красноглазая была сейчас не в духе из-за возможного времяпровождения ночью на полу. Юи старалась отвлечься, поэтому тщательно разглядывала различные плакаты с грядущими вечерними представлениями.       — Вовсе нет, — недовольно буркнул койот, прижимая к макушке свои уши и смотря в противоположную сторону. С одной стороны он был не рад, что его быстро разгадала какая-то там девчонка, а с другой стороны Аято был даже немного рад, что у его блондинки началась появляться хоть какая-то память на его действия. — И вообще заткнись. Просто купи то, что нам нужно и идем домой, пока не стемнело, — Сакамаки цыкнул, входя в магазин следом за Комори, игнорируя всякие крики со стороны девушки и уж тем более продавца.