Зоопарк из Сакамаки

      Юи, несмотря на вечные недовольства со стороны Аято, который жаловался на длительность выбора девушки нужного печенья с эвкалиптом, вернулась в особняк в приподнятом настроении. Сняв с койота ошейник, тем самым отпустив его на свободу, Комори, шурша одним из пакетиков с печеньем, направилась в сторону комнаты Шу. Блондинка была расслабленна из-за чувства, что в ближайший час она будет находиться в тишине и играть роль дерева, по которому с наслаждением будет ползать ленивец. Аккуратно и тихо открыв дверь в комнату старшего Сакамаки, Юи прошла внутрь, а после посмотрела на постель, где под одеялом скрывался зверь, предпочтя провести время в темноте, и, видимо, пока девушка ходила по магазинам не в самой лучшей компании, спал.       — Шу, миленький, я пришла, — ласково выговорила Комори, садясь на кровать и дожидаясь, когда ленивец повернется к ней лицом. Сейчас даже будто в самой комнате замедлилось время, позволяя немного расслабиться и забыть о своих проблемах. Юи поправила свою заколку, чтобы челка не спадала ей на глаза. В один момент Юи, оставив на своих коленях пакет с печеньем, снова обвела взглядом комнату Шу. Здесь ей доводилось быть меньше всего, поэтому она была немного увлечена изучением интерьера, пока не почувствовала, как матрас прогибается под весом Сакамаки.       — Я так рад… что ты наконец… купила для меня еду… и покормишь меня… — уже в привычном для девушки замедленном темпе проговорил голубоглазый, своими когтистыми лапами дотягиваясь до пакета и кое-как забираясь на колени к блондинке. — Я устал… Ты ведь позволишь… использовать тебя, как дерево? Ведь мне непривычно находиться на земле, — Шу замолчал на какое-то время, с интересом и предвкушением наблюдая за тем, как девчушка распаковывает его пищу.       — Конечно, я не возражаю, — нотки обреченности, хоть и слабо, но услышать можно было в голосе Комори. Вот девушка уже отложила ленту, которая держала закрытым пакет, и теперь с радостной улыбкой принялась кормить уже севшего на ней ленивца. Возможно, именно старший Сакамаки среди всего этого зоопарка из братьев дарил ей какое-то приятное чувство спокойствия, блондинке даже уходить не хотелось из его комнаты. Но, к сожалению, все равно это придется сделать рано или поздно.       Когда Шу отставил очередное печенье, которое ему протянули, Комори улыбнулась и, взяв на руки ленивца, поднялась, немного кряхтя из-за тяжести зверя. Сакамаки осторожно обвил ее своими лапами, стараясь не поцарапать длинными коготками шею, и перебрался на спину Юи, чтобы хотя бы слегка облегчить ей задачу. Довольный блондин улыбнулся, опуская свою голову на плечо Юи.       — Юи… Мы можем пойти на улицу?.. — свежий воздух очень полезен для здоровья, тем более если учитывать, что Сакамаки является одним из ленивцев, которые практически все время висят на деревьях.       — Да… Конечно… — с трудом произнесла Комори, стараясь не упасть. Блондинка даже призналась самой себе, что вампир, ставший зверем, приносит еще больше проблем, чем пока он находится в своей обыкновенной форме, да и таскать на своей спине шестикилограммовое животное не так легко, как могло бы показаться вначале хрупкой девице.       Медленно выйдя на улицу, Юи проследовала к ближайшему дереву, чтобы позволить ленивцу оказаться в привычной для этого животного обстановке. Как только Шу слез с ее спины и забрался на рядом стоящий дубок, Комори облегченно вздохнула, присаживаясь под деревом и откидывая голову назад, прикрывая глаза. Сил у блондинки просто не было, даже чтобы следить за положением Шу, а то мало ли он, как неопытное животное, свалится с дерева. Оказывается, исправлять свои ошибки действительно намного тяжелее. Юи было обидно от осознания, что ей некому сейчас рассказать, что она чувствует, и девушка даже не знала, смогут ли братья открыться ей и быть добры, ведь пусть и не каждый проявляет к ней открытую ненависть, но неприязнь Комори прекрасно ощущала и со стороны Рейджи, и со стороны Шу, который сейчас безобидно висел сверху и, скорее всего, спал. Медленно обхватив колени и утыкаясь в них носом, блондинка заплакала от ощущения собственной беспомощности, потому что сейчас только первый день, а она уже выбилась из сил и даже не представляет, как ей придется еще угождать постоянным прихотям койота. Откровенно говоря, Юи знала, что ей просто нужно исполнять каждую просьбу и желание (скорее приказы) каждого из братьев, чтобы не злить их. Также учитывая и то, что Аято был явно против этого, Комори лишь сильнее обхватила колени, продолжая всхлипывать. Чертовски трудно будет не раздражать койота. Осмыслив все свои перспективы, которых было итак немного: быть съеденной в одну из ночей, либо быть съеденной в дневное время суток; был и такой вариант, что магическим образом она все-таки выкрутится из ситуации, но шанс этого был практически равен нулю — красноглазая зарыдала еще сильнее, стараясь хоть как-то заглушить свои всхлипы, Юи прикрыла рот рукой.       Более-менее успокоившись, девушка утерла слезы и протерла глаза, чтобы те больше не слезились. Еще раз глубоко вздохнув и сильнее обняв колени, покрасневшие от отпечатков ее пальцев, Юи уткнулась в них и, предварительно сказав, чтобы Сакамаки старший разбудил ее, когда надумает слезать, позволила себе немного вздремнуть, лишь бы набраться хоть каких-то сил на последнего мучителя.