mortgage on my body, lien on my soul

Кастиэль не знал, что делает на кухне. Ему было холодно. Горло сдавило так, что он еле дышал. Нужно закричать. Оно было прямо там, ожидая, когда он откроет рот и выпустит его. Сердце колотилось, в руке он сжимал нож. О, нет. Он взглянул на лезвие — чистое. Но на руках были царапины, смахивающие на насечки. Будто он пытался срезать кожу, чтобы наблюдать за хлынувшей ручьем гранатовой кровью, за тем, как она прольется прекрасными, не похожими друг на друга, каплями на плитку. Он будет наблюдать за падением каждой из них, пока кровь не загустеет, замедлится, остановится... Нет. Нет. Он не хотел этого. Он не хотел видеть... может, немного? Просто немного красного. Достаточно, чтобы смазать губы и ощутить вкус. Достаточно, чтобы окунуть в нее палец и написать записку, чтобы каждый знал, что он просит прощения. Прощения за что? За то, что он сделал. За то, что сделал другим людям. Уничтожил их. За свой эгоизм. Нет. Нет-нет... Крик застрял в горле, пытаясь вырваться наружу, протиснуться сквозь хныканье и удушье. Было так холодно, и так хотелось закричать. Но он не знал, сможет ли остановиться, если начнет. Он должен положить нож. Положи. Выключи свет. Уйди, это просто кошмар. Он смотрел на дрожащие руки. Смотрел, как нож выскользнул из пальцев и, пару раз перевернувшись в воздухе, приземлился лезвием на ногу, а потом со стуком грохнулся о плитку. Красный. Что-то красное и теплое просочилось между пальцами ноги на пол. Стекало, образуя лужу вокруг стопы. Наконец свободное. Проникло вниз, в пазы между плитками, вырисовывая крест. Он должен закричать. Просто смотреть, как течет красная кровь. Это жизнь, скрывающаяся под кожей, идеальный цвет, находящийся внутри, где никто не может его увидеть. — Эй. Эй, Кас. Резкий щелчок пальцами рядом с ухом. Дин. Это был Дин. Он улыбнулся. В горле в муках корчился вопль, но Дин каким-то образом его услышал. Помог лечь на пол. Спине стало холодно. Дин поднял его ногу, и тут она начала болеть. — Можешь сказать, где ты? — спросил Дин. — На кухне. — Назови свое имя. — Джимми Новак, — ответил он. — Нет. Не так. — Какое имя на твоих водительских правах? — Кастиэль Джонс. Я Кастиэль Джонс... Ли Харрисон, и Мэт Эверман, и Дафна Энн Аллен, и Роджер Трамбле. — Много имен. — Все чеки идут Кастиэлю Новаку. — Мир стал четче. — Пол холодный. — Здесь холодно, — согласился Дин. Кастиэль улыбнулся. — Ты милый. — Спасибо, — ответил Дин. — Давай попробуем остановить кровь. Он убрал руку — красное больше не текло. Нет больше красного. Нет больше крови. Нет. Это не было... — О, черт, — произнес Кастиэль. — Черт, прости. Я не знаю, что я... наверное, был голоден. — Все в порядке, — успокоил Дин. — Ты потерял немного крови, так что, вероятно, ощущаешь себя как в тумане. У тебя есть аптечка? — Под мойкой, — ответил Кастиэль. — Я тебя перенесу, хорошо? — Дин поднял его, и Кастиэль вцепился в его плечи. — У нас есть, чем тебя согреть. — Чувствую себя одурманенным. — Может, отвезти тебя к врачу? — спросил Дин. — Я неплохой полевой медик, но если предпочитаешь врача... — Никакой больницы, — отказался Кастиэль. — Я доверяю тебе. Так и есть. Дин перенес его на диван, устраивая ногу поудобней. Набросив на Кастиэля одеяло, он попытался отойти. Кастиэль схватил его за руку, удерживая. — Мне не следовало, — произнес Кастиэль. Хотелось бы вернуть слова назад. — Не уходи. — Все хорошо. — Дин взъерошил его волосы. — Я возьму тебе еще одно одеяло. Затем обработаю твою ногу и... у тебя есть какой-нибудь из этих травяных чаев? — Шкафчик справа от плиты, — ответил Кастиэль. — Я сейчас вернусь. Съежившись под одеялом, Кастиэль слушал, как Дин возится на кухне. — Есть перекись водорода? — Она не очень хороша при порезах, — возразил Кастиэль. — Это для пола. Кровь чертовски трудно смыть с плитки. Интересно, откуда Дину знать лучшие способы смыть кровь? — В шкафу со стиральными принадлежностями. Дин вернулся с охапкой вещей. Он набросил еще одно одеяло на Кастиэля и принялся промывать защипавший порез. — Насколько плохо? — Не очень глубокий, — ответил Дин. — Сомневаюсь, что в твоей аптечке есть материал для накладывания швов. — Ты умеешь накладывать швы? — Умею, — подтвердил Дин. — Хотя это адски больно. Можешь пошевелить пальцами? Кастиэль повиновался и тут же зашипел, на что Дин сказал: — Хорошо. У тебя останется шрам, но это все. Происходящее все еще кажется нереальным? — Откуда ты... — Видел такое раньше, — сказал Дин. — Все нормально. Вид крови может вызвать странные ощущения. Он чувствовал нереальность перед тем, как выронить нож. Как будто смотрел на кого-то другого. — Думаю, я... — он остановил себя. — Не знаю. Прости. — Не нужно извиняться. — Дин обработал рану антибактериальной мазью. — Ты лунатик? — Раньше не был. — Иногда это случается из-за стресса. — Я... — Кастиэль замолчал. — Не думаю, что это стресс. — Тебе не обязательно нужно знать, почему это произошло. Дин наложил марлю, скрепляя ее пластырем, и Кастиэль почувствовал тепло и... безопасность. Дин заставлял его чувствовать себя в безопасности. Он в беде. — Я выбираю лучшие способы испоганить свидание, — сказал Кастиэль. — Эй, вовсе нет. — Дин сложил все обратно в аптечку. — Я сделал тебе чай, сможешь его выпить? Кастиэль улыбнулся. — Конечно, давай. Дин помог ему сесть и вручил теплую чашку. — Я пока все уберу. Он встал и отнес аптечку на кухню, оставив Кастиэля потягивать чай. Кастиэль по-прежнему чувствовал себя неловко, но уже не так сильно. Подкрался страх, щекоча затылок. Ему было не впервой просыпаться от кошмара, но на этот раз он истекал кровью и... стоял и смотрел. Что, если бы Дина там не оказалось? Похоже, он взял бы нож и начал резать себя, просто, чтобы посмотреть. Кастиэль сделал глубокий судорожный вздох и открыл глаза. — Эй, — произнес Дин. И Кастиэль понял, что все это время тот был полностью обнажен. — Все хорошо. Скажи, что тебе нужно. — Я просто чувствую себя немного странно. — Кастиэль пил согревающий ромашковый чай. Он в порядке. Дин был здесь, одно его присутствие умиротворяло, и он так спокойно все воспринимал. — Как ты этому научился? Дин пожал плечами. — Младший брат. — Ты делаешь все это для него? Дин забрал у Кастиэля чашку и помог ему встать на ноги. — Наша мама умерла, когда мы были маленькими. Мне было четыре года, а Сэму шесть месяцев. — Это ужасно. Дин кивнул. — Отец, он... он делал все что мог, но большая часть его тоже умерла вместе с мамой. И в результате я заботился о младшем брате. Одевал его, присматривал, контролировал, чтобы ел, а когда он получал рану, то приходил ко мне. — Ты хорош в этом, — сказал Кастиэль. — Какую самую серьезную рану тебе случалось обрабатывать? — Пришлось зашивать Сэма после поножовщины, — ответил Дин. Ровно. Отрепетировано. Это была ложь. Кастиэль видел, как углубились морщинки у глаз, и как губы растянулись в предназначенной отвлекать внимание улыбке. — Он без умолку ругался на меня, но я не обращал внимания. — Партия в бильярд пошла не так? — спросил Кастиэль, и Дин поморщился. — Это была паршивая ночь. Это не было правдой. А что было? — Вернемся в постель? — Конечно, — согласился Дин, — идти сможешь? Кастиэль сделал несколько шагов. — Больно, но жить буду. — Я еще осмотрю ее утром... более поздним утром. — Сколько времени? — спохватился Кастиэль. — Когда проснулся, было 3:17. Услышал падение ножа. 3:17 утра. — Кас, — позвал Дин. — Эй, вернись ко мне. — Прости. — Все хорошо. — Дин погладил его по плечу. — Знаю, тебе кажется, что ты должен извиниться, но тут не за что извиняться. Дин позволил ему подняться по лестнице первым. Кастиэль рухнул на кровать и нырнул под одеяло. Дин последовал за ним. Кастиэль прижался к нему, устроив голову у него под подбородком, и закрыл глаза, прислушиваясь к его ровному сердцебиению.

***

Кастиэль проснулся, почувствовав, что остался в постели один, и услышал, как Дин поднимается по лестнице. Он поднял голову с подушки и уставился на него. Дин был до сих пор обнажен и держал в руках пакетик с зубной щеткой. — Привет, — поздоровался Дин. — Привет. Дин пересек небольшую комнату и скользнул в кровать, обнимая Кастиэля. — Не хотел тебя будить. — Я бы и так проснулся. — Он пошевелил пальцами рук и ног и замер от боли в ноге. — Прошлой ночью. Что я сделал? — Кроме того, что вытрахал мне мозги? — усмехнулся Дин. — За полночь ты в состоянии полузомби спустился вниз для перекуса и уронил нож на ногу. Я играл в доктора. Это не звучало, как «сошел ночью с ума». Получилось обоснованно и даже с юмором. Кастиэль примет эту версию. — И я выживу, доктор? — Нужно осмотреть тебя, чтобы удостовериться. Кастиэль рассмеялся. — Нет, серьезно, — произнес Дин. — Дай я посмотрю, — он подобрал одеяло, собирая его гармошкой вокруг Кастиэля, и осторожно отклеил марлю. Нежные пальцы погладили ногу, и Кастиэль попытался стряхнуть мягкое успокаивающее ощущение, вызванное заботившимся о нем Дином. Он не потеряет голову от осторожного прикосновения. Нет. — У меня гангрена? — Не-а. Ни покраснения, ни опухоли, ни жара. У тебя замечательный врач. — Я должен его поблагодарить. Дин снял последний слой марли. — Теперь ей нужно немного подышать. У тебя есть пара шлепанцев? — Где-то, — сказал Кастиэль. Он знал — в одной из его книг будет Дин. Может, немного другой, но он собирался записать Дина, сохранить для себя хотя бы так. И это немного выходило за пределы интрижки, не так ли? Дин заметил задумчивость Кастиэля и погладил его по колену. — Мы не обязаны заниматься сейчас сексом только потому, что вчера так планировали. — Я хочу, — ответил Кастиэль. — Но сначала душ. — Могу я присоединиться? Дин захватил с собой пачку презервативов и вскоре оказался на коленях, обхватив кулаком основание члена потерявшегося в наслаждении Кастиэля. Он обводил языком головку, выписывал спирали по стволу (в той же манере любил ласкать себя пальцами сам Кастиэль) и с силой всасывал, втягивая щеки. Кастиэль бесстыдно трахал Дина в рот и чуть не задохнулся, когда тот убрал руку, позволяя войти себе в горло. Кастиэль задрожал, остановившись, но Дин положил руки Кастиэля на свою голову и согласно промычал, посылая вибрацию по члену. Стоя под бьющей по плечам теплой водой, Кастиэль проверял, насколько глубоко Дин может его принять. Осторожный толчок вперед, подгоняющий хлопок по бедру и твердый взгляд, когда Дин полностью заглотил его член. Кастиэль посмотрел на лицо Дина, на эти красивые зелено-карие глаза, полные губы, сомкнувшиеся вокруг его члена, и отпустил себя. Он двигался не так грубо, как ему нравилось, но этого все равно оказалось достаточно, чтобы с криком кончить. Все еще не придя в себя, он смотрел на мастурбировавшего Дина, улыбающегося ему. — Проклятье, — выдохнул Кастиэль, когда Дин поднялся и поцеловал его. — Ты невероятен. — Ты заставляешь хотеть произвести впечатление, — сказал Дин и потянулся за мылом. Мыло было лишь предлогом, чтобы исследовать руками все тело Кастиэля. Он находил болезненные точки, напряженные узлы мышц и чувствительные места, улыбаясь реакции на них Кастиэля. — Нашел еще одно. Кастиэль задрожал под его пальцами, выписывающими маленькие круги на пояснице, и, не в силах справиться с голосом, лишь выдохнул: — Дин. — Да? — Я хочу... — Знаю. Пойдем. Дин вывел его из душа, и они едва успели вытереться, прежде чем Дин опрокинул его на кровать лицом вниз, начав покрывать поцелуями спину. Кастиэль выгнулся и застонал, чувствуя как от дыхания Дина по спине пробегают мурашки. Дин дарил ему столько внимания — Кастиэль этого не понимал и вряд ли заслуживал. Он попытался сдвинуться. Нужно... — Нет, — произнес Дин. — Но мне следует... — Теперь твой черед. Я здесь. Если хочешь что-то, скажи. Мог ли он? — Я... Дин поцеловал его в плечо. — Расскажи мне. Он никому не говорил. Он никогда не позволял никому узнать, чего он хочет, чего боялся захотеть вновь. — Мне нравится, когда меня берут под контроль. — Но если ты захочешь прекратить, скажешь «стоп», хорошо? — Хорошо, — ответил Кастиэль, и хватка Дина усилилась. Животная сила, которую он и ожидал. Дин перевернул его на спину и прижал руки к матрасу. Кастиэль ничего не мог поделать, он дернулся, но безрезультатно. Дин обездвижил его с помощью собственного веса и силы и жестко поцеловал, заставляя задыхаться. — Будешь послушным? — спросил он. Кастиэль кивнул. — Хороший мальчик, — произнес Дин, и Кастиэль едва сдержал стон. О, да. Дин вновь его перевернул и поставил на колени, раскрытого и готового. — Молодец, — похвалил Дин, и Кастиэль поплыл. Он услышал, как открывается ящик в тумбочке и попытался поднять голову, но Дин приказал «Не шевелись», и Кастиэль замер, пока Дин не прижал один смазанный палец к его отверстию. Он легко проскользнул внутрь, и Кастиэль судорожно вздохнул. — Еще. — Жадный, — усмехнулся Дин, но повиновался. Потом замер, наблюдая, как Кастиэль пытается двигаться. — Чего-то хочешь, Кас? — Да, — ответил Кастиэль, однако Дин оставался неподвижным. — Покажи мне. От этих слов зашумело в ушах и засосало под ложечкой. Он качнулся назад, крутя бедрами и насаживаясь на пальцы. Дин погладил его по спине. — Такой хороший мальчик, — одобрил он, и Кастиэль всхлипнул. — Так горячо, — похвалил Дин. — Ты отлично смотришься. Хочешь больше, Кас? — Пожалуйста, — попросил Кастиэль, и Дин навалился сверху, прижимая его к кровати и вынимая пальцы. Кастиэль протестующе заскулил. — Расслабься. Крупная головка члена Дина начала проталкиваться внутрь. Он двигался так медленно, что Кастиэлю захотелось податься назад и насадиться самому. Но Дин сдерживался, входя короткими точками, и у Кастиэля вырвался стон, когда тот наконец оказался полностью в нем и начал медленно двигаться, отчего пальцы на ногах Кастиэля поджались. — Вот так, — прошептал Дин, — ты молодец. Он приник к его спине и поцеловал в затылок. Кастиэль опустил голову на подушку и застонал. Так хорошо. Он не хотел останавливаться. Дин обнял Кастиэля и перекатил их на бок. Приласкал умелыми пальцами соски, потом провел ногтями вниз, к паху. Оставшиеся следы от ногтей начало пощипывать, и Кастиэль, закрыв глаза, простонал: — Жестче. Дин увеличил темп, прикусив зубами плечо Кастиэля. Крепко держа, он притянул его за бедра к себе, навстречу толчкам, и, блядь, это было... — Идеально, — прошептал Дин ему на ухо. Кастиэль чувствовал себя настолько заполненным. Он заскулил, облизывая губы, и Дин приник к его загривку, осыпая жалящими укусами. — Поднимись, — приказал Дин, и сам встал на колени, приподняв бедра Кастиэля, чтобы можно было двигаться быстрее. Кастиэль балансировал на одной руке, лаская член другой, и подавался назад с такой силой, что их бедра буквально врезались друг в друга, каждый раз вырывая у Дина хриплые стоны. — Блядь, Кас, так хорошо. Давай, детка, кончи для меня... — Жестче, — выдохнул Кастиэль, и Дин схватил его за волосы, оттягивая голову назад. — Да! — Кастиэль кончил с громким стоном, сосредоточившись на болезненной хватке в волосах. Дин крепко держал его, пока через него не прошел последний электрический разряд, а затем отпустил себя, беспорядочно толкаясь и кончая сам. — Кас, — прошептал Дин и, выходя, наклонился, покрывая его спину поцелуями. Он откатился в сторону, но потом пододвинулся обратно и обнял Кастиэля. — Если такая жесткость тебе понравилась, можем повторить в следующий раз. В следующий раз. Как давно у него был этот следующий раз? — Сегодня ночью? — Угу, — согласился Дин. — И мы снова не посмотрим «Звездный крейсер Галактика». Бондаж или что-то другое? — Ты упал с Небес? — спросил Кастиэль и повернулся лицом к Дину — Нет, серьезно. Упал? — Ты милый, — сказал Дин, улыбаясь. Он помассировал голову Кастиэля в том месте, где тянул за волосы. — Я бы остался на весь день, отвлекая тебя от работы, но брат будет злиться, если я не появлюсь. — Я был бы не против, но работать надо, — рассмеялся Кастиэль. — Как насчет завтрака?