Innocent

Они забрали часть его души. Бэкхён теперь словно пустая оболочка.

-

Он выглядел, словно ходячий мертвец, и не прекращал молить и тихо звать своего сына, зато перехотел жить. Он не представляет свою жизнь без него. Он не может жить без бурчания и смеха своего сынишки. Не может поверить, что его отец такой злой, раз забрал Чонгука. Родив сына от брака, он совершил ошибку, да, но за это не должен расплачиваться Чонгук. Его мольбы приобрели истеричные нотки, а слезы не останавливались, скатываясь прямиком из ноющего сердца. Так ли чувствуют себя люди, потерявшие кусок души? ― В-верните м-мне сын-на… ― с болью в голосе попросил он. Душа болела из-за того, что Чонгук не у него на руках. Чонгук больше не у него. И он не может проверить, сыт ли он, тепло ли ему, хорошо ли ему, улыбается ли он, не поранился ли он. Бэкхён не может прижать его к себе и прошептать милости ему на ушко. Он не может усыплять малыша колыбельными. Только представлять лицо своего сына. Улыбающееся лицо его сына, его смех, когда у Бэкхёна наконец-то есть время поиграть с ним. Милая широкая улыбка, когда Бэкхён приносит что-нибудь вкусненькое. Как он предлагает еду своей маме, но тот заикается или врет, что не голоден, и лишь тогда Чонгук снова начинает есть. ― В-вы н-не мож-жете так-к с-со мной п-пост-тупить… ― заявил он, позволяя нескончаемому потоку слез омывать лицо. Теперь он был на диване, куда его принес сильный и добрый Сехун. Но парень не чувствовал, как эти руки несли его. Вообще ничего не чувствовал. Он будто не был в своем теле, наблюдая за происходящим со стороны. Это было последствием потери души? Внезапно, он не был в углу лухановской гостиной; он стоял в углу поместья своих родителей, смотря, как отец дал пощечину ему в юности. И он все еще чувствует отдаленную боль от самого первого полученного удара от родителя. Ему было десять, и тогда он был таким маленьким и хрупким, что расплакался. Неожиданно мальчик превратился в Чонгука. Теперь на его сына кричали и били. Нет. Нет. ― Нет… Но, может, отец все же пожалеет Чонгука. Все-таки он доминант*, а не носитель**, как Бэкхён или Лухан. Может, Чонгук ему понравится. Может, он не обидит и не ударит его, как Бэкхён. А Бэкхёна отец всегда будет ненавидеть. ― М-молю… ― вымолвил он; это его вина. Полностью его. Теперь Чонгук страдает из-за него. Он снова громко заревел, и в это время другие обратили на парня внимание, но не могли ничего сделать. Никто не попрет против Бёнов. А это его вина ― если бы он не был такой шлюхой, то всего этого бы не произошло. Если бы он не был таким идиотом, его сына бы не забрали. Бэкхёну не нужно было сюда приходить. А он пришел, и Лухан рассказал об этом родителям, и отец забрал у него ребенка. Это все его вина! Бэкхён медленно начал царапать запястья. Это была болезненная и глупая реакция на страх или волнение. Он вонзал свои ногти в кожу практически до крови. И это было больно, но отвлекающе. Это отвлекало его от суровой реальности, в которой он сейчас находился. Они забрали часть его души. Бэкхён теперь словно пустая оболочка.

-

Лухан оделся и подходил к двери, когда мать спросила его: ― И куда это ты собираешься? ― Я как-нибудь решу все это, ― уверенно сказал Лухан. ― Я исправлю все. ― Если ты попросишь его помощи, ― предупредила мать, ― он захочет чего-нибудь взамен. ― Как ты узнала, что я иду именно к нему? ― Это либо Крис, либо Феникс, ― ответила она, ― и каждый из них по-своему ужасен. Не заключай сделки с дьяволами. ― Ты говоришь так, будто мы святые, ― фыркнул Лухан. ― Мы такие же. ― Ты даже не представляешь, на что они способны. ― Я знаю, что они опасны, ― отмахнулся тот. ― И поэтому именно у них я прошу о помощи. Я все исправлю. Или хотя бы попытаюсь.

-

Лухан пошел к самим сильным и влиятельным людям, которых знал. К Дракону и Фениксу. К Крису и Чанёлю ― лидерам группировки Ву. И он умолял. Умолял, стоя на коленях. ― Прошу, умоляю, ― он схватил ладонь озадаченного Криса. ― Вы должны помочь мне. ― Лухан, дорогой. Поднимись с колен, ― Сухо попытался помочь Лухану подняться, но тот лишь оттолкнул его. Он должен это сделать. Чунмён взглянул на Криса, и когда старший сказал ему отойти, он так и сделал. Чанёль, в свою очередь, просто сидел там, наблюдая за разворачивающейся сценой и держа в руках бокал с алкоголем. Крис сжал ладони Лухана в ответ. ― Что тебе нужно? Лухан направил свой грустно-умоляющий взгляд на Криса. ― Сын моего брата. Его забрали. ― Твоего брата? Ты про Бэкхёна? ― спросил Крис. Ну, теперь втянулся и Чанёль. ― Наш отец забрал его сына, ― ответил Лухан. ― Помоги нам, прошу. ― Успокойся, Лухан, ― сказал Крис, ― и расскажи, что случилось. Лухан глубоко вздохнул и начал рассказывать прошедшие события: ― Я позвонил маме, чтобы сказать, что нашел Бэкхёна, но отец опередил ее и прибыл с кучей мужчин, а Сехуна не было дома, и я ничего не смог сделать, ― сказал он. ― Вы должны помочь мне. Я все сделаю… ― Встань, Лухан, ― неожиданно заговорил Чанёль. ― Это отвлекает. Лухану аккуратно помогли подняться Сухо и Крис, после чего они сели. Лухан всхлипнул, переводя взгляд на Чанёля. ― У меня есть деньги и много, ― сказал он так, будто старался убедить Феникса помочь ему, ― просто помоги мне. ― Я делаю это не ради денег, ― ответил Чанёль ровным и строгим, но в то же время мягким голосом. Он всегда был по-своему мягок, ― а из-за того, что ты ― семья. Я в деле. Лухан бросился с объятиями на Чанёля, выбивая из него весь воздух, и даже несмотря на то, что напиток почти расплескался, тот даже не обратил внимание и прижал парня к себе. Если Феникс поможет, то это значит, что они точно вернут Чонгука. И он благодарит Бога каждый день за такую семью. ― Хорошо, а теперь слезь с меня прежде, чем я передумаю. Лухан улыбнулся и прижался к Чанёлю лишь сильнее. Чанёль, может быть, и холодный, но он просто не может устоять перед этими оленьими глазками. Точно такие же и у Бэкхёна. И он не будет преувеличивать и говорить, что брюнет так и не вышел из его головы, нет; но Чанёль вспоминал этого парня несколько раз. Это уже достижение. Чанёлю не очень-то и интересно, но покладистое поведение Бэкхёна заинтриговало его. Давайте просто скажем, что ему было интересно. Но все равно лидер Ву не может позволить себе такую шлюху, как он. Ему, в принципе, плевать на мнение людей, но Бэкхён шел с придачей. У него есть сын. Если Чанёль и выберет кого-нибудь, этот «кто-то» должен понимать, что Паку нужен наследник, чтобы удержать свой трон в Ву и Пак. И он сомневается, что Бэкхён сможет пережить еще одну беременность. Чанёль встряхнул головой. О чем он думает? Брюнет по-настоящему занимает так много места в его голове? ― …Ёль. Чанёль? ― М-м-м… ― без особого внимания ответил он. ― У меня рейс в Китай меньше чем через час. Моя мама никак не успокоится, ― буркнул Крис. ― Ты справишься? Это не так и сложно. Чанёль кивнул. Что плохого может случиться?

-

И все же у мистера Бёна был план. Он не отдаст мальчика. ― Мистер Бён, если вы не отдадите его по-хорошему, то я буду вынужден применить силу, ― выдал свою угрозу Чанёль, сидя в поместье Бёнов. У них была деловая встреча. ― Мистер Пак, ― сказал старый злой мужчина. ― Вы же бизнесмен. Я уверен, что вы понимаете. Я не могу позволить сбежавшему сыну и выродку внуку испортить свой имидж. И я отдаю этого выродка на усыновление. ― Это сын Бэкхёна. Только он решает это. ― А Бэкхён не может принимать решения самостоятельно. ― И почему же? ― Потому что он тупой ребенок. Вот и все. Чанёль вздохнул: ― Позвольте ребенку увидеть свою маму, а потом, я уверен, мы сможем достичь компромисса. ― Я не отдам ребенка, ― выдал мистер Бён, с подозрением смотря на Чанёля; у него созрел план. ― И почему Феникс здесь, чтобы решать проблемы насчет сына Бэкхёна? ― Я здесь потому, что Лухан попросил о помощи, ― отрезал Чанёль. ― То есть тебе неинтересно? ― Простите? ― Слышал, ты ищешь жениха. ― Вы пытаетесь предложить мне Бэкхёна? ― Я пытаюсь достичь компромисса. ― Предлагая мне своего сына? ― спросил Чанёль, чувствуя обиду за Бэкхёна. Ого, мистер Бён не перестает удивлять. Но на что он надеялся? ― Он красивая маленькая штучка, ― мистер Бён отвратительно пытался настроить Чанёля на сына. ― Я уверен, он принесет пользу. А тебе нужен наследник. ― Я не буду заставлять вашего сына выходить за меня,*** ― с отвращением выплюнул Чанёль. ― Он не заслуживает, чтобы его вот так выдавали замуж. Он не заслуживает быть с таким, как я. ― Да ну, будто ты не думал об этом, ― начал издеваться мистер Бён. ― Мистер Бён, ― предупредил мужчину Чанёль. ― Тогда добейся, чтобы отец ребенка женился на нем. Я не отпущу ребенка, если с ним рядом не будет ответственный человек. Чанёль затих на время. Он должен был все обдумать. И он ни за что не позволит Джэхёну жениться на Бэкхёне. Только не после того, как старший схватил Бэкхёна за волосы и унизил перед своим же боссом. Он не может жениться на Бэкхёне сам, потому что они не знают друг друга. Младший выглядит таким чистым, но Чанёль знает, что на самом деле это не так. И все же ему хотелось бы сохранить эту чистоту. А брак бы запятнал ее. Он не сможет выбраться из этого просто так. ― Верните ребенка маме, и я подумаю над вашим предложением, сойдет? ― Нет, ― отрезал мистер Бён. ― Вы должны сотрудничать со мной, ― попытался Чанёль. ― Мне нужно время для размышлений, и мы не можем разделить сына от матери на такой срок. ― Хорошо, ― после минуты размышлений со вздохом выдал мистер Бён. Чанёль встал, быстро застегивая пуговицу на пиджаке и протягивая руку. ― Мы еще поговорим. Спасибо, мистер Бён. ― С удовольствием, Феникс. Чанёль ушел, пока мистер Бён ликовал. Он знал, что Чанёль не любил, когда его так зовут в будние дни. Это его прозвище на улице. А не настоящее имя. Но у него есть и другие заботы.

-

Когда Лухан, миссис Бён и Чанёль подходили к квартире, от стен отскочил истошный крик. Бэкхён. Бэкхён истошно кричал. Все они подбежали к двери, и Лухан в спешке набрал код. После они все забежали внутрь, чтобы спасти Бэкхёна от опасности. Они нашли Сехуна, придавливающего Бэкхёна к полу. Бэкхён брыкался и кричал, на нем была разорванная футболка и нож в руке. ― О господи! ― выкрикнул Лухан. ― Сехун! Слезь с него! ― Лухан подбежал и немного грубо оттолкнул Сехуна. ― Что за хрень ты вытворяешь?! ― спросил Лухан, лишь после этого замечая порез на его щеке. Сехун пытался?.. Лухан снова посмотрел на Бэкхёна. Тот все еще лежал на спине на полу с прижатыми к голове руками и раздвинутыми ногами, которые Сехун прижимал к полу. Он выглядел как жертва изнасилования. Он перестал кричать, но не плакать: ― Вверните е-е-его м-м-мне! В-верите м-м-мне м-моего с-с-сына! ― он давился собственными всхлипами. ― Мама? Теперь ему мерещится голос Чонгука. У него галлюцинации. ― Мама? Он повернул свою голосу на источник звука и увидел сына. Он и правда там. Его сын не избит и не поранен. Его драгоценность лишь в паре шагов от него. По-настоящему там. Он встал, пока сын подходил к нему, после прижав к себе. Его сын в его объятиях. Он может дышать. Он может дышать, и комок в горле постепенно исчезал. Грудь, которая до этого ныла, теперь не сжималась. Его сын здесь. Больше ничего не важно. Лухан утащил Сехуна, который увидел миссис Бён, успокаивающую плачущего Бэкхёна, который обнимал своего, словно это был последний день. Лухан повернулся к Сехуна, ожидая объяснений. ― Это не то, как выгл- Удар! ― Как ты мог? ― рявкнул Лухан. ― Как ты мог изнасиловать моего младшего брата?! ― Просто позволь мне объяснить- Удар! ― Я уничтожу тебя! ― выкрикнул Лухан ему в лицо. ― Ты чертово животное! ― Он пытался поранить себя! ― остановил его Сехун. ― Он схватил нож и пытался поранить себя! Я попытался остановить его, но он начал размахивать им! И мне пришлось прижать его к полу. Потому что другого выхода не было. Сехун остановился, смотря на него разочарованным и грустным взглядом. Лухан думает о нем, как о животном. Животном, который повалит его брата на пол и изнасилует. Лухан видит его, будто он чертово животное. Лухан почувствовал укол в груди и потянулся к Сехуну. ― Сехун… ― Не трогай меня, ― зашипел Сехун, отталкивая руки Лухана, когда тот попытался к нему прикоснуться. Ты думаешь, что я чертово животное.

-

― Это лишь временно, ― сказал Чанёль другим. ― О чем ты? ― с недоумением спросил Лухан. ― Это значит, что Бэкхёну можно иметь сына лишь в том случае, если он замужем. Если есть кто-то, кто сможет позаботиться о Чонгуке. ― А что насчет отца ребенка? ― спросила миссис Бён. ― Мы можем заставить его жениться на Бэкхёне. ― Джэхён очень… груб с Бэкхёном, ― осторожно выдал Чанёль. ― Я не советую его. ― Тогда что нам делать? ― спросил Сехун, но потом снова замолк, когда увидел, как миссис Бён посмотрела на него. ― Никто не спрашивал тебя, мальчишка. Мальчишка. Цепной пес. Никто, пока старшие разговаривают. ― Я могу предложить кого-то из моих работников, ― предложил Чанёль. ― Тогда мой брат всю жизнь будет прислуживать какому-то ублюдку, ― вздохнул Лухан. Это так трудно. Почему это так трудно? Миссис Бён скептически посмотрела на Чанёля. ― Он предложил тебе Бэкхёна, не так ли? ― резко сказала она. ― Поэтому он и отпустил Чонгука. ― Да, ― Чанёль утонул в своем кресле. ― Я сказал, что подумаю. ― Ты сможешь жениться на моем сыне? ― Мам- ― Ш-ш-ш, ― сказала ему мать. ― Я смогу, ― честно ответил Чанёль. ― Но не думаю, что Бэкхён согласится с этим. ― Не думай о Бэкхёне, я с ним разберусь, ― отрезала она, пока Лухан смотрел на нее. А его челюсть встретилась с полом. ― Если ты согласишься, то, я уверена, мы оба получим выгоду от этого. ― Я нехороший человек, миссис Бён, ― заявил Чанёль. ― Вы сможете отдать мне Бэкхёна, зная это? ― Да, ― просто ответила она. ― Мам- ― Тихо, я сказала, ― грубо оборвала Лухана миссис Бён. ― Я не позволю тебе вот так вот его продавать, ― грубо шикнул Лухан с отвращением в голосе. ― Я не продаю его, ― ответила она. ― Бэкхёну нужен муж, и я это устраиваю. Он все равно выйдет замуж за гангстера. Но может он будет до неприличия богат.