Рагнарок Старшего Бога Евангелиона

Камень, песок и колючая проволока, предупредительная табличка, старые следы крови, красный свет аварийного освещения — разгромленный после боя Геофронт напоминает собой одну большую осквернённую могилу. Воспоминания боли, стыда и бессильной ярости накатывают при таком образе. Аска проиграла самой себе и проиграла Синдзи. Она видела памятник своему поражению — у каждого есть своя Голгофа, каждый сам несёт свой крест. Четырнадцатый Ангел Зеруил. Люди, прижавшись друг к другу, молились о спасении. Ева-02 и её пилот, иностранка Аска, стали в тот трудный час последней надеждой. Надеждой, которой не суждено было сбыться — Ева-02 пала в бою. Голова, срезанная бритвенными руками-лентами Ангела, рухнула прямо на убежище. То, что должно было защитить людей, само убило некоторых из них. — «Что может быть печальнее девичьих слез?» Аска, одетая в свои обычные домашние майку и шорты, стояла посреди развалин. Плечи слегка вздрагивали, руки, сжатые в кулаки, дрожали. Из закрытых глаз медленно, словно через силу, текли слезы. — Проиграла! Опять проиграла! Я не могу победить даже самого слабого Ангела!.. Почему?! Почему?! Аска в безумии ударила кулаком по уцелевшей бетонной стене. Теперь на ней появилась новая кровь. — Ненавижу! Ненавижу ублюдка Синдзи! Ненавижу куклу Аянами! Ненавижу себя! Ненавижу всех! Ноги девушки подкосились, она упала на колени и зарыдала в полную силу — сердце девушки кричало. — Синдзи! Ненавижу Синдзи! Даже в красном свете аварийного освещения заметна смертельная бледность, покрывшая лицо парня. Правая рука Синдзи несколько раз резко сжала и разжала кулак. Его проклятое лицо вызывало страшную смесь ненависти, отвращения и страха — ненависти к самой себе, отвращения к самой себе и страха перед внешним миром. — Умри, дурак Синдзи! — Аска кинулась на него, чтобы убить и самой потом забраться в петлю. Аска проснулась от странного ощущения, практически на грани её чувств, что-то неуловимое, смутное и тревожное, оставившее после себя неприятный осадок на душе. Чувство дежавю. Словно её поймали в день сурка. Отойдя от ночного кошмара, она посмотрела в иллюминатор. Там Аска увидела, что корабль стоял пришвартованный к причалу. По логике вещей, это же здорово — она может выбраться в город и пройтись по магазинам, купив пару отличных сувениров — но смутный ужас накатил очень мерзко. Она, конечно, сделала вид, что всё ничего. Всё нормально. В этом Аска себя убедила вскоре после сна. Когда она спускалась по трапу, то заметила зелёные огоньки далеко среди волн. Туда вдруг долбануло орудие судна. Аска снова забежала на борт и дико скучала, пока весь флот ООН искал одного шоггота. По итогам, они решили, что миньон Кайдзю осел на дно и уполз. Воздух разрезали крылья многочисленных истребителей и противолодочных самолётов, в небо вкручивались вертолётные роторы, а синюю гладь воды вспарывали острые носы десятков боевых кораблей. На острие группы в несколько хаотичном порядке шла четвёрка больших противолодочных кораблей типа «Бдительный». — Говорит звено «Танго». Прошу разрешения на посадку. — Посадка разрешена. С возвращением, «Танго». — Вас понял. Конец связи. — Звено «Дельта» на взлёт. Удачи! Три истребителя-бомбардировщика F/A-18 °F — основа авиации флота ООН — яростно выдохнули струи реактивного пламени и один за другим рванули по палубе авианосца навстречу ветру и бескрайнему океану. Капитан первого ранга Филипс — пожилой европеец с внешностью грозного усатого морского волка — приложил к глазам бинокль и придирчиво оглядел своё морское воинство. Авианосец, словно король, окружался многочисленной свитой. С четырёх сторон — ракетные эсминцы, рядом вспенивал воду ещё добрый десяток судов поменьше. На экранах сонаров мерцали две отметки — невидимые взгляду, но оттого не менее грозные подводные крейсера. Высоко за облаками рыскали в поисках врага несколько самолётов радиолокационной разведки. С их высоты открывался захватывающий вид на выстроенную эскадру — Аска сидела в каюте и со смартфона наблюдала за всем с их ракурса. Корабли плыли боком к рассвету, отбрасывая длинные чёрные тени. Кадзи пояснил ей — инспектор курил с загадочным лицом и вспоминал: — СовБез очень хотел доказать свою значимость в операции, суть которой мало кто из рядового состава вообще знает. Точно так, как в 47-мом, когда профессор Шрусбери пригнал флот США к Чёрному острову, простые люди также мало что понимали. — Тогда ядерное оружие — «бомба Декстера» — смогла уничтожить Кайдзю, — Аска надула жвачку. — А сейчас? Она хотела курить, но ей запрещали. — Сейчас — не знаю. Капитан Филипс убрал бинокль и угрюмо пробурчал в усы несколько неполиткорректных слов. Персонал командного мостика «Over the Rainbow» пугливо вжал головы в плечи. Вся команда, начиная от самого последнего поварёнка на камбузе, кончая помощником капитана, знала — Кэп не в духе и на глаза ему лучше лишний раз не попадаться. Оперативной эскадре выпала честь доставить в Японию спец груз: новенькую, сверкающую свежей краской Еву-02 и её пилота — мрачную и подозрительную девицу, которая очень неприятно умела глядеть на людей с прищуром блестящих голубых глаз. Капитан втайне мечтал выкинуть её за борт только за одни эти глаза. Подводная лодка-разведчик. Коммандер Джеймс Сэлинджер прихлёбывал кофе из любимой кружки, сидя на центральном посту. Дурное предчувствие заставило его насторожиться. — Сэр, вас вызывает гидропост! — Что-то срочное? — Пока неизвестно, сэр, — честно ответил вахтенный офицер. — Сейчас выясним, — пробормотал Джеймс. Он оценил ситуацию. — Возможно, это как-то связано с сейсмической деятельностью? Рядом Курилы… Ты прогнал полученные данные через компьютер? — Так точно, сэр. Совпадений нет. Шум идёт через равные промежутки времени — это явно что-то искусственное. Но ничего подобного у нас в базе нет… Ужасное чувство дежавю. — Кайдзю! Годзилла велел плыть в разведку. Требовалось выяснить, каким оружием оснащены эти отвратительные паразиты, которые расплодились на поверхности планеты. Шоггот-разведчик заявил, что паразитам нечем ответить, кроме Евангелионов, но что они точно могут, это шогготам неизвестно. Камоэбас верно почуял наличие равного противника, который точно находится в союзе с паразитами. Потому плыл именно сюда, как тот, чьё тело наиболее подходит для водных операций. Основная масса кораблей начала маневрировать, действуя согласно имеющимся инструкциям на случай возникновения подобной ситуации. Эсминцы и фрегаты сосредоточились в основном на флангах, противолодочные корабли выдвинулись вперёд, создавая своеобразную завесу на направлении возможного удара из-под поверхности воды. Идущие в арьергарде линкоры разворачивались поперёк своего прежнего курса, разворачивая орудия и запуская в воздух все имеющиеся в их распоряжении самолёты. Два авианосца, развивая максимальную скорость, начали отрываться от основной массы кораблей, также наращивая авиационную группировку, находящуюся в воздухе… Аска без лишнего приказа начала паковать себя в контактный комбинезон. Она как раз сейчас выполняла свою повседневную зарядку. — Как вовремя! В Еву заливалась LCL. Сейчас раздались первые выстрелы и послышался грохот взрывов. Кайдзю, получивший кодовое имя «Камоэбас», врезался в построение судов, ничуть не беспокоясь по поводу своей защиты. Как стало ясно, он напоминал собой кого-то вроде черепахи, размером с Еву. Таран панциря сокрушал собой линкор, потряс бедолагу, после чего переломил его, как спичку, на две части. — Все нервные соединения успешно установлены. Интенсивность нервных импульсов и гармоники — в норме. Отклонения в пределах допустимого. Уровень синхронизации — 77,3%. Евангелион-02 активирован! Аска подняла машину на ноги. Так восстала огромная человекообразная фигура в красных доспехах. На напоминающей нос океанского корабля голове полыхнуло четыре глаза. Вторая Производственная Модель во всей своей убийственной красе. Для начала она должна была деактивировать его АТ-поля. Ева-02 прицелилась — Давай, Аска! — скомандовал Кадзи. — Есть! АТ-поле! — Аска вытянула руки. В воздухе блеснул янтарный всплеск. Возможные выстрелы, орудия, ракеты, энергетические лучи и разряды — всё это долбило одну цель, бывшую очень близко к поверхности. Кадзи буквально кричал адмиралу: — Кайдзю неуязвим для атак на трёхмерном уровне! Его можно победить, только разрушив его АТ-поле, только втянув его в нашу привычную реальность! Камоэбас ожидал орудия дальнего боя, которым будет обладать его враг. Что-то вроде атомного дыхания. Он судил по себе — что-то такое обязательно сделали бы его создатели, звездоголовые древние существа. Но нет. Возможно, машины паразитов ближе к армии расы Ктулху — они будут делать акцент на наглядном искривлении реальности и на мощных ментальных атаках. Камоэбас потерял интерес к тарану судов. Жалкие паразиты им не ровня. Кайдзю погнал на Еву-02, понимая, что босса лучше не расстраивать и принести ему какой-то кусок равного противника. Аска взялась за паллетную пушку — оружие, которое визуально напоминало собой автомат (в просторечье оно так и называлось автоматом). — Я свела его АТ-поле до минимума — теперь стреляю сама! — Аска повалила быстрой очередью. Было видно, что Камоэбас высунул на один момент голову из панциря, после чего, как только очередь пошла, спрятал её внутри. И поплыл быстрее. — «Слабое оружие дальнего боя». Камоэбас почувствовал уверенность, вспоминая пережитые им битвы в далёкой древности. Ему сейчас больше вспомнился эпизод, когда группа отцов-звездоглавцев перешла на сторону Ктулху и царапала ему панцирь атомарно-молекулярным разрушительным лучом. Попадания по Камоэбасу всё же теперь его драли, когда АТ-поле ему свели до минимума, отбивали куски. Но всё же Кайдзю сам по себе очень прочен в таком «домике» — он хорошо знал, что может выдержать такое. В его жизни случались куда более опасные бои. — Дерьмо! Кадзи, почему я не могу пробить?! Аска сжала губы, в LCL на лбу проступили её капли пота. — Иисус!.. Что ж ты!.. Камоэбас максимально сблизился, высунул голову. Острая серая морда синеватого оттенка, напоминает собой хищную черепаху. Очень большая — шея вытянулась ещё быстрее и дальше. Аска испугалась и испытала страшную ненависть по отношению к этому существу — оно заставило её себя бояться! — «Этот большой паразит даже не может плавать…» — Камоэбас окончательно уверовал в собственную победу. — Дерьмо! «Нужно уходить!» — Ева-02 переместилась с одного корабля на другой — поближе, откуда можно допрыгнуть туда, где находилось оружие ближнего боя. Аска метнулась в небо, пролетела через добрых полтора километра, встала на линкор с краю группы, заставила его раскачаться. Ева могла управлять своей массой, потому судно не проломилось под ней. Даже не перевернулось. Но Аска точно раздавила нескольких человек. — Дерьмо! Ну да хрен с ними! Ещё пуще покрываясь потом, Аска видела, как её родной авианосец оказался страшно повреждён этим существом — монстр буквально откусил целый клок металла из его борта. Адмирал и его свита в ужасе брошены в край комнаты, экраны мельтешат, летят искры, бьются окна, все падают, кричат и осознают свою полную беспомощность. Ещё одна секунда — и враг добил бы их, но не стал этого делать. Их посудина даже осталась на плаву. Кайдзю сразу скрыл голову в панцирь, после чего заработал плавниками в другую сторону. Разумеется, гигантским монстром руководило вовсе не милосердие: — «Трусливый паразит!» — Камоэбас прекрасно понимал, что его настоящий противник — красный большой паразит. Если он её уничтожит, то всё остальное оружие будет абсолютно бессильно против него. Камоэбас развернулся к ней. — «Я мог бы уничтожить эти штуки, на которые этот паразит может становиться, но это займёт слишком много времени — пока я буду их топить, меня будут расстреливать!» Несколько баллистических ракет накрыли Кайдзю взрывом, под водой рвались торпеды, громкий свист с неба — по Камоэбасу даже ударили кинетическим снарядом со спутника. Позитронная пушка осветила горизонт. Что-то даже угодило в своих, разбило линкор поблизости от Кайдзю. Весь его панцирь покрылся кратерами и многочисленными трещинами. — Ещё раз! — Аска прыжком переместилась на авианосец, который перевозил её глефу. Без лишнего приказа, Аска быстро просчитала, какие корабли могут послужить её ступенями. Сейчас их качало волнам — ещё они стреляли. Когда Аска прыгала, один снаряд попал в неё. Она почувствовала гулкий удар. Пока Ева-02 расходовала ресурс своего АТ-поля на подавление Кайдзю, машина сама становилась уязвима для трёхмерных атак. Благо, для слоёв брони её Евы, это попадание вышло ещё более жалким, чем укус комара. Аска коснулась ногами Евы нужного судна. Камоэбас разворачивался к ней. Он мог бы уйти на дно и сбежать, но не хотел злить Годзиллу, а ещё сам Камоэбас был полон желания порвать Еву-02 на куски и сожрать. Их создали как расу-оружие — для них потребность убивать гораздо важнее, чем потребность выжить. Только такие существа могут стоять под натиском орд Ктулху. — Умри, сука! — Аска выпустила остатки патронов, после чего закрепила пушку за плечами, схватила глефу в две руки. Ради глефы она раздавила несколько бедолаг. «Дружественный огонь» вредил ближайшим кораблям. Камоэбас гнал на скорости — его со всех сторон бомбили и обстреливали; благодаря тому, что Аска всё время оказывала давление на его АТ-поле, от панциря уже отлетали крупные куски, он шёл глубокими трещинами. Ему рвали плавники, тем самым снижая скорость. Камоэбас сблизился, выпустил голову из панциря, чтобы откусить своей массивной пастью. Если бы у него это удалось, он вырвал бы огромный кусок — это получилось бы фатальное повреждение. Аска вложила волю в глефу. — Умри-умри! Пожалуйста, умри! АТ-поле наиболее плотно сконцентрировалось именно вокруг её лезвия. Аска опустила орудие, словно святой Георгий. Оно поразило верхнюю челюсть, разрезало, вскрыло голову, после чего движение лезвия отбросило черепаху в воздух. Камоэбас в брызгах поднялся. Аска блеснула синевой и белизной — глаза и зубы светятся на мокром, болезненно сжатом лице. — «Отлично! Как хорошо я его вижу! Я вышла на свою субъективную ось времени! Я вижу его как в замедлении!» Аска отвела руку с глефой, прошлась по пузу. Она не ожидала, что Кайдзю так подбросит. Камоэбаса её удар прямо направил в полёт, отбросил от линкора. Аска смогла растянуть этот момент с точки зрения своего субъективного восприятия. Время для пилота, который синхронизирован с Евой, текло иначе, чем для остальных людей. Аска последним движением разрезала глефой брюхо монстра от уже разделанной головы до его середины. Брызги крови, очень маленькие, но многочисленные. Радиоактивные в какой-то степени. Аска расслабила мускулы, после чего возликовала, когда приборы показали, что АТ-поле противника полностью пропало. Выжил в древних сражениях, а теперь пал от паразита. Угасая, Камоэбас пошёл на дно мёртвым грузом. Его дополнительно ударили торпедами, чтобы окончательно уничтожить. — Зря-зря, это только увеличит риск радиационного загрязнения… — Кадзи потирал щетину. Все сейчас находились в ужасе и были готовы совершить любые действия, лишь бы защититься. Кайдзю вот так легко ворвался в это скопление кораблей и мог бы потопить их все, если бы не один-единственный «робот». Аска дальше вынуждена ещё раз прыгнуть, потому как судно под ногами сильно накренилось, угрожая перевернуться. Приземлилась туда, где было поближе. Кого-то всё же раздавила и сейчас. — «Допустимые потери. Ты молодец, Аска!» — похвалила она в уме саму себе. Они прибыли в Токио-3. Первый день в Геофронте забит беготнёй и нервотрёпкой. — Ренгри, — Тодзи, японец, у которого в языке нет звука «л», попытался выговорить её фамилию. Дежавю мучило и его. Одетый в спортивный костюм, он вместе с Рей встретил Аску, как только Ева-02 прибыла. — Привет! Ты пилот, который ни черта раньше не тренировался?! О, мой бог! Какой же позор! Какой позор! Болтая на японском и немецком, Аска попыталась пнуть Тодзи, чтобы выяснить, насколько он прочен. Тодзи естественно, отреагировал на эмоциях — полез драться. — Прекратите! — Рей немедленно встала между ними. — Не нарушать дисциплину! Аска увидела, как сюда идёт Мисато. И сразу же взялась за добрую маску. — Всё в порядке, Мисато-сан! Желая выглядеть моложе и быть ближе к своим людям, Мисато дозволяла им называть себя по имени. Сразу все видели, что между Мисато и её пилотами близкая связь. Тодзи сдержал себя. — Прости, Судзухара! Тодзи! Тебя зовут Тодзи! — Да. Можешь звать меня так, иностранка Ренгли. Аска пожала ему руку, стараясь вести себя пока как пай-девочка. — «А он всё-таки хорошо выглядит. Этот Тодзи. Его член может мне пригодиться. Он может фотогенично выглядеть на наших совместных снимках». Мысленно Аска нарисовала себя и Тодзи в парадной униформе NERV, стоящими перед множеством камер. Он — лишь дополнение к её героической сцене. Она объяснила Мисато и Рей своё дурное поведение тем, что была на нервах. — «Чёрт, а она очень сексуальная!» — Тодзи тоже думал так, глядя на Аску. — «Если б не Хикари, я сделал б всё, чтобы ей вдуть». *** Рёдзи Кадзи тщательно побрился, вышел на прогулку с сигаретой в зубах и обнаружил в Токио-3 подозрительно американский бар «Большое яблоко». Открыл дверь, быстро взглядом выявил Мисато Кацураги у барной стойки. — Кацураги! — спешно подбежал он. — Давно не виделись. У тебя выдалась минутка на меня, ха-ха! — Мисато сидела в кокетливой позе, держала в руке бокал с плавающей ягодкой. Кадзи попросил бармена подать себе такой же напиток — кажется, какой-то сорт мартини. — Одну минуту? Может я хочу больше уделить внимание тебе, Кацураги? — Кадзи принял в руки напиток и пожелал расслабиться. Мисато очень позитивно улыбнулась и даже слегка смутилась… Наручники защёлкнулись. После бара Мисато и Рёдзи уединились на постели у себя дома. Голый мужчина лежал на спине, руки отведены к изголовью и скованы наручниками. Мисато, тоже полностью обнажённая, восседает наездницей и приветливо касается выбритой щеки своего любовника. — Кадзи-сан, скажи, а то я тебя не отпущу, — Мисато взирала на него сверху-вниз. — Скажи, сколько у тебя женщин, пока мы не встречались друг с другом? — А если я спрошу, сколько у тебя было мужчин? — улыбался Рёдзи ей снизу-верх. Её ладошка легла ему на волосатую, хорошо сложенную мужскую грудь — её женская грудь с выразительной титькой приблизилась вплотную к его мужскому соску. — Это секретная информация, — лицо Мисато находилась теперь рядом с его лицом. Выражение у неё достаточно хитрое. — Ну ладно, может быть, Кадзи, у мне получится тебя расколоть… У Кадзи уже во всю торчал стояк. Мисато протянула руку к нему, захватила пальцами этот налитый кровью инструмент, подрочила. Через несколько секунд по завершению не столь уж долгой мастурбацией, Мисато поспешила впиться ртом в это орудие. Она сосала, заглатывала, делала минет, орудовала язычком и губами, целовала уздечку и облизывала яйца своему мужчине. Потом — Мисато легла на его бёдра, чмокнула член в самую головку и захватила воздетый жезл любви в хват своих грудей, мастурбировала теперь с помощью своих женских грудей. Рёдзи всё это нравилось, Мисато рукой тёрла фаллос о её сиськи: — Кадзи, я прекращу, если ты не скажешь… Кадзи напряг бицепсы, стиснул кулаки, но он ничего не смог сделать — ведь его запястья крепко прикованы наручниками к изголовью кровати. — Ах ты ебаная сука! — разозлился Кадзи. — Тварь! Как же я могу раскрыть тебе мою тайную сеть агентов?! Я когда-нибудь интересовался, как ты в своём молодом возрасте, со своим смазливым лицом, смогла добиться такого высокого звания в этой ёбаной конторе?! Разве я сам не клал тебя под своих знакомых? Больших шишек?! Разве ты не звонила мне, когда я был на другом конце окна, чтобы попросить о встрече с нужным людьми?! Мисато очень яростно сейчас растирала рукой член Кадзи, говорившего ей такое, то приближая его к своим грудям, то отдаляя — сперма вырвалась чрезвычайно насыщенными и мощными брызгами. Кадзи кончал и в изобилии покрыл своими брызгами груди Мисато. Он выдохнул, после чего удобнее разместил затылок на подушке. — Ох, ну что ж… — Мисато отпрянула, отправилась омываться. — Пойду так… Она исчезла, оставила Кадзи одного, дала отдохнуть после первого организма. Мисато насадила себя на член лежащего Кадзи, скакала на нём, по-прежнему прикованном к постели, отдавалась наездницей, стонала и жадно вбирала ртом воздух. Она наклонилась и давала облизывать свои титьки, хватать их одними только губами. Её иссиня-чёрный волосы спадали на его лицо, она звонко смеялась… Мисато открыла наручники, выпустила Каджи. Встающий со спины любовник, с восторгом размял свободные руки — поспешил слиться со своей женщиной горячим поцелуем, развернул её к себе тылом и трахнул по-собачьи. Так заполнил её нутро своей спермой, пока Мисато кричала от собственного оргазма, охваченная приятными волнами тепла и сокращениями сладострастного бугорка-клитора. По-прежнему голые, Мисато и Рёдзи сидели на стульях возле окна и совместно курили. Она реально желала знать со сколькими он переспал — на что получила решительный отказ: — Кацураги, а какого тебе, если я сам начну узнавать, со сколькими ты спала? Её это задело, но ответить она не могла. — Ты сам об этом много знаешь, знающие люди говорили мне, что ты наводишь справки на меня… — Не навожу, но напрямую же не спрашиваю? — выдыхал он дым. Мисато хотела создать иллюзию, что она всё это время ждала Рёдзи, не пытаясь заниматься сексом ни с кем другим, но разве можно удержать её-то куночку? Кадзи накрыл её и трахал ещё раз, после чего оставил в таком состоянии на постели, лежать с раздвинутыми ногами и с истекающей из влагалища спермой. — Прости, — взялся он за свои трусы, — но мне надо бежать — работа… *** — Вы можете не носить униформу. У вас нет какой-то иной задачи в NERV, кроме как быть пилотами, — Мисато общалась с ними крайне панибратски и это было довольно странно для организации такого масштаба. Впрочем, судя по длинным волосам Шигеру, тут мало что было от военной строгости. Тодзи, Рей и Аска сидели за столом перед ней. — Где пилот Первой Евы? — пожелала узнать Аска. — Икари… Син… Синдзи, — Мисато ещё не могла вспомнить его имя. — Родственник командующего NERV Японии Икари — то ли сын, то ли племянник. Его с нами пока нет. — Командующий сегодня написал Третьему Дитя, чтобы он немедленно прибыл в Токио-3, — доложила Рей. Альбиноска сейчас скопировала любимую позу Гендо — сложила руки перед лицом и опиралась на локти. — Немедленно?! Прибыл?! Дерьмо! Ебать! Это чё за блядский цирк с ёбаными блядь нахуй конями? Простите меня за мой французский! Аска сразу возмутилась. Мисато флегматично оторвала взгляд от смартфона: — Мы думали, что сможем сделать Имитационную Систему — так что никто не думал, что нам потребуются живые пилоты. — Что?! Боже, какой бред! — Аска на эмоциях дёрнула ногами под столом. — Миллиарды, миллиарды долларов — огромные войска — на кону стоит судьба человечества, а у нас такая хуйня! Что за ёбаный стыд! Мисато выдохнула: — Не нравится, можешь уйти в отставку, — и начальница дальше вернулась в работу за свой смартфон. — Я знал о «Евах» с самого детства, — вступил в этот разговор Тодзи. — Мне один мой друг детства все мозги прополоскал этими Евами. Очень хотел быть пилотом. Но выбрали меня. Я согласился. Теперь я — Четвёртое Дитя. Я — мужчина, я должен защищать Родину, семью. Аска опёрла щекой на кулак и забарабанила пальцами другой руки по столу: — «А Тодзи брутален. Он мне нравится». Мисато увидела, как Кадзи подошёл сзади к Рицуко и обнял её со спины. Крашеная блондинка в белом халате очень обрадовалась такому вниманию. Мисато же разозлилась, после чего спросила у Аски, насколько далеко распускал руки её старый знакомый с хвостиком и постоянно небритой щетиной? Рей ничего по этому поводу не озвучила — никакого возмущения. Рёдзи поспешил обнять и прижать Мисато к стене, на что та от него отбилась с показной агрессией. Дальше Рёдзи подошёл к Тодзи, познакомился с ним, как мужчина с мужчиной, предложил закурить: — Моя девушка слишком порядочна, чтобы терпеть вкус гари на моих губах, — отказался Судзухара. — Ха-ха-ха! А моя девушка желает убедить меня в том, что курит она только тогда, когда с кем-то спит, хе-хе! — Кадзи очень иронично бросил взгляд в сторону Мисато. — Значит, у тебя есть девушка? Вы планируете брак, семью? Кадзи дальше повёл разговор с будущим пилотом Евы-03. — Я планировал закончить медицинский, потом оформить отношения. В целом, да, я намерен создать семью, — говорил Тодзи. — Одобряю. А то нашей стране, со стареющим населением, очень сильно нужны молодые семьи. Особенно в ближайшем будущем. После этого Рёдзи и Тодзи разошлись. Аска, Мисато, Рей и Тодзи вышли на балкон, с которого открыт прекрасный обзор на ангар, где сейчас стоят Евы 00, 01 и 02. — Что планируете делать с Ватиканской конвенцией? — поинтересовалась Аска. — Она же запрещает одной стране иметь больше трёх Ев, чтобы не создавать опасный дисбаланс сил Держав? Мисато ответила: — Политика — это не моё. Но насколько мне обещали в Комитете, проблем с этим быть не должно, если начнётся настоящая война с Кайдзю. Тодзи же обратил внимание на многочисленных инженеров и техников, которые заняты обслуживанием этого механизма. — Мой друг говорил, Евы обслуживают тысячи людей, — начал Тодзи. — Совершенно верно, — подошла к ним Рицуко. Тодзи с большим удовольствием обратил внимание на то, какая она горячая женщина: — «Кенске бы понравилось». — Ева — технология нечеловечески сложная и большая, что немаловажно, — начала она. — Как и любая сверхсовременная техника первого поколения, Ева имеет тенденцию быть жутко капризной, требовательной и громоздкой. Из-за того, что биомеханоид — всё-таки «био-», а не чисто механоид, большую часть времени он простаивает в заморозке, как видишь. Вот так — стоит, накачаный тоннами специальных препаратов, в специальной охлаждающей жидкости, которая одновременно является ещё и искусственной системой вывода из гигантского организма ненужных веществ и доставкой нужных. Каждая подготовка к запуску — очень нетривиальная задача. Вытащить Евангелион из ванны с раствором, привести в чувство, сделать что-то вроде промывания кровеносной системы, если говорит на языке простых людей. Ты поступал учиться на медика, Судзухара, значит, ты знаешь, насколько сложен людской организм. Ева — ещё более сложный оргазм, который приводим в движения мы, научно-технический отдел NERV. Это сложно — лить тонны реанимирующих препаратов, вновь заставить функционировать кровеносную систему, вывести на рабочий уровень работу прочих механизмов, заменяющих суперкиборгу обычные органы… Наши техники — только на словах техники, потому что многие из них вообще имеют не инженерное, а биологическое или медицинское образование. И даже вот такая сегодняшняя операция для них — то ещё испытание. Вам, пилотам, в этом плане даже как-то легче — просто пойти и вступить в драку, не мучая себя всякими техобслуживаниями. Это только в какой-нибудь бульварной фантастике или аниме самого скверного пошиба герой, заполучив супер-пупер-вундервафлю может в одиночку воевать с целым миром. А вот в реальной жизни так не получается — тот же танк перед тем, как героически прожить стандартные полчаса в бою, должен пройти на этом пути ой сколько промежуточных этапов. Как говорится, сражаться и вести войну — это две большие разницы. Чудовищно сложная конструкция требует долгого и изощрённого ремонта… Вот кто по-хорошему и делает подвиг, так это те ребята, что каждый раз готовят Евы к запуску. Вот таким героем — настоящим героем, быть совсем нелегко. — Вы себе сильно льстите, Акаги-сан, потому что преодолеть страх — это наша задача, пилотов, — возразила Аска, вспоминая свой последний опыт боя. — Преодолеть страх — невероятно сложно, сложнее, чем разгадка ребусов или выдумка новых деталей. К тому же за вас во многом думает MAGI. Вот что я вынесла из своего последнего боя. Страх — самое неприятное, что только может быть. Абсолютно вредное чувство. Возможно, его не было у того тупого Кайдзю. Акаги-сан, я бы предпочла погибнуть, чем бояться смерти и боли. Рей чуть сузила взгляд. Она ничего не сказала. Только взглянула на новую, красную Еву с двумя парами глаз. Аска боролась с Рей. Евы 00 и 02 касались ладонями, разворачивали барьеры, многогранники давили друг на друга. Аска смогла победить, разорвать и прорвать щит Рей. Пилот Евы-02 злобно улыбнулась. Её соперница стоически приняла поражение. Когда доставили Еву-03, Тодзи достаточно живо освоился в движениях. Уже на третий день тренировок, он смог побороться с Аской и Рей. Его навыки уступали им, но быстро росли и всё обещало, что Тодзи будет хорошим пилотом. Тогда, не ведая ужаса Чёрного понедельника, пилот Судзухара даже начал ходить со счастливой улыбкой и довольно принимал похвалу от Мисато и Рицуко. — Четвёртый, ты неплох, однако. Я думаю, человек, который впервые сел в Еву, не сможет активно сражаться, — Аска шагала рядом с Тодзи по коридору. — Спасибо. Ты — элитный пилот, мне нравится, когда рядом кто-то вроде тебя. Интересно, когда появится Третье Дитя? Уже несколько дней прошло, а его всё нет? — Тодзи вынул смартфон, посмотрел на дату. — Мисато-сан обещала завтра его сама забрать. А то, я так поняла, Третий даже не знает, что его ждёт. С каким же отвращением к NERV, она озвучила эти слова. Сегодня Аска разбила АТ-поле Тодзи вдребезги, но всякий раз ей приходилось прилагать всё больше труда, пилот Второй не была уверена в том, что завтра она смогла бы это сделать. Но Аска в любом случае страшно гордилась собой, будучи очень уверена в себе. — Хочешь сразиться в рукопашную? — поинтересовалась она. — Э… ну давай. А тебе не страшно? Ты же девочка? — Тодзи немного снисходительно ухмыльнулся. — Ха-ха! — Аска хитро блеснула глазами. Они нашли себе место. Аска сняла обувь и в белых носках прошлась по полу спортивного зала. Тодзи, носивший всё время свой спортивный костюм, остановился и оставил у входа свои белые кроссовки. Прошёл босиком, Тодзи не носил носков под обувью. Он вышел напротив неё, носившей красочное осеннее платье. — Нападай! — и здесь Аска с наслаждением положила Тодзи на лопатки. Её женские мускулы показали невероятную силу. На лице Тодзи, как только врезался он в пол, застыло изумление: «как?!» — Я пилот Евы с малых лет. Пилот сильнее обычного человека. Ха-ха-ха! — Аска отряхнула руки. Когда Тодзи оторвал затылок от пола, она протянула ему ладонь с видом торжественного снисхождения и помогла встать на ноги. — Тодзи, ты тоже будешь таким. Пилотирование меняет людей. Тодзи немного с удивлением моргнул, после чего со смирением принял это как данность. Чёрный понедельник позади. Аска и Тодзи долго проводят время на обследованиях. Особенно тщательно исследовали Аску, потому как на неё оказала влияние Мотра. Оба уже успели поделиться впечатлениями — тогда они оба пытались выставить себя друг перед другом в наиболее привлекательном свете. Аска тихо свистит. Только что она закончила общение с семьёй в Германии и сейчас лежит на кровати, в коротких домашних шортиках и в майке. Смотрит в потолок. За окном — вой сирен полиции или скорой помощи. Аска, когда шла по улице, несколько раз уже наблюдала такие кареты с включёнными сиренами. Многие пожилые чиновники, учёные, бизнесмены и простые люди сейчас страдали от сердечных приступов и тому подобных болезней, вызванных нервами. Аска захотела с окна своего коттеджа бросить что-нибудь тяжёлое в такую машину. — «Мой первый бой. Серьёзный бой…» Пилот Евы-02 уже много прокручивала в голове то, как это всё странно закончилось. Но теперь она выкинула из головы Каору и взялась за свою роль в этом. — «Никаких чудес я не сотворила, но сражалась так, что меня не в чем упрекнуть. Вот и всё. Я — хороший солдат. Что ещё я могу? Я не могу творить чудеса». Взгляд сузился. Каору Нагиса, превосходящий ядерное оружие, Рей Аянами, похожая на робота, этот Тодзи, простой парень, Синдзи, зелёный новичок, чья Ева вышла из-под контроля… Очень удачно вышла. Аска перевернулась на бок. Ей очень знакомым показалось лицо Синдзи. Он особенно пробуждал эмоции. Она не могла понять причину этого. Сердце как-то по-особенному стучало при взгляде на его лицо. Память словно бы пыталась что-то выбросить из глубокого океана под яркий прожектор сознания. Когда Аска сейчас заснула, ей приснился кошмар — но нет, на удивление, там не было Кайдзю. Синдзи душил её — этот Синдзи вцепился ей руками в горло: — Отвратительно! — кричит она среди красных красок. — Пусть всё исчезнет! — истерически брызгает слюной Синдзи. Его голубые глаза наполнены безумием. — Ха-ха-ха! — громко звучит смех чёрного человека. Синдзи пропадает. Аска среди красных тонов, на берегу красного моря, видит человека, облачённого в чёрную одежду, в деловой костюм, у него смуглая кожа — ярко блестящие золотые глаза. Похож на фараона: — Да-да, Сорью Аска Ленгли! Колесо Сансары совершило очередной поворот! Мне, Господу Богу, самому интересно, чем всё это закончится на этот раз! Дети, с предначертанной судьбой, собираются вместе! — «Дети»? Нас так называли потому, что пилот Евы похож на малыша, его загружают типа как в плаценту? — Аске вдруг спросила об этом. Она осознавала себя лежащей на кровати среди красного свечения, которое напоминало ей об ужасах прошлого — о том, что случилось с её матерью Кёко и её сестрой Анной Унрух; в сознание потекли тревожные вспоминая… Над пробитой сверхмощным зарядом дырой в Геофронте кружатся девять крылатых белых фигур — серийные Евангелионы. Гиганты тяжело приземлились, суля ей погибель. Аска пронеслась разбегом, с прыжок ярко-красная Ева голыми руками порвала голову первому врагу, брызнула кровью и мозгом. А затем поломала туловище, закованное в чёрно-белую броню, прямо пополам, она подняла и облила себя кровью, будучи очень довольна. Вторую серийную Еву она сбросила в реку и воткнула ей нож в уродливую голову, тоже оголила мозги. Третьему Юниту отрубить ножом правую руку, сломать шею. Аска быстро их истребляла. Четвёртого врага перерубила пополам трофейным двусторонним мечом, прямо оголила позвоночник. Пятому Евангелиону ей удалось отрубить ногу — она добила его клинком. Шестому, когда он на неё накинулся, она всадить в морду сноп острых металлических игл из установки в наплечном пилоне. Седьмого Аска вколотила в здание и швырнула на Восьмого, потом пробила их обоих ударом кулака, прошла сквозь торс и подумала, какая у них хилая броня. Запас энергии иссякал — тогда у её Евы не было S2-двигателя. Кривя лик от ярости, Аска выставила руку, сотворила щит-многогранник. И получила в голову копию Копья Лонгиния от последней серийной Евы. Оно пробило барьер. Умирая, она увидела, что с ней только играл Жестокий Ангел — все Евы восстали, их раны ничего не значили. Чудовища все бросили свои копья и потом накинулись, чтобы порвать на куски голыми руками и пастями — и сожрать! Сделать это заживо во славу своего ужасного Бога. Аска до последнего ощущала, как её плоть рвут заживо!.. Всё это прошибло Аску холодным потом. Она не могла больше думать ни о чём, кроме как о побеге из кошмара. Увы, она не могла проснуться — кажется, её сковал сонный паралич. — Ты верно страшишься страданий, дитя человеческое, ваша жизнь — это страдания и удовольствия; бесконечная погоня за одним и побег от другого. Желая избежать страданий, вы начинаете стремиться к смерти. Наблюдать за тем, как происходит в ваших сердцах борьба с желанием умереть и желанием жить, это развлечение мелкое, но приятное. Думаю, ты будешь согласна со мной, помня всё то, что случилось с тобой раньше, — говорил человек в чёрном. — Сорью Аска Ленгли, если ты стремишься к совершенству, то тебя будет ждать борьба между привязанностью к другим и стремлением к одиночеству, потому что только одиночество возвышает душу и ставит тебя выше других. В свою очередь связь с другими терзает твою душу, делает тебя частью другого существа, умаляет твою самодостаточность. Я, Жестокий Ангел, не планирую общаться с тобой дальше и лишь сейчас укажу этот путь. У тебя будут соперники — Каору Нагиса и Синдзи Икари — только первые из них. Рей Аянами, которую ты пока видишь просто куклой, Мари Илластриэс Макинами, Мария Венсен, Мана Киришима, Виктор Алексеевич Северов, Маюми Ямагиси — думаю, все эти «Дети», чья судьба важна для моего маленького театра ужасов, лихо испытают твой дух и твой эгоизм. Бороться за жизнь и за успех, это то, на что я могу посмотреть, как дешёвый сериал. Ты не будешь помнить мои слова, но твоё подсознание лучше всё схватит. На том чёрный человек исчез. Аска отошла от сонного паралича, поднялась и огляделась. Сознание не могло удержать разговор. Аска через пару часов уже ничего не помнила о сне. Она уже привыкла видеть различные сны, в первую очередь, те, что связаны с её кошмарным прошлым, с тревогами будущего, с ответственностью и опасением разоблачённой преступницы. Анна… Аска дрогнула, вскочила, поспешила забить себе голову завтраком. Ещё рано, но лучше встать раньше, если нет нормального сна. Аска всегда так делала. Поев, она сделала зарядку (обычно было наоборот). Она поиграла пару часов свободного времени в различные компьютерные игры. Потом — в NERV. Мотра что-то сделала с её Евой, вылечила, но так или иначе это было чужеродное вмешательство, потому сейчас её Ева находится в состоянии заморозки. Её всячески исследуют. Аска стояла за защитным стеклом и наблюдала за своей машиной какое-то время, пока её не позвали. Аска подписала ряд бумаг, после чего посетила несколько уроков на пару с Тодзи. Рей и Каору в них не нуждались. Несколько Аска узнала, Рей требовались некие процедуры с LCL. Каору ушёл гулять в город. Аска и Тодзи выходили потом из пирамиды. — Сколько ща времени? — она достала смартфон. В Геофронте не бывает рассветов, как, впрочем, и закатов, здесь никогда не дул ветер и не менялась погода. Ни звука не проникало сквозь чёрную монолитную облочку огромной сферы. — Вот значит, какой он — Геофронт. Тодзи пришло на ум кое-чем поделиться: — Мой отец, он работает тут всю жизнь, говорил мне, что долго живущим в Геофронте, начинает казаться, будто мира за ним попросту не существует. — Хм… Сойти с ума можно. Ты не знаешь, где в Токио-3 казино? Солнечный свет поступал в Геофронт через сложную систему зеркал и светофильтров. Воздух прогонялся по замкнутому циклу очистки и обогащения и наполнял Геофронт неподвижной, почти осязаемой массой. Температура и влажность внутри полусферы поддерживались сами… Утром следующего дня Аска закуталась в одеяло, позволяя блаженному теплу разлиться по телу. Вставать не хотелось — ночью она долго не могла уснуть из-за мрака на сердце и страха перед снами. — «Не терять собранности! Ты — должна!» Аска ругнулась про себя и высунула сначала одну ногу, потом руку, потом всю себя целиком. Ступни вяло нащупали тапочки. Стоя под душем, она слушала голос своих глубинных страхов: — Ты заняла моё место, сестрёнка, — шептала Анна Унрух, проступая за плечами смертной тенью. — Какой ценой? Ей казалось, липкие руки сестры обнимают её под горячим душем. Разыгралось воображение? — Теперь ты — пилот Евы, — шептал призрак. — Не буду тебе мешать. Ведь ради этого ты навсегда перестала быть той маленькой, доброй девочкой, какой тебя знала мама. Аска дрогнула, осознав, что этот внутренний голос принадлежит ей самой. Какая дрожь! Как ей страшно и больно! Увы, то, что она сделала, надлежит хранить в секрете. Ни одна душа не должна знать. Аска сжала кулаки и, в слезах, обвинила себя: — Не будь такой слабой, Аска! Ты — сильная! Твоя борьба только началась! Мама, Анна, вся моя жизнь до этого дня — только пролог! Это моя борьба! *** Обнажённый Тодзи лежал, накрытый одеялом до пояса. Рядом на боку спала его возлюбленная, тоже полностью голая и накрытая одеялом также до пояса. Босые ноги торчали из-под края одеяла. Тодзи держал руки за затылком и глядел в потолок. Возлюбленная от него отвернулась и спит без намёка на активность. Тодзи слушает своё и её дыхание, биение сердец. Вокруг — привычная комната, кажется даже, ничего не случилось. Лёжа в комнате, кажется, день такой же, как все предыдущие. Солнце заходит. Закат всегда пугал Тодзи, навевая ассоциации с пролитой кровью. Он вспоминал образ растерзанного трупа, от которого в реку текут струи крови, окрашивая её в красный — под цвет багряного неба на закате. Чёрный Евангелион порван на куски и разрезан страшным врагом. Тодзи стоит только включить телевизор или заглянуть в новостные списки на смартфоне, чтобы убедиться — катастрофа действительно произошла. Это был не сон. До сих пор Тодзи не мог отойти от такого впечатления, что это всё могло быть просто тяжким сновидением или неким галлюциногенным бредом. Может быть, чёрт возьми, он что-то употребил не то? Может быть злоупотребил алкоголем, может быть ему что-нибудь подсыпали?.. В сознании даже всплывали названия разнообразных препаратов, которые могли вызвать подобный эффект. Иногда эту окружающую тишину прерывал звук смартфона, на который приходили сообщения от друзей и родственников. Они волновались за Тодзи и рассказывали о том, как проживают их друзья и родственники и сообщали о том, что они будут делать в связи с изменившейся ситуацией. Тодзи брал смартфон рукой со столика, глядел, бегло четко иероглифы, иногда что-то отвечал, но чаще откладывал. Когда солнце село, Тодзи перевернулся на бок и плотно закрыл глаза. Образ его Евы, разорванный на части врагами, не выходил из сознания — под багряным небом, рядом с багровой рекой… У Тодзи ускорилось дыхание. Он осознал, что впал в паническую атаку. Благодаря своем медицинским познаниям, он легко воспринимал идею приёма разных препаратов. Потому сразу же по-тихому встал, чтобы не будить возлюбленную, принял лекарство для успокоения нервной системы. Сел на кровать, думал в одиночестве и ожидал, пока приступ страха пройдёт… Тодзи всё время вспоминал этот момент. Ева-01 вошла в состояние «берсерка» и борется самостоятельно без воли пилота. Тодзи до боли отчётливо представляет, как Ева-01 набрасывается на его собственную Еву-03. Отрывает ему руку, разрывает броню, с одного удара кулака пронзает голову и заставляет глазные яблоки разлетаться. Всё заляпано кровью и кровь стекает в реку, багряный закат навис над всем этим зрелищем. Тодзи никак не может выбросить из головы этот образ. Он ввергает его в дрожь и заставляет пот обильно выходить из пор, даже сами Кайдзю не пугают его так ярко и сильно, как этот образ. Этот образ Евы-01, рвущей его Еву-03, под далекий истеричный крик Синдзи, ещё предельно точно держался в сознании пару дней. Конечно, психика адаптировалась и как-то начала его упускать, а потом подобный кошмарный образ в уме Тодзи Судзухары сменился другими тревогами и страхами…