За Периметром Черной Полосы

      — Адриан, спускайся вниз. Ужин уже на столе, — холодно и без единой запинки отчеканила секретарша, попутно открыв дверь в просторную комнату парня.       — Хорошо, Натали! — весело отозвался подросток.       Все это время Адриан беззаботно разлеживал на кровати, пребывая в достаточно хорошем настроении.       Его блистательная карьера убийцы вышла на новый уровень благодаря резко поднявшимся рейтингам из-за двойного изощренного кровопролития, что буквально взорвало весь Париж от свежих шокирующих новостей.       Но в этот раз повод чрезмерной радости не заключался в очередном ужасающем убийстве, каких будет еще десятки, а по возможности и сотни.       В бледных руках с выступающими синеватыми венами красовался небольшой смартфон сбежавшей девчонки, и Агрест, улыбаясь своей самой наиковарнейшей сумасшедшей ухмылкой, с превеликим безумством рассматривал на маленьком поцарапанном экране мобильника различные фотографии и глупые селфи Маринетт с бывшей рыжеволосой подружкой.       Где-то глубоко в подсознании его удивил тот странный факт, что скромная закомплексованная заика бродила ночью абсолютно одна и чуть не стала той самой жертвой преступления вместо двоих покойных работников скорой помощи, о чьих смертях и разошлась куча ненужных слухов.       Конечно, Агрест был очень раздосадован своим первым и, как он надеялся, последним проигрышем; но после этого отвратительного чувства внутри парня разгорелось яркое пламя энтузиазма.       Ему посчастливилось узнать владелицу потерянного телефона, которая, ко всему прочему, являлась его тихой незаметной одноклассницей, а это было куда лучше и намного интереснее, чем снова бездумно полоснуть серебристым ножом по глотке какого-нибудь случайного прохожего или воткнуть острие глубоко в прежде бьющееся сердце.       В его голове уже давно всплыл ненормальный план местонахождения скромной Дюпэн-Чэн, и больной мозг Кота Нуара до тщательных и самых незначительных мелочей продумывал его скрупулезность, а, самое главное, успешность.       Блондин уже представлял гримасу ужаса на лице Маринетт и готовился в ближайшее свободное время ее прикончить, хоть и несвойственные ему сомнения продолжали закрадываться в темную грешную душонку и всеми способами останавливать «модельку» на пути к неблагоразумным действиям.       Адриан скучающе приподнялся с незастеленной кровати, сжимая в руке поклацанный телефон черноволосой девчушки, и наконец устало поплелся к выходу из своей чересчур душной комнаты.       С первого этажа уже манило вкусным запахом свежеприготовленного блюда, но Агресту со своим «боевым ранением» после удара его же ножом точно было не до аппетитных деликатесов, несмотря на то, что жизненно важные органы остались в полном порядке и находились в целости.       Парень, немного сгорбившись из-за неприятной ноющей боли в боку, все же благополучно дошел до огромного обеденного стола.       Женщина, на чьем бледном каменном лице виднелась одна холодная безразличность, лишь косо взглянула на подозрительно странного сына босса.       Ее не особо волновали мелкие неприятности Агреста, и ей изредка приходилось интересоваться состоянием подростка по поручению его чрезмерно хмурого противного отца.       Ассистентка довольно часто замечала, что он, порою, слишком много времени проводит в полном одиночестве и разговаривает сам с собой, но все же не придавала этому должного значения, считая эту семейку просто слегка неблагополучной.       — Как у тебя дела, Натали?       — Замечательно.       Веселый детский вопрос младшего Агреста не надоумил Санкер сказать что-то более оригинальное и интересное, проговорив только одно краткое лаконичное слово.       Адриан же был переполнен приятными эмоциями, в то время как у скучной занудной секретарши крутилась на уме только одна нехилая зарплата, которую в скором времени обещали ей выдать.       Но его это никак не расстраивало, а только забавляла такая предсказуемая реакция на все происходящее. Натали, наливая в маленькую холодную кружку горячий черный чай, успела быстро раздраженно закатить глаза, пока неугомонный глупый паренек ничего не видит.       Она проработала здесь достаточно много времени и уже порядком устала выслушивать постоянные речи блондина, который, судя по всему, думал, что ее всегда воодушевляли его проведенные дни в колледже и совершенно несмешные дурацкие анекдоты.       Натали заботили больше деньги и хорошо выполненные приказы босса, и Агрест это прекрасно знал, но не мог не прекратить выбешивать из себя усталую секретаршу.       Адриан жадно взглянул на рыбу в кляре, манящую своим прекрасным запахом; но рядом лежащий мобильник отвлек его от мыслей о вкусной еде, и рука его быстро потянулась к тому самому телефону.       Натали с каплей любопытства прищурилась; тонкие длинные пальцы увлеченного Агреста начали листать контакты потерянного смартфона.       Зеленые глаза, не отрываясь от яркого цветного экрана, неравнодушно всматривались в любую неровность и с трепетом ожидали чего-то невероятного. Черноволосая высокая женщина услышала лишь долгие тянущиеся гудки, но не придала этому большое значение, скрывшись из виду странноватого подростка.       Парень нервно топал ногой по белоснежной, вычищенной до блеска плитке и, с небольшой мелкой дрожью и непонятной трясучкой, прижимал к уху беленький телефон Маринетт.       Спустя несколько мучительных секунд из трубки послышался женский, слегка неразборчивый голос, что несомненно обрадовало озорного, как никогда, Адриана.       — Алло! Здравствуйте! Это мама Маринетт? — приторным ангельским голоском пропел Агрест.       — Да, а кто это? — послышалось на другой стороне.       — Я друг вашей дочери, просто вчера она оставила у меня телефон, поэтому я хочу его вернуть! Только я случайно потерял сим-карту, поэтому звоню с другого номера.       — Как тебя зовут?       Строгий вопрос женщины застал врасплох убийцу, ведь свое истинное имя он не мог сказать и бросить на ветер матери Дюпэн-Чэн, в противном случае ее дочь бы догадалась о таинственной личности Кота Нуара.       Адриан был доблестным лжецом и ему не составляло труда придумывать отличные правдоподобные небылицы, скрывая свою настоящую сущность под различными масками вранья.       Но сейчас, почему-то, он замешкался, не в силах вымолвить и пару членораздельных словечек. Измотанную женщину же настораживало долгое молчание этого «друга», и она с подозрением жаждала услышать его имя. Но Агрест по-прежнему помалкивал, что немного раздражало женщину, которая все равно оставалась крайне терпеливым и вполне тактичным человеком.       — Ладно… Ты хотя бы знаешь, где живет Маринетт? — устало отозвалась мама девочки.       — Да, конечно!       Адриан положил руку на немного загорелое лицо, тяжело вдыхая прохладный воздух от собственной глупости и неуверенности. Так несобранно и несуразно он себя еще никогда не чувствовал, будучи достаточно популярной «моделькой» из всевозможных дорогих журналов, где почти на каждой глянцевой обложке светилось его смазливое личико.       Женщина хотела еще что-то спросить, но у Агреста была некультурная плохая привычка не завершать разговор и сбрасывать вызовы. И даже сейчас, по своей плохой привычке, он сделал все в точности так же.       — Ну ты у меня получишь, безмозглая курица… — ехидно прошипел Адриан, улыбаясь маниакальной усмешкой во все тридцать два зуба.       Парень вытащил из большого кармана свой излюбленный серебристый нож, рассматривая в блистающем лезвии свое искривленное отражение, которое казалось ему самым отвратительным и уродливым на всем белом свете…