Папаши

В первый раз на урок в Хогвартсе Гарри попал, как ни странно, не со Снейпом, а с Поттером – на полёты. Пятилетний мальчишка стоял, не смущаясь, рядом с профессором, который объяснял первокурсникам основы своего предмета. Первокурсники боялись мётел, а мётлы их не слушались. Крики «Вверх!» раздавались вокруг с разной громкостью, но толку было мало. Гарри разглядывал студентов, хмурил лоб, а потом взял и крикнул тонким детским голоском команду метле. Большая и тяжёлая отцовская метла прыгнула ему прямо в руку и словно прилипла к детской ладошке. На площадке стало тихо. Джеймс хмыкнул и постарался извлечь пользу из ситуации: оглядел притихших новичков и громко сказал: — Младенец пяти лет от роду поднимает метлу в воздух! А вы – нет? И тут же всё получилось – буквально у всех. Джеймс вскочил на метлу, усадив Гарри впереди себя, и скомандовал: — Вперёд и вверх! Медленно! Кто прибавит скорость, оторву голову! В первый раз Снейп заволновался так, что это оценили старшекурсники, когда он увидел Гарри, летящего на метле Джеймса. И плевать, что сам профессор сидел сзади! Ребёнок на большой метле, куда это годится? Но Гарри смеялся, и у сердитого слизеринского Декана отлегло от сердца, и, наверное, поэтому он дал слишком маленькое домашнее задание. Вытекая из кабинета, пятый курс шушукался, но Снейп был начеку – никто не узнает его слабого места, а если они думают, что уже узнали, то на следующем занятии эти пятикурсники горько об этом пожалеют. Уж он постарается! В первый раз Гарри потерялся в Париже. Огромный город затягивал его в свои сети, и ему это удалось. Гарри уже 6 лет, и он приехал сюда с папами и семейством своего лучшего друга Драко Малфоя. И отвлёкся-то он только на секундочку – остановился посмотреть на красивые игрушечные машинки в витрине шикарного магазина… Наверное, секунды имеют противное свойство растягиваться в минуты или даже в половины часа… Когда Гарри отлип от магазинного стекла, то не увидел знакомых лиц. Он немного подумал – стоит ли заплакать, но решил пока не делать этого. А пошёл потихоньку вперёд, куда и направлялись все они. Мальчик брёл, опустив голову, и вдруг услышал: — Гарри! — Драко! — Гарри, я потерял тебя. — Я сам потерялся… Мальчишки смотрели друг на друга, соображая, как выйти из сложного положения. — Пойдём вперёд? — Пойдём. Они взялись за руки и пошли. Узкая улочка вывела их на широкую аллею, с центра которой открывался чудесный вид на знаменитую Эйфелеву башню. — Смотри… — Красиво… Мальчики обошли башню, задирая головы, разглядывая грандиозное сооружение. — Гарри, я устал… — Я тоже… Каждый из них боялся признаться другому, что ему страшно, что уже сильно хочется кушать, что болят ноги, и что Париж, показавшийся сначала прекрасным, уже неинтересен нисколько… — Вот они, маленькие негодяи! — Люциус, что за выражения! — По задницам им обоим… Прямо к ним быстрым шагом шли Люциус, Нарцисса с маленьким Джереми на руках и Снейп. Но тут из-за их спин выскочил Джеймс Поттер, в три прыжка преодолел расстояние до мальчишек, схватил обоих на руки, прижал к себе и сказал: — Как хорошо, что вы нашлись! — Папа, папочка, — чуть не заплакал Гарри, обнимая отца. — Дядя Джеймс, — шептал Драко. — Мерлин, сынок, мы переволновались, — сказал Люциус, забирая сына с рук Джеймса. — Это я виноват, — честно ответил Гарри. — Мы больше не будем, — поддержал друга Драко. Взрослые переглянулись и заулыбались. А кто говорил, что будет легко? В первый раз Гарри получил по попе широкой отцовской ладонью, когда ему уже было 7 лет. Ему всегда нравилось Зельеварение, он любил сидеть на отцовских уроках, тихо, как мышь, жадно впитывая знания, которые профессор Снейп пытался вбить в головы студентов. Уж ему-то вдалбливать ничего не надо! Ему интересно! И за такую тягу к знаниям он получил в подарок котелок и детскую книжку по самым простым зельям. — Не рано ли ему? — спросил Северуса Джеймс. — Пусть пробует, — с гордостью глядя на сына, ответил Снейп. — Мне нравится, — помешивая варево в котелке, сказал Гарри. Варево пахло вкусно, Северус не проявлял беспокойства, и Джеймс ушёл на свои уроки со спокойной душой. Сварив лёгкое зелье против насморка, Гарри разлил его по бутылочкам и понёс в Больничное Крыло. Мадам Помфри была счастлива – такой помощник растёт! — Ох, дорогой мой Гарри, вы скоро всех тут затмите! И будете варить серьёзные, сложные зелья! Мальчишка зарделся от похвалы. Вернувшись в лабораторию, он хотел сварить ещё немного противонасморочного, но тут ему на глаза попался учебник, забытый кем-то из старшекурсников. Полистав его, Гарри понял, что хочет сделать нечто особенное, «серьёзное и сложное», как выразилась мадам Помфри. Выбрав рецепт с небольшим количеством ингредиентов, он поставил котелок на огонь и начал приготовление. Северус Снейп возвращался к себе – никогда не мешает проверить кабинет, и вдруг его чувствительные ноздри опытного зельевара уловили необычный запах. Он прибавил шагу – ребёнок остался один, без присмотра… Северус едва успел заскочить в кабинет – Гарри уже собирался всыпать в котелок мелко нарезанные листья Conium maculatum. — Это же чистый яд! — ахнул Снейп и только схватил ребёнка на руки, как зелье вздулось пузырём и опало, орошая всё кругом ароматными зелёными брызгами. — Что ж ты тут наделал, а? А если бы отравился? А если бы обжёгся? — отчитывал Северус непослушного отпрыска, опустив его на пол. И родительская длань опустилась на задницу несостоявшегося великого зельевара. Гарри заревел, размазывая слёзы от незаслуженной обиды по мордашке. Попа болела, но не сильно – всё же он был сам виноват. Через пять минут в лабораторию ворвался встрёпанный Поттер. — Что случилось? Гарри кинулся к отцу, но не жаловался, а просто, чтобы пожалели. Джеймс оценил заляпанные зеленью стены, ароматный запах укропа – кто бы сомневался, что это ни разу не он, у Снейпа-то в лаборатории! – сплошной обман, а ещё самого Северуса, белого, как мел, от испуга за мальчика. — Будешь отрабатывать, Гарри, как все студенты, — дрожащим голосом произнёс Снейп, пытаясь хоть немного добавить в него строгости. — Да, папа, — кивнул проревевшийся мальчик. Конечно, Джеймс помог сыну убрать лабораторию – они вместе мыли, чистили, скребли стены, и у них всё получилось. Северус принял работу, кивнул и разрешил идти на ужин. Вечером, укладывая Гарри спать, Снейп услышал тихий вопрос: — Папа, а если бы я обжёгся, ты перестал бы меня любить? Ты завёл бы себе нового сына? Северус подхватил Гарри на руки, замотал в одеяло, сжал в объятиях и прошептал: — Я никогда не перестану тебя любить! И никого нового себе не заведу! Ты – мой единственный сын! И баюкал мальчишку на руках, пока тот не уснул. Выйдя из детской, Северус наткнулся на Джеймса. — Так что он там натворил? — Ты не можешь себе даже представить! Он сварил зелье с листьями болиголова пятнистого! — Болиголов же смертельно ядовит! — Тем не менее, он до сих пор входит в магическую фармакопею. Сильный имунностимулирующий эффект, а ещё ярко выраженные обезболивающие и ранозаживляющие свойства. — Им можно лечить? — Можно! Болезни сердца, судорожный кашель и панические состояния. Главное – правильно подобрать дозировку. — Как ребёнку вообще это в голову пришло? — Он нашёл учебник за пятый курс. Обнаружу того, чей это учебник, и он будет отрабатывать до самого окончания Хогвартса! Обещаю! И Джеймс кивнул – он верил, что так и будет. В первый раз полноценно насладиться жизнью маглов им пришлось, когда Гарри исполнилось 8. То лето они провели в Америке – профессоры ездили на конференцию по обмену опытом, посещали школы, семинары и тренинги, а Гарри болтался под ногами, знакомился со светилами магического мира Америки, читал брошюры с научными статьями, дремал на лекциях, привалившись к одному из отцов. А когда закончились дела, Поттер-Снейпы решили отдохнуть и развлечься за океаном. Гуляли по Нью-Йорку, глазели на небоскрёбы и яркие билборды, пробовали уличную еду. Целый день провели в Диснейлэнде – ездили туда специально ради Гарри, мальчишка визжал от восторга, ему всё было интересно, да и профессоры, сбросив важность своих титулов, вспомнили, что они молоды и азартны. Правда, Джеймс выступил против посещения Лас-Вегаса, но Северус и не протестовал. Вместо этого съездили в Майами, купались в океане, сидели под пальмами. Гарри пристрастился к мороженому и лопал его с таким удовольствием, что готов был только его поглощать вместо завтрака, обеда и ужина, но отцы были непреклонны, и приходилось есть суп и кашу. А ещё Гарри нравилась цветная сахарная вата – её тонкие хрустящие нити и потрясающий аромат. Джеймс тут присоединялся к сыну – ему тоже нравилась вата. Северус фыркал, насмешливо морщил нос, но сдавался и покупал всем троим по порции сладкого лакомства. Они катались на магловской подземке, таскались по выставкам, сидели в Макдональдсе. И в одно прекрасное утро, чувствуя, что всё становится поперёк горла, Джеймс собрал своё семейство и поволок на Гранд-Каньон. — И что мы тут делаем? — спросил Северус. — Сейчас узнаешь! — засмеялся Джеймс и призвал метлу. — Ты с ума сошёл! — Нет! Мы уже закисли тут, в Америке. Проветримся? — А как же я? — Хм, Северус… — Ну? — Держи! — к ногам Снейпа падает ещё одна метла. Гарри прыгает и хлопает в ладоши. Это приключение ему по вкусу! Посадив Гарри впереди себя, Джеймс командует: — Так! Северус, не забудь Чары Невидимости. А то туристы на смотровой площадке с ума сойдут, да и аэропорт рядом… — Не забуду! — хмыкнул Снейп и ловко оседлал метлу. — Поехали! Это была потрясающая прогулка, из тех, что никогда не забываются. В первый раз Северус Снейп был изумлён до шока, когда принимал участие в Чемпионате по Зельеварению как руководитель делегации Хогвартса, когда этот Чемпионат принимала Ривола – Школа Волшебства директора Риддла. Школа была светлой и какой-то тёплой. Её стены ещё не слишком были напитаны магией, но та, что была, отзывчиво откликалась на слова директора. Том Марволо Риддл оказался хорошим руководителем – он собрал отличный преподавательский состав. За 4 года работы хорошая репутация Школы лишь улучшилась. Здесь не было деления на факультеты, только на курсы обучения. Сам Риддл провёл обзорную экскурсию по школе для дорогих гостей. Профессоры восхищались совершенно искренне, а директор Риддл цвёл от похвал. — Крёстный! — вдруг закричал Гарри и побежал вперёд. Его поймал в свои объятия профессор (уже, в его-то юные годы!) Регулус Блэк. — Гарри, привет, дорогой! Какой ты большой стал! — Ну, ещё бы, — пожимая руку Блэку, сказал Джеймс. — Уже 10 лет! — Ничего себе! — А ты думал… — улыбнулся Северус. — Гарри, а ты будешь принимать участие в Чемпионате? — Нет, — с сожалением ответил мальчик. — Он не может, Регулус, — сказал Северус. — Он ведь ещё не учится в Хогвартсе. — Целый год ещё ждать, — вздохнул Гарри. — А так хочется… — Ну, этому горю легко помочь, — улыбнулся директор Риддл. — У нас введена новая номинация «Гости», но за участие в ней мы тоже даём награды. У нас как раз учатся с 10 лет. — Ну что, Гарри, будешь пробовать? — спросил Блэк. Мальчик оглянулся на отцов. Джеймс ободряюще кивнул. Но главное слово всё равно оставалось за Снейпом. — Пап? — Можно. В первый раз Гарри сам варил зелья. Сам пробовал чужие. Сам диагностировал консистенцию и цвет. Отмечал в карточке баллы. Он не соревновался – он показывал мастерство. Снейп с гордостью смотрел на сына. Джеймс же ёрзал на скамье. — Хватит крутиться, Поттер! — Я беспокоюсь, Северус! Мальчику ещё только 10 лет… — Мальчику УЖЕ 10 лет! И он справится! — Смотря, какое зелье он выберет на финал… — Тут ты прав, — задумчиво протянул Северус. — Наш сын не ищет лёгких путей… В том, что Снейп, как всегда, прав, Джеймс убедился, когда Гарри назвал зелье, которое будет варить в финале конкурса на номинацию «Гости» - Эликсир Радости. — Сев, почему он выбрал именно это зелье? — Джеймс, откуда мне знать? Хотя… есть идея. — Какая? — Посмотри левее, вверх. Джеймс посмотрел – там сидело Высокое Жюри, маги-старцы, аристократы и академики, все, как один, с кислыми лицами. — Да, пожалуй, наш сын прав – их надо расшевелить. Даже если мы ничего не выиграем. А Северус уже пристальным взглядом наблюдал за тем, какие именно ингредиенты и в каком порядке отправляет в котёл Гарри. — Сушёный инжир… Иглы дикобраза… Семена клещевины… Настойка горькой полыни… — Всё правильно, Сев? — Пока что да! — отмахнулся от Поттера Снейп. И продолжил перечислять: — Бирюзовый, синий, жёлтый… голубой, фиолетовый, коричневый… Розовый, оранжевый… Жёлтый! Отлично! — Ффух… — выдохнул Джеймс. — Но я бы ещё положил веточку перечной мяты… — задумчиво протянул Снейп. И Гарри словно услышал его. Принюхавшись к своему вареву, мальчишка, не раздумывая и минуты, бросил зелёную веточку в котёл. Зелье, и без того жёлтое, стало совсем уж солнечного цвета, блестящее и яркое. Мальчик налил его во флакон и отнёс судьям. Осталось только дождаться их вердикта. В паузу к ним снова подошёл директор Риддл. — Хочу вас кое с кем познакомить. Это Невилл Лонгботтом, наш отличник. Гарри глянул на него исподлобья – именно с ним он и соревновался сейчас. Невилл был симпатичным пареньком, с пухлыми щёчками и надутыми губками, на лбу у него был небольшой шрам. Северус и Джеймс обменялись понимающими взглядами – Риддл нашёл-таки своего Избранного… — Привет, — тем не менее, произнёс Гарри. — Привет, ответил Невилл. — А у тебя зелье лучше получилось, чем у меня… Я больше Травологию люблю… Но победил, предсказуемо, Невилл, хотя директор Риддл, поблагодарив Высокое Жюри, своим директорским и хозяйским словом, вручил лично от себя и от всей своей Школы подарок Гарри Поттер-Снейпу – шикарное подарочное издание «Книги Зелий» Зигмунта Баджа. Но, пожалуй, самое главное то, что случится с Гарри в его 11-ый день рождения…