Перо и Ветер

      «Женщина, которая притворяется мужчиной? Зачем ей это? Неужели таким образом спасается от посягательств пиратов?» — Изо обдумывал информацию, что поведал Одэн, и никак не мог найти ответ. Среди сокомандников поднялись восторженные перешёптывания — к костру капитанов подходила та таинственная женщина. Стрелок прищурился: от внимательного взгляда не скрылась хромота, которую она скрывала за медлительностью и плавностью шагов. Фигура манила прикоснуться, слова звучали твёрдо и уверенно. Приглашение Отца прозвучало, как гром среди безоблачного неба. Голубое сияние глаз удивило, как и реакция Роджера. — «Оракул? Видит смерть? Бесценная…».       — Какова наглость, женщина! — возмутился Кодзуки на её условие вступления в Семью. — Как смеешь решать за других?       — Решать? — Люци ухмыльнулась, кровь текла из искусанных губ на грудь. — Подобные решения принимают капитаны, не я! Так что… как договоритесь, так и будет. Удачи, мальчики! — она развернулась и, помахав рукой, зашагала обратно, к пальмам.       Изо продолжал смотреть ей вслед и, в отличие от других, заметил, что походка стала более пьяной, хромота усилилась, и она часто останавливалась, будто заставляя себя идти дальше. «Это нехорошо. Надо помочь». С этими мыслями пират встал и сделал шаг навстречу судьбе.       

***

      Ветер играл волосами, и Эйр проснулась от этой ненавязчивой ласки. Шум океана, треск дров в кострах, пьяные песни и вопли пиратов — всё это говорило о том, что она заснула в гамаке. Вот только почему её ладонь лежит на чьей-то широкой груди, одетой в шёлк, а ухо ловит стук чужого сердца? Люци открыла глаза и, подняв голову, встретилась взглядом с юношей — молодым, красивым, с длинными распущенными чёрными волосами, в котором узнала Изо. Он обнимал её поверх пледа, которым укрыл от ночной прохлады, и улыбался.       — Лучше? — спросил стрелок. И женщину бросило в океан чувств — приятный баритон и запах вишнёвого табака, по которым она откровенно скучала, а забота, звучавшая в голосе, грела лучше любой ткани.       — Да, но вставать не буду, — Эйр вернула голову ему на грудь и, слушая стук сердца и поглаживая шёлк кимоно, заснула.       Раннее утро разбудило робкими лучами солнца, пробивавшимися сквозь зелень леса, и воплями попугаев. На пляже пираты дрыхли после попойки в таких позах, что впору было заподозрить некоторых в отсутствии костей. Люци упёрлась в грудь парня и села, потягиваясь и сладко зевая. Изо под ней застыл каменной статуей, боясь не то что шевелиться, а даже дышать.       — Всё хорошо, — успокоила его Эйр, сразу почувствовав причину. — Это нормальная реакция молодого мужского тела. Неужели никто не посвятил в такие подробности физиологии, как утренний стояк?       — У нас не принято это обсуждать, — севшим голосом отозвался брюнет.       — Это у пиратов-то? Сомневаюсь, — удивлённо переспросила она, перенося вес тела на левый край гамака и спрыгивая на землю. Изо дёрнулся следом за ней и начал падать. Люци поймала его обеими руками и, бросив взгляд на пляж, спиной вперёд стала уходить в лес.       — Я из закрытой страны…       — Вано. Я в курсе.       Перо поставила парня на землю и шагнула к нему. Он рефлекторно отшатнулся и упёрся спиной в широкое дерево, скрывавшее их от посторонних. Её взгляд внушал уверенность и спокойствие, жесты неспешные, осторожные, нежные. Эйр развязала оби и, закрыв глаза, лбом уткнулась в грудь стрелка, ладонью накрыв и чуть сжав его естество. От этого простого движения Изо задержал дыхание и, не справившись с нахлынувшими эмоциями, одной рукой притянул женщину ближе. Склонив голову, он оголил её плечо и осыпал поцелуями, оставляя следы ярко-красной помады. Время, воздух и природа вокруг них застыли и пришли в движение лишь с кульминацией.       — Это нормально, — ноги парня дрожали, и он не хотел отпускать Люци из объятий, боясь упасть. — Всё хорошо?       — Да, — хрипло проговорил он, постепенно приходя в себя.       — Проводи себя в порядок и радуйся новому прекрасному дню, — она поправила сползшую рубашку, улыбнулась и пошла на пляж.       Изо всё ещё тяжело дышал и аккуратно проследил за ней взглядом. Сделав несколько шагов по прохладному песку, Эйр остановилась и задумчиво облизывала руку, ту, которой доставила ему удовольствие. Сердце брюнета ухнуло и забилось где-то в низу живота.       — Невообразимая женщина. Что творит? — прошептал лесу, не в силах оторваться от происходящего. В какой-то момент она обернулась и, подмигнув ему, ушла на «Оро Джексон».       

***

      Корабль и тем более душевые встретили её тишиной и пустотой, но рисковать Эйр не стала и закрыла дверь в купальни на засов. Глянула на себя в зеркало и заметив на плече следы от помады, истерично рассмеялась.       — Что ты творишь, женщина? Он же тебе практически в сыновья годиться! — голос отразился от стен и утвари. — Чёрт возьми! — быстрый взгляд в зеркало. — Я, похоже, сошла с ума. Но мне это нравится.       Холодная вода душа чуть отрезвила, принося успокоение телу, но не разуму. Где та грань, которую нельзя переступать? С одной стороны, он её командир… в своём будущем и её прошлом. С другой… именно про таких мужчин подруга говорила: «Брать и трахать! Брать и трахать!»       — Либо не делать и жрать себе мозг кофейной ложечкой. Либо делать и жрать себе мозг кофейной ложечкой, кайфуя от бури положительных эмоций и чувства расслабленности в теле, — Люци вытерла запотевшее зеркало и всмотрелась в замученное, уставшее лицо. — Однозначно второе.       

***

      Солнце набирало силу и жарило от души. Приближалось время обеда. Коки обеих команд шаманили над котлами и кострами, что-то сноровисто строга́я, заправляя и таская посуду. Эйр сидела в гамаке и в который раз за жизнь чертила крылья, прикидывая варианты их создания — на Гранд Лайн это было сделать сложнее, чем в родном мире.       — Сестрёнка, пни мяч! — Шанкс помахал рукой. Чёрно-белый мяч остановился недалеко от пальмы. Люци закрыла тетрадь с расчётами, спустилась и взяла его в руки. Ветер трепал волосы и длинную юбку на запа́хе. Женщина прицелилась, подкинула мяч и от души пнула его, надеясь, что он приблизится к юнге хотя бы на пару метров. Чёрно-белая комета просвистела над игроками и со звонким бамс отскочила от головы кого-то из команды Белоуса, приземлившись на волейбольную площадку.       — Так, эт не я. Оно само, — Эйр вернулась в гамак, с преувеличенным вниманием погрузившись в расчёты, но нет-нет, да и поглядывая за весельем пиратов. Всё-таки пригодились все те мячи, которые по её просьбе закупил Рейли в спортмагазине. Правда старпом неудомевал, зачем им они. Футбол, волейбол, бадминтон и баскетбол. Багги звал и её поиграть, но получил вежливый отказ.       — Суп из Морского Короля, овощное рагу с сердцем, салат и сок из ананаса, — голос Изо, раздавшийся над головой, выдернул Люци из мыслей. Брюнет, улыбаясь, держал поднос, заставленный тарелочками и пиалами.       — Да, спасибо, — она убрала расчёты и взяла поднос. Парень не уходил. — Что-то ещё?       — Я… — он замешкался, потирая шею. — Просто хочу помочь. Сидишь здесь в одиночестве. Остальные не обращают на тебя внимания.       — Обращают, — Эйр улыбнулась, зачёрпывая густой наваристый суп и кивнула в сторону. — Сейчас именно на тебе скрестились все их взгляды. Если вдруг им покажется, что что-то ты делаешь не так… — она покачала головой, глядя Изо прямо в глаза. — Отец вновь будет биться с Роджером, но уже из-за того, что тебе рожу набили.       — Отец? — переспросил стрелок.       — Слышала, вы так называете капитана Ньюгейта, — женщина прикусила язык и дала себе мысленный подзатыльник. Расслабилась, почувствовала дома, среди Семьи.       — Есть такое. Тогда... — Изо помедлил, не хотя уходить, и даже перспектива быть битым его не пугала. — До ужина? — получив в ответ тёплую улыбку и согласный кивок, он развернулся и зашагал прочь.       

***

      Смартфон играл нежную мелодию будильника. Женщина не знала, зачем продолжает цепляться за прошлое: заряжает «волшебные камушки», проигрывает музыку и видео, строит чертежи и делает расчёты. Однажды, всё это закончится, но не сегодня. Она потянулась, лёжа на левом боку, отключила птичью трель и задумалась, а почему ей тесно в собственной широкой кровати? Эйр легла на спину, чувствуя тяжесть на животе и, приподнявшись на локтях, посмотрела вправо. Изо спал рядом, разметав волосы по подушке и оставив на ткани пятна косметики.       — Однако, — прошептала Люци, пытаясь вспомнить события прошлой ночи. В голове — звенящая пустота, при полном отсутствии похмелья и гадкого послевкусия во рту. Но факт оставался фактом — они спали в одной постели, что примечательно — одетые. Но долго ли задрать подол юбки или кимоно?       — Мне это ещё аукнется, — наклонилась, целуя парня в уголок губ. И выпрямилась, одновременно опуская ноги на прохладный пол. Однако встать ей не дали — рывок и она вновь лежала, а Изо наклонялся над ней, чёрным покрывалом волос скрывая их от мира.       

***

      Габан пришёл на камбуз, следуя за крепким запахом свежесваренного кофе, и с удивлением обнаружил там Эйр в задумчивой мечтательности сидящей с кружкой горячего напитка. Он окинул её внимательным взглядом: шальная улыбка, криво застёгнутая рубашка, ярко-красные следы от помады, растрёпанные волосы.       — У кого-то была жаркая ночка? — пират подошёл к столу и нарочито медленно заглянул в вырез воротника. — У тебя что, даже грудь в поцелуях?       Люци расстегнула ещё одну пуговку, открывая больше тела под горячий взор Скоппера. Тот с шумом вдохнул воздух и выматерился:       — Мы скоро отплываем. Ничего не забыла на пляже?       — Только своё сердце, — женщина отпила кофе, продолжая улыбаться, и подпёрла голову рукой.       — Так давай заберём ту гейшу! Я правда не знал, что ты предпочитаешь девушек…       — Та гейша — это мужчина, — ещё один витиеватый мат. — Завидуй молча, Габан, — она встала из-за стола.       — Ах ты ж, ёбанная сука! — брюнет долбанул кулаками по столу и, повернувшись вслед за женщиной, стукнул себя в грудь. — На его месте должен был быть я!       — Завидуй молча, Габан, — повторила Эйр, делая ещё один глоток. — Но не прекращай попыток.