Перо и Ветер

      Одэн стоял на палубе «Оро Джексон» и наблюдал, как остров исчезает вдали. Корабль Роджера не был похож на «Моби Дик» — он отличался не только размерами, но и тем духом, что создавали сами люди. Мимо пробежали юнги, фехтуя кинжалами, красные и голубые волосы яркими пятнами сверкали на солнце. Стук трости приближался вместе с хозяйкой. Кодзуки широко улыбнулся, предчувствуя веселье, и повернулся к проходившей мимо женщине.       — Сестрёнка, — сделал шаг навстречу и приобнял, положив руку на плечо. — Как твои дела?       — Я тебе не сестрёнка! — буркнула Эйр, рукоятью трости скидывая руку. —Мы не в таких отношениях, чтобы твоё поведение было оправданным.       — Так давай…       — Нет, спа…       С бака раздались крики, маты, звуки падения и погони. Люци, наклонив голову к левому плечу, с недоумённым видом наблюдала за быстро приближающимся прямоходящим животным. Рыжая всклокоченная шерсть, местами свалявшаяся в комки, зелёные безумные глаза. Оно пёрло, не разбирая дороги, и на полной скорости врезалось в женщину, что не успела убраться с его пути. Мгновение. В глазах потемнело. Больно ударившись о палубу, Эйр пыталась протолкнуть воздух в лёгкие и одновременно спастись от давящей тяжести.       — Слезь с меня, драный кошак, — рыжее нечто сверкнуло глазами и подскочило на месте от возмущения. Перо, вцепившись что есть силы в длинную шерсть, почувствовала себя шёлковым платком, парящим на ветру. Так быстро получилось подняться вместе со зверьём.       — Я не драный! — раздражённый мявк разнёсся над палубой. — Вся моя шерсть на месте!       — Драный кошак и плешивая псина, — Люци перевела взгляд на второе существо, переступавшее на задних лапах. Оно нервно сглотнуло, настороженно глядя в ответ и медленно двигаясь в сторону Одэна. — Твои блохастые твари? — повернулась к Кодзуки и кивнула на незваных гостей.       — Они не блохастые! — парировал житель Вано.       — Ааа. Поэтому ты притащил их с «Моби Дика»? Тьфу на вас! — И, плюнув новоиспеченному члену команды в ноги, женщина развернулась и похромала в сторону кают.       — А что, надо было Изо пригласить? — разозлённо крикнул Одэн её в спину.       Эйр остановилась раньше, чем он успел закончить фразу, и медленно повернулась в его сторону. Тяжёлый взгляд не предвещал ничего хорошего, и все трое почувствовали себя не в своей тарелке.       

***

      Габан подскочил с места и со всей дури стукнул кулаком по столу. Лампа, рядом с которой пришёл удар, мигнула фитилём и вновь продолжила источать ровный тусклый свет.       — В смысле, ты оставляешь её на острове? Какое злое зло она тебе сделала?       Его возмущению не было предела. Чтобы капитан предложил подобное — немыслимо! Рейли молча переваривал услышанное, не торопясь высказываться. Роджер только открыл рот, как дверь в его каюту открылась, и Эйр остановилась в проёме, держась за медную, украшенную резьбой ручку. Пираты подобрались, медленно выпрямляясь и бросая друг на друга вопросительные взгляды: «Как много она успела услышать? Уже в курсе задуманного?»       — На корабле двое безбилетников, — хриплым голосом, так и не отдышавшись после падения, проговорила она. — Драный кошак и плешивая псина.       — Ты уверенна? — переспросил старпом. Под описание подходили только минки, что были в команде Белоуса.       — Трудно не заметить шерстяной шар для боулинга, что снёс меня с ног, — с долей издёвки ответила Люци. — Мы уже и так превратились в детский сад, взяв на борт Одэна с семьей. Теперь следующий этап — плавучий зверинец?       — Я наведу порядок, — откашлявшись, пообещал Гол Д., не сводя с неё напряженного взгляда.       — Будь добр, капитан. А то их поведение ни в какие ворота… — она кивнула на прощанье и ушла, закрыв дверь до щелчка замка.       — Как думаете, слышала ли она что-нибудь? — поинтересовался Роджер у накама.       — Возможно, но виду не подала, — Рейли откинулся на спинку стула.       — Ты должен ей об этом сообщить! Иначе это сделаю я! — Габан сердился, не понимая, да и не желая понимать, мотивов капитана.       

***

      Эйр зашла в мастерскую, потёрла ноющую спину. Чем дальше шло их приключение, тем больше разваливалась физически, просто не успевая восстанавливаться после очередной заварушки. Ещё и будущее Роджера, что прозрела на острове… Женщина вздохнула, позволяя слезам течь. Со слов Отца она была в курсе, что должно произойти. Но одно дело слышать историю, и совсем другое — видеть собственными глазами. Как не старался Рейли вытащить её оттуда пораньше, Люци была на казни от начала и до конца. Не ушла с площади, даже когда все присутствующие разошлись. Сердце рвалось на части, хотелось кричать смертным воем. Это было сродни тому, когда увидела на фотографии от Дьявола свою могилу.       — Жаль, что не могу ни рассказать кому-либо, ни изменить его судьбу. Для меня это уже давно случившийся факт.       Следовало успокоиться и заняться делом, благо работа была — кто-то из ребят в очередной раз запорол заточку клинков. Или они делали это специально, что ей было чем заняться? Кто знает. Эйр покачала головой, робко улыбаясь и медленно успокаиваясь. На то, что это было делом рук Багги, можно смело ставить пару тысяч белли с вероятностью в девяносто девять и девять десятых процента. Она посмотрела на лежащий на столе будильник Спенсера, запущенный в стену в очередной раз его меткой и сильной рукой.       Положив на табуретку мягкую подушечку, подумала, что скоро придётся заводить себе стул с анатомической поддержкой спины. Интересно, делают ли на Гранд Лайн подобные? Скрип ящиков, металлический звон инструментов и деталей, свист оселка, запах масла — работа завертелась, полностью забирая внимание мастера из реального мира.       Стук в дверь она почти проигнорировала, оставив на краешке сознания, но тихое вежливое покашливание выбилось из ряда привычных звуков. Эйр отложила оселок и медленно, аккуратно повернулась, оберегая спину. Габан стоял в дверях с подносом в руках.       — Ты пропустила и обед, и ужин. Вот, — он покачал подносом, — принёс перекусить.       — Поставь на комод, пока занята.       — Что случилось? — печаль в голосе пирата можно было резать и намазывать на хлеб. Люци, не успев вернуться к работе, смерила Скоппера оценивающим взглядом сверху-вниз и снизу-вверх.       — Ты мне скажи.       Тишина в ответ. Он не мог то ли собраться с мыслями, то ли подобрать слова…       — Как наберёшься смелости — приходи.       Женщина положила на столешницу оселок и встала, держа в руках маленькую маслёнку. Её давно следовало пополнить. Габан поставил поднос на комод, закрыл дверь на засов и шагнул ей навстречу.       

***

      Некомамуси стойко выдержал отповедь старпома. Рейли провёл долгую, нудную лекцию с ним, Инуараси и семьёй Одэна. И если к Токи-сама с детьми у старпома не было претензий, то им троим досталось. Отдельно было подчёркнуто, что не нужно доставать или как-то вредить госпоже Эйр. Эта женщина — не боевая единица, хоть и может постоять за себя и близких, но именно от её волшебных рук и головы зависит каким именно оружием будет пользоваться команда. Звание оружейника просто так не даётся.       Кот согласился, что принести извинения нужно и как можно скорее. Но ни на обед, ни на ужин госпожа Люци не пришла. И теперь он стоял перед мастерской с занесённой лапой, так и не постучав в тяжёлую дверь. Чуткие уши уловили звуки мало похожие на скрип металла, а нос, с шумом вдыхающий воздух, подтвердил догадку.       «Нет. Не сегодня. Если бы меня оторвали от лучшей самочки в брачный период, я был бы в ярости», — рыжий минк кивнул своим мыслям и с преувеличенной осторожностью отступил. Уже у дверей, ведущих на палубу, его слуха достигли тихое требовательное «Ещё!» и мужское «С радостью!».       

***

      Люци сладко потянулась, лежа в кровати и с улыбкой отмечая, что наконец-то ничего и нигде не болит. Постороннее посапывание раздалось с пола, она бросила взгляд вниз и хмыкнула. Полураздетый Габан спал, упершись в комод головой, подушка торчала из-под задницы. Ноги, одна в сапоге, вторая без, были закинуты на верстак. Лёгкий плед, в тусклом свете лампы казавшийся тёмно-зелёным вместо нежно-голубого, прикрывал самое дорогое.       — Эй, спящая красавица, подвинься. А то топочусь, — Эйр потрепала мужчину по волосам.       — Ходи по мне всю жизнь, — сонно улыбнулся в ответ, не открывая глаз и не меняя положение.       — Интересное желание, но, боюсь, мало осуществимое, — она села на кровати, опустив ноги на живот Скоппера, медленно рисуя пальцами непонятные узоры и наблюдая за положительной реакцией — плед подпрыгивал будто сам собой…       

***

      Некомамуси сидел на палубе около двери, ведущей к каютам, вымокший до подшёрстка в ночном ливне, и терпеливо ждал. Наконец его уши уловили мерный стук трости и под пасмурное солнце вышла женщина, жмурясь под редкими лучами. Она скривилась, будто учуяла что-то противное. Минк знал: его мокрая шерсть знатно воняла, и был готов к любой реакции. Эйр остановилась напротив, внимательно посмотрела, не моргая, и, вздохнув, кивнула головой, призывая идти за ней. Кот встал единым плавным движением, подстраиваясь под неспешный шаг.       Вскоре они оказались в душевых. Женщина ткнула в сторону дальней кабинки, выдала ему пару огромных полотенец и корзину с шампунями и мылом. Некомамуси сграбастал предложенное в лапы и скрылся за дверцей кабинки. Тёплая вода поразила кота, он и подумать не мог, что на корабле возможно подобное. К тому моменту, как минк вышел, на лавочке его ждала пара пуходёрок, ещё сверкающих металлическими зубьями и пахнущих свежим деревом.       «Она не злится?» — удивился рыжий заботе, старательно вычёсывая и собирая шерсть.       Наконец, он закончил приводить себя в порядок и вышел на палубу. Женщина стояла у борта, о чём-то беседуя с Крокусом и активно жестикулируя. Доктор внимательно слушал, соглашаясь, но заметив стоявшего чуть в отдалении минка, остановил поток слов и кивнул в его сторону. Эйр повернулась и оценила результат:       — Достойно! Постарайся и впредь так выглядеть.       — Благодарю, — Некомамуси склонился в низком поклоне.       — Как думаешь, лимонов на всех хватит? Или всё-таки стоит заквасить пару бочек капусты? — она вернулась к диалогу с Крокусом.       — Как будто найдутся противники, если ты попросишь парней помочь тебе, — улыбнулся док, освобождая путь Люци, в глазах которой горел огонь веселья.       

***

      Роджер постучал и зашёл в мастерскую. Эйр махнула в сторону свободной табуретки и продолжила собирать будильник. Тугая пружина никак не хотела вставать на своё место, постоянно выпрыгивая на свободу. Так случилось и в этот раз.       — Я тут подумал… в общем… знаешь… — капитан никак не мог сформулировать мысль, которую хотел донести.       Люци поймала вылетевшую пружину и смерила его удивлённым взглядом.       — Роджер, блин. Ты мужик, про которых говорят: «Могуч, вонюч и волосат»! Хватит мять сиськи! Говори прямо!       — Япринялрешение. Мыоставляемтебянаострове. Литтоклассныймужикипозаботитсяотебе! Ивообщенесмейосуждатьменяимоёрешение. Какясказалтакибудет!       — Стоп, — Эйр потрясла головой, пытаясь избавиться от странного звона и эха. — Помедленней. Я не успеваю тебя понять.       Гол Д. сделал глубокий вдох и выдох.       — Повторяю. Я принял решение и на ближайшем острове, куда мы сейчас следуем, никуда не сворачивая, не отвлекаясь на приключения, ты сходишь. Совсем. Окончательно и бесповоротно. Больше ты не будешь ходить на «Оро Джексоне». Там живёт наш накама, Литто, он о тебе позаботится. А ты позаботишься о нём, его племенниках, доме, кузнице и всех других женских штучках и делах, что так здорово у тебя получаются. Пойми, — он встал и начал расхаживать по мастерской туда-сюда. — Я просто о тебе волнуюсь. Переживаю каждый грёбанный раз, когда тебя ранят, ты попадаешь в переделки вместе с юнгами или без них. Каждая твоя ссадина, царапинка, пролитая капля крови или слезинка убивает меня. Нас. Я… мы хотим, чтобы ты была в безопасности, в целости, здоровая. И дожила до того дня, когда вернёшься на Гранд Лайн, в команде Ньюгейта. Я обещал Белоусу твою безопасность. Больной или калекой ты ему точно не будешь нужна… И вообще…       Роджер замолчал, переводя дыхание и почувствовал, как Люци хлопает его по руке. Он посмотрел на неё и сердце сжалось от безысходности скорого расставания.       — Всё нормально. Ты поступаешь правильно. Я всё понимаю. И принимаю твоё решение. Не кори себя за это. Просто будь осторожен в своём путешествии, ведь меня не будет рядом, чтобы прийти на помощь.       — Сестрёнка, — пират опустился на одно колено и обнял её. — Мне жаль…       Эйр обняла его в ответ и гладила по спине, успокаивая пустившего слезу капитана. Повлиять на принятое решение она не могла, решив плыть по течению Судьбы, пока это возможно.