Глубокое синее море

      Едва Шерлок вернулся за стол, Мориарти оглядел его внимательным взглядом и нахмурился — бегающие глаза и красные пятна на щеках сообщали, что тот был смущён, рассержен и взволнован.       — Все в порядке? — шепнул Джим, наклонившись к его уху, тщательно скрывая беспокойство в голосе.       — Разумеется, — кивнул Шерлок, — ничего, что бы требовало немедленного внимания, возвращайся к делам.       Последняя фраза сорвалась с губ случайно. Шерлок не собирался даже таким невинным образом намекать на свое состояние и мысли. Еще до свадьбы Майкрофт не раз говорил ему о том, что Мориарти — деловой человек, для которого на первом месте всегда будет бизнес, а иначе не преуспеть, не стать лучшим дельцом и… хреновым мужем.       — Что случилось? — Мориарти удивлённо дёрнул бровью.       Шерлок редко высказывал недовольство, но сейчас оно было хорошо ощутимо.       — Если хочешь, мы можем уйти, — Джим глянул на часы.       — Не думаю, что это будет уместно, — покачал головой Шерлок. — Тем более, что мы и так опоздали.       — Господа, прошу простить нас, — неожиданно даже для самого себя сказал Джим, обращаясь к сидящим за столом. — Мы вынуждены покинуть вас.       Майкрофт не смог скрыть своего удивления, его лицо перекосило так, что Мориарти развеселился.       — Шерлоку нездоровится, — вдохновенно приврал он. — Сами понимаете — качка.       Шерлок тут же поднялся и изобразил максимальное страдание на лице. Все за столом понимающе закивали, кто-то предложил какие-то таблетки, а он уже думал о том, уместно ли играть на скрипке в каюте экстра-класса.       До номера они добрались в молчании, но едва Мориарти прикрыл дверь, он тут же повторил свой вопрос:       — Что произошло?       — Ничего, — Шерлок поджал губы. — Это все качка, — припомнил он его собственные слова. Он прошелся по номеру, на ходу снимая надоевший пиджак и расстегивая несколько пуговиц на рубашке. Казалось, что так ему станет чуть свободнее и проще.       — Ты же знаешь, что мне легко понять, когда ты врёшь, — поморщившись, отозвался Мориарти и опустился в то кресло, где не так давно восседал Майкрофт. — Но, если тебе так важно навести вокруг своих переживаний ореол таинственности, я могу не настаивать, — Джим даже не старался скрыть, что его задевает отсутствие откровенности между ними. В конце концов, они отправились в это путешествие и с целью лучше узнать друг друга, так почему не стоило начать прямо сейчас?       — Ничего не случилось, — Шерлок вздохнул, понимая, что скрипку взять, похоже, не удастся. — Просто огорошил один банкир, который пытался меня склеить, вот и все. Неприятный эпизод, но не более.       Он опустился в кресло напротив и с наслаждением вытянул ноги. Из-за своего роста Шерлок постоянно терпел неудобства за всеми этими низенькими столами на званых вечерах.       — Кто это был? — резко спросил Джим, чувствуя мгновенно охватившую его злость. — Я смотрю, тебя и на минуту нельзя оставить, чтобы ты не нашёл приключений на свою задницу, — он намеренно позволил себе откровенную грубость, надеясь, что, разозлившись, Шерлок выдаст больше подробностей произошедшего.       — Я не запомнил его имя. Все в порядке, не думаю, что он предпримет и другие попытки, — Шерлок внимательно смотрел на мужа, пытаясь понять причину его вспышки. Ревность? Или раздражение на Шерлока, который опять все сделал не так, как надо? Скорее — беспокойство за репутацию семьи.       — Ладно, я выясню сам, — процедил Мориарти, уже достав из кармана телефон. Быстро напечатав сообщение, он снова поднял взгляд на Шерлока. — В любом случае, кто бы это ни был, он заплатит за эту вольность, — небрежно взмахнув рукой, пообещал Джим. — Это оскорбительно для нас обоих.       — Это незначительный эпизод! — начал раздражаться Шерлок. — Совершенно необязательно тут же показывать, что у тебя везде связи, и ты можешь все, даже в открытом океане, я и так в курсе. Мы плывем на самом огромном корабле в мире, Джим, неужели тебя и сейчас волнует репутация?!       Мориарти едва заметно дернулся, но сохранил на лице беспристрастность.       — Меня волнует, да. Если я оставлю это без внимания, любой козёл будет считать, что к тебе можно подходить с непристойными предложениями, — пояснил он как само собой разумеющееся. — Или, быть может, тебя это взволновало в ином смысле, и ты был бы не прочь отвлечься от скучной семейной жизни? Тогда действительно, чего мне волноваться, — под конец фразы Мориарти едва держал себя в руках — беспечность Шерлока в этом вопросе удивляла.       Шерлок мотнул головой. Он слишком напрягался, чтобы понять мысли Джима, скрытые под несколькими слоями масок, что пропустил суть его реальных слов.       — Ты можешь не волноваться, — он зацепился за последнюю фразу. — Я никогда не опозорю тебя, — сухо отозвался Шерлок, разочаровываясь в своих способностях — он так и не понял, что на самом деле разозлило Джима.       После этих слов Мориарти значительно смягчился.       — Я рад это слышать, — гораздо спокойнее сказал он и, поднявшись, подошёл к Шерлоку. Присев на подлокотник его кресла, Мориарти взял его за руку, потянул на себя и прижался губами к ладони. — Мне жаль, что тебе пришлось испытать это.       — Все в порядке, — Шерлок поморщился от неловкости момента и от нарастающего раздражения на мужа.       В свое время Майкрофт оказался чертовски проницателен, когда организовал этот брак: Шерлок действительно перестал его позорить, как тот того хотел. Вот только не потому, что «осознал и повзрослел». Он банально влюбился, причем как-то сразу и навсегда.       Джим сжал тонкие пальцы и, тихо вздохнув, отпустил его руку. Холодность Шерлока из раза в раз ранила, но, как преодолеть её, он не знал. По сути, это была единственная загадка, неподвластная его гениальному уму. Иногда Джиму казалось, что он чувствовал ответное влечение, но чаще — отстраненность и безразличие.       — Хочешь чего-нибудь? Ты почти ничего не ел, можно заказать в номер, — предложил он после короткого молчания.       — Нет, я лучше лягу, — Шерлок скосил глаза на кровать громадных размеров. Даже в их квартире в Лондоне она была меньше. — Ты будешь работать? Можешь вернуться на ужин, скажешь, что я уснул, так и будет, собственно. Этот эпизод не стоит того, чтобы ты портил себе вечер.       Джим в этом предложении предсказуемо видел лишь нежелание Шерлока ложиться в кровать вместе с ним.       — Вечер был обречен на провал, — отмахнулся он. — Столько отожравшихся рож в одном месте слишком даже для меня, — Мориарти поднялся, поспешил избавиться от смокинга и, подойдя к столу, включил ноутбук. — Буду работать.       — Это же первый вечер на «Титанике», — вдруг одернул его Шерлок. — Неужели у тебя столько работы, что ее надо делать даже ночью?       Он не стал добавлять, что мечтает, чтобы Джим лишился работы вовсе, — может, тогда это помогло бы им сблизиться. Его никогда не интересовали деньги Мориарти, в отличие от брата.       Вопрос неожиданно застал Джима врасплох.       — Действительно, в этом нет необходимости, — честно признался он. — Но чем ещё ты предлагаешь мне заняться? На ужин я возвращаться не собираюсь.       — В рекламной брошюре говорилось про шикарные закаты и рассветы, — Шерлок неуверенно пожал плечами. — Сейчас как раз закат… Я никогда не видел, как солнце садится в море. Должно быть, это красиво.       Джим почувствовал себя неловко. Почему он сам не додумался предложить это? Ежедневная бешеная гонка за деньгами убивала в нем все романтичное, но в Шерлоке подобных чувств было сполна, и игнорировать это было попросту глупо.       — Тогда идём, посмотрим, — Мориарти кивнул в сторону балкона.       — Тебе удалось пообщаться с нужными людьми сегодня? — спросил Шерлок, когда они вышли. Он не знал, о чем еще спросить вечно занятого Джима, а стоять в молчании было странно — словно они и сейчас отбывали номер, делали то, что должно, согласно их семейному положению.       — Я им всем нужен больше, чем они мне, — пожал плечами Мориарти. — Но вряд ли тебе в действительности это интересно, — он улыбнулся, повернув голову к Шерлоку.       Закат его интересовал мало, но багровые солнечные лучи, путающиеся в кудрявых волосах, выглядели прекрасно. Не сдержавшись, Джим протянул руку и заправил выбившуюся из общей массы прядь Шерлоку за ухо.       — Ты не смотришь на закат, — Шерлок смутился. — Тебе не интересно?       Он уже жалел, что вытащил Джима на поверхность из его любимой скорлупы в виде ноутбука и кофе. Тому явно было здесь некомфортно, и от этого самому Шерлоку становилось грустно. Он не понимал, почему тогда, при знакомстве, Джим показался ему не таким, как большинство деловых людей. В нем была загадка, но, возможно, не такая прекрасная, как думалось Шерлоку.       — Прости, но это кажется мне пустой тратой времени, — покачал головой Мориарти и поморщился, заметив на лице Шерлока разочарование. — Я понимаю, что мне следует на какое-то время привыкнуть к безделью, но… — он запнулся, что было ему совершено несвойственно, и уставился вдаль, туда, где солнце утопало в море.       — Что ты видишь, Шерлок? — вдруг спросил он.       — Ничего, — спокойно отозвался тот. — Я ничего не вижу, но уверен, что люди на других палубах видят гораздо больше. Надежду на новую счастливую жизнь, красоту, может быть, даже любовь.       Эти слова прилетели прямо в цель. Сердце отчаянно заныло, напоминая о себе. Джиму хотелось бы сказать, что Шерлок снова неискренен, но эти слова прозвучали без тени сомнения.       — Безрадостно как-то, не находишь? — Джим нашёл в себе силы для кривой ухмылки. — То, что мы даже не надеемся.       — Мы? — Шерлок удивленно посмотрел на мужа.       Ему казалось, что у Джима-то как раз все отлично, и надежды оправдались более чем. Признание, богатство, а с недавних пор еще и титул с мужем в придачу — Мориарти получил от этой жизни все.       Джим не спешил отвечать. Признаться Шерлоку в том, на что он сам почти не смел надеяться, оказалось нелегко настолько, что он решил и вовсе не делать этого. Впрочем, это вопросительное «мы» могло относиться и к самому Шерлоку, вот только Джим не был дураком и прекрасно понимал, что тот мечтал совсем о другой жизни.       — Не бери в голову, — отмахнулся Мориарти и замолчал, продолжая бездумно смотреть на воду. Постепенно его захватило зрелище вздымающихся в последних лучах солнца волн, затопила неясной природы тоска и томление в груди. Эти чувства переполнили его, заставляя даже испугаться, поэтому Джим заморгал, сбрасывая наваждение, и предложил:       — Сыграешь?       Шерлок просиял. Он мечтал, чтобы Джим попросил его об этом, но тот всегда либо был занят, либо отдыхал, бездумно смотря в пустоту или камин. Но главное — Шерлок ни разу не замечал у него хоть каких-то эмоций от своей игры. Всегда одно лишь уважение. Джим покупал ему лучшие скрипки, футляры, часто дарил редкие ноты или еще что-то в том же духе — демонстрировал, что он поощряет увлечение Шерлока, но не более того.       — Конечно, — он поспешно кивнул, стараясь скрыть свою огромную радость, и через минуту уже вернулся на балкон с инструментом в руках, не задумываясь сейчас о том, что может помешать другим пассажирам.       Джим, повернувшись спиной к морю, оперся на перила и, слегка склонив голову на бок, наблюдал, как Шерлок чуть поспешно пристроил скрипку на плече, как вдохновенно вздрогнул смычком и нежно коснулся им струн. То, с какой живостью тот заиграл, заставило сердце забиться чаще. Мориарти почувствовал лёгкий укол вины, что неизменно игнорировал воодушевление Шерлока и никогда не говорил, что ему нравится слушать, как тот играет.       Шерлок играл для Джима. Он уже не помнил, когда последний раз играл для других, всегда только для себя. Майкрофту никогда не была интересна музыка, да и вообще творчество, а Шерлок, как и любой музыкант, разумеется, хотел признания. Солнце скрылось где-то в середине этюда, но он понял это, лишь доиграв последнюю жалобную ноту. Стало внезапно очень тихо, холодно и снова неловко. Похоже, именно неловкость была главным чувством, что составляла их брак. Не любовь и даже не уважение. Они оба будто постоянно извинялись за лишние эмоции, за собственное присутствие, за этот странный союз.       Едва музыка закончилась, Джим хотел было сказать Шерлоку что-нибудь приятное, но отчего-то слова застряли в горле. Он лишь улыбнулся, скользнув по нему взглядом.       — Ты замёрз, — констатировал Мориарти, когда молчать стало просто неприлично. — Пора ложиться спать, дорога была выматывающей, — добавил он.       — Хорошо, — кивнул Шерлок. — Иди, я еще постою.       Он кивнул на море, которое, даже темное и недружелюбное, всё равно манило его, словно звало нырнуть на глубину и уйти под темную холодную воду.       Джим молча забрал у него скрипку и вернулся в каюту. Спрятав инструмент в футляр, он быстро разделся и закрылся в ванной. Он успел принять душ и забраться в постель, а Шерлок так и продолжал стоять на балконе. Уткнувшись лицом в подушку, Джим закрыл глаза, чтобы не пялиться выжидательно на дверь, и, когда Шерлок вернулся, он уже спал.       Шерлок пожалел о том, что кровать такая огромная. На ней запросто могли уместиться трое, при этом ни разу не коснувшись друг друга за ночь. Шерлок хотел бы касаться Джима. Каждую ночь.       Когда кровать под ним прогнулась, Мориарти завозился, мгновенно просыпаясь. Сквозь дрему он поднял голову и, удовлетворённо вздохнув, хотел было придвинуться ближе, но замер и только слегка коснулся руки Шерлока своей.       — Ты холодный, — сонно пробормотал он.       Шерлок тут же одернул руку: и здесь он был не такой, как надо.       — Прости, — пробормотал он, не зная, что еще сказать на это.       Просить согреть себя казалось совсем идиотизмом.       — Иди сюда, — позвал его Джим и потянул за одеяло.       Шерлок осторожно подвинулся, не зная, чего именно хочет муж. Секс у них редко бывал спонтанный — Джим всегда каким-то образом заранее давал понять, что у него возникло желание. Исключение составляли редкие случаи, когда он мог перебрать за ужином или «соскучиться» после короткой деловой поездки.       Но Мориарти лишь обнял его, прижимая спиной к своей груди, и шумно выдохнул в затылок.       — Спи, — сказал он, снова закрывая глаза.       Шерлок тоже прикрыл глаза, наслаждаясь внезапной лаской. Это было лучшее за день, он и не представлял себе, что для них возможно просто заснуть, обнимая друг друга. Определено, романтика морского путешествия подействовала и на Мориарти.

***

      Однако утром действительность снова плюнула равнодушием в лицо. Когда Шерлок проснулся, соседняя половина кровати была пуста. Припоминая, что Майкрофт говорил о завтраках на открытой террасе, Шерлок нехотя поднялся, неторопливо собрался и вышел из каюты. Брат и супруг действительно обнаружились за одиноким роскошно сервированным столом.       — Доброе утро, — поприветствовал его Джим, не поднимая взгляда от экрана ноутбука, когда Шерлок опустился рядом с ним на стул.       Майкрофт и вовсе ограничился сухим кивком.       — Сегодня будут какие-то мероприятия или можно отдохнуть? — не удержался от язвительности Шерлок.       Увлеченность его самых близких людей чем угодно, кроме него, уже даже не обижала, он привык. Шерлок решил, что не будет предаваться унынию. В конце концов, они на борту самого огромного лайнера в истории, здесь наверняка должна была найтись компания даже для такого интроверта, как он.       — Через пару часов корабль зайдет в Шербур, — поднял голову Джим и добавил, сделав глоток кофе. — Родина Гриньяра, между прочим. Можем прогуляться, если хочешь.       — У тебя там дела? — нахмурился Шерлок. — Мне надо присутствовать?       Он не всегда понимал, действительно ли его появление на всех этих встречах и приемах так необходимо, или Джиму просто нравится везде ходить с ним.       — Вам обязательно стоит сделать это, — вмешался Майкрофт, словно игнорируя слова Шерлока. — Наверняка Джеймс, зная твоё увлечение химией и очарованность Францией, учел это при выборе рейса. Я прав?       Мориарти безэмоционально хмыкнул и нехотя кивнул.       — Я сказал, если хочешь, — ответил он Шерлоку чуть более раздраженно, чем следовало. — Где в моём предложении ты усмотрел хоть намёк на дела?       — У тебя всегда дела, — Шерлок пожал плечами. — Но я с удовольствием прогуляюсь по твердой земле, ты прав, — примирительно сказал он. — Это хорошее предложение.       — Я и сам знаю, — все ещё недовольно пробормотал Джим. Ему не нравилось, что Шерлок воспринимал в штыки все его попытки сблизиться.       Майкрофт перевёл взгляд с одного на другого и светским тоном заметил:       — Джеймс, ты видел новости в свежей прессе о Джереми Николсоне? Человек такого уровня, как он, и такой гадкий скандал. Видимо, этот банкир перешёл дорогу не тем людям.       — Что с ним случилось? — Шерлок тут же поднял голову и посмотрел на Джима. Отчего-то стало страшно, хотя вряд ли с банкиром могло случиться что-то по-настоящему ужасное.       — Опубликованы компрометирующие фото, — охотно пояснил Майкрофт. — Оказывается, наш общий знакомый любил развлечься с несовершеннолетними.       Джим повернул к Шерлоку экран ноутбука, демонстрируя открытую в браузере страницу новостного портала.       — Что-то подсказывает мне, что это произошло не без вашего участия, Джеймс.       — Не вижу смысла отрицать, — усмехнулся Мориарти.       Шерлок поморщился. Фото действительно были ужасными, но в глубине души он был рад, этот Джереми вел себя не особенно уважительно.       — Зачем это? — он кивнул на статью. — Он ведь ничего не сделал тебе.       — Зато сделал тебе, — парировал Джим, резким движением закрывая крышку ноутбука. — Все равно человек он неважный, так что получил по заслугам, — равнодушно заметил он.       Майкрофт многозначительно хмыкнул.       — Я чего-то не знаю? — протянул он, и его обескураженное выражение лица повеселило Мориарти.       — Он предложил Шерлоку интрижку, — Джим поджал губы.       — Предложил только, — хмыкнул Шерлок.  — Даже интересно, что было бы, если б я позволил купить себе коктейль. Оказывается, у меня ревнивый муж, Майкрофт, ты не предупреждал об этом, — съязвил он, нервничая больше положенного.       Тот поднял брови, словно говоря этим, что не имеет к происходящему никакого отношения.       — Разбирайтесь сами, — поморщился он. — Но я восхищен. Думаю, бедняга сойдёт в Шербуре. Изящный ход, и сработано очень оперативно. Когда только успели? — Майкрофт покачал головой и вернул своё внимание газете.       Джим, абсолютно не впечатлённый его комплиментами, отстраненно подумал, о том, как сам Майкрофт умудрился раздобыть свежую прессу — именно газеты, а не интернет-статьи.       — Не стоит пытаться узнать, на что я способен, — спустя пару минут продолжил разговор Мориарти. — Думаю, ты это понимаешь.       — Ты угрожаешь мне? — Шерлок неожиданно разозлился.       Получалось, что, сочетавшись браком, он попал под новую пяту — мужа. Не то чтобы Шерлок искал приключений на стороне, наоборот, такие подозрения его оскорбляли, и сейчас Джим раздражал своей бравадой и показушничеством. Шерлок достаточно повидал в своей жизни и власти, и могущества. От любимого человека он ждал совсем иного.       — Нет, и не думал, — Мориарти невесело усмехнулся. — Я сделал это не столько из ревности, сколько из желания сделать твоё пребывание на корабле комфортным. Мне показалось, что тебе его интерес был отвратителен. Теперь этого не повторится.       Шерлок внимательно посмотрел на него. Казалось, распознать, сколько в его словах было правды, сколько — вранья, не смог бы и сам бог лжи. Шерлок тоже не мог, и от собственного бессилия злился еще больше. Он хотел понимать Джима, читать его, как других людей, но тогда, наверное, тот не был бы таким интересным… «Джеймс Мориарти заинтересовался тобой», — что-то такое сказал Майкрофт, когда решил их свести. Шерлок тогда не мог и предположить, какого рода интерес движет Джимом. По-хорошему, он и сейчас не знал этого.       — Не буду мешать, — Шерлок отодвинул стул. Находиться сверх положенного в высшем обществе — пусть даже из двоих людей — он не собирался.       — Куда пойдёшь? — ненавязчиво поинтересовался Джим.       — Прогуляюсь по палубе, пообщаюсь с людьми, если только они потом не окажутся за бортом, разумеется, — Шерлок криво улыбнулся.       — Ничего не могу обещать, — отразив его улыбку, беззлобно отозвался Джим. — Шербур через два часа, — напомнил он, снова открывая ноутбук. — Хорошей прогулки.       Шерлок быстро ушел. Странная перемена в поведении Джима не давала ему покоя. Он не верил, что Мориарти действительно ревнует — скорей всего, ему было просто скучно, но проверить стоило. Шерлок улыбнулся своим мыслям, когда снова заметил Джона Ватсона практически на том же месте, где они вчера расстались.       Тот явно был очень рад встрече.       — Рад тебя видеть, — воскликнул Джон, когда Шерлок подошёл ближе. — Как вчера прошёл ужин? Надеюсь, все в порядке?       — На таких ужинах всегда все в порядке, даже если все не в порядке, — хмыкнул Шерлок. — А как вы с друзьями провели вечер?       — За пивом и отличной беседой, — широко улыбнулся Джон. — И даже обошлись без драки. Ребята у нас горячие, что не так, сразу выясняют отношения кулаками. Слышал, скоро причалим, планируешь сходить на берег?       Сегодня Джон сменил военную робу на обычную одежду — джемпер, джинсы и куртку. Вообще все в Джоне казалось простым и обычным, а сам он представал человеком открытым и дружелюбным. Это располагало.       — Да, муж собирался показать что-то, — признался Шерлок. — Может, потом тоже выпьем? — закинул он удочку и признался: — У меня совсем нет дел.       Шерлок не собирался провоцировать Мориарти, тем более что только слепой не увидел бы в Джоне натурала, но он бы соврал, если бы не сказал, что и сам не прочь провести вечер вне умных, влиятельных и лживых.       При упоминании супруга Джон явно смутился, хотя было видно, что предложение ему нравится.       — Я не против, конечно, — кивнул он, сунув руки в карманы. — Вот только в бары первого класса мне ход закрыт, да и наверняка порция виски там стоит как моё месячное жалование.       — Никто не говорит о барах первого класса, — покачал головой Шерлок. — Меня тошнит от их дорогого виски. Так что найдем место поинтереснее, — он улыбнулся. Джон очень располагал к себе, и с ним обычно замкнутый Шерлок вел себя легко и раскованно.       — Предлагаешь взять бутылку с собой и распить её, наслаждаясь видом океана? — отразил его улыбку Джон. — Думаю, к вечеру мы уже выйдем в Атлантику.       — Я принесу бутылку, — усмехнулся Шерлок. — В моей каюте есть бар, бери сколько хочешь этого добра!       — Отлично, — фыркнул Джон. — Тогда договорились, — он по-дружески хлопнул Шерлока по плечу, но вдруг, припомнив что-то, поежился. — А твой муж не будет против? Мне показалось, вчера он не был в восторге от того, что мы общались.       — Мой муж всегда занят, — покачал головой Шерлок. — Думаю, он и не заметит моего отсутствия. Тогда до вечера?       Они попрощались, и Шерлок, воодушевленный разговором с Джоном, вернулся в каюту.