сгоревшие крылья

У Тэхёна большие, выразительные глаза, длинные и густые ресницы, а ещё полные губы цвета спелой вишни, растягивающиеся в теплой квадратной улыбке. Ещё у него горячее, любящее сердце, огромная дыра в груди, пустота в душе и аккуратное «Хосок» на ключице. Тэхён неустанно проклинает судьбу за такую жестокую ошибку и хочет перекрыть выжженное на теле имя, но в последний момент, уже на пороге в тату салон, он резко возвращается назад, не решаясь. Он не знает этого Хосока, и он ни разу его не видел, но уже безумно любит, и отчего-то даже не сомневается, что это взаимно, хотя… Вряд ли. В Корее огромное количество этих Хосоков и встретить именно своего, шанс один из миллиона. Надпись на теле противно жжет, натягивать улыбку все труднее и делать вид, что все в порядке, уже невозможно. Он набирает полную ванну теплой воды и режет руки, глубоко и нещадно, потому что слишком больно, слишком тяжело, слишком невыносимо без Хосока, которого никто, увы, заметить никогда не сможет, от осознания тошно. Ким никак понять не может в чем счастье, быть помеченным и пожизненно связанным с человеком которого когда-нибудь вообще увидишь, не говоря уже о том, чтобы быть вместе. Тэ смотрит пустыми глазами в чашку с крепким кофе (который к слову терпеть не может) уже около получаса, попутно размышляя о всяком, порезы на руках противно чесались, к слову. Он упускает момент, когда к нему подсаживается совершенно незнакомый проходимец и смотрит пристально, изучающе так. Когда Ким все же обращает на него внимание, то едва не опрокидывает кофе на собственные колени. — Я тебя искал, — говорит слишком уж самоуверенно парень. У него волосы рыжие-рыжие, глаза глубокие-глубокие и губы растянуты в идиотской улыбке, и на щеках виднеются ямочки, в которые так и хочется потыкать. От него несет теплом, энергией и жизнью, что не скажешь о полумертвом Тэхёне. — Не понимаю о чем ты, — бормочет Ким и отводит взгляд в окно, где вовсю господствует весна, желания говорить с кем-либо нет, тем более с всякими там левыми незнакомцами. — Ты ведь Тэхён? — слишком самоуверенно, скорее даже не вопрос, утверждение. Тэ не успевает рот раскрыть, чтобы взмутится, потому что рыжик напротив стягивает шарф с дурацким принтом, оголяя тонкую, бледную шею, на которой бережно выгравировано имя, Тэхёново имя! — Меня зовут Хосок. У Тэ сердце упало куда-то вниз, в горле ком и вообще глаза влажные, потому что спустя столько времени, он наконец нашел своего Хосока.