Стихии для...

Май 1999 года. Пов Драко

На похороны Гермионы, которую я никогда даже мысленно не называл своей, чтобы не вводить себя в искушение, позвал меня Поттер, почти приветливо кивнувший. Хоронили её в закрытом гробу, а это могло означать только одно, что голову героини войны, оторванную от тела, так и не нашли, хотя, насколько мне было известно, на её поиски подняли весь Аврорат. Больно, холодно, несмотря на середину мая, и как-то пусто. Плакали все, вспоминая, какой чудесной, умной и преданной была гриффиндорка, никто не желал верить в такую нелепую, невозможную смерть той, кому жить ещё и жить. Не плакали только мы с Роном — не могли, и это странно объединяло. Я и подумать не мог, что найду когда-нибудь что-то общее с Уизли номер шесть! Он не стал бросаться на меня с воплями, что я здесь забыл, выгонять меня с похорон, устраивать скандалы, чего, говоря откровенно, я опасался, решая: идти или нет на похороны. Нет, Рональд равнодушно скользнул по мне взглядом, словно отметив моё присутствие, и отвернулся к гробу, что лучше всяких слов и воплей поведало о том, насколько она была ему дорога. Странно, но именно тогда я поверил, что она могла быть с ним счастлива, что он именно любит Гермиону, а не гонится за выгодой, сделав ей предложение в Большом зале в начале учебного года. Она была тогда такой счастливой, глядя на нелепого, длинного, худого и вызывающе рыжего, стоящего на коленях Уизли с любящей, тёплой улыбкой, что мне хотелось его убить особо жестоким способом. Мило раскрасневшаяся, чуть смущённая, с короткими волосами, делавшими её похожей на лесного эльфа из сказок, изящная и не моя — Гермиона ответила согласием стать миссис Уизли после окончания школы, убивая во мне робкую надежду на взаимность. Да я готов хоть всю жизнь тайно любоваться тобой издали только бы ты жила и была счастлива, пусть даже со своим нелепым Роном, не хватающим звёзд с неба, но тоже любящим тебя! Нежная, смелая и бесконечно светлая, к таким людям ни за что не пристаёт тьма. Убить бы того, кто с тобой такое сотворил! Когда опускали в могилу гроб, Уизли словно свихнулся окончательно и с воем бросился следом. Набросившиеся братья втроём с трудом удерживали извивающегося ужом, чокнувшегося Рональда, так стремящегося быть рядом с любимой. Я попробовал скорчить презрительную гримасу — Ласка, конечно же, не сумел удержаться и устроил из похорон трагифарс — и не смог, ибо мне его состояние было на удивление близко. Разве что я никогда не решился бы на подобную демонстрацию чувств, будучи более зажатым, воспитанным, а так же не имея никаких прав. Могилу засыпали землей и Уизела словно выключили, потушив пожар, бушующий в нем, и он перестал реагировать вообще на всё. — Драко, — обратился ко мне Гарри, прижимающий к себе девчонку Уизли, вцепившуюся в него, словно в последнюю надежду. Я оторвал взгляд от белого могильного камня и вопросительно посмотрел в ответ. — Спасибо, что пришёл. Думаю, ей было бы приятно. — Издеваешься? — Нет. Ты можешь мне не верить, Малфой, но наша Герми всегда ценила твой ум, хоть и злилась на твои выходки в отношении нас и её. Ты умеешь задевать за живое. — Чего ты хочешь? — Останешься на поминки? Я отрицательно покачал головой, хотя остаться отчего-то безумно хотелось. Гермиону будут вспоминать те, кто знал её гораздо лучше меня, рассказывать о её привычках, о том какой она была… Это возможность узнать её лучше, то, чего мне так и не удалось сделать. Это боль, кислотой разъедающая душу. — Нет, Поттер. Мне там не место. И в последний раз оглянувшись на холодный могильный камень, под которым похоронена не моя нежная девочка, я апарировал домой.