По ту сторону Галактики

Бен Соло еще с детства не любил Рождество. Он хорошо помнил, как мать устраивала праздничные ужины, приглашая множество гостей. Их взрослые, заумные разговоры вгоняли маленького Бена в скуку, и он совершенно не понимал, как у кого-то язык поворачивается назвать это веселым праздником. Правда, на следующий день он всегда находил под елкой красиво обернутую коробку, в которой обычно была какая-нибудь дорогая игрушка. Пару раз на Рождество приезжал его отец, привозя с собой хоть и не такие дорогие, но всегда интересные подарки. Однажды это был самодельный лук со стрелами, в другой раз деревянная палка с вырезанной головой лошади. Это смягчило неприятный осадок, хотя свой День Рождения Бен любил все же больше. В свои семнадцать Бен в первый раз отказался спускаться на праздничный рождественский ужин. Это вылилось в большой скандал с матерью, который повторился и на следующий год. Соло посчитал себя достаточно взрослым, чтобы не делать вид, что ему интересно общество обеспеченных чиновников. Сейчас Бен отдал бы все, чтобы снова встретить Рождеством в своем доме. Да, где угодно, в любом месте, только не здесь. - Доброе утро, милая, - Хакс осторожно потряс Бена за плечо. Если бы Бен только мог не просыпаться и не открывать глаза. Только бы вся эта жизнь оказалась затянувшимся кошмарным сном. Соло кивнул и сел на кровати, собираясь с силами, чтобы прожить очередной день. Бен продолжал надеяться, что этот день будет последним, который он проведет здесь. Только эта мысль, постоянно бьющаяся в голове, помогает сохранить остатки здравого смысла. - Ты ведь помнишь, какой сегодня день? - Хакс наклонился к нему, чтобы пригладить растрепанные после сна волосы Бена. - Сегодня Сочельник, - тихо сказал Соло, хотя для него это не значило ничего. Хакс улыбнулся так, будто это были самые желанные два слова, которые он хотел услышать. - Правильно, Кайла, сегодня в нашем доме праздник. За этим последовал нежный поцелуй в щеку. Кайла любила праздники. Будь это годовщина свадьбы, День Рождения или Рождество. Она всегда готовила праздничный ужин, нарядно одевалась и много смеялась. Отныне Бен Соло должен был делать то же самое, независимо от того, хотел ли он этого или нет. Рождественское печенье подгорело в духовке, распространяя по кухне совсем не аппетитный запах гари. Бен стоял, низко опустив голову и нервно теребя в руках кухонное полотенце. Он надеялся, что у него может получиться праздничная выпечка. - Кайла, что же ты наделала? – в голосе Хакса не было злости за испорченную еду, только грусть. И от этого все было еще гораздо хуже. - Я просто отвлеклась… Я не знаю, - руки начали предательски дрожать. Бен слишком плохо справлялся со своей ролью. Это могло закончиться иглой, входящей под кожу. - Ничего, милая. Мы сейчас это уберем, и я схожу в кондитерскую, - Хакс надел на руку прихват и достал из духовки почерневшее печенье. - Я люблю шоколадные кексы, - Бен запомнил это и теперь повторял, как заученный текст. Хакс расплылся в улыбке, сразу же забывая об испорченном десерте. Любимый цвет Кайлы – голубой. Именно поэтому чаще всего Хакс приносил Бену платья именно этого цвета. Соло перестал запоминать их или различать, стараясь почти не обращать внимания на одежду. Случались вещи и гораздо хуже этого. - Смотри, это украшение отлично подойдет к твоему платью, – Хакс аккуратно вставил в волосы Бена искусственную розу синего цвета. Соло кивнул и почти бездумно потрогал пальцами цветок. Он никогда не находил цветы красивыми, но вот Кайла их очень любила, особенно розы. На столе в гостиной были расставлены свечи. В тусклом свете елка казалось устрашающе высокой и темной. Бену не хотелось на нее лишний раз смотреть, хотя раньше он никогда не боялся таких простых вещей. - Подаришь мне танец, дорогая? – Хакс протянул Бену руку, будто у того было право отказаться. Снова неловкие движения и подгибающиеся на каблуках ноги испортили весь танец. Кайла умела двигаться красиво и плавно, она бы никогда не споткнулась так, как это сделал Бен. Соло мысленно проклял себя за эту неловкость. Ему нужно все делать хорошо, чтобы по венам не текли наркотики. Чтобы он имел возможность помнить, кто он на самом деле. - Я устала. Конечно, это ложь. Бену просто хотелось поскорее оказаться в кровати. Выпить на ночь снотворное и провалиться в темную бездну без каких-либо снов. - Но вечер только начался, - в голосе Хакса проскользнули нехорошие нотки. Его губы поджались, а в глазах заблестело что-то холодное. - Я знаю, но… - Бен недоговорил. Рука Хакса сжала его запястье почти до боли, в немом предупреждении. Соло осталось только прикрыть глаза и послушно кивнуть. - Милая, ты помнишь, что сейчас нужно загадать желание? - лицо Хакса казалось лихорадочно бледным в свете свечей. Бен опустил глаза в пол, чувствуя, как чужие руки легли на плечи. Он уже привык к этим прикосновениям, никак на них не реагируя. - Это обязательно? – Соло позволил себе этот вопрос, хотя лучше было просто кивнуть. - Это традиция. Мы делали так каждый год, - дыхание Хакса щекотало ухо. Бен плотно закрыл глаза и в мыслях несколько раз повторил одно и то же. «Хочу выбраться отсюда». «Хочу выбраться отсюда». «Хочу выбраться….» - Загадала? Бен открыл глаза, встречаясь с искрящимся от радости взглядом Хакса. - Да. - Я тоже. Я хочу, чтобы мы всегда были вместе. Горло Бена словно сжала невидимая рука. Ужас мурашками пробежал по спине, заставляя замереть, как в оцепенении. Он не хотел этого слышать, а тем более не хотел, чтобы это желание Хакса сбылось. Бену хотелось закричать, но он только поджимал накрашенные губы и молчал, не в силах выдавить ни слова. Хочу выбраться отсюда.