люди-разрушители

ты не напишешь мне. ты никогда мне не напишешь. они могут сказать, что это глупость, не так ли? что ты просто ещё не приехал, или занят, или у тебя, как и у меня прямо сейчас, нет сил для того, чтобы выйти из дома, или что ты болеешь, или ещё сто тысяч рациональных причин, которые могли бы всё объяснить, но они не говорят этого. потому что давно знают правду. потому что им не пришлось питаться иллюзиями три грёбаных месяца подряд (или всё же шесть лет? или последние года два? или просто, блять, год с тех пор, как я не видела тебя?) потому что они просто ведут себя, как хорошие друзья, и потому молчат, поддерживая каким-нибудь способом, отвлекая в конце концов. однако дело в том, что карточные домики постоянно падают, сколько бы я не пыталась. ты не напишешь мне и не спросишь первым, как у меня дела, а я никогда не скажу тебе, что по-настоящему бросила пить, но не потому что хочу/организм не вывозит, а потому как мне просто пришлось. я никогда не скажу тебе, что бросила и кофе тоже, и не увижу, как ты кривишь лицо, ведь едва ли переносишь хотя бы запах, и не засмеюсь над этим, ласково по голове тебя потрепав. я никогда не скажу тебе, что обрезала волосы, а ты не попросишь фото или вовсе не позовешь на улицу, и я не увижу эту смесь обожания и грусти на твоём лице, ведь любовь к моим волосам — то самое, что ты ни за что не отпустишь. я не отвечу на вопрос «почему?», не отведу взгляд из-за нежелания говорить о своей болезни, а ты не кивнешь понимающе, тему переводя. я никогда не расскажу тебе об истинной причине курения, никогда больше не разделю с тобой ещё одну сигарету и не скажу, что бросила и это занятие тоже. никогда не увижу, как ты произносишь: «ну и правильно, курение — это не то, чем ты должна заниматься», ведь заботы в тебе всегда было больше, чем кто-либо видел. я никогда не скажу тебе лично, как сильно скучала и как я же рада, что могу к тебе прикоснуться, а ты не склонишь голову для того, чтобы я зарыла руку в волосах так, как ты любишь, и я не улыбнусь, пряди перебирая. а всё из-за того, что ты не напишешь мне, потому что тебе плевать. всё из-за того, что ты до сих пор слишком сломан, а все те, кто рядом, слишком глупы, чтобы тебе помочь, хотя тебе и не нужна помощь. посмотри на себя — быстрое питание, десять сигарет в день, пиво по вечерам и убитые красные глаза, пожирающие монитор. это не то, чего ты хочешь, но это лучше, чем действовать. это лучше, чем позволить мне доказать, что я не уйду. это лучше, чем поверить мне. это лучше, чем, блять, просто взять и написать, чёрт тебя подери. но дело в том, что я знаю. я так сильно понимаю это дикое нежелание в твоей груди, потому что я погрязла в депрессии ровно столько, сколько помню себя, и ты тоже. потому что мы оба разрушены одними и теми же, блять, людьми, просто отличие у нас в том, что я пытаюсь справляться, а тебе комфортно сидеть в четырёх стенах и курить чёртову дурь почти каждую ночь, чтобы заснуть. тогда убирайся из моей грёбаной головы, потому что я не могу всё время скучать по тебе. я не могу придумывать за тебя отговорки, а потом, отмывая кровь с собственных рук, вновь писать тебе, ожидая чего-то большего, более стоящего, имеющего смысл, чем во все те разы до. я не могу находить новых людей, изучать их, ходить с ними на бессмысленные свидания и целоваться, а наутро сравнивать тебя с ними, отчаянно давясь ёбаной желчью, ведь это снова не то. я не могу смотреть на наши старые фотографии и вспоминать всё, что было, потому что оно прошло. потому что мы оба уже изменились, информация устарела, изображения исказились, и я даже в точности не помню твой голос, хотя я никогда не хотела бы его забывать; что же ты делаешь? даже если бы ты был чёртовым ураганом, я бы не спряталась в безопасном месте и приняла бы тебя всего, но что толку, когда все мои слова для тебя — ложь, ведь я не могу быть не такой же, как все, потому что никто не может, как ты считаешь. потому что твои карточные дома тоже постоянно подвергаются разрушению из-за чего-то извне, и такими вот способами ты стараешься себя защитить. и я тебя понимаю. хотя я ведь так не могу. моя любовь к тебе настолько же ядовита, насколько опасен наш воздух, и это проблема, от которой я просто должна избавиться. ты ведь всё равно мне не напишешь. а я когда-нибудь, правда, клянусь, перестану этого ждать. просто позволь мне жить дальше и сделай то же самое для себя. просто очнись. (я так, блять, бесконечно скучаю, но в о т т а к больше продолжаться не может.)