Save him

       Первым, что я увидела, когда открыла глаза, было обеспокоенное лицо брата. Он был весь бледный, как будто он только что грохнулся в обморок, а не я. — Слава богу, ты пришла в себя! Что это было? Давно ты так теряешь сознание? — завалил он меня вопросами. — Как познала, что есть ангелы в этом мире, — с усмешкой ответила я ему. — В смысле? Причём тут они? — Они непосредственно причастны к моим обморокам и головным болям, — занимая сидячее положение, сказала я.        Пока я «развлекалась » там с этими недоделанными ангелами, брат видимо успел доехать до дома и принести меня в мою комнату.

видимо, в этот раз, я была без сознания долгое время. Понятно тогда, почему у меня так раскалывается голова.

— Ничего не понимаю, — на лице брата отразилось разочарование. Он с детства не любит быть на шаг позади чего-то. Ему кажется, что он должен все знать и все уметь. — Просто, когда они хотят позвонить, используют мою голову, вместо того, чтобы как нормальные люди, использовать телефон. А чтобы проникнуть ко мне в голову, им надо вызвать у меня обморок. — Подожди, но Чонгук говорил, что это безопасно и ты никак не пострадаешь. Да я и сам видел, тогда в его доме, он говорил с тобой мысленно, но ты не лежала, скрючившись на полу и без сознания.

А ведь он прав

       Я не обращала внимания на это, но ведь и правда, голова болела и падала в обмороки, я только тогда, когда ко мне в голову приходил Чимин, а с Чонгуком я могла мысленно говорить, и без этого. Но как это выходит? Они ведь оба ангелы. Надо будет спросить об этом у Чона, при встрече.

Ага, если мы ещё увидимся.

       От этой мысли стало, как-то грустно и обидно. Я понимала, что хочу его ещё увидеть и не раз. Да, даже сейчас, я хочу, чтобы он был рядом, защищал меня, как только что. — Точно, Чонгук, — вскакивая с дивана и чуть не сбив брата, крикнула я. — Ты чего? — Мы должны найти его, он ранен. Ему нужна моя помощь. — Ранен? Но как? Он же был в твоей голове. Ты что, избила своего хранителя? — брат посмотрел на меня, будто я только что, на его глазах, издевалась над каким-нибудь беззащитным животным. — Ты чего такое несешь? — Да, как он вообще может обо мне так думать?! — Он с Чимином дрался. — Боже, я окончательно запутался. — Нет времени тебе всего объяснять, надо срочно ехать к нему. — Я схватила руку брата, поднимая его с пола, и со всей силой, какая у меня была, потащила к машине. — С чего такая уверенность, что он дома? — пристегивая ремень, спросил брат. — Просто предчувствие. Поехали, — скомандовала я. — Посмотрите на неё, как переживает, — заводят мотор, сказал Марк.        Я не любила, когда Марк ездил с большой скоростью, но сейчас был, другой случай. Поэтому я сама, просила его ехать быстрее. — Я понимаю, тебе не терпеться увидеться с ним, но если я прибавлю скорости, то за нами может погнаться полиция. Ты этого хочешь?        Конечно, я этого не хотела, поэтому оставшийся путь сидела молча, перебирая пальцами цепочку от крестика. Но как только машина остановилась у нужного дома, я пулей выскочила из неё и, побежав к двери, начала стучаться в неё всей силой. Чонгук долго не открывал её, и у меня началась паника, и к стучащей руки, я уже собиралась добавить ногу, но дверь распахнулась. — Слава богу, — обняла я Чонгука. — Ты чего так по двери дубасишь? — спросил он, обнимая в ответ. — С тобой все в порядке? — Пропуская его вопрос, мимо ушей, я начала осматривать его раны, которые совсем недавно обрабатывала. — Эй эй, полегче. Может, зайдем вначале во внутрь? — сказал Чон, когда я начала расстегивать его рубашку, и, взяв за руку, повёл в дом.        Зайдя во внутрь, я немного пришла в себя и осознала, что чуть самолично не раздела своего хранителя.

Да Мэри, умеешь ты найти на свой зад приключения.

— Ну что ж, теперь можешь и раздевать, хотя, наверное, брата твоего надо выпроводить, а то я как-то стесняюсь. — Почему ты дрался с Чимином? — я решила сделать вид, будто ничего не происходило секунду назад. — И на этот раз ты мне расскажешь всю историю от и до. Мне надоело быть в центре событий и не знать, почему я тут! — Ну вот, а так все классно начиналось. Умеешь ты обломать, Мэри.       Позади меня послышались смешки, но как только я повернула голову с очень злым взглядом, в сторону брата, то он прикинулся, что просто закашлялся. — Я точно когда-нибудь вас побью, — сложила я руки на груди. — Может, попробуем прямо сейчас? — сказал Чонгук, не сдерживая смеха, и брат присоединился к нему. — Молчи уже, итак, весь калеченый, а ещё на драку нарывается. — Скучная ты какая-то. — Уж, какая есть. Не нравлюсь, найди другого, кого надо охранять. — Мне стало так обидно от его слов. Что, я должна в клоуна превратиться, чтобы ему было весело со мной? У меня, итак, комплексов куча, и вот эти замечания вообще не помогают. — Ну не обижайся, я ведь пошутил и никуда я от тебя не уйду. — Он встал за моей спиной и притянул к себе, обнимая. — Вы как семейная пара. Такие милые, — подал голос брат, который все это время наблюдал за происходящим. — Думаю, я оставлю вас наедине. Только смотри мне, не обижай её! — Слушаюсь сэр, — Чонгук приложил руку, как в армии отдают честь старшим. — Я доверяю тебе, — открыв входную дверь, произнёс брат. Он не говорил, кому именно он доверяет, но это и не надо было. Мы с Чоном поняли, что он обращается именно к нему. — Я позабочусь о ней, не волнуйся.        После этих слов, брат вышел и захлопнул дверь, а мы так и стояли обнявшись в коридоре.

«Так уютно в его объятиях, как будто мы часто вот так стоим. Так стоп, а он сейчас мысли может читать?»

— Могу, могу. — ещё крепче обнимая меня, сказал Чонгук.

«Вот я попала»

— Но это вторжение в личную жизнь! — Я начала возмущаться. — И все ангелы так могут? — Успокойся ты, чего злишься то? — твои мысли могу читать только я, потому что твой хранитель. Как я смогу тебя защитить, если не буду знать, что ты задумываешь. — Это ты про…? — Да, про это самое. — Но это ведь было всего раз. Я больше не хочу покончить с собой! — так что хватит читать мои мысли, пожалуйста. — повернувшись в объятиях, лицом к нему, сказала я. — Обещаю, что постараюсь реже читать мысли. — Спасибо, — от этого обещания мне почему-то стало легче, — можешь меня уже отпустить. — Тебе же нравятся мои объятия, так зачем же их разрушать? — Ты вообще слышал что-нибудь о личном пространстве? — вздохнула я. — Ой, какую только чушь, вы люди, не придумаете. Ладно, отпущу, но только потому, что хочу есть. А идти на кухню в таком положении неудобно.        На разговор о кухне и еде, мой желудок среагировал мгновенно, раздав недовольный и громкий рев. Чонгук лишь усмехнулся на это, взял меня за руку и повёл на кухню, и, посадив меня за стол, стал рыться в холодильнике. — Может, тебе нужна помощь? Я вроде бы неплохо готовлю. — Знаю я, как ты готовишь. Так что сиди лучше там, и держись подальше от острых и бьющихся предметов. Я бы с радостью оставил тебя в комнате и запретил ходить на кухню, как Намджун-хёну, но ты ведь не послушаешься. — Ой, подумаешь, пару раз кружки побила и порезалась ножом. — Пару? Каждый раз, когда ты на кухне, ты уходишь с перебинтованными пальцами, тарелок и кружек становится все меньше и меньше. И это, по-твоему, пара раз? — Ну и делай все сам, раз такой умный, — я отвернулась от него и уставилась в стену, сложив руки на груди. — И долго ты сможешь просидеть, уставившись в одну точку? — Долго! И не разговаривай со мной, я не буду тебе отвечать. — Хм, отлично, мне же больше достанется, да и рассказывать ничего не придётся. — Ну уж нет, ты все мне расскажешь! — сказала я, повернувшись к нем, и увидела ухмылку на его лице.

«Блин, так легко провёл. Почему я такая бесхребетная?»

— Вот видишь, и минуты не прошло. И не наговаривай на себя, ты не бесхребетная, просто я знаю к тебе подход, — сказал он, взяв меня за руки. — Рамен будешь?       Ответом на его вопрос был жалобный рев моего желудка, которому уже все равно что, лишь бы поесть. Чонгук усмехнулся, отпустил мои руки и продолжил готовить, а я уже сидела и любовалась им, а не стеной. — Может, пока готовится еда, ты мне начнешь все рассказывать? — задала я вопрос, когда Чон сел напротив меня. — Я до сих пор настаиваю на том, что не надо тебе это знать… — Нет! — жёстко прервала я его, — ты обязан все рассказать! Мне уже надоело подозревать каждого прохожего, я так скоро с ума сойду! — Ну так просто забудь об этом, а я обещаю, что со всем разберусь. — Как можно такое забыть? Да и к тому же, ты втянул в это моего брата, а мне запрещаешь, даже близко находится, хотя он всего лишь человек — это совершенно не логично! — Он втянут в это совершенно случайно, — сказал Чон, ставя тарелку передо мной. — Давай пока что забудем об этом и просто насладимся едой. Приятного аппетита. — Хорошо, но можно мне сначала аптечку? У меня очень разболелась голова. — Да, сейчас принесу, — Чонгук вскочил из-за стола и уже было направился к выходу, но я остановила его. — Не стоит, садись и кушай, я сама схожу, только скажи где у тебя таблетки? — В гостиной, где ты их оставила. Я еще не убирался дома. — Хорошо, спасибо. — Я выскочила из кухни и направилась в комнату, где совсем недавно обрабатывала раны Чонгуку.        На самом деле, голова у меня не болела. Просто было понятно, что мне не удастся его разговорить, поэтому надо было срочно придумывать план Б, а в голове у меня было только применить силу и заставить говорить. Не думаю, конечно, что я бы его одолела, но и стараться не хочу, он, итак, весь в синяках и ссадинах, но его все равно надо обездвижить, а здесь и пригодится аптечка. Ища бинты, чтобы перебинтовать раны, я заметила баночку со снотворным, не думала, что она мне пригодится, но вышло как раз наоборот, только бы придумать, как заставить его выпить.        Этот план был таким рискованным, ведь он мог уже давным-давно прочитать все в моей голове, но я старалась не думать об этом. Поэтому отыскав нужные таблетки, и прихватив таблетку от головы, я направилась обратно на кухню. — Я налью воды, запить таблетку? — Да, графин с водой возле микроволновки, — сказал Чонгук с набитым ртом. — Можешь заодно и мне принести, пожалуйста. — Может лучше сока? У тебя ведь он есть? — почему-то я решила, что он любит именного его, а не воду. — Да, это было бы идеально, спасибо. Он в холодильнике.        В один стакан я налила воды, а в другой сок и таблетки снотворного, которые еще в гостиной растолкла в порошок. После этого я села обратно за стол и запила приготовленную таблетку, а Чонгук залпом выпил стакан со снотворным. — Можно задавать вопрос про Чимина? — задала я вопрос, стараясь отогнать мысли о том, что только что наделала. — Ты про драку? — спросил он, зевая. — Да, почему вы подрались? — Из-за тебя, ведь ты позвала меня на помощь, и я подумал, что он тебе причиняет боль, вот и пошел махать кулаками, — ответил он, опять зевнув и прикрыв глаза.

А не переборщила ли я с дозой?

— Что? Ты о чем? С какой дозой? — Чонгук уже еле держал глаза открытыми, но успел прочитать мои мысли. — Что ты натвор…?        Он не успел закончить предложение, так как отключился. — Фух, сработало. Теперь надо его обездвижить, а то не известно, сколько он пробудет в отключке. Ох, как же он будет зол.        Я остановилась у стола, уставившись на Чонгука, и улыбалась как дурочка, от того, что смогла его провести. Подойдя к нему поближе, я приложила руку к его лицу: Он такой милый, когда спит. Как только я об этом подумала, Чонгук заворочался и чуть не упал со стул, но я сумела его удержать. Аккуратно положив его голову и руки на стол, я побежала искать, чем его можно привязать, чтобы он не смог двигаться.        Поиски нужных веревок заняли всего минуты две, а большую часть времени я потратила, чтобы осмотреть дома. Он оказался довольно просторным и уютным, чем-то даже мой дом напоминает, но времени, любоваться домом было не так уж много, поэтому я поспешила на кухню, Чонгук все еще лежал в том же положении, в каком я его оставила. У меня снова промелькнула мысль, а не переборщила ли я с дозой. Подбежав к нему, я успокоилась, убедившись, что он просто спит.        Взяв веревки, я аккуратно привязала его к стулу, чтобы он не мог вырваться, а затем села напротив и воспользовавшись тем, что еще есть время, пока он проснется, решила скушать, что он приготовил.

Наконец таки я поем.

***

       Чонгук еще не проснулся, поэтому, после того как доела, я решила помыть посуду, а как только я поставила последнюю тарелку на место и выключила воду, услышала шорохи, а потом бранную ругань.

Проснулась, спящая красавица.

— Какого черта? Мэри, ты что творишь? — Чонгук явно был в бешенстве. — Ты не оставил мне другого выбора. Не хочешь по-хорошему, будет вот так. — Ну подожди, как только разберусь с этими веревками, тебе не жить. Сам лично задушу. — Но ты же мой хранитель! Убьешь свою подопечную? — спросила я, хлопая глазами. — Ты не подзащитная, а сатана. Как ты вообще до этого додумалась и где, черт возьми, ты нашла эти веревки? — Ты даже не знаешь, что у тебя дома есть, — усмехнулась я. — Развяжи по хорошему! — крикнул Чон. — Ответишь на вопросы, развяжу. — О Боги, эта девчонка. Как ей вбить в голову, что я молчу ради ее же блага? — поднял он голову к потолку. — Я не маленькая и выдержу всю правду. — сказала я, взяв его лицо в свои руки.        После того, как наши взгляды пересеклись, мое сердце бешено забилось, а в животе, будто кто-то танцевал канкан. Я отдернула руки от его лица и залилась краской.

Да что со мной происходит?

— То же, что и со мной. Я тогда думал, что правильно поступаю, отказываясь от своих чувств, ради твоего спокойствия, но ты все равно меня нашла. — он ответил мне мысленно, также как я задала вопрос, при этом улыбаясь такой нежной улыбкой, которой не было у него раньше. Я засмотрелась на Чонгука и даже не заметила, как оказалась на близком расстоянии и наклонила лицо, наши губы слились в поцелуе, таком нежном и сладком.