Зачем жить, если не любить?
3 ноября 2016 г., 16:53
Жаль, что отец уже спит, Лизе необходимо было с ним поговорить. Необходимо. Потому что сама она не могла понять некоторых вещей, а выводов в этой части мама никаких не делала. Девочка вернулась на несколько страниц назад, еще раз перечитала последние главы и глубоко задумалась.
Лиза не могла себе представить, что она, как мама, смогла бы кричать на отца. Но и ее папа никогда бы не вел себя так, как дед. Но и ее дед никогда бы себя не вел так с ней, с Лизой. Вот этого она вообще не могла понять. Ее деда Валера не просто не вмешивался в ее жизнь, он с самого раннего детства всегда давал ей самую полную свободу, бабуля тоже. Хотя с бабулей было сложнее, для нее Лизок всегда была голодной и худой.
Оказывалось, что люди могут меняться…
Вещи были собраны быстро, минуты за три. Нищему собраться — подпоясаться. Я вышла в кабинет.
— Андрей Павлович, — сказала я отнюдь не извиняющимся тоном, сказала так, чтобы он оторвался от своих стрелялок и обратил на меня внимание.
— Что-то еще, Катя?
— Да. Вот, это вам, — я протянула ему диск.
— Что это?
— Причина моего опоздания на работу.
— Катя, ну, что за детский сад. Вам еще раз повторить, что вы уволены? Компания «Зималетто» не нуждается больше в ваших услугах.
— Нет, повторять мне ничего не нужно. Зачем? Я и с первого раза хорошо понимаю, — я пошла к двери, обернулась и посмотрела ему прямо в глаза. — Вы уверены, что это вам не нужно? Не пожалеете? — я еще раз протянула ему диск.
— А что там?
— Там ваше спасение. Если найдете кого-нибудь, кто сможет закончить работу, — я подошла к столу, положила на него диск. — Прощайте, Андрей Павлович. Удачи вам.
— Прощайте, — сказал Андрей, вставляя диск в дисковод. — Но это же бизнес-план!
— Не только. В общем сами разберетесь.
Ну, и пусть он меня уволил, моя совесть будет чиста. Я сделала для него все, что могла, дальше он пойдет сам… если сможет ходить, конечно. А если не сможет, то это уже его проблемы.
— Катя, — раздался голос Андрея, когда я уже взялась за ручку двери, — откуда у вас это?
— У Виктории или Киры Юрьевны не воровала, — усмехнулась я. — Сама сделала.
— Да, да, понятно, — бормотал он, крутя колесико мышки. — А почему вы посчитали коэффициент с процентом семь, а не три.
— Потому что я, в отличие от вас, считать умею. Прощайте, — я вышла в приемную и закрыла за собой дверь кабинета.
— Катяяяяя! — раздался такой крик, что я даже подпрыгнула. Можно было подумать, что на Жданова напали грабители, естественно, что я тут же вбежала обратно.
— Что случилось?
— А вы куда пошли?
— Простите, но это не ваше дело.
— Что? Катя, что с вами? Почему вы хамите, я только хотел узнать, когда вы придете, чтобы поработать над бизнес-планом. Хотел спросить когда сможете его закончить.
— Никогда.
— Что? Почему? Да что происходит-то?
— Ничего. Меня уволили.
— Кто?
— Вы, Андрей Павлович.
— Я? — пауза и совершенно недоумевающие глаза. — А, ну да… вроде… уволил. Так это ничего не меняет. Катя, ну, ну… Ну, уволить я вас всегда успею, правильно? А пока…
Вот тут у меня крышу и снесло.
— Нет, Андрей Павлович. Не правильно. — начала я тихо, постепенно набирая обороты. — Вы что же себе решили? Что люди — это мусор у вас под ногами? Что можно их унижать, оскорблять, сожалеть, что они не попали под машину, увольнять, а потом вы пальчиками щелкнете и люди обязаны будут забыть, как вы над ними издевались, и продолжить вам прислуживать? Не дождетесь!
— Вы что это такое говорите? Это когда я сожалел, что вы под машину не попали?
— Попали под машину? — Нет! — Какая досада!.. — воспроизвела я в лицах.
— Я такое говорил?
— Да, вы такое говорили!
— Не может быть!
— И тем не менее это правда. Что самому стало страшно, когда услышали себя со стороны?
— Катя, простите, я не знаю, что на меня нашло.
— Простить? Вас? А с какой стати? — я уже кричала. — И что еще я должна вам простить? Может быть это:
— Андрюша, ты не справедлив к Виктории. Она прекрасный работник и это доказала. Ты не помнишь в каком восторге были акционеры от ее доклада? А бизнес-план… Ты дал ей очень мало времени. Это очевидно. Андрюша, если для тебя так важен был этот бизнес-план, то почему ты поручил его одной Вике? У тебя же две секретарши. Вот и посмотрели бы, кто и на что способен. А то как-то несправедливо получается. Одна сидит в приемной и рыдает, а другая целый день решает свои семейные проблемы.
— Кира, я очень устал. Я принял решение, я увольняю Катерину. Оставь меня в покое. Все.
— Андрюша! Я так тебя люблю, ты молодец. Пойду, расскажу Вике! — снова воспроизвела я в лицах. — Вы же знали, прекрасно знали, что работу сделала я, а не Клочкова, а уволить решили меня. Это вам простить? Или может простить вам две бессонные ночи в благодарность за которые я услышала: — Катя, ну, что за детский сад. Вам еще раз повторить, что вы уволены? Компания «Зималетто» не нуждается больше в ваших услугах…
Я все кричала и кричала. И не могла остановиться. До сих пор не понимаю, как на мои крики люди-то не собрались. Может потому, что я иногда кричала голосом Андрея. А к его крикам в компании все уже давно привыкли.
— Катя… Вы правы, правы во всем. И все же я прошу вас, постарайтесь успокоиться и давайте поговорим. Я еще раз прошу простить меня. За ваши бессонные ночи, за мою несправедливость, за мое хамство. За увольнение. Катя, мне очень нужна ваша помощь.
— Андрей Павлович, ну, что за детский сад. Вам еще раз повторить, что вы уволены? Екатерина Пушкарева больше не нуждается в таком шефе. Прощайте, — сказала я, гордо подняла голову и пошла к лифтам.
Боковым зрением я видела, как шарахаются от меня люди в разные стороны, но мне это было безразлично. У меня была цель — выйти из «Зималетто» с гордо поднятой головой и не разреветься при этом. Цели своей я достигла.
Красными чернилами маминой рукой было написано: « Долг без любви не радует. Истина без любви делает человека критичным. Воспитание без любви порождает противоречия. Порядок без любви делает человека мелочным. Предметные знания без любви делают человека всегда правым. Обладание без любви делает человека скупым. Вера без любви делает человека фанатиком. Горе тем, кто скуп на любовь. Зачем жить, если не для того, чтобы любить? (Лао Цзы)»
Это был очень трудный вывод, над ним нужно было думать и думать…
