F.101.01. Эпидемия.

      Антон угасает медленно. Он пытается взбодриться изо всех сил, и вскоре весь его рацион составляют кофе и энергетики. Однажды в клубе Шастун ощущает на себе чей-то следящий взгляд, заказывая очередную пару порций ристретто.       В переулке его нагоняет какой-то парень в сдвинутом на глаза капюшоне, и грубо спрашивает: — Тоже из этих? Антон поначалу хочет возмутиться хамству и послать собеседника куда подальше, но ему лень реагировать, поэтому он просто безэмоционально кивает. — У меня есть кое-что. Поможет продержаться чуть дольше, правда стоит денег, как ты понимаешь. Но я смотрю, парень ты не бедный. Так Шастун оказывается посреди улицы с небольшим целлофановым пакетиком таблеток в ладони. Это спиды, и это плохо. И Антон знает об этом, но ему уже больше нечего терять. Он закидывается дозой и ощущает бодрость, какой давно не было.       К сожалению, скрыть своё положение от Арса ему не удаётся. Они встречаются в кафе, Шастун приходит немного раньше своего друга и засыпает в ожидании. — А вот и я, — тепло улыбается Арс, целуя Шастуна в небритую щеку. Эпидемия сделала общество терпимее ко всем возможным проявлениям любви, поэтому ни один человек вокруг не смотрит на них с осуждением. — Опять не выспался? — Ага, зря ты со мной в клуб вчера не пошёл. — Ладно, сиди, соня, пойду закажу нам что-нибудь. Тебе латте, как обычно? — Да, и попроси заварить покрепче. Рубит меня что-то.       Арсений отправляется к стойке и вежливо здоровается с кассиром. Попросив пару кофе и один яблочный пирог, он расплачивается и оборачивается к их столику как раз в тот момент, когда Шастун отправляет в рот таблетку, попутно убирая в карман подозрительный пакетик. В голове Попова что-то громко щелкает. Паззл складывается. — Ты не влюблен, — ему больно произносить это, но он должен расставить точки над и. — Всё это время ты притворялся, а теперь ты не влюблён и болен. Я прав? — Да, Арс. Извини. Я просто хотел, чтобы ты жил, — Антон невесело улыбается и не может побороть зевок. Он прикрывает глаза буквально на пару секунд, а когда открывает их снова, видит цепкий взгляд Арсения. — У меня не было выбора. — Тох… — у Арсения нет слов, он ошарашен и отрицающе качает головой. — Подожди, а что за таблетки? На «Прозак» не похоже. — Амфетамины, — коротко отвечает Антон. Кофе они допивают в молчании, а к десерту даже не притрагиваются.       Скрыть болезнь от остальной части команды «Импровизации» Шастуну тоже не удается. В какой-то момент, когда его состояние уже становится секретом Полишинеля, он официально объявляет о диагнозе на очередной репетиции. Это честно. Парням больно, и каждый хотел бы вложить часть своей любви в сердце Антона, но это невозможно. Арсению больно вдвойне, потому что он прекрасно знает, что Шаст ощутит дальше. До какого-то момента. Им теперь тяжело находиться рядом, и Попов всё чаще куда-то исчезает, пока Антон бездумно шляется по клубам, закидываясь новыми и новыми дозами спидов.       В какой-то момент даже они перестают давать бодрость, и Шастун постепенно превращается в бледную тень самого себя. Тоска накатывает всё чаще, и каждый раз, засыпая, он надеется проснуться без чувств. Антон устал. Теперь он просто ждёт, когда это закончится.       В один из дней Арс вихрем влетает с большой сумкой, кидает в неё какие-то вещи из шкафа, забирает документы из ящика стола и тянет Шастуна за собой. Антон бездумно подчиняется. Ему все равно, что делать, и если Попов хочет куда-то ехать — что ж, поехали.       Они прибывают в больницу и обустраиваются в двухместной палате. Пока Арсений раскладывает их вещи по тумбочкам, Антон сворачивается на койке, подтягивая колени к лицу, и засыпает. Ему даже не снятся сны.       Когда Шастун открывает глаза, ему почему-то совсем не хочется спать. Он странно себя ощущает, а после осознает, что подключён к аппарату по перекачке крови. У него нет никаких сомнений, что в его теле теперь циркулирует кровь Арсения. Он пока не понимает, зачем, но, кажется, его самочувствие улучшается, и Антон уверен, что два этих факта как-то связаны.       Наука не стоит на месте. Долгие поиски наконец-то привели к хоть какому-то результату, и учёным удалось синтезировать вещество, снимающее самые страшные симптомы болезни. К сожалению, механизм лечения довольно непрост: в кровь влюбленного здорового человека вводят препарат, раз за разом увеличивая дозировку, а затем делают переливание невлюбленному больному, когда концентрация становится достаточно высокой. Лекарство имеет кучу побочных действий, порой принося донору практически нестерпимую боль, поэтому пока не запущено в массовое производство. Арсений попал в тестовую группу с помощью полезных знакомств, подкупа и шантажа, и всё то время, что Антон проводил обдолбанным в клубах, Арс проводил обдолбанным в лечебнице.       Для устойчивости результата переливания необходимо проводить регулярно, и парни теперь практически живут в больнице. Метод, кажется, работает, и однажды утром Антон даже несмело улыбается своему отражению в зеркале, сбривая щетину. Правда, постоянные переливания вкупе с побочными эффектами выматывают их, и они похожи на двух бледных призраков, но Шастуну стало лучше, и это главное.       Устроившись на своих койках Арсений и Антон готовятся к очередной процедуре, включая фоном новый выпуск «Импровизации». Работа гримеров восхитительна: их лица на экране просто пышут здоровьем, и никому не догадаться, что в жизни они выглядят как восковые фигуры музея мадам Тюссо. Внезапно передача прерывается экстренным выпуском новостей, и парни поначалу даже не верят тому, что слышат.       Лекарство найдено! Пара инъекций — и больше никаких мучений. День становится похож на Новый год. Прохожие на улицах улыбаются, поздравляя друг друга. Незнакомые люди обнимаются, и воздух пропитан атмосферой праздника. F.101.01 больше не отравит жизнь никому.       Они смиренно дожидаются своей очереди на выздоровление, которая подходит только через пару недель. Празднует радостное событие вся съёмочная бригада. Процесс создания передачи возвращается в обычное русло, и всё становится на круги своя.       Антон и Арсений съехались почти сразу после первого поцелуя, и до сих пор живут вместе. Границы личного пространства размылись за время страшной болезни и изнурительного лечения. Однажды, когда они валяются на диване, укрывшись пледом и пялясь в телик, Арс напряжённо говорит: — Тох… — Да? — лениво отвечает Шастун. — Я не могу тебя отпустить. Прости. Я бы хотел, но у меня не получится. — Арс, брось. Нам хорошо вдвоём, и давай не будем ничего менять.       Попов хочет верить в то, что им обоим действительно хорошо, но он же знает, что Шаст не любит его. Иногда Арс думает, что зря втянул Антона в аферу с экспериментальным лечением. В конце концов, Шастун мог бы успеть встретить свою любовь в очередном клубе. Или дотянул бы до открытия лекарственного препарата. Всё было бы гораздо проще. А сейчас Антон обязан жизнью ему, Арсению Попову, а за подаренную возможность дожить до старости надо платить. Поэтому Шаст теперь навечно привязан к Арсу, и не имеет никакого права разорвать их отношения.       Арсений обдумывает всё это и принимает решение. Очередной съемочный пул завершён, и до следующей их рабочей встречи около месяца. Попов собирает вещи и берёт билет до Питера в один конец.