Unnatural Selection / Неестественный отбор

      Идея возникла так же спонтанно, как сама поездка в Японию. Просто в один день оказалось, что отец Такеши, действительно, соскучился по соулмейту своего сына, и это стало отличным поводом для прогулки.       — Я знаю, что должен быть рядом, но… — уже было начал оправдываться Хаято, когда Тсунаеши тепло улыбнулся ему:       - Все в порядке. Мы просто пойдем туда вместе.       «Вместе», как оказалось, включает в себя половину семьи Шимон, которые уютно устроились в суши-баре, наворачивая вкусностей на огромные счета, которые они, конечно, смогут покрыть деньгами прошлого поколения.       Савада весело смеялся с Козато, обсуждая собственное имя, и его странное прозвище «Тунец», после чего они театрально устраивали сцену, где Энма поедал ролл с тунцом, а Тсунаеши – на коленях – умолял его пощадить «собрата».       Благо, никто не захватил камеру в этот момент.       Но им было так легко вместе, что они забывали обо всем на свете. Дни текли так быстро, что практически не ощущались.

***

      Хром не знала, что делать. Её силы иссякли, и она уже сидела на полу, возле комнаты наставника, и отчаянно умоляла его выйти. Он не покидал комнату так долго. Он ничего не говорил. Казалось, что комната вообще пуста.       Но девушка знала, что он там.       И знала, что единственный способ заставить его выйти, это надавить на чувство долга.       — Вы обещали защитить Вонголу, если босс будет не в состоянии. Вы не можете его подвести.       Десять минут – столько требуется Рокудо, чтобы одеться и ополоснуть осунувшееся лицо холодной водой. Он не собирается мыть сальные волосы или стараться выглядеть хорошо, выходит таким, какой есть.       И это настолько душераздирающее зрелище, что глаза Наги вновь наполняются слезами.       — Давай поможем Вонголе, если ей нужна помощь, — говорит он, и девушка может только кивнуть.       Она не узнает в этом человеке того самого Рокудо Мукуро, что спас ее когда-то.

***

      За окном садится солнце, а двое непутевых боссов сидят, прислонившись спиной к детской кровати и смотрят на серый чемодан. Блики от светильника скользят по нему неохотно из-за матовой поверхности, точно так же как и взгляды этих людей. Они не боятся открыть его, они не боятся узнать, что внутри, они не боятся увидеть правду.       Они боятся, что там не будет всех ответов.       Долго так не просидишь, поэтому нужно что-то делать.       Тсунаеши кивает Энме, позволяя ему сделать первый шаг.       Он не выглядит готовым, но сигнал понимает, и тянется к замочкам, чтобы открыть проклятую штуку и закончить с этим. Два коротких движения. Щелчок. Крышка открывается автоматически.       Внутри – блокнот, договор и флакон с кровью, Расплатой.       Боссы одновременно выдыхают, видя то, что дано им в наследство.       — Как…       Энма не договаривает, не зная, что именно сказать в такой ситуации. Он ошарашен. И – совсем чуть-чуть – напуган.       Но пока рядом Тсуна – не так страшно.       Вонгола Дечимо передает Энме дневник, открывая его собственным пламенем, и занимается исследованием договора и Расплаты.       Кажется, они близки к тому, чтобы стать неразлучными друзьями.       — Мы можем вернуть изначальную цель создания Вонголы и Шимон, если будем работать вместе.       Козато неуверенно улыбается в ответ, перелистывая очередную страницу дневника:       — Только если вместе.       И он не может не получить ответную, сияющую улыбку:       — Конечно вместе!

***

      Когда они, заснувшие прямо на полу, во время разработки идеального договора, просыпаются, солнце уже в зените. Тсунаеши трясет Энму за плечо.       — Вста-а-ва-а-ай, — тянет он, и сам трет сонные глаза. — Нам осталось только подписать его.       Красноволосый с трудом соображает после сна, но разом просыпается, видя печати Вонголы и Шимон внизу документа. Он не жалеет о ночных делах, но дико рад, что больше работы не осталось. По-крайней мере, очень сложной.       — Давай сделаем это. — Парень вскидывает кулак вверх, но получается это как-то неэнергично, устало, из-за чего Савада смеется.       — Давай сначала умоемся, а потом подпишем это при твоей семье и моих Хранителях, за бутылочкой сакэ.       Предложение принимается как самое заманчивое.

***

      Когда вся эта суматоха заканчивается, и все, довольные, расходятся по домам, Хаято вновь созванивается с Такеши, рассказывая ему все, что передал его старик и улыбаясь как-то слишком добро. Они болтают больше часа, и Савада нетерпеливо выключает свет, собираясь спать.       Конечно, Гокудера тихо, в темноте находит свой спальный мешок, но он знает, что босс не спит.       Один вопрос.       — Вы связывались с Ним?       Один ответ.       — Не было времени.       Большего не требуется.