***
— Альянс защищен со всех сторон. Рокудо устало скатывается в кресле, умирая от скуки, и Хром не знает, чем ему помочь. То есть, нет, она знает, но это невозможно, а он просто угасает на глазах. Ему срочно нужно чем-то заняться. Чем-то, чем будет гордиться Вонгола… — Мукуро-сама? — Да? — А давайте устроим благотворительный праздник от имени Вонголы? — осторожно предлагает девушка. — Я читала, что раньше Джотто-сама славился своими благотворительными балами… Она видит, что иллюзионист хоть немного оживляется. — Отличная идея, девочка моя, отличная идея!***
Расплату нужно использовать на всех кольцах сразу, поэтому эта идея откладывается, и ребята дружно возвращаются в Намимори. Италия уже кажется какой-то недостижимой целью. Тсунаеши обнимает мать, когда она пересматривает квадратные фотографии из коробочки, что он присылал раньше. Она видит, что ему тоже тяжело здесь, хоть он этого и не понимает. Они смотрят фото вместе, и женщина не сдерживает слез. — Ты нужен там. Савада трясет головой. — Я нужен тебе. — Ты нужен своей родственной душе, — заявляет Савада Нана и передает сыну фото, сделанное, когда Мукуро стоял на колене, в бальном зале, на Рождество. Что-то меняется.***
Хаято по привычке возвращается в комнату, узнав новости из Италии, и садится рядом с боссом, рассказывая ему о потрясающем благотворительном празднике, чтобы был устроен оставшейся частью Вонголы для бедняков из деревень и бедных районов. Тсунаеши впервые слушает его взахлеб. Тогда он решается. — Почему вы еще не позвонили Ему? И совсем не ожидает этого ответа. — Он наверняка ненавидит меня за все.