Часть 27
26 июля 2018 г., 11:05
С яростью, застилающей зрение, закладывающей уши, с такой неконтролируемой яростью Адриан отшвырнул акуманизированного в противоположный от Маринетт конец класса. Стена, в которую его вбило, треснула.
Меньше, чем на секунду, Адриан застыл, рассматривая тонкие трещинки. Такими же трещинками начала покрываться его жизнь, когда он встретил Ледибаг.
— Эвакуируйте школу, — рявкнул он стоящим позади него учителям. Те тут же скрылись за дверью.
Он не знал, что ему нужно делать. В приоритете, ВСЕГДА на первом месте — Маринетт. Тонкая фигурка девушки застыла, облепленная густым дымом, вьющим затейливые узоры вокруг нее. Адриан повернул голову в ее сторону и сделал несколько поспешных, сбивчивых шагов к ней.
Его Маринетт. Маринетт, которую он должен, просто обязан спасти. Маринетт, которая одним своим взглядом заставляла его тело покрываться мурашками.
Нежный взгляд, когда она опускала веки и смотрела на него из-под полуопущенных ресниц. Выводя легкие узоры пальцами на его коже. Она словно рисовала, а его тело было для нее холстом. Почему на нем не осталось следов ее прикосновений? От этого под его кожей пробегали электрические разряды, взрывающиеся в голове и заслоняющие собой все мысли.
Рассерженный взгляд. Она сдвигала брови, скрытые маской, скрещивала руки на груди и набирала полную грудь воздуха, пытаясь успокоиться. Кот Нуар раздражал ее своей глупой, неразумной смелостью. И стремился дотянуться до нее. А она не подпускала его к себе, что только больше его распаляло когда-то.
Испуганный взгляд, когда каждая мышца Адриана напрягалась до предела, готовясь защищать самое дорогое, что у него есть. Ее широко распахнутые глаза, непривычно бледные щеки, которые обычно были покрыты нежным румянцем. Неприятный холодок покрывал его спину.
Да, Адриан должен был в первую очередь спасти именно ее.
Адриан, на почти не слушающихся его из-за дикого страха ногах, поспешил к Маринетт. Он видел, как согнулась ее спина, плечи поникли, голова опустилась.
Адриан протянул руку, пытаясь избавиться от дурно пахнущего дыма, но безуспешно. Никакой реакции от его движений не последовало. Адриан сжал плечо Маринетт и потянул на себя. Та никак не отреагировала на его прикосновение. Податливо качнулась в его сторону, словно кукла. Невесомо дрогнули ее ресницы.
Удар. Поясницу пронзила боль. Не сильно, терпимо. Кот отшатнулся и повалился набок, тут же разворачиваясь. В угол класса отлетел стул, ножка которого сломалась из-за столкновения с крепкой спиной героя. Адриан угрожающе зашипел и принял оборонительную позицию, загораживая бесчувственно обмякшую Маринетт. Он слишком сильно сжимал в правой ладони прохладную сталь своего оружия. Стоило только ему подумать об удлинении шеста, как тот сразу же принял нужную форму.
Акуманизированный медленно подбирался к Коту, машинально потирая плечо.
Адриан выставил шест перед собой, не решаясь атаковать. Он боялся, что во время боя кто-то из них мог задеть Маринетт.
Рыжий остановился, задумчиво морща лоб. Наклонил голову набок, с прищуром глядя на Кота.
— Не понимаю, почему ты так о ней беспокоишься, — наконец произнес он. Адриан сильнее нахмурился и оскалился, из горла его вырывался тихий рычащий звук. Акуманизированный не обратил на это никакого внимания. — От нее одни проблемы. Даже сейчас ты подставился, когда побежал к ней. Бесполезные, глупые чувства.
Адриан убедил себя в том, что отвечать ему — бессмысленно. Этот парень, видимо, пытался заставить его первым наброситься. На этот раз Кот не должен был совершать необдуманных действий, чтобы не навредить Маринетт.
Нужно заставить его выйти из класса, и тогда Нуару не придется сдерживать свою силу.
Адриан сделал несколько шагов в сторону. Акуманизированный тут же повторил его действия в противоположном направлении, сосредоточенно следя за каждым его движением.
— Почему ты молчишь? — с насмешкой спросил он, повторяя шаги Адриана. Они двигались по неровному кругу, медленно, делая короткие шаги. — Раньше мы, вроде как, неплохо общались. Весело проводили время, да?
— Не надейся, что мы еще встретимся с тобой, — прорычал Кот, направляя шест на парня. — Сегодня ты видишь меня в последний раз, потом будешь видеть только белый потолок в больнице.
— Ах, как печально, — с наигранной печалью в голосе протянул тот. В отличие от Кота, он вел себя довольно расслабленно. Его напряжение выдавали только редкие подергивания плеч, когда Нуар вдруг совершал резкое движение рукой, или ускорял шаг. — А мне почему-то кажется, что все окажется наоборот.
— Я убью тебя сегодня, — ядовито, со злостью отчеканил Кот, выделяя каждый слог.
— Да? — усмехнулся акуманизированный, остановившись напротив Кота. — На твоем месте я бы не был так уверен в этом. Тем более, твоего напарника я уже обезвредил.
Он небрежно махнул рукой на Маринетт, дым вокруг которой немного рассеялся.
Ни один мускул не дрогнул на лице Кота. Только взгляд ненадолго зацепился за ее напряженное, немного болезненное выражение лица, сменив расслабленную отстраненность, которую он видел ранее.
— Ты не представляешь, какие муки ждут ее там, — пробормотал себе под нос акуманизированный, с неким вожделением наблюдая за темно-серыми завихрениями, танцующими вокруг головы Маринетт.
— Что ты с ней сделал? — сорвалось с языка Адриана прежде, чем он успел себя остановить. Нельзя было показывать свое беспокойство. Он хотел создать иллюзию уверенности в своих силах и отсутствие страха. Как будто все под контролем. Мнимое ощущение, которое не получилось отыграть.
— Я ждал этого вопроса, — почти искренне улыбнулся акуманизированный. Словно маленький ребенок, которого неожиданно угостили конфетой. — До этого я испытал свою способность только на одном человеке, пытался быть осторожнее, чтобы ты меня не нашел. Но любопытство взяло надо мной верх, очень хотелось посмотреть на то, как она действует. Под горячую руку попался случайный прохожий, — парень безмятежно пожал плечами, — Он тогда так забавно повалился на землю и закряхтел… Сначала он упал и отключился, а потом начал кричать. Мне пришлось заткнуть ему рот, чтобы он не разбудил всю улицу.
Адриан чувствовал, как его переполняет гнев и ненависть к стоящему перед ним человеку. Он начинал понимать, почему Ледибаг так тяжело было сдерживать свою силу, чтобы не навредить людям, в которых вселялась акума. Очень сложно было сдержаться и не врезать ему хотя бы за то, что он напал на безоружного человека. Но мысль о том, что сзади него находилась такая же безоружная Маринетт, отрезвляла его. Никак нельзя навредить ей.
— Признаться честно, я сам немного испугался такой реакции, — продолжал объяснять акуманизированный. Он говорил с особым удовольствием, смаковал на языке каждый звук и ловил малейшую эмоцию на лице противника, что только больше его распаляло. — Этот человек полностью погрузился в свое прошлое. Он вспоминал ужасные события, когда-то произошедшие с ним. Если я сосредоточусь, то смогу узнать то, что видит моя «жертва», — медленно, с издевкой протянул он последнее слово, — будем называть пострадавших так. Я вместе с ним смотрел на смерть его жены, воскрешенные из недр его памяти кошмары, снившиеся ему когда-то… Это выглядело страшно даже для меня. В итоге, тот человек сошел с ума, кажется. Его словно ломало изнутри. Завораживающее зрелище.
Казалось, что можно было услышать скрип напряженных от злости мышц Адриана. Герой немного сместился, перенеся вес на правую ногу. Акуманизированный по инерции сдвинулся влево.
Еще немного. Адриан стиснул зубы.
— Я бы с удовольствием наблюдал за тем, как страдает твоя Маринетт, — перевел взгляд на нее акуманизированный. — Молодая, красивая, с бьющей через края подростковой энергией… И наверняка она многое пережила за свою недолгую жизнь. В ее сне будет очень много страданий. Я уже слышу, как срывается от крика ее голос. Жаль, что я не могу заглянуть в ее мысли, мне нужно следить за тобой.
Губы Кота образовали тонкую полоску. Изнутри он кусал их до крови от напряжения. И тут же ранки затягивались, спасибо Плаггу. Еще несколько шагов, и он замер перед дверью в класс. Акуманизированный остановился перед ним, фигура которого выделялась на фоне узкого окна.
— И, что самое веселое для меня, — парень обнажил зубы в подобии улыбки, больше походившей на хищный оскал. — Когда она проснется, то увидит, как я убиваю тебя. Ох, как же ей будет больно… А может, она решит, что все еще спит. В любом случае, она не успеет ничего понять, потому что умрет сразу же после тебя.
— Не дождешься, — со злостью рыкнул Адриан, мимолетной мыслью удлиняя свой шест еще сильнее. Его тонкий металлический конец с силой ударился в грудь акуманизированного. Парень повалился назад, выбивая спиной, скрытой под тонким плащом, оконное стекло.
Кот хотел уже прыгнуть за ним и добить, но затормозил, не сделав и двух шагов, и вновь обеспокоенно взглянул на Маринетт. Лоб ее покрылся испариной, рот приоткрылся, судорожно вдыхая прохладный воздух, проникший в комнату из разбитого окна. Ее тряпичное тело было облокочено на стену, кулаки сжимались и разжимались.
Что она видела сейчас? Свои сражения с акумами? Раненного Адриана? Смерть Феликса? Или то, о чем он не знает? В любом случае, было понятно, что ей многое нужно там пережить.
Адриан усилием воли заставил себя последовать за акуманизированным и выпрыгнул из окна, приземляясь на затрещавший под ногами снег.
Тут же Адриан на уровне рефлексов отпрыгнул в сторону, уворачиваясь от удара, нацеленного в его лицо. Услышал короткую усмешку позади себя и быстро обернулся, нанося ответный удар шестом. Акуманизированный отлетел на несколько метров назад и, сгруппировавшись, с грациозностью приземлился на носки.
Кот Нуар чувствовал каждую венку, каждое соединение мышц и сухожилий, наполняемое огромным количеством энергии, с которой он наносил удар за ударом, чаще промахиваясь, чем попадая в цель.
Казалось, будто их силы были равны. Бражник создал такого злодея, который мог противостоять Коту его же приемами. Двигаясь параллельно, повторяя движения друг друга, их бой был похож на танец. Один делал выпад вперед, другой — отклонялся назад. Подпрыгивал вверх, надеясь напасть сверху, — проскальзывал по снегу в сторону, избегая цепких когтей.
Кот Нуар чувствовал, как постепенно выдыхается, двигается все медленнее и нападает слабее. Несколько раз его отбросило назад, лицо обжег снег. На скуле появилась ссадина, но спустя секунду на ее месте уже едва заметно темнела розоватая, почти телесного цвета, линия.
С очередным рыком, вырвавшимся из плотно сжатых губ, Кот рванулся вперед, цепляясь когтями за ворот легкого плаща. Дернул на себя, пальцы быстро переместились на шею акуманизированного, до хруста сжали ее. Еще один рывок, и Кот впечатал парня в асфальт. Тот поморщился.
В следующую секунду Нуар получил удар под дых коленом, отскочил назад и, неудачно приземлившись, перенес вес на вжатые в рыхлый снег руки, чувствуя боль в ноге. Несмотря на это, он тут же поднялся.
Акуманизированный, с трудом встав на ноги, вытер кулаком кровь с разбитой губы. Он громко, рвано дышал. Потрепан не меньше Адриана. Сделал несколько нечетких шагов назад, пошатываясь.
Кот снова ринулся на противника, одновременно вокруг его правой ладони образовался черный, как будто подсвеченный изнутри ореол. Акуманизированный увернулся от нескольких его атак, изящно, несмотря на усталость, лавируя под его руками. Схватил Адриана за локоть, толкнул вперед. Под силой катаклизма в жалкие крошки превратился рекламный стенд.
Адриан зашипел от бессилия, краем уха услышав тихий писк кольца. Черт.
— Стой, — прохрипел акуманизированный, с легкостью вспрыгивая на верх фонарного столба позади него. Поднял руки, согнутые в локтях, — подожди, — пытаясь отдышаться, попросил он и облокотился руками на колени, — Предлагаю сделать небольшой перерыв. Через несколько минут ты перевоплотишься, а я уже смертельно устал. Нет смысла пытаться драться сейчас.
Вместо ответа Кот со всей силы пихнул ногой фонарный столб, со скрежетом накренившийся от его удара. Акуманизированный перепрыгнул на крышу небольшого продовольственного магазинчика.
Раздался второй писк кольца. Акуманизированный махнул рукой в сторону Адриана, безмолвно говоря: «Я прав, прислушайся ко мне».
Адриан стоял, заставляя свой перенапряженный до предела мозг, заполненный гневом и ненавистью, работать, и, кажется, его лицо дернулось в едва заметном кивке.
— Тогда через час буду ждать тебя на Эйфелевой башне, — растянул губы в широкой улыбке парень и с невероятной скоростью запрыгал по крышам домов, вскоре исчезнув из поля зрения Адриана. Кот со злостью выпустил раскаленный воздух через сжатые зубы.
Он глупо пошел на поводу у своего врага. Хотя, ситуация складывалась безвыходная. Скорее всего, если бы их бой продолжился, Адриан бы проиграл, не протянув и десяти минут.
Акуманизированный просто помог ему избежать опасности и его же разоблачения. Трудно сказать, кто из них получил выгоду от такого решения.
Не смея больше терять время, Адриан вспрыгнул на стену школы и вскарабкался до разбитого окна. Влез в класс, задев щекой один из острых торчащих осколков. На плечо упала капля крови.
Он подбежал к Маринетт и рухнул на колени перед ней. Она валялась на полу, кривясь от боли. Брови ее были сведены, рот открывался и закрывался, спина выгибалась, губы безмолвно выводили узоры непонятных Адриану слов. Внезапно ее руки дернулись и вцепились в темные волосы, сильно сжимая, костяшки побледнели.
Адриан схватил ее за запястья и оттянул от головы, железной хваткой сводя их вместе. Маринетт закричала.
Дикий вопль вырвался из ее рта и резанул Адриана, как мечом, но не оставил на его теле ни одной раны.
Кот звал ее, не обращая внимания на пиликанье кольца, прижимал к себе корчившееся в муках тело, касался холодными губами влажной кожи лба.
Ему было больно вместе с ней. Если бы он не сдерживал ее руки, пытающиеся нанести ущерб самой себе, он бы сам уже лежал на полу рядом с ней и задыхался, трясясь в судорогах.
Но он не позволил себе выказать ни капли накатившего на него отчаяния и слабости, невозможности помочь ей. Его лицо было сосредоточенно. Ее безумные крики закладывали его уши. Адриану будут сниться кошмары, воскрешающие в сознании сегодняшний день.
И, что оказалось для него самым тяжелым — все, что он мог сделать, — это находиться рядом и смотреть на нее. Поглощать в себя каждый ее рваный вдох и метание головы на его плече, тихо шепча ее имя.
Резко Маринетт застыла. Адриан медленно отстранился и заглянул в ее ослабевшее, бледное лицо, лишенное всяких красок. Убрал волосы, упавшие на ее прикрытые веки. В очередной раз повторил ее имя.
И, заставив тело Адриана наконец расслабиться, Маринетт открыла глаза.
Одновременно их поглотил ярко-зеленый свет, лишая Адриана черного костюма. Плагг обессиленно упал на парту, стоявшую рядом.
Сам Адриан не обратил никакого внимания на снятие трансформации, он наблюдал за метавшимся взглядом Маринетт, осматривающим все, что ее окружало. Наконец, она смогла сфокусироваться на знакомом лице. Маринетт выдохнула через рот.
— Ты здесь, — хриплым из-за криков голосом прошептала она и устало прикрыла глаза.
Адриан, поддерживая ее спину, прижал к себе, зарылся носом в ее волосы. Маринетт судорожно стиснула пальцами его рубашку.
Это объятие стало минутной слабостью для них обоих. Просто позвольте насладиться успокаивающим присутствием друг друга спустя долгое время, проведенное порознь.
Руки Адриана тряслись, не желая отпускать слабое тельце, прижатое к нему.
— Все хорошо, — прошептала Маринетт, опалив горячим дыханием его кожу. — Я справилась.
Она нежно провела ладонью по его волосам и глубоко вдохнула его запах, словно впервые пустив кислород в свои легкие. Чувствовала дрожь Адриана и перенимала ее на себя.
— Как бы ты ни хотела избавиться от меня, — пробормотал парень куда-то в изгиб ее шеи. Маринетт поморщилась от его слов и попыталась отстраниться, но Адриан только крепче прижал ее к себе. — Как бы ты этого ни хотела, я больше не позволю тебе так поступить.
— Я не хочу этого, — спустя несколько секунд ответила Маринетт и прикрыла глаза, наслаждаясь его долгожданной близостью. — Останься рядом.
Они долго сидели, не двигаясь и не желая этого. Она изредка гладила его по голове, он сжимал и разжимал кулаки, переминая ткань блузки на ее спине.
— Не хочу портить такой душещипательный момент, — всплыл из-за головы Маринетт Плагг и с присущим ему раздражением уставился на Адриана. — Но у нас осталось максимум полчаса, чтобы добраться до башни. А мне еще надо перекусить и набраться сил!
Маринетт мягко отстранилась, проведя пальцами от плеч до кистей рук Адриана.
— Что случилось? — спросила она. Медленно, на подрагивающих ногах, встала и выпрямилась. Адриан поддерживал ее за плечи.
Какой невероятной девушкой она казалась ему. Маринетт смогла сохранить хладнокровие после всего, что сегодня произошло. Он бы давно сдался, отдав себя на растерзание угнетающим мыслям и боли.
— Мне нужно ненадолго отлучиться, чтобы закончить бой с акумой, — кратко объяснил Адриан, чувствуя, как Маринетт мертвой хваткой вцепилась в его предплечье, не в силах идти самостоятельно на не держащих ее ногах. — Мне пришлось уйти, время трансформации заканчивалось. И он предложил встретиться у Эйфелевой башни, чтобы продолжить драться.
— Я пойду с тобой! — с пылом воскликнула Маринетт, румянец вновь залил ее щеки.
Адриан недовольно тряхнул головой. Маринетт упрямо хмурилась, глядя прямо на него.
— Нет, — отвернулся Адриан после их сомнительной игры в гляделки. Его тон был непреклонен, и она не решилась спорить. — Я отведу тебя домой и один с этим разберусь. Тем более, ты ничем не сможешь мне помочь и… Станешь мишенью для акуманизированного. Он будет нападать на тебя, чтобы отвлечь меня. Лучше отправляйся домой и сиди там, пока я не вернусь.
После этого долгожданного воссоединения, если его можно было так назвать, Адриану снова приходилось ее покинуть и заставить переживать.
И все же Маринетт согласилась со словами Адриана, позволив ему перекинуть ее руку через плечо, чтобы помочь выйти из класса в пустующий коридор.
По дороге к выходу из школы они зашли в столовую, дожидаясь, пока проголодавшийся Плагг стащит оттуда немного сыра. Стащил он, конечно, много сыра, запихнув все в рюкзак вяло сопротивлявшейся Маринетт.
Превратившись в Кота Нуара, он аккуратно поднял Маринетт на руки, крепче обхватил ее за плечи и под коленями. Вышел на улицу и побежал по дороге, ведущей к ее дому. Он чувствовал, как она сжимает руками его шею и жмется носом к его груди, скрываясь от холодного ветра. Адриан старался ступать как можно мягче, чтобы Маринетт не сильно подскакивала при беге. По его коже пробегался приятный рой мурашек от ее прикосновений.
Вспрыгнув на крышу ее балкона, Кот опустил девушку на ноги, с беспокойством придержав ее за локоть. Маринетт натянуто широко улыбнулась и сделала пару шагов к люку, ежась от зимнего холода.
— Будь осторожен, — одними губами произнесла она и ободряюще сжала его ладонь. В последний раз взглянув на Кота, скрылась под дверцей люка.
Маринетт замерла и прислушалась. Уловив над собой тихие шаги Адриана и, следом, звук приземления его ног на соседнюю крышу, она позволила себе обессиленно сползти по стене и обхватить руками сведенные плечи.
Маринетт откинула голову назад, пытаясь подавить слезы, рвущиеся наружу. Она, как могла, сдерживалась в присутствии Адриана, но больше не была способна изображать спокойствие и уверенность.
Слишком много актерской игры за последний год.
Маринетт потерла пальцами глаза, прижимая их до тех пор, пока не увидела странные искорки под закрытыми веками. Глубоко вздохнула, прежде чем вынудить свое тело проснуться от ужаса, который она сегодня испытала, и подняться на ноги. Ей еще нужно было выполнить несколько важных дел, прежде чем окунуться в страдания. Она решила отложить их до ночи, которую через несколько часов проведет в одиночестве в своей комнате.
Опираясь на стену, Маринетт накинула на себя пальто и спустилась из своей комнаты вниз. Благо, родителей не было — слишком много работы накопилось в пекарне. Маринетт вышла на улицу, ежась от ледяного ветра, и ускорила шаг, оскальзываясь на тонком слое льда, покрывавшем асфальт.
Она твердо решила, что ей нужно исправить свои ошибки. В первую очередь — успеть помочь Адриану. Видя себя со стороны, видя всю свою жестокость и глупость, Маринетт надеялась, что сможет себя пересилить. Возможно, у нее не получится. Возможно, она снова потеряет контроль над собой. Но ей стоило хотя бы попытаться. У нее был человек, ради кого она должна была изменить то, что не могла изменить уже давно. Вернуться к своему прежнему состоянию, когда она с отвагой и гордостью спасала этот промерзший насквозь город.
Маринетт сильно спешила, прилагая огромные усилия для того, чтобы не упасть, потому что знала: если упадет — уже не встанет. Ей не хватит на это оставшихся в изнуренном внутренней борьбой теле сил.
Ударив один раз кулаком по затейливо украшенной двери, она ввалилась в небольшой коридорчик, обставленный в азиатском стиле. Не снимая зимних сапог, проволоклась в просторную светлую комнату, с трудом держась на ногах.
Напротив окна сидел старик. Он медитировал, размеренно вдыхая и выдыхая. Рядом с ним тихо сновало маленькое зеленое существо, замершее при появлении посторонней. Маринетт, покачнувшись, упала на низкий диванчик.
— Мастер Фу? — позвала она, задыхаясь от изнеможения. Старик повернул к ней голову и прищурил и без того узкие глаза. Губ его коснулась добрая улыбка.
— Тебя не было дольше, чем я думал, — медленно, раздумывая над смыслом каждого слова, произнес он. Не спеша поднялся и слегка склонил голову в знак приветствия. — Выглядишь неважно, Ледибаг.
— Я очень спешила, направляясь к вам, — кивнула в ответ Маринетт.
— Я знал, что рано или поздно ты придешь, и очень ждал тебя, — Мастер Фу улыбнулся чуть шире. Подошел к Маринетт и положил морщинистую ладонь на ее лоб.
Она на мгновение устало прикрыла глаза. Странно, но это покровительствующее прикосновение придало ей сил, побуждая подняться и с чрезмерной уверенностью и торжественностью произнести:
— Мне нужны серьги, Мастер Фу. Я пожалела о том, что отказалась от них, и прошу у вас разрешения получить их обратно.
Мастер Фу понимающе кивнул и, поманив за собой своего квами, с любопытством разглядывающего помятую Маринетт, размеренным шагом направился к старинной шкатулке, стоявшей на маленьком чайном столике. Маринетт раздраженно поджала губы, следя за его неспешными движениями.
Наблюдая за тем, как крышка шкатулки, словно сговорившись с Мастером, медленно, со скрипом открывается, Маринетт подошла ближе и встала позади старика. Он аккуратно, с трепетом достал серые, ничем не примечательные сережки и положил их на протянутую тонкую ладонь Маринетт.
Первое, что отличает эти серьги от других украшений — это живое тепло, исходящее от них. Они тут же согрели продрогшую ладонь Маринетт.
Маринетт, в отличие от старческой медлительности Мастера, быстро нацепила их на уши и зажмурилась от нежно-розового света, ослепившую присутствующих в комнате.
Красная квами зависла в воздухе перед носом Маринетт и радостно улыбнулась.
— С возвращением, — тихо произнесла она, глядя на Маринетт.
— Тикки, нам снова нужно спасать мир, — с нежностью прошептала та, погладив кончиком пальца маленькую лапку квами. — Ты готова?
— Всегда готова, — с уверенностью кивнула она.
— Тикки, трансформация! — воскликнула Маринетт и с наслаждением прикрыла глаза.
Тело налилось приятной энергией квами, все чувства обострились до предела, от тянущей усталости не осталось и следа. Костюм из прочного материала идеально облек каждый изгиб. Лицо скрыла красная маска.
Ледибаг потянулась и несколько раз махнула руками, чтобы размяться.
— Спасибо вам, — с признательностью произнесла она, повернувшись к Мастеру, наблюдавшему за ней с таинственной улыбкой. — Спасибо за то, что поверили в меня и приняли обратно.
— Какие бы трудности тебя не ожидали, я знаю, что ты справишься с ними, Ледибаг, — ответил ей Мастер. Он прошел мимо нее и занял свое прежнее положение перед окном. Неопределенно махнул рукой в знак прощания.
Уже обернувшись к двери, Ледибаг вдруг замерла, пораженная внезапной мыслью, проскочившей в ее голове. Это обязательно нужно было обсудить с ее наставником.
— Мастер Фу? — окликнула его Ледибаг и, не дожидаясь ответа, быстро проговорила: — Мне кажется, нет, я почти уверена в том, что Бражник разгадал мою личность.
Старик долго молчал. Слишком долго. Минуты тянулись в тишине, напрягая уже и без того потрепанные нервы Маринетт.
— Если это действительно так, то вам нужно быть в разы осторожнее, — наконец ответил Мастер Фу, когда Маринетт уже сделала несколько неуверенных шагов в сторону выхода. — Постарайтесь решить эту проблему как можно скорее, чтобы не подвергать свою жизнь еще большей опасности. До встречи, Ледибаг.
Легко сказать. Решить проблему. Маринетт с раздражением закатила глаза. Она надеялась получить хороший совет, с помощью которого сможет улучшить сложившуюся ситуацию, но нет. Придумать решение, конечно, нужно будет самостоятельно.
Ледибаг тихо выскользнула из хорошо освещенной комнаты и прикрыла за собой дверь, в последний раз взглянув на расслабленную спину Мастера Фу.
Вышла на улицу и сжала в ладони свое йо-йо. Ей до странного легко дышалось. Холод больше не колол щеки и не прокрадывался ветром под одежду.
Выкинув йо-йо далеко вперед, Ледибаг подпрыгнула и снова увидела Париж, укутанный небольшим слоем снега. Город, который, как на ладони, распростерся под ней.
***
Кот Нуар надеялся прибыть к башне раньше акуманизированного и напасть неожиданно, но не успел. Едва он забрался наверх, как тут же его пальцы соскользнули с перил. Кот ухватился за одну из балок и подтянулся на ней вверх, тут же нос к носу столкнувшись со смеющимся рыжим парнем. — Я, конечно, понимаю, что ты кот, — весело произнес он и одновременно увернулся от замахнувшегося шестом героя. — Но зачем тебе нужен этот ненужный ремень? Согласись — это неприятно, когда кошку дергают за хвост? — Коты всегда приземляются на лапы, чтоб ты знал, — прорычал Адриан, вертя шестом направо и налево, оставляя от него небольшие рубцы на креплениях Эйфелевой башни. И ни разу не попал по акуманизированному. Какого черта он оказался таким ловким? Решив, видимо, больше не тратиться на пустые разговоры, состоящие из колкой иронии, рыжий сам начал наступать на Кота, вместо того, чтобы постоянно уворачиваться. Если честно, лучше бы уворачивался. Адриан, обычно действуя напрямую и вкладывая большую часть внимания в силу, с которой он наносил удары, не успевал отражать все его атаки. Слишком быстро двигался вокруг него акуманизированный, и Кот попросту не мог за такое короткое время сориентироваться. В какой-то момент Адриан понял, что гладкая поверхность шеста покинула его руку. Он сразу же, в который раз, обернулся и увидел акуманизированного, вертящего его оружие между пальцев. — Интересная штуковина, — пробормотал тот, разглядывая выгравированную кошачью лапу, подсвеченную зеленым цветом. — Но мне не пригодится. К сожалению, управлять ею можешь только ты. И он, размахнувшись, выкинул шест далеко вперед. Их битва продолжилась. Несмотря на то, что сам Адриан уже начинал сдавать, ощущая пощипывание на скуле и ноющую боль в бедре, он все же смог несколько раз задеть парня. На его шее был заметен синяк, по форме скопированный с пальцев Кота Нуара, из сломанного локтем носа текла кровь. Несмотря на это, акуманизированный продолжал безумно лыбиться, со смешком наблюдая за верчениями Адриана. Они сцепились руками, до хруста сжимая пальцы друг друга. Кот Нуар почувствовал, как спотыкается и падает назад. Тут же его волосы больно оттянулись из-за вцепившегося в них акуманизированного. Затылок прожгла резкая боль. Перед глазами все поплыло. Кот с трудом нащупал руки рыжего и попытался оттянуть их от себя, но окончательно потерялся в пространстве, чувствуя, как вновь и вновь сталкивается головой с холодным железным полом. Наконец, все прекратилось. Кот тяжело поднялся и, пошатываясь, утер кровь, стекающую по виску, кулаком. Только сильнее размазал ее по лицу, шее и уже окровавленным светлым волосам. Выставил вперед руки, пытаясь разглядеть помутневшим взором фигуру акуманизированного. Голова кружилась. Держать равновесие и не падать оказалось достаточно тяжело. Внезапно землю выбило из-под ног. Кот почувствовал пинок в грудь и повалился назад. Ветер засвистел в ушах. Дыхание перехватило. Перед его глазами все постепенно темнело. Кажется, он падал вниз с огромной высоты. Эта мысль балансировала в его голове на краю разума, и он никак не мог осознать ее.***
Ледибаг резко прибавила скорости, когда до нее донеслись звуки драки. Внезапный глухой вскрик и очередной удар. Она разглядела их сцепленные фигурки на вершине Эйфелевой башни. Ледибаг с удивительной сноровкой перелетала от одного дома к другому и уже достигла основания башни, когда увидела, как одна из этих фигурок отделилась и выпала за пределы короткого шаткого бортика. На бешеной скорости Кот Нуар падал вниз, подозрительно обмякший. Не раздумывая ни секунды, Ледибаг разбежалась и при помощи своего йо-йо подпрыгнула вверх. С силой врезалась в его тело, на миг потерявшись в кружащемся вокруг нее городе. Мертвой хваткой вцепилась в шею Кота, обхватила ее руками, прижала к себе. Адриан слабо приоткрыл глаза. — Видимо, я уже разбился, — пробормотал он, уловив расфокусированным взглядом пятнистую маску. Брови Ледибаг дернулись в привычном раздражении. Слишком смелый. Слишком неопытный. Слишком лезет напролом. На автомате она выкинула йо-йо вперед, свободной рукой как можно крепче прижимая к себе Адриана. В нос ударил ржавый запах крови. А как же иначе. Он просто не мог не пострадать. Почувствовав, как леска натянулась, Ледибаг с силой потянула ее на себя, когда до земли оставалось совсем немного расстояния. Их рвануло в сторону. Не успев вовремя сориентироваться, Ледибаг и Кот Нуар упали на широкую прямую крышу. Ледибаг постаралась основной удар принять на себя. Они прокатились по неровной поверхности несколько метров, ударяясь локтями и коленями, и, прижатые друг к другу, затормозили на самом краю. Ледибаг боялась разжать пальцы и отпустить его. И только почувствовав, как Кот чуть-чуть пошевелился, под ее весом прижатый к крыше, решилась отстраниться от него. Рана на голове уже затягивалась. Все-таки, Плагг с огромной ответственностью относился к своей работе — восстановление проходило довольно быстро. А может быть, он просто переживал за Адриана больше, чем показывал. Все оказалось не так плохо, как успела надумать себе Маринетт, пока бежала сюда. Она слабо улыбнулась и сдвинула с лица Кота прядь волос, упавшую на глаза. Он снова приподнял веки и, как будто исподтишка, посмотрел на Ледибаг. Тут же зажмурился. — Нет, черт, — захныкал он. — Я все-таки умер. А так хорошо все проходило… Я почти победил его… — Ага, — фыркнула Ледибаг. — Ты, наверное, просто встал на свой же хвост, споткнулся и слетел вниз. Кот, постепенно приходя в себя, приподнялся на локтях и уже с полной серьезностью во взгляде уставился на Маринетт. — Зачем ты пришла? — со странной интонацией спросил он. Как будто это было… сожаление? Горечь из-за того, что он в который раз подвел ее. Не оправдал ожиданий. Не выполнил ее просьбу быть осторожнее. Разочарованность в себе. Лицо Ледибаг смягчилось. Уголки губ дернулись в подобии улыбки. — Я несколько тысяч раз успела пожалеть о том, что отказалась от своего камня чудес, — ответила она и, отряхнув с костюма снег и грязь, встала на ноги. — Нужен был только повод. Рано или поздно я бы все равно вернулась. Кот промолчал, задумчиво склонив голову вниз. Как только попытался встать вслед за Ледибаг, та легонько толкнула его в плечо, вынуждая лечь обратно. Несмотря на притворную готовность к продолжению борьбы с акумой, Кот поморщился и лег, медленно положив голову на поверхность, припорошенную редким снегом. Холод слегка успокоил головную боль. В лежачем положении мир вокруг него кружился не так сильно. — Я с этим разберусь, — уверенно проговорила Ледибаг. — Отдохни. Ты и так уже много сил на него потратил. Моя очередь. Он запомнил ее полный отваги взгляд с оттенками беспокойства за него, прежде чем она спрыгнула с крыши. Ледибаг с удивительным спокойствием и быстротой залезла на верх башни, не издав ни единого звука. Акуманизированный стоял на краю и, свесившись вниз, выглядывал что-то внизу. Один взмах руки, — и прочная леска обмоталась вокруг локтя парня. Тот резко повернулся, пытаясь отдернуть руку. — Какого?.. — обескураженно прошептал он, встретившись взглядом с хищно улыбающейся Ледибаг. — Не ждал, а я пришла, — с притворным восторгом воскликнула она и дернула леску на себя. Все еще пораженный ее появлением парень проскользил ногами в ее сторону и, не удержав равновесие, рухнул на колени. Ледибаг продолжала тянуть леску на себя, пока он не оказался возле ее ног. Героиня с поразительной силой толкнула вяло сопротивляющегося акуманизированного и прижала его голову ногой к холодному, кое-где ржавому, полу. — Не смей удивляться моему появлению, — прошипела она ему в ухо, параллельно прощупывая каждый карман его пальто. — Как ты смогла очнуться и прийти сюда так быстро? — упавшим на несколько тонов голосом спросил он. Акуманизированный даже не сопротивлялся, впавший в состояние шока от внезапного появления Ледибаг. — Я и не уходила, — расплывчато ответила та и вытащила из внутреннего кармана помятую, наполовину скуренную сигарету. Помолчав недолго и следя взглядом за вылетевшей из сломанной сигареты бабочкой, добавила: — Следила за тобой с момента вашей драки у школы, поэтому быстро появилась, если ты об этом. Этим ответом она окончательно поставила в тупик акуманизированного. Прежде чем с его лица исчезли темные узоры, в его голове мелькнула мысль о том, что он обознался. Маринетт Дюпен-Чен не Ледибаг. Наверное. Героиня увидела, как цвет волос акуманизированного меняется с ярко-рыжего на черный, переходящий к голубому на кончиках. Вместо плаща на нем появилась голубая джинсовка с капюшоном. Ногти покрылись черным лаком. Ледибаг благополучно спустилась вместе с ним с башни и уловила аплодисменты редких свидетелей этой драки. Вскоре к Эйфелевой башне подъехали полиция и машина скорой помощи. Врачи тут же окружили ничего не понимающего паренька. Он хмурился и практически не отвечал на вопросы подошедшего к нему полицейского. Задумчиво рассматривал стоящую позади всех Ледибаг. Прежде чем сесть в машину, чтобы поехать в участок для допроса, парень подошел к героине и замялся, остановившись в метре от нее. — Ледибаг, — наконец позвал он, заставляя обратить на себя внимание. До этого она обеспокоенно рассматривала край крыши, на котором виднелся силуэт все еще лежащего Кота Нуара. Нужно было дождаться отъезда машин, и уже после этого, со спокойной душой побежать к своему Коту. — Что? — с легким раздражением в голосе спросила она и повернулась к нему. Тот неловко отвел взгляд вниз. — Мы можем где-нибудь встретиться в течение этой недели? — спросил он и вдруг уверенно поднял голову и взглянул в глаза Ледибаг. — Зачем? — ее брови в недоумении приподнялись. — За спасение можешь не благодарить, если ты собираешься как-то мне отплатить за это. — Нет, — тряхнул головой парень. — Мне нужно рассказать тебе и Коту Нуару, если он сможет прийти, кое-что важное. Ледибаг молчала, нервно покусывая нижнюю губу. С недоверием рассматривала ничего не выражающее лицо парня. — Хорошо, — наконец протянула она. — Встретимся завтра здесь же около пяти вечера. Я постараюсь привести Кота Нуара с собой. — Спасибо! — улыбнулся парень и, не попрощавшись, двинулся к полицейской машине. Ледибаг проводила его взглядом и, тряхнув головой, полной пока непонятных для нее мыслей, над которыми нужно было подумать на досуге, побежала к Адриану. Она вспрыгнула на крышу и тихо подошла к лежащему на ней Коту. Глаза его были закрыты, грудь размеренно вздымалась. Кажется, он задремал. Рана на голове полностью затянулась. Что-то не позволило Ледибаг протянуть к нему руку и разбудить. Какое-то время она просто наблюдала за его безмятежным выражением лица, потом села рядом и, прижав колени к груди, заскользила взглядом по его фигуре. От макушки до носков обуви, имитирующей кошачьи лапы. Где-то через час Кот поежился и приоткрыл глаза, тут же вздрогнув, как только встретился с пристально рассматривающими его голубыми глазами. Ледибаг чуть улыбнулась. — Извини, меня вырубило, — пробормотал он и подавил зевок. Потянулся. –Голова все еще кружится. — Ничего удивительного, — буркнула себе под нос Ледибаг, но без привычного яда в голосе. Ее слова звучали спокойно, нежно, как… как у Маринетт. — В следующий раз будь аккуратнее, прошу тебя. Я сильно испугалась, когда увидела, как ты падаешь с этой… — Подожди, — Кот встряхнул головой. — Ты собираешься остаться Ледибаг или взяла серьги на один раз, чтобы мне помочь? Я немного не понимаю. — Навсегда, — сразу же ответила Ледибаг и чуть позже добавила: — Наверное. Кот Нуар радостно улыбнулся. Попросил рассказать ему все, что произошло после его отключки и сосредоточенно выслушал краткий рассказ Ледибаг. — Почему ты сразу не разбудила меня? — спросил он и аккуратно поднялся, ожидая новую порцию головокружения, которая так и не появилась. Надо будет купить Плаггу какой-нибудь изысканный сырный деликатес. — Не знаю, — пожала плечами Ледибаг и резко затихла, перейдя на чуть слышный шепот. — Слушай, Адриан, — небрежно произнесла она и тут же замялась, — я хотела извиниться перед тобой. Адриан с недоумением взглянул на нее сверху вниз. Обычно сильная Ледибаг сейчас казалась неприятно слабой, сжавшись в комок. — Прости, — пробормотала она, утыкаясь подбородком в колени. — Я так сильно подвела тебя. Мы бы давно уже со всем разобрались, если бы не мое скотское поведение. Адриан пораженно молчал и не мог выдавить ни одного слова в ответ. С трудом разлепил пересохшие губы и произнес: — Тебе не за что извиняться. Все нормально. Ледибаг издала какой-то странный звук наподобие хмыканья и сильнее уткнулась в колени. Некоторое время они робко молчали. С неба начал падать невесомый снег. На улице уже смеркалось, прохожие расходились по домам. Вдруг Ледибаг вскочила на ноги и, почти вплотную приблизившись к вытянувшемуся от неожиданности лицу Кота, воскликнула: — Теперь я обещаю быть с тобой до последнего! Кот молча вглядывался в нежные гладкие черты ее лица. Неуверенная улыбка постепенно растягивала его губы, так же медленно, как румянец заливал щеки Ледибаг. — Верю, — одними губами произнес он. Ледибаг порывисто обхватила руками его шею и уткнулась носом куда-то в его ключицы. Кот Нуар провел ладонью по ее дрожащей от холода и слез, которые она, конечно же, пыталась скрыть от него, спине.
