5.
4 декабря 2016 г., 02:25
***
19:25 Солнце, наконец, опускается за горизонт. На небе появляются яркие звезды, на которые мы смотрим. Мы просто обычные люди. Сколько еще таких же Фрэнков и Джерардов смотрит сейчас в окно? Миллионы. Но для меня это не просто Фрэнк. Это маленький ребенок внутри, заставляющий меня чувствовать что-то чужое, что я никогда не ощущал. Он, как чужая планета, не изведанная, но такая хорошая. И если это все только мой сон, я согласен никогда не просыпаться. Чувствую себя в безопасности, словно все ушло на второй план. Меня не волнует, что происходит за этими дверьми. Я мысленно отдал Фрэнку частичку своей души, а он мне свою. Теперь в его теле есть часть мой души. Мы как будто дополняли друг друга, и от этих мыслей у каждого на лице появилась улыбка. Я снова тянусь за доской на край кровати, при этом не отпуская руку Фрэнки. — «Можешь сыграть для меня что-нибудь?» — «Я попробую.» Он встает с кровати, поправляя за собой скомканный плед, и берет гитару в руки. Через секунду Фрэнк уже сидел на полу и тонкими пальцами перебирал струну за струной. Выходил отличный звук, и все ноты сложились в мелодию. Это было восхитительно. Правда, восхитительно. Он смотрел на меня, улыбаясь. Я не мог понять, что именно я чувствую к нему, но мне не хотелось отпускать этого человека от себя. — «Это восхитительно. Как ты это делаешь?» — «Я решил заняться музыкой еще до той катастрофы. У меня отлично получалось, как говорили мой учитель и Рэй. Но потом я не смог слышать, не смог играть и отдавать себя музыке. Через год я снова взялся за Пэнси и нашел способ играть красиво. Все что нужно — это вспомнить те звуки, которые ты слышал раньше, и воспроизводить их в своей памяти.» Я переместился к нему на пол, присаживаясь как можно ближе. Фрэнки убрал гитару в сторону, и через какое-то мгновение наши взгляды встретились. Его глаза засияли, от чего я почувствовал, как заметно краснею. Фрэнки провел рукой по моим волосам и пересел ко мне на колени. Сегодня я был очень смелым, и, поэтому, позволил себе прикоснуться своими губами к его. Поцелуй никогда не бывает просто поцелуем. Иногда это поддержка. Иногда это обещание. Иногда ложь. Он может что-то начинать, что-то заканчивать. Это может быть крик о помощи. Это может быть пожеланием доброго утра или спокойной ночи. Иногда это может быть даже магией, которая происходит здесь и сейчас, заставляет твое тело содрогаться, а руки трястись. Но поцелуй никогда не станет просто поцелуем. Я чувствую с какой нежностью Фрэнки касается моих губ, с какой легкостью проводит руками по моей шее. Потом его рука тянется к моей собственной, которая бессознательно блуждает по телу мальчика. Он немного отстраняется, и мы соприкасаемся лбами. Я слышу, как он жадно вдыхает воздух в свои легкие, как сладко проводит по своим губам языком. Одними губами я произношу: «Я люблю тебя» И он отвечает мне тем же.***
За окном поднимался ветер. Я слышал, как он дул между рам и стекол. Внезапно я почувствовал некий запах. Это очень трудно описать, но он похож на запах весны. Это был запах Фрэнки. Он все сильнее прижимался ко мне, выдыхая горячий воздух мне в шею. *** Я пошел в душ ровно в девять часов вечера. В доме все было тихо, мне казалось, что все замерло. Время остановилось в этом месте, но я слышал очень громкое тиканье настенных часов в коридоре. Надевая широкую футболку Фрэнки и свои боксеры, я вытер ноги о мягкий коврик в ванной. Сам дом, конечно, отличался своей красотой, дорогими украшениями, но он был одиноким и пустым. Когда я поднялся обратно в комнату Фрэнка, на столе стояла миска попкорна, пара батончиков и две баночки «Coca-cola». Я присел на кровать, а Фрэнки заёрзал на месте, передавая мне доску с написанным посланием. — «Ты когда-либо задумывался о смерти?» Я вздохнул и положил доску напротив себя. — «Да, это было давно. Я как раз съехал от родителей. Я боролся с одиночеством, начал пить, появились проблемы с деньгами. Это все слишком взрослые проблемы. Они стали наваливаться одним комом, порождая за собой все новые и новые. Но я смог с этим справиться. А ты? Ты задумывался о конце?» — «Совсем недавно мой отец ушел из семьи. Скандалы, ссоры, крики. Это все, конечно, отлично, когда ты ничего не слышишь, но при этом твое сердце рвется в груди на маленькие кусочки. Ты просто смотришь на своих родителей и задаешь себе вопрос: У меня в жизни все будет точно так же? Но я понял, что хочу жить. Я нашел свою старую фотографию: на ней мне было лет пять, не больше. Я улыбался. В моих глазах был весь мир, вся вселенная, ожидающая чудес от будущего. Я не помню, когда делали эту фотографию, и какими мыслями была полна моя голова. Но в тех маленьких глазах я увидел желание жить. Я так долго всматривался в эту улыбку и понял, что подвожу того самого мальчишку, который всегда верил в меня. Я отпустил все мысли, которые засоряли мою голову и осознал, что должен продолжать жить. А потом я встретил тебя, Джи. Сейчас ты даришь мне то, что я никогда не чувствовал.» Сейчас ты даришь мне то, что я никогда не чувствовал. Я хотел заплакать, просто заныть от этих слов, совсем как девчонка.***
Мы уснули в обнимку под теплым одеялом, ужасно холодный ветер не трогал нас. Мы были в безопасности.В один прекрасный день мы будем лежать в кровати с улыбкой на лице, слушая шум дождя, впитывая в себя сладкий запах весны
