Дорожные приключения итальянца или как добраться до Москвы

Флоран медленно повернул голову в сторону двери и уставился на стоявшего в дверном проеме мужчину немного очумелым взглядом. Смысл рычания до него явно не дошел, но и по виду раскрасневшегося перекачанного индивида с раздувающимися ноздрями можно было понять, что вечер перестает быть томным. - Антуан, звезда моя! Кто это?! Вот эти вот двое красавчиков вместе с тобой в этом тесном туалете — это кто? - вопрошал амбал, насупив левую бровь. - И почему ты их целуешь прям в ихние губы?! - Это... Это внучатые племянники сестры третьего мужа второй жены моего покойного папеньки, - не растерялся Антон. - И вообще я их впервые вижу! Они в Киеве проездом, сегодня же ночью уезжают! А я с ними прощаюсь! Это вовсе не то, что ты подумал, Данечка! Итак, субъекта, так неожиданно появившегося в дверном проеме, звали Даниилом. Познакомились они с Антоном еще в годы службы в пограничных войсках, а на почве безграничной и пылкой любви к маслицу «Джонсонс Бэби» и мексиканским сериалам их знакомство переросло в крепкую мужскую дружбу. С тех пор прошло уже несколько лет, но друзья были все так же неразлучны: вместе ходили в спортзал, бассейн, сауну, салон красоты, вместе нежились в джакузи, наслаждаясь розовым мартини со льдом, натирали друг другу спины маслицем, и только одно обстоятельство их немного печалило — по причине своих немалых габаритов они никак не помещались в один солярий, притом ни в горизонтальный, ни в вертикальный. А еще Даниил обладал немного слишком импульсивным характером и, пребывая в растрепанных чувствах, вполне мог зашибить кого-нибудь оглоблей. К счастью, оглобли попадались Даниилу под руку редко. Плохо же было то, что вместо оглобли Даниил вполне мог воспользоваться штангой, а штанги попадались ему под руку намного чаще. Именно по причине природной вспыльчивости друга Антон так сильно распереживался, что Даниил мог, не со зла, а просто не разобравшись в ситуации, наломать дров. Поэтому Антон решил не говорить Даниилу, кем на самом деле были их нежданные гости. Хотя, откровенно говоря, была еще одна причина, намного более серьезная, но обо всем по порядку. - Не лги мне, Антуан! Ты целовал этого растрёпыша, я видел! - сказал Даниил капризно и гневно топнул ногой. Зеркало над умывальником, не выдержав накала страстей, треснуло и разбилось на мелкие кусочки, обсыпав Мота, все так же сидящего на полу, с головы до ног. В это время Микеланжело, немного придя в себя, поинтересовался у Флорана: - Фло, что здесь произошло? Я что, упал в обморок? Почему я лежу на полу? И что этот трансформер со мной сделал? Он что, меня поцеловал? - Черт, а можно задавать не так много вопросов, Мике, и не все сразу? - рассердился Флоран, выковыривая из волос и бороды осколки зеркала. - С чего ты вообще взял, что тебя кто-то целовал, пока ты был в отключке? - С того, что у меня все губы в чьем-то клубничном блеске для губ! Вот с чего! - Да это же, небось, твой собственный и есть! - Нет, не мой! Я банановым пользуюсь, к твоему сведению! - парировал Микеланжело. Пока друзья вели дискуссию на тему фруктовых блесков для губ, до Даниила, наконец, дошло, что говорили они не по-русски и даже не по-украински. - Антуан, - подозрительно прищурив правый глаз, обратился Даниил к другу. - Так кто, говоришь, они такие? Внучатые племянники третьей тёщи кузена твоего двоюродного деда по материнской линии? - Д-да, - немного заикаясь от волнения, подтвердил Антон. - А откуда же они к нам пожаловали? - И-из Кёнингсберга. Где именно на карте находился Кёнингсберг Антон имел довольно смутное представление, но у него на холодильнике висел магнитик, привезенный кем-то из родственников ему в подарок. Название города Антону понравилось, и он его запомнил. О том, что в этом самом Кёнингсберге говорят на русском, а называется он нынче Калининградом, Антон даже не подозревал. У Даниила по географии тоже была твердая двойка, но, к несчастью, он был чересчур подозрительным и недоверчивым еще с тех пор, как косметолог заверила его, что депиляция воском — это не больно, а посему Даниил решил подтвердить слова Антона. Он аккуратно взял Флорана за шиворот и слегка приподнял над полом. - Что же вы такое делаете? - возмутился Мот, дрыгая ногами во все стороны и отчаянно пытаясь высвободиться. - Кёнингсберг? - осведомился Даниил сурово. - Что? - Кёнингсберг? - повторил бодибилдер. - А! Нет! Париж! Париж! - Ах, Пари-и-и-и-иж, - протянул Даниил, пристально всматриваясь Флорану в бороду. - А я-то все думаю, откуда мне твой фоторобот знаком. - Данечка, умоляю, отпусти его! - взмолился Антон. - Я для тебя все, что хочешь сделаю! Дам свой сиреневый комбинезон поносить! Буду тебе каждый день массаж всего тела делать! Автограф Баскова подарю! Только отпусти их! - Ну уж нет! - вскипел Даниил, все еще держа Флорана в висячем положении. - Ты обманул меня, Антуан! Сказал, что они твоя близкая родня и что они здесь проездом, а они, на самом деле, никакие тебе не родственники! Теперь я все понял! С этими словами Даниил нагнулся, двумя пальцами поднял Микеланжело и поставил на ноги. - Уи-и-и-и-и-и, - взвыл Локонте. - Ухо отпусти, горилла, я на тебя в Гринпис буду жаловаться! - Да-да! - подтвердил Флоран. - Мы на вас в суд по правам человека подадим, пусть с вами ООН разбирается! - А ну прекратили вопить! - грозно рыкнул на друзей Даниил и для пущей убедительность встряхнул обоих. - Пойдемте-ка со мной, хочу устроить себе приватный концерт на ночь глядя. - Что ты собираешься с ними делать, Данечка? - округлил глаза Антон. - А вот сейчас и узнаешь, - усмехнулся Даниил и потащил Флорана с Микеланжело куда-то вниз по лестнице, в сторону подвала.