Пепел и кровь

Эмиль Итак, очередной кусочек мозаики найден. Свойство большинства паззлов – точнее, каждого предыдущего фрагмент делать выбор следующего более осмысленным – проявилось сейчас в полной мере. Вряд ли мне удалось достичь такого же результата без помощи феноменального чутья моего спутника, помноженного на проницательность безумца. Конечно, так или иначе, я всё равно пришла бы к подобному итогу, но неделями позже. Лишней недели у меня не было. Если вдуматься, лишнего дня тоже. И всё было бы отлично, если бы этот «недостающий фрагмент» не смотрел на нас в данный момент волчьими глазами. От неё разило свежей кровью – мне довелось мельком разглядеть, как быстро упала последняя из жертв. Длинные пепельно-серые волосы висели спутанными прядями, клыки оскалены, всё тело сжалось, словно пружина. Готова ударить в любой момент. Если дело дойдёт до схватки, усмирить её, не причиняя вреда, будет непросто. Я ещё раз внимательно окинула взглядом стоящую напротив фигуру, стараясь зафиксировать в памяти всё до мелочей. Высокая женщина, стройная до худобы. Одежда, истрепавшаяся до лохмотьев, прикрывала только бёдра, грудь пересекала пара широких скрещенных лент. Я заметила потускневшую татуировку на правом плече – извивающийся дракон. Неопытный наблюдатель вряд ли отличит её повадки от старших собратьев. Между тем, она, как и мои спутники, едва насчитывала пять дней с момента становления – если пятым считать сегодняшний. Отпрыск клана, единственный представитель которого находится в сотне миль отсюда. Уже третий за неделю. Напоминает какое-то поветрие. Как знать, не утратила ли эта несчастная разум после обращения? Почему она оказалась здесь? Я собиралась выяснить это немедленно. Но, пожалуй, слова стоит подбирать с осторожностью. - Мы не причиним тебе вреда, - от такого начала несёт штампами бульварных детективов. – Нам нужно только поговорить. Мы не покушаемся на твои владения или на твою жизнь, - уже лучше, слова идут гладким потоком. - Если ты понимаешь меня, кивни в знак согласия. Кивок. - Меня зовут Эмиль. Это – Картер и Лотта, - указываю вправо. Картер уже уселся прямо на землю, внимательно разглядывая что-то на уровне подошв своих ботинок. - Ты можешь говорить? - Да, - голос у неё низкий, чуть тянущий гласные. - Как твоё имя? – дипломатия вообще не была моим коньком. Оставалось надеяться только на здравый смысл. - Айрин, - от того, как она смотрит, мне не по себе. Запах крови окутывает всё вокруг – я вспоминаю, что последний раз питалась сутки назад. Должно быть, остальным приходилось и того хуже – первая неделя почти всегда самая тяжелая. - Что тебе… вам нужно? – её слова прерывают ход моих мыслей. - Для начала предлагаю найти безопасное место, – если такие ещё остались в городе. Я взглянула вбок – Картер крутил головой и что-то невнятно бормотал. Это явно не к добру. – Нам нужно постараться не привлекать к себе лишнее внимание. Что будет, учитывая обстоятельства, очень и очень непросто. - Ты говоришь загадками, - едва заметная морщинка пролегла между бровей моей собеседницы. Спасибо, что она хотя бы не решила сначала свернуть мне шею. - Хочешь банальных истин? Изволь. Первое: ты получила становление совсем недавно. Второе: у тебя провалы в памяти. Не отбрыкивайся, я знаю, что это правда. Третье: тебе до чёртиков хочется разобраться в том бардаке, который здесь твориться. Айрин не говорила ничего. Я, воодушевившись собственными успехами, продолжила: - И последнее: ты не понимаешь, насколько это опасно. Но ты чуешь что-то, и тебе определенно не хочется выяснять, что именно. Помолчав ещё с минуту, она, наконец, приняла решение: - Хорошо. Я пойду с вами. Но если мне это понравится, я сразу же уйду. - Идёт, – я могла бы гордиться собой. Но на душе всё равно отчаянно скребли кошки. Картер Я понял, что ветер несёт запах беды. Земля тоже была встревожена. Остальные не замечали ничего. Пора поставить паруса и отплыть в тихую гавань. Девушка-волк решила следовать за нами. Эмиль убаюкивала её, пытаясь нащупать жилку в глубинах разума. Я понимал, что ангелу подобное не под силу, но она нашла слова, звучание которых было верным. Слова подчинялись с охотой. Я чувствовал, что скоро покой потревожат иные силы. Переменчивый садовник, что выращивает кровавые розы, покрытые шипами, как и он сам. Ослепший мудрец, тоскующий о несбывшихся детях. С испугом я разглядывал длинные хищные тени, тянущиеся к нам – никому не избежать их хватки, но, если повезёт, можно просочиться сквозь сжатые пальцы. Мигнув, видение отступило. Нужно уходить. Должно быть, я произнёс последнюю фразу вслух. Все глаза обратились ко мне. - Нам пора прятаться, – хоть бы они поняли! – Слуги слепца ловят наш свет. Уйдём от закопанных глаз – они как открытые двери! - В чём дело, Картер? – Эмиль странно посмотрела на меня. В её взгляде тревога дрейфовала подобно айсбергу в море багрянца. - Какая-то бессмыслица, - фыркнула мраморная Лотта. - Не говори о том, чего не знаешь, - отрезала Эмиль. Ей не стоит быть такой строгой с лисоголовой – та ещё не поняла, что к чему. Я открыл рот, чтобы сказать об этом, но мой язык ворочался в другом направлении: - Если твоя нора достаточно глубока, я наброшу поверх зыбкий покров. Веди, ищущая, - такой фокус сработает пару раз, но и их будет достаточно. В тот же миг я увидел, как вокруг Эмиль возникают, расцветают, наливаясь тягучей сладостью, амарантовые гроздья. Очень скоро фигура её была едва различима под их колышущейся живой завесой. Я сморгнул, и видение рассеялось так же внезапно, как и возникло. Очевидно, другие не ощутили этого. Я уже свыкся с мыслью, что никто, кроме меня, не видит и не чувствует подобное. Но увиденное сейчас... Оно казалось чудовищно неправильным. Захотелось выть, подняв голову к ущербной луне. Но, разумеется, я сдерживался, иначе остальные точно сочтут меня безумцем. Окрестный пейзаж сменился с очень унылого на просто невзрачный. Окраины отмытого ливнем города встречали нас серыми рядами кирпично-бетонных коробок, одинаковых, как близнецы. Тихий гул направлял мысли в нужное русло, но, хотя я старался припомнить что-то из предыдущих дней, в голове возникал лишь белый шум. Прямой путь редко когда оказывается верным. Нужно идти в обход. Когда мы остановились перед одним из безликих домов-клонов, я вздрогнул, очнувшись от раздумий. Найти дорогу сюда в одиночку будет трудно. Я чувствовал силу, струившуюся глубоко в земле. Это место было неплохо защищено. Прелесть в том, что всегда можно сделать ещё лучше. Лотта Внутреннее убранство уродливого серого здания оказалось под стать внешнему. Засыпанные слоем мусора лестничные пролёты, разрисованные стены, тусклые лампы. Громыхающий лифт, с выжженными сигаретой кнопками, тащащийся вверх с натужным скрипом. Обшарпанные двери квартир. И тишина – гнетущая, исполненная немой угрозы, какая нередко стоит в заброшенных домах или палатах для неизлечимо больных. Убежище моей недавней знакомой находилось на восьмом этаже. Довольно просторное – две комнаты, большая кухня и ванная. Низкие потолки и плотно зашторенные окна придавали ему мрачный вид. Хозяйка знаком предложила следовать за ней, в, по-видимому, гостиную. Остальные уже расположились: Айрин заняла кресло, по-турецки скрестив ноги, Картер склонился над журнальным столиком, что-то чиркая в лежащем блокноте. Странный свёрток, захваченный из отеля, валялся рядом на низком диване. Движимая любопытством, я заглянула внутрь. Одежда, судя по запаху, грязная. Россыпь белёсых кусочков пластика и картона – визитки, банковские карты, пропуск с бэйджем. И что-то ещё, стеклянно поблёскивающее – протянув руку, я нащупала прохладный объектив фотоаппарата. Одёргиваю себя, напоминая, как, должно быть нелепо это выглядит со стороны. На мне всё ещё куртка Картера, надетая поверх тонкого халата. Как минимум троим из нас нужно переодеться в чистое. Эмиль смотрит на меня так, будто в точности знает, о чём я думаю. - Не сомневаюсь, у вас сейчас множество вопросов, и первый из них – что за чертовщина со мной творится? Кто я, где и когда? Те же вопросы были недавно у меня, - она замолкла, облизнув губы. Никто не говорил ни слова. Я тоже решила промолчать. - Я не буду притворяться, что знаю всё. До сегодняшней ночи я не видела ни одного из вас, или же не помню этого. Но несколько недель назад я тоже пришла в себя в незнакомом месте, окружённая незнакомцами, – её глаза по очереди изучали каждого. - Не буду утомлять вас описанием своей истории. То, что я узнала – оно относится ко всем в этой комнате – я больше не человек. Я умерла и … Не знаю, как это объяснить. Почему-то расспросы о причине моего состояния ставили в тупик тех, к кому я обращалась. Они говорили о Геенне и увядании, о каком-то проклятии, о том, что с недавних пор становление стало невозможно. Похоже на мистические бредни. Но я поняла две вещи. Первое: я стала ожившим кровососущим мертвецом. Другими словами, вампиром. Тишина. Не похоже, чтобы кого-то, кроме меня, удивила эта новость. Картер кивнул несколько раз – в подтверждение своих догадок, или просто разговаривая сам с собой. Айрин не шевелилась – она, очевидно, поняла всё ещё раньше. Эмиль продолжила: - Второе: то, что произошло со мной, и с вами тоже – нонсенс. Вот уже несколько лет никто не мог … хмм… увеличить популяцию … Обращать людей в … Ненавижу это слово!.. Словом, делать новых вампиров. Обычным путём они, понятное дело, не размножаются. - Кстати, сами себя они – мы – называем Сородичами. Звучит куда приятнее, не находите? – она невесело усмехнулась. – Короче говоря, сам факт того, что появился новый, молодой Сородич – из ряда вон выходящее событие. А нас таких уже четверо. - К чему ты клонишь? – меня давно подмывало задать этот вопрос. Чувствовалось, что она явно недоговаривает. - Что-то происходит. Что-то большее, чем они думают. Пропадают другие Сородичи. Здесь и по всему штату. Я узнала – за последние полгода, так или иначе, их исчезло больше десятка. Никто не говорит напрямик, но я вижу, как настороженно на меня косятся. Они думают, что я – а теперь, возможно, и вы тоже – как-то связаны с этими случаями. - Ты шутишь? – и впрямь это звучало как глупый розыгрыш. Сейчас из-за двери должен выскочить клоун с букетом воздушных шариков. - Ничуть, - тон Эмиль был сух и серьёзен. – Но прежде, чем эта ночь закончится, мне нужна ваша помощь. Точнее, – она перевела взгляд на Айрин, – твоя. - Что именно? – та не колебалась. - Сон, - губы Эмиль разошлись в улыбке. – Обещаю, больно не будет. Айрин Я спала. Но это было не похоже на обычный сон. Я знала, что сплю – моё тело сейчас лежало в тёмной комнате, окружённое тремя другими. Сородичи. Вампиры. Эти слова отзывались в моём сознании знакомым эхом. Как давно я знала? Я попыталась вспомнить. Пустота. Я стояла на дороге, окутанная густым сизым туманом. Даже разглядеть руку у лица можно с трудом. Но я знала, что нужно идти – позади была тьма, и она пугала больше, чем клубящееся ничто. Спустя пару шагов дорога резко нырнула вниз. Глубже. Я шла вперёд. В голове крутились бессмысленные обрывки услышанной где-то песни; прежние слова и ноты складывались в иные фразы. ... на первую ночь с неба грянул гром… Разрывающий уши треск, ослепительная ветвистая трещина, рассекшая туман над головой. Я не останавливалась. Ещё глубже. … на вторую же – дождь упал стеной… Ливень, возникший бесшумно, казался нереальным – но я вымокла до нитки. Идти становилось всё труднее, земля размокла, превратившись в жидкую грязь. Ещё через пару шагов дорога исчезла. Но останавливаться нельзя. Я шагнула в пустоту. Поток образов хлынул на меня, словно вода, прорвавшая плотину. Резкий холодный свет, запахи спирта, хлорки и горячего металла, жёсткие складки, впивающиеся в спину, озноб, миллионы игл, вонзившихся в тело. Судорога невероятной боли, выворачивающая суставы, дробящая кости, рвущая нервы. Бесконечная агония. Я задыхаюсь. Внезапно всё прекращается. Я парю в пустоте. «Эта не выжила. Давайте следующего». Незнакомый голос, низкий и бесстрастный. Его хозяин стоит прямо передо мной, но лицо скрыто тенью. Длинный коридор с белыми стенами. Лёгкость покидает меня и с криком, похожим на первый крик новорожденного младенца, столь же слабая, я оказываюсь там, внизу. Паника. Мне страшно. Я пытаюсь убежать, но ноги не слушаются. Падаю, поднимаюсь, бегу, спотыкаюсь и снова падаю. Нельзя останавливаться. Нельзя оставаться. Прочь! Вокруг – стены, скользкие от сырости и плесени, под ногами – чавкающее месиво. Вода поднимается, местами доходя до пояса. Я бреду вперёд. Дождь не прекращается до сих пор. До меня долетает его шум где-то далеко впереди. Я продолжаю идти. Что-то происходит. Нельзя останавливаться. Нельзя оглядываться. Скорее! Я просыпаюсь с криком. - Тихо, тихо, ты в безопасности, – чьи-то руки заботливо поддерживают меня. Эмиль – я узнаю её. Мне снился сон. Но как знать, не сплю ли я до сих пор? Эмиль усмехается. Её глаза вспыхивают красным. Я опять падаю – на этот раз в блаженный сон без сновидений.