На распутье двух дорог

Свадьба — весьма скучное действо. По крайней мере, Джаспер не ощущал ни веселья, ни тем более радости от вроде бы своего праздника. Уныло попивая сок, — увы, алкоголь запретили родичи Рафиля — альфа даже не пытался слушать пожелания каких-то далеких родственников, которых видел максимум пару раз в жизни и то в глубоком детстве. «Интересно, а все свадьбы такие?» — размышлял Джаспер. Нет, он, конечно, однажды был на свадьбе: Симона и Эша. Но мальчишник был таким бурным, собственно, как и сама женитьба, что Джаспер ничегошеньки не помнил. Кстати, друг очень расстроился, что не будет никакой выпивки, за что получил по голове от Эша. Слушая треп друзей перед церемонией, сам альфа, к своему стыду, всё пытался украдкой разглядеть живот омеги. Пока ничего видно не было, как бы он ни присматривался. Но предательский укол ревности Джаспер всё равно ощущал. Совсем рядом раздался тихий, но горестный вздох. Альфа глянул в сторону уже теперь своего мужа. Рафиль сидел, опустив глаза в пол. Он так и не произнес ни единого слова за целый день. Даже на церемонии вместо «да», парнишка просто удрученно кивнул. Джасперу немного было обидно, но вскоре он вновь вернулся в своё привычное отстраненное и безразличное состояние. Хотя юного мужа была даже жалко. Казалось, он едва ли не плачет, сидя на этом якобы празднике. И да, он не перестал бояться Джаспера. С той встречи они не пересекались — братья охраняли Рафиля как могли. Да даже сейчас время от времени стреляли глазами в их сторону. Ощутив вновь на себе чей-то проницательный взгляд, Джаспер не выдержал и нагнулся к омеге: — Может, прогуляемся? Рафиль вздрогнул, и альфа едва сдержался, дабы не поморщиться от досады, — он и правда такой страшный? — Прогуляемся? — переспросил омега. Он осторожно осмотрелся. — Но тут же гости. — Не прямо сейчас, — сказал Джаспер. — Когда они закончат нам желать всего хорошего и наконец-то отвлекутся на свои разговоры, тогда и пойдем. Ты же не против? Парнишка оказался не против. Вроде. Хотя по нему альфа вообще ничего не мог сказать, — выглядел он всегда так, будто его заставляли, и он покорно соглашался. Парень взял свой бокал и залпом выпил. Сложно будет, он уже это чувствовал. Джаспер еще долго кивал каждому, кто желал что-то их «счастливой» паре. Какой-то парад лицемерия, ей-богу. Симон и Эш красиво съехали с обязанности пожелать что-то молодым и за это им спасибо. Слушать полные лжи и натянутой радости слова от друзей Джаспер не хотел — хватило родителей. Даже папа поддался. Это самое обидное. Но строить из себя обиженного на весь мир альфа не собирался — слишком неблагодарное и бессмысленное дело. Да и сам он выбрал этот путь. Наконец-то гости увлеклись общением друг с другом. Джаспер тронул Рафиля за руку, привлекая к себе внимание, и незаметно кивнул на выход. Альфа, вновь проверив, чтобы никто не следил за ними, встал и помог подняться мужу. Парень по всем правилам приличия даже дверь придержал. Этот ресторан нравился ему из-за выхода в сад. Собственно, хоть что-то ему нравилось в своей свадьбе. Уже был вечер, и на улице посвежело. Джасперу даже стало прохладно, но возвращаться обратно он не хотел. Альфа покосился на плетущегося рядом, со все еще с опущенной головой, Рафиля. — Тебе не холодно? — поинтересовался парень. Вообще он не испытывал большую обеспокоенность к состоянию омеги, хотя вроде должен был. Теперь они самые близкие друг другу люди, если не считать родителей. Парнишка судорожно замахал головой, хотя сам украдкой потирал руки от холода. Джаспер придирчиво осмотрел Рафиля, — неужто эта его хламида не греет? К слову, об этой одежде. — Ты покажешь мне свое лицо? Или я буду вынужден ограничиваться лишь твоими глазами? — как можно мягче и в шутливом тоне спросил альфа. А то вдруг, обидится или еще что. — Ну… — растеряно протянул омега. — Если вы… — Ты, — автоматически поправил Джаспер. — Если ты хочешь, то я могу снять. Когда они присели на лавочку, Рафиль осторожно снял свой головной убор — никаб, как помнил Джаспер — и отложил его в сторону. Наконец-то альфа смог увидеть в свете фонариков лицо, которое так долго от него прятали. Парнишка был красивым, этого не отнять: правильное и изящное лицо, по-детски пухлые губы и щеки, на вид мягкие и блестящие черные волосы. Классический красавец. Джаспер бы обязательно обратил на него внимание, встреть он омегу где-нибудь, но надолго, скорее всего, не запомнил бы. Разве что могли зацепить его экзотические восточные черты, — смуглая кожа и очень темные, практически черные, глаза, — но даже так, альфа вскоре о нем бы забыл. Таких красивых много. — Не нравлюсь, да? — тихо спросил Рафиль. Выглядел он потерянным и расстроенным. — И как в твою голову забралась эта мысль? — Просто ты смотришь как-то невесело на меня. Джаспер слегка приподнял брови. Неужели у него и правда такое лицо? Хотя доля правды в словах Рафиля была. Но все-таки показывать этого альфе не хотелось: напряжение в их отношениях ему не нужно. Не для этого он женился. — Ох, прости, — парень натянул улыбку. — Я просто задумался. Такое часто бывает. Впредь постараюсь себя контролировать, если тебе станет легче. Омега промолчал. Между ними повисла тишина, прерываемая лишь звуками проезжающих вдалеке машин и голосами из ресторана. Каждый раз, когда Джаспер пытался поймать взгляд Рафиля, парнишка только опускал глаза или отворачивался, а ведь они уже женаты. Хотя альфа заметил, что омега, думая, что он не видит, украдкой рассматривает его. Забавный малый. Слишком стеснительный, но тем не менее проявляет любопытство. Уже лучше, чем просто страх. Потому Джаспер сделал вид, что ничего не замечает и просто разглядывал сад. Внимание его привлекло большое дерево, — на самом деле редкость, обычно в таких садах только миниатюрные красивые растения и деревца. — О, я когда-то с такого же свалился, — внезапно даже для самого себя ляпнул Джаспер. Но эта кинутая фраза сразу же привлекла внимание Рафиля. Омега даже приблизился и взглянул альфе прямо в глаза — удивительная смелость для него! — Боже! За тобой никто не ходил, что ли? — Ходил? — Джаспер нахмурился. Странно звучит. Быть может, это всё из-за того, что омега иностранец и просто неправильно употребил слово. Хотя говорил он в целом неплохо и понятно… — Может, следил? — А велика разница? — Рафиль наклонил голову вбок. — Тебя сильно ругали, да? Джаспер хмыкнул. Его ругали, да. Правда, больше всех кричал на него Эш: и когда он лез на дерево все выше и выше, и когда свалился на землю как мешок с картошкой. Папа больше причитал и обвинял себя, отец же просто порадовался, что он не разбился. Помнится, тогда парень был даже рад, что упал, — так долго вокруг него Эш никогда не крутился. Ведь он хороший и заботливый друг, хоть и сварливый. На Джаспера вновь нахлынула хандра. Эш навсегда останется его хорошим другом. Просто другом. — Я когда-то с лестницы чуть не слетел. Так бегал по дому, — тихо сказал Рафиль. Альфа даже забыл о своих грустных мыслях об Эше. Он с трудом мог представить Рафиля, этого скромного и смиренного омегу, носящимся по дому. Парень даже не сдержал улыбки. Забавно. — Не могу себе этого представить, — признался Джаспер. — У тебя очень типичное представление о жизни в нашей стране! — альфа впервые услышал в голосе омеги хоть и тихое, но возмущение — он все-таки сохранял привитое в детстве уважение к сильному полу. — У нас все не так ужасно строго, как ты думаешь. Меня тогда отец и Салем поймали. И не отругали! Даже успокоили — я сильно испугался. Папе не сказали, он бы меня наказал. Так что у нас нормальное отношение к омегам. Кажется, Рафиль очень гордился таким поступком своего отца и брата. Заметно было, что он их любил и считал, что всё абсолютно нормально, хотя на месте омеги Джаспер бы давно взбунтовал или просто взвыл от такого неравноправия. Но Рафиля воспитали не так и нечего от него просить несбыточного. — Ну, прости. Всё наша разница в культурах сказывается. Дальше разговор у них пошел о каких-то мелочах, но Джаспер был рад хоть этому. Правда, больше Рафиль на альфу смотреть не пытался и все его эмоции можно было прочитать по лицу — все-таки хорошо, что омега его открыл. Джаспер заметил, что парнишка уже не знал, куда деть свои руки. Рафиль при этом увлеченно рассказывал о своем маленьком брате Азизе. Если новоиспеченный муж заболеет, ему выскажут по полной. Потому, желая точно убедиться, что пора идти, Джаспер взял омегу за руку — она и правда была холодна, словно лед. Парнишка осекся на полуслове и испуганно дернулся в сторону. Глаза его стали огромными, он покраснел, — неужели настолько можно смутиться от одного прикосновения? — Прости, что прервал. Но ты замерз. Идем уже обратно, — спокойно и с улыбкой сказал Джаспер. Только сейчас альфа понял, что зря схватил его. Опять испуганное лицо. Главное, чтобы это хрупкое сближение между ними не рухнуло, и они не вернулись к изначальной точке. Рафиль растерянно кивнул, торопливо натянул никаб. И на миг Джасперу показалось, что парнишка отдалился. Их ухода даже не заметили, — и никто не обратил внимание, когда молодожены вернулись на свои места. Хотя с неприятной болью альфа отметил, что ушел Эш. И Симон, ясное дело. Джаспер достал телефон, спросить хотя бы чего не подождали попрощаться, но сразу заметил, что у него довольно много сообщений от Симона, а звук с вибрацией были отключены: альфа вспомнил, что сам выключил их перед церемонией. «Джаспер, ты где?» «Нам надо уйти» «Вейлан, ответить. Эшу не очень хорошо!» «Мы не можем уйти просто так» И все в таком роде: Джаспер быстро читал их и расстраивался всё больше и больше, хотя по сути виноват сам. Последнее сообщение до конца альфа читать не стал. Ему хватило начала: «Прости». Он не мог винить друзей. Ребёнок, беременность — это очень серьезно, и он ни за что на свете не стал бы их держать и не обижался. Но избавиться от неприятного осадка не мог. Как бы сильно разумом он этого ни желал. — Ты расстроен, — еле слышный комментарий Рафиля прозвучал до того грустно, что сердце сжималось. Джаспер быстро спрятал телефон. — Просто устал немного, — как можно более беззаботно проговорил альфа. Впрочем, вышло довольно неправдоподобно.

***

Джаспер, нагнувшись над телефоном, мокрыми пальцами третий раз быстро набрал сообщение Симону, а затем и Эшу. Он не мог получить ответа ни от одного из них и это раздражало. Парень одергивал себя каждый раз, говорил сам себе, что ему не стоит волноваться так сильно, но он всё равно вновь и вновь набирал сообщения. А что, если с ним что-то серьезное? Схватив полотенце, Джаспер наскоро вытер руки и набрал Симона. Друг долго не брал трубку, но парень был настойчив. Нетерпеливо стуча пальцем по умывальнику, Джаспер с надеждой и нетерпением вслушивался в каждый гудок. Он чуть было не вздохнул от облегчения, когда трубку взяли, но тут же стушевался. — Ты задрал, Вейлан! — раздраженно рявкнул Симон. — Эш только заснул, а ты пишешь и звонишь. Иди к черту! — Извини, я просто хотел узнать, как он себя чувствует! — несколько растерянный резким тоном обычно добродушного друга проговорил Джаспер. — Если прекратишь трезвонить, то будет вообще отлично. Всё, пока! — Звук надо отключать, раз так! — огрызнулся напоследок альфа и едва сдержался, дабы не сжать несчастный телефон в руке. Что ж, думал Джаспер, он мог понять Симона. Альфа очень сильно волновался, вот и сорвался. Муж и ребёнок важнее друга. И всё равно грустно. Джаспер тяжело вздохнул и протер запотевшее зеркало. Ему стоит вернуться мыслями к своему супругу. Их вдвоем привезли в новую квартиру, в которую Джаспер являлся пару раз: просто глянуть одним глазом, где ему предстоит жить. Теперь-то альфа был недоволен, что отнесся с безразличием к выбору: квартира казалась ему чересчур большой и оттого пустой. Холодной. Но ничего не поделаешь. Парень вытерся полотенцем и наскоро высушил волосы. Как же ему не хотелось идти к Рафилю. Он опять закрылся в себе, как только они сели в машину. Начал нервничать, снова никак не желал и слова вымолвить. Джаспер тогда сдержал тяжелый вздох. Что с ним таким пугливым делать-то? Уже оставшись в квартире наедине, альфа почувствовал ужасное напряжение, повисшее между ними. Вещи Рафиля уже перевезли и омега поспешил разбирать их. — Поздно уже, — сказал Джаспер, когда заметил, что вещей доставалось всё больше и больше. — Достань все, что нужно для сна, а завтра уже разберешься. Эта обычная фраза буквально парализовала омегу. Но больше трогать беднягу Джаспер не захотел. Пусть хотя бы попытается расслабиться и осознать свое положение. Повесив полотенце на место, альфа направился в спальню. Там было тихо. Джаспер даже не сразу заметил сидящего на краю кровати Рафиля, — он даже не снял никаб. Зато послушался альфу и оставил свой чемодан в покое. — Если хочешь в душ, то можешь идти. Омега медленно покачал головой. — Тогда раздевайся. Ох, и неправильная же фраза была. Альфа буквально почувствовал ужасный страх Рафиля. Так вот в чем дело. Теперь понятно, почему омега так боится быть с ним наедине, да и вообще остерегается. Всё ясно. — Ты не подумай, я имел ввиду переодевайся. Я пока не собираюсь с тобой спать, — успокоил бедного Рафиля альфа. — Но диван слишком узкий… — затравленно пробормотал омега. — Ты опять не понял. — Вздохнул Джаспер и сел рядом с мужем, осторожно взяв его за дрожащую руку. Альфа подумал, что надо бы научиться говорить прямо — следует помнить, что парнишка всё-таки иностранец. — Не волнуйся, Рафиль. Спать не в прямом смысле. Имелось ввиду, что сексом с тобой заниматься я пока не намерен. Мы с тобой мало знакомы. Лучше привыкнуть друг к другу, а затем жить как альфа с омегой. Ты согласен со мной? Или ты, быть может, хочешь?.. — Нет! — воскликнул парнишка. И наконец-то вновь взглянул ему в глаза — теперь с благодарностью и облегчением. — Спасибо. Я этого очень боялся. — Не бойся. Я не причиню тебе зла, — убедительно проговорил Джаспер. Рафилю явно стало намного легче, и он даже повеселел. Скрывшись от альфы, он переоделся, лег на свою часть постели и довольно быстро заснул. Прислушиваясь к его дыханию, Джаспер подумал, что вряд ли будет и в будущем причинять ему боль и зло. Всё-таки он его супруг и с ним еще жить всю жизнь.