На распутье двух дорог

— Ты сегодня к Брайанам пойдешь? Настороженный голос Рафиля звенел в полной тишине квартиры. Редко такое бывало: дома всегда шумел либо телевизор, либо Даниэль. Но омега словно заразил всех своим настроением. Обычно бодрствующий в это время ребёнок спал. Стоило Джасперу разбудить сына, как Даниэль расплакался, и альфа оставил его в покое. В любом случае он не планировал возиться с малышом сегодня. — Они О`Брайаны, — поправил мужа парень, надевая самые легкие туфли. Наконец-то пора холодов минула, и можно было не кутаться. — А большая разница? — со странной ноткой в голосе спросил Рафиль. Джаспер предпочел не смотреть на него, — уж очень не хотел он видеть на его лице злость и едва ли не безысходностью, которые тенью лежали на нем уже долгие дни. — Ну, ты же не Халиль, а аль-Халиль. Тут такая же ситуация. — Я Вейлан. — Звонким голосом воскликнул омега. Джаспер на мгновение застыл. Его желания и планы бежали впереди него, раз он перестает контролировать свою речь. Всё же подняв голову, парень через силу натянул улыбку. Хотя сердце болезненно сжалось от печального лица Рафиля. — Ну да, я просто не так выразился. Омега ничего не ответил, только поджал губы. Едва только Джаспер встал, готовый отправиться по своим делам, парнишка словно очнулся ото сна. — Возьми, пожалуйста, с собой Данияла. Мне надо к врачу сходить, я его с собой не могу взять. Альфа сдержался, дабы не цыкнуть от недовольства на всю квартиру. Таскать за собой ребёнка — очень плохая идея, учитывая, что собрался делать Джаспер. — У тебя что-то болит? — Нет, просто диагностика, — Рафиль вдруг вновь превратился в того милого смущающегося мальчика, но в глазах всё равно читался страх и чуть ли не мольба, — узнать, могу ли я сейчас родить. Альфа изумленно замер. Но через мгновение изумление сменилось ужасом. По спине прошелся суеверный холод. Таких слов он не ожидал услышать — точнее, даже в страшном сне не хотел, дабы Рафиль говорил подобное. — Я не хочу второго ребёнка. Можешь проверить здоровье, но знай, что кроме Даниэля у нас детей не будет. И, не желая даже в глаза смотреть оторопевшему Рафилю, Джаспер пронесся мимо него. Невероятно быстро переодев сонного сына, альфа забрал его детское кресло поспешил убраться прочь из дома, — омега же, казалось, и с места не сдвинулся. Даниэль стал тереть глаза кулачками, когда парень пристегивал его. Малыш странно глянул на отца и спросил до ужаса серьёзным и непривычным для маленького ребёнка голосом: — Папа плачет? Джаспер замер, не до конца пристегнув его. Тяжело сглотнув, парень нервно посмеялся. — Нет, малыш, нет. И потому не надо тебе грустить, — погладив мальчика по щеке, сказал альфа. — Спи лучше. Слёз своего ребёнка ему не хотелось видеть. Тем более успокоить Даниэля было большой проблемой, особенно если дело касалось его драгоценного папочки. С одной стороны даже хорошо, что он забрал его с собой. Рафиль наверняка сейчас плачет, — на его нервы мальчик реагировал так же. Даниэль почти половину пути недовольно сопел и лопотал что-то едва понятное, но вскоре всё же вновь уснул. — Симон, Люц сейчас у вас? — поглядывая на сына через зеркало, спросил Джаспер. Альфа включил громкоговоритель и положил телефон на торпедо. Хорошо было бы отвезти сына к его дедушкам, но тех дома не оказалось. — Ммм, нет, — после недолго молчания сказал друг. — Он с Эшем гуляет. Думаю, это надолго, зная моего муженька. — Отлично. Оставив на всякий случай машину подальше, Джаспер осторожно взял Даниэля на руки, — тот даже не шевельнулся, продолжая мирно сопеть. Симон даже не удивился, увидев парня на пороге с мальчиком на руках. — А сам ты никак не можешь с ним посидеть? — Мне нужно сегодня много где побывать, я не могу тащить Даниэля за собой. Держи, — альфа бережно передал сына другу, мимолетно глянув на настенные часы. Успевает на встречу. — Только быстро, иначе Люц может его увидеть. Ты же ему не говорил о сыне? — Нет, конечно. Он бы от меня попросту сбежал. — Знаешь, это нечестно по отношению к нему. — Покачал головой Симон. Джаспер сжал губы, — ему-то не знать, что это нечестно. Но найти в себе силы сказать о сыне, а затем вновь бороться за Люца, парень никак не мог. Он прекрасно понимал, что омега не сможет жить с этим. И не выдержит — ему и так сложно было мириться с тем, что он рушит чужой брак. Нечего говорить про разрушение полноценной семьи. — Я быстро, честное слово, если что, зво… — начал было парень, как вдруг раздался скрип двери и радостный голос. Нет, только не это. — Джаспер, привет! Ты не говорил, что придешь сегодня. Люц подошел сзади и взял альфу за руку. Джаспер кинул злой взгляд на друга: тот и сам был обескуражен и напуган. «Что делать?» — эта мысль судорожно билась в его голове. Буквально сразу же внимание омеги привлек Даниэль на руках у Симона. Искоса глянув на парнишку, он со страхом находил на его лице настороженность. — А это кто? — Эрик. Это сын Симона и Эша. — Брякнул альфа. Он сказал это почти неосознанно и не сразу понял, что ляпнул глупость. Симон огромными глазами уставился на парня. Будь возможность, то покрутил бы пальцем у виска. Но, благо, включился в грязную игру. Прочистив горло, альфа улыбнулся Люцу и тихо покачал спящего мальчика на руках. — Да, Эрик. Мой сынишка. Родители привезли нам его наконец-то. Я бы вас познакомил, но он спит. Омега слегка склонил голову набок, внимательно рассматривая мальчика. Джаспер крепко обнял его за плечи, молясь, дабы невнимательность парнишки спасла хотя бы сегодня. И вера в слова альфы. — А на фотографиях он другой. — Так ему на них несколько месяцев. Дети сильно меняются. Секунды тянулись ужасно медленно, — Джаспер даже забыл, как дышать в этот момент. Но лицо омеги разгладилось, и он улыбнулся. — А где Эш? — пытаясь уйти от неприятной темы, спросил Симон — В торговом центре. А меня попросил кое-что забрать из дома и вернуться, — отстраненно ответил парнишка. Его внимание было приковано к другому. — Милашка такой. Можно подержать? Симон от этого вопроса совсем растерялся и неопределенно пожал плечами. Парень не успел решить, позволять ли Люцу держать на руках сына или нет, как парнишка забрал мальчика к себе. — Такой легенький! А почему он всё еще спит? — разглядывая личико малыша, с интересом поинтересовался омега. — Не буди его! — чуть было не воскликнул Джаспер. Люц удивленно посмотрел на альфу и медленно кивнул. С невиданной ранее осторожностью он, держа на руках мальчика, пошел в гостиную. Симон, едва парнишка скрылся из виду, сразу приблизился к парню чуть ли не вплотную. — Эрик, значит?! Знаешь, как мне противно врать? — шепотом, с жаром, возмутился альфа. — А что мне надо было делать? — так же тихо, но не менее эмоционально спросил Джаспер. — Прямо здесь и сейчас всё выложить? Я не идиот. — Не идиот, конечно. Просто лгун. Парень подавил тяжелый вздох. Ему и правда хотелось открыться Люцу до самого конца, дабы между ними не было никаких недомолвок. Но он слишком хорошо знал омегу. Парень иногда представлял, как признается Люцу о Даниэле, и даже в его воображение это не заканчивалось ничем хорошим. Конечно, парень безмерно любил своего сына, но теперь откровенно жалел, что повелся на предложение Рафиля. Не будь Даниэля, он бы давно развелся с мужем, и всем было бы хорошо: и Рафилю, и Люцу, и тем более самому Джасперу. Погрузившись в свои раздумья, он не сразу заметил ехидное выражение лица Симона, пока друг не ткнул его в плечо. — Не боишься, что уйдет от тебя Люц? — С чего мне бояться? — спросил альфа. — Ну, у тебя точно есть соперник. Джаспер хищно прищурился. Ревность медленно, но верно застилала разум. Но парень постарался держать себя в руках — он не может позволить себе идти на поводу у чувств, пусть и таких сильных. — Маленький и милый, — со смехом кивнул Симон в сторону гостиной. Парень бросил недоуменный взгляд на друга и, немного пройдя вперед по коридору, заглянул в комнату. По спине прошелся холод: Даниэль всё же проснулся. И теперь увлеченно игрался с Люцем. — Чёрт… — Да ладно, — протянул рядом Симон, — он тебе очень доверяет, видимо. Поверил же. — Даниэль не любит чужих людей, — прошипел альфа, внимательно следя за каждым движением сына и омеги. Мальчик что-то говорил парнишке, тот с улыбкой его слушал и иногда отвечал. — Люц что-то не так сделает, и он плакать начнет. Меня звать. Я не смогу не подойти. — Вот не пойму, кого в тебе больше: отца или любовника? На лице Симона теперь не было ни капли смеха, а лишь задумчивость и серьезность. Даниэль тем временем касался пирсинга Люца, а затем своего лица, словно ища такие же штуки у себя. Омега рассмеялся и покачал головой, погладив мальчика по волосам и пухлым щечкам. Удивительно, как они смогли поладить: парнишка никогда не проявлял особой любви к детям, а Даниэль в принципе опасался чужих. — Тата! — вдруг воскликнул мальчик, заметив слежку, и потянулся в сторону Джаспера. Симон отреагировал мгновенно: он тут же подошел к ребёнку и, взяв его на руки, быстро унес, не дав опомниться. — У него глаза такие темные. Никогда подобного не видел, — заметил омега, подзывая к себе парня. — Но Эрик очень хорошенький. — У дяди Макса, папы Эша, точно такие же. У него кровь горячая, — быстро соврал альфа, усаживаясь рядом. Проверив, ушел ли Симон, Люц придвинулся к парню и положил голову на его плечо. По привычке Джаспер обнял парнишку за плечи и притянул к себе ближе. — Мне надо в школе показаться. — Немного нервно сказал омега. — Они мне хоть за то, что я жив, оценки поставят. — Я тебя отвезу чуть позже. Мне сегодня кое-куда попасть надо, так что днем поедем, думаю. Люц согласно кивнул и зевнул. Эш мог замучить кого угодно, но Джаспер не позволил бы остаться парнишке здесь. Когда-нибудь он откроет свою тайну омеге, но это точно не должно случиться сегодня. Потом. Обязательно.

***

Джаспер едва сдерживал улыбку и рвущееся наружу ликование. Ему казалось, что весь мир словно перевернулся. Дорога, ранее всегда казавшаяся ему отвратительной, не причиняла никаких неудобств. Драгоценная бумага лежала в дипломате, а заветный подарок в кармане штанов. Будто грели его. Но единственное, что омрачало настроение парня — кислое и встревоженное лицо Люца. Сначала альфа считал, что омега просто устал ходить с Эшем, но вскоре заметил, что тот вечно трогает живот и кривится. — Тебе плохо? — нахмурившись, спросил парень, слегка сбавляя скорость. Альфа потрогал лоб Люца: горячий. Не хватало ещё, чтобы заболел. — Странно себя чувствую. Живот болит. — Пожаловался омега и прижался виском к холодному стеклу. Он частенько так делал, что всегда поражало Джаспера: разве это удобно? — Я вздремну, разбудишь. Парень кивнул, не скрывая беспокойства. Парнишка и раньше жаловался на боли, но теперь это стало больше волновать Джаспера. Всё время он поглядывал на дремлющего Люца, пока в нос ему не ударил запах — сильный, сладкий, тягучий и переполненный феромонами, способными свести с ума любого альфу. Аромат течного омеги. — Чёрт! — выругался Джаспер и сразу свернул с дороги, остановив машину. В призрачной попытке подавить свои инстинкты, он закрыл нос, стараясь не дышать. Альфа потрогал Люца за плечо, на что тот отреагировал мгновенно, застонав. — Люц, ты за циклом не следишь, что ли? Почему ты таблетки не принял? Омега приоткрыл глаза и мутным взглядом обвел всю машину, остановившись в конце на Джаспере. Фантазия рисовала совершенно причудливые образы, как альфа хватает парнишку, срывает всю одежду, укладывает на заднем сидении или вообще затаскивает на себя… Парень мотнул голову, прогоняя свои мысли. Омега взял горячими пальцами его за руку и притянул к своим губам. — Я не знаю, оно само… Не должно было… — тяжело дыша, сказал Люц. И вдруг он стал целовать и облизывать пальцы альфы. — Эй, не надо! Успокойся, я тебя прошу! — взмолился Джаспер, с трудом подавляя желание наброситься на омегу. Срочно надо было дотянуться до бардачка: там, помнится, Рафиль ещё с их поездки забыл подавители, а альфа забывал их отдать. — Люций! Омега вдруг жалобно всхлипнул и протянул руки к парню. — Джаспер, Джаспер… И в это мгновение его выдержка сломалась. Парнишка, словно уловив ход его мыслей, перелез на заднее сидение. Альфа лишь успел достать припрятанные в бардачке презервативы — он их всегда тут хранил, с тех пор, как завязал подобные отношения с Люцем. Никогда подобным он не занимался в тесном авто, но пути назад не было. Едва только Джаспер заставил Люца силой выпить таблетки и омега стал нормально соображать, как он тут же натянул на себя плед и закутался, словно пряча свою наготу от альфы. Будто ещё чего-то он не видел у омеги. Парень ухмыльнулся, поглядывая на красное лицо Люца. Конечно, телу альфы было очень хорошо и приятно от вязки с течным омегой, но разум твердил, что он совершил ошибку. — Я надеюсь, ты надел?..– с опаской спросил омега, неловко ерзая. — Конечно. А что? — Джаспер стал судорожно вспоминать, действительно ли с презервативом всё было нормально или из-за спешки он неправильно его надел и тот порвался? Альфа его выбросил почти сразу, так что проверить не было возможности. Да нет, вроде нормально всё. Но сомнения не отпускали. — Дай-ка я проверю. Альфа потянулся к омеге, собираясь уложить его и стянуть плед, но Люц, покраснев, отбился ногами. — Не надо ничего проверять! Я просто спросил! — омега сильнее закутался в плед и буркнул: — Дурак. Джаспер улыбнулся и, ударившись головой о потолок машины, всё же перелез на место водителя. Надо было ехать в городок Люца, но силы куда-то делись. Краем глаза он заметил, как нагнулся вниз парнишка и что-то поднял с пола. — У тебя из кармана выпало, — проговорил омега, как вдруг парень узнал вещь в его руках. Резко развернувшись, Джаспер выхватил бархатную коробочку. Ох, как можно быть таким растяпой?! Не так, не сейчас. — Джаспер?.. Парень быстро думал, что же соврать омеге, но увидев его напряженное лицо, решил, что оно того не стоит. Значит, так надо. Вздохнув, альфа, снова едва не ударившись головой, перелез к Люцу. С трудом втиснувшись между сидений, Джаспер неловко стал на одно колено. — Честно, я хотел это сделать не так. Не в машине, когда ты в пледе… Не романтично. Ну, да ладно. Милый, я больше не хочу быть любовниками, прятаться. Я хочу, чтобы ты всегда был рядом. Я люблю тебя. В общем, не мастер я долгих речей, поэтому, — альфа протянул коробочку и открыл её. Это кольцо он выбирал ужасно долго, переживал, дабы оно понравилось омеге, — ты станешь моим мужем? Люц растерянно открыл рот, но не смог произнести ни звука. Он, как Даниэль, потер кулаками глаза и покачал головой. Будто пытался проверить, реально ли всё это. — А как же?.. Джаспер, не дав договорить парнишке, быстро потянулся к своему дипломату и достал оттуда бумагу. Не скрывая улыбки, он протянул её омеге. Люц взял документ подрагивающими руками и большими глазами читал, казалось, каждую строчку. — Осталась только подпись моего скоро бывшего мужа. А её я получу, можешь не сомневаться. И ты не ответил: согласен выйти за меня? Омега прошептал что-то одними губами. — Прости? Я не услышал. — Да, — чуть громче сказал парнишка и поднял на альфу полные счастья глаза. — Да! Да! Конечно! Джаспер больно ударился головой, когда Люц неожиданно налетел на него с объятиями. Но он совершенно забыл о боли, крепко и любовно обнимая парнишку. С души словно камень свалился. Теперь всё будет хорошо. Осталась лишь малость.