Пройти дорогой счастья или награда найдёт своего героя!

Закончив с уборкой, он вышел в гостиную и обнаружил там Минато. Тот сидел на диване и перебирал какие-то свитки, но, увидев Наруто, отложил их в сторону. — Что-то ты не в настроении, — заметил он. — Да нет, всё нормально, — соврал Наруто, усаживаясь в кресло напротив. — Тебе неуютно с нами? Вопрос прозвучал так просто и искренне, что Наруто не сразу нашёлся с ответом. Он долго молчал, глядя в сторону, а потом всё-таки решился: — Почему ты сегодня... ну, тогда, в больнице... забрал меня? Почему вы так легко меня приняли? Вы ведь меня совсем не знаете. Минато не удивился. Он словно ждал этого вопроса. — Потому что ты наш сын, — сказал он спокойно. — Мы любили тебя ещё до того, как ты родился. И любили все эти годы, пока искали. Ты не чужой, Наруто. Ты член этой семьи. Всегда им был. — И что это должно означать? — спросил Наруто, чувствуя, как предательски дрожит голос. — Это означает, что мы никуда не денемся, — Минато встал и потрепал его по волосам. — А теперь спать. Завтра бабушка Чи обещала начать с тобой тренировки. Поверь, тебе понадобятся силы. Наруто кивнул и поднялся в свою комнату. Закрывая дверь, он услышал, как Минато тихо добавил: — Спокойной ночи, сын.

***

Ночью его разбудил не шум, а ощущение. Словно воздух в комнате стал плотнее. Он открыл глаза и оказался в подсознании. Знакомая канализация, знакомая клетка, и за ней — очень недовольный Курама. — Так если тебя всего-то нужно было долбануть по голове, чтобы ты начал нормально общаться с семьёй!.. — прорычал лис. — Если бы я знал, сделал бы так с самого начала! — Эй, Курама! А где это я? — нервно озираясь, уточнил Наруто. — В смысле?! — растерялся лис. — Я только что был в комнате, а теперь... Дверь в его спальню открылась, и на пороге возник Минато. — Наруто, что ты делаешь? — с любопытством спросил он, рассматривая подростка, замершего посреди комнаты в странной позе. — Четвёртый?! — воскликнул Наруто. — Ну да, — подтвердил Минато. — То есть... мы же договаривались, что ты постараешься называть меня «отец». Хотя бы дома. — А?! «Наруто, заткнись! И просто соглашайся!» — запаниковал лис. «Что?!» «Быстрее! — заорал Курама, видя, каким взглядом Четвёртый рассматривает его носителя. — Час от часу не легче». «Погодите-ка... Я в другом измерении? Речь-то стопроцентно человеческая, так почему я ничего не понимаю?!» «Потому что ты идиот! Это реальность! Ты просто заснул и проснулся! А теперь скажи что-нибудь, пока он не решил, что у тебя опять отшибло память!» Наруто захлопал глазами и наконец выдавил: — Э-э... Отец. То есть... пап. Я просто... тренировался? Минато улыбнулся уголками губ. — Посреди ночи? В темноте? Стоя на одной ноге? Наруто опустил взгляд и с ужасом обнаружил, что действительно стоит на одной ноге. Наверное, замер посреди шага, когда Курама выдернул его в подсознание. — Это новая техника! — выпалил он. — Похвальное усердие, — кивнул Минато, и в его голосе слышалось сдерживаемое веселье. — Но завтра рано вставать. Ложись спать. — Так точно! Когда дверь закрылась, Наруто рухнул на кровать и уставился в потолок. Сердце колотилось где-то в горле. «Курама», — мысленно позвал он. «Чего тебе?» «Я, кажется, назвал его отцом. Дважды». «Ну да». «И он улыбнулся». «Ну да». «И... мне понравилось». Лис вздохнул — так тяжко, словно нёс на себе все грехи этого мира. «Идиот. Я же говорил: семья — это не так уж плохо». Наруто закрыл глаза и улыбнулся. Завтра будет новый день. Первый день, когда он попробует называть их «мама» и «папа» не случайно, а осознанно. И, кажется, это будет не так уж страшно.

***

Кабинет Минато в домашнем крыле особняка был куда меньше и уютнее, чем парадный в резиденции Хокаге. Здесь пахло чаем, старой бумагой и едва уловимым запахом табака — Тору успел наследить даже тут. Когда Наруто, поддерживаемый Кушиной, переступил порог, внутри уже собрались все, кого он ожидал увидеть: Минато за столом, Шикаку, развалившийся на диване с таким видом, будто жил здесь уже лет десять, Узумаки Чи, прямая как струна, в кресле у камина, и Шиничи, стоящий у окна. Тору, разумеется, тоже был там — в самом тёмном углу, с неизменной трубкой в зубах. — Проходи, садись, — Минато указал на свободную подушку. — Это не допрос. Просто разговор. Наруто осторожно опустился на место, ощущая на себе пристальный, оценивающий взгляд бабушки. Узумаки Чи выглядела именно так, как он воображал: властная, с тяжёлым узлом седеющих алых волос и глазами, которые, казалось, видели насквозь. — Итак, — произнесла она без предисловий, — Узумаки Наруто. Похищен в младенчестве, выжил, потерял память, обучался у этого бездельника, — она коротко кивнула в сторону Тору, который выпустил кольцо дыма с самым безмятежным видом, — и в итоге оказался здесь. Я изучила твои анализы и чакру. Сомнений нет: ты — внук мне, и кровь Узумаки в тебе чистая, как горный ручей. Отныне ты под защитой клана. — Спасибо, ба… бабушка Чи, — Наруто запнулся, чувствуя, как горят щёки. — Благодарить будешь потом, — она чуть смягчилась. — Сейчас важно другое. Что ты помнишь о тех, кто тебя держал? О месте, где тебя прятали? Любая мелочь может стать решающей. Шиничи отлепился от стены и приблизился, доставая свиток и кисть. — Закрой глаза, — сказал он спокойно. — Представь первое, что приходит, когда думаешь о плене. Наруто послушался. Перед внутренним взором сразу всплыла картинка: тёмные стены, плесень, мерный звук падающих капель. И запах. Не только сырость — что-то приторное, сладковатое, как гниющие водоросли, как дохлая рыба на берегу. — Море, — выдохнул он. — Я слышал чаек. Чувствовал соль. Значит, это был остров или побережье. — Уже хорошо, — кивнул Шиничи, делая пометки. — Ещё. — Много коридоров, дверей. За одной всегда горел свет. Там жил старик, он приходил раз в день. Никогда не говорил, откуда он. Но один раз сказал: «Эти земли прокляты водоворотом». И велел не ходить к северной бухте, потому что там «конец всему». В комнате стало очень тихо. Чи и Шиничи обменялись быстрыми взглядами. Минато заметил: «Земли, проклятые водоворотом» — так называли архипелаг, где когда-то стояла их родная деревня. А северная бухта — там находился старый храм Дракона. — Продолжай, — попросил Минато. — Больше ничего особенного, — вздохнул Наруто. — Потом меня перевели в другую камеру, где я вообще ничего не чувствовал. А потом я очнулся в пещере, один. — Пещеры Зуба, — пробормотал Тору, вынимая трубку изо рта. — Та самая дыра, где я его нашёл. Глухое место, но я там обнаружил следы пространственной техники. Кто-то умеет открывать порталы. — Порталы, старый храм, пещеры… — Шикаку выпрямился на диване. — Это не просто похищения. Они ищут что-то, связанное с наследием Узумаки. Какой-то артефакт, знание. И для этого им нужны члены клана. — Или джинчуурики, — тихо добавил Шиничи, глядя на Наруто. Наруто невольно поёжился. Курама в подсознании навострил уши: «Артефакт? Знание? Эти идиоты всерьёз хотели использовать меня как батарейку? Пусть только попробуют ещё раз». — Мы должны опередить их, — сказал Минато. — Тору, что с базой, которую ты нашёл? — Сегодня там собирается мелкая сошка. Будет курьер, — Тору зевнул. — Если взять его живым и тихо, узнаем следующий шаг. — Действуем сегодня, — заявил Шиничи. — Мои люди готовы. — Погодите, — вмешалась Кушина, которая всё это время молча стояла у дверей. — Наруто ещё слишком слаб. И он только что вернулся в семью. Неужели нельзя дать ему хотя бы день? — Именно потому, что он вернулся, мы должны его защитить, — мягко возразил Минато. — Лучшая защита — нападение. Но я согласен: в бой он не пойдёт. — Ещё чего! — Наруто вскочил на ноги. — Это из-за меня всё началось! Я должен быть там! — Сядь, — сказала Чи негромко, но так, что Наруто немедленно сел. — Ты пойдёшь, — добавила она, и Минато удивлённо приподнял брови. — Не как участник. Ты пойдёшь со мной и Шиничи. Твоя задача — заблокировать портал, если они попробуют сбежать. К тому же тебе пора начинать осваивать родовые техники. Тору присвистнул. Старая Чи явно взялась за внука всерьёз. Оставшуюся часть дня Наруто провёл, знакомясь с младшими братьями и сёстрами. Близнецы Акане и Широ оказались на редкость серьёзными: девочка немедленно засыпала его вопросами о лекарственных травах, а мальчик просто стоял рядом и кивал, но по взгляду было понятно — он уже считает нового брата своим. Тройняшки устроили соревнование, кто больше раз рассмешит Наруто, и победила Сора с пантомимой про то, как Таро гонялся за кошкой. Фудо пришёл на закате. Он молча сел рядом на веранде, и они долго смотрели, как небо из алого становится лиловым. — Я всегда знал, что ты жив, — сказал наконец Фудо. — Даже когда родители перестали верить. — Я тоже тебя чувствовал, — ответил Наруто. — В снах. Будто часть меня потеряна. Теперь нашлась. Они переглянулись и без слов поняли друг друга. Ночь спустилась на Коноху. С крыши особняка было видно, как зажигаются огни в квартале Узумаки и на монументе Хокаге. Наруто, в новой одежде — тёмно-оранжевом жилете поверх чёрной рубашки, что сшила Кушина, — стоял рядом с Шиничи и Чи, ожидая сигнала. Внизу Минато инструктировал отряд АНБУ. План был прост: проникнуть, захватить курьера, изъять всё, что можно. Если повезёт — выйти на главаря. — Волнуешься? — спросил Шиничи. — Нет, — Наруто сжал и разжал пальцы. — Курама рвётся в бой. Говорит, хочет лично увидеть тех, кто посмел надеть на него намордник. — Я слышал эту историю, — усмехнулся Шиничи. — Передай ему, что мы ценим его энтузиазм. Вспышка чакры возвестила о начале. Чи вытянула ладонь, и в воздухе замерцала печать перехода — врата, открываемые лишь мастерами клана. — Вперёд, — скомандовала она. — И помни, внук: в бою побеждает не сила, а хитрость. Будь хитрее. — Даттебайо, бабушка, — улыбнулся Наруто и шагнул в сияющую арку вслед за остальными.