Пройти дорогой счастья или награда найдёт своего героя!

Тройняшки закончили рассказ, и в комнате повисла тишина, которую почти сразу разорвал смех. Сора хохотала, привалившись к спинке кровати, Ю колотил ладонью по одеялу, а Рю, сохраняя невозмутимость, лишь чуть заметно улыбался одними уголками губ. — Представляешь? — выдавил Ю, вытирая выступившие слёзы. — Папа — Хокаге, Жёлтая молния, а с тремя карапузами справиться не мог! — И утёнка этого до сих пор хранит, — добавила Сора. — В шкафчике над полотенцами, как память. — Хранит, — кивнул Рю. — Это была его первая победа в неравном бою. Наруто смеялся вместе с ними. Он пытался вообразить Четвёртого Хокаге — того самого, чьё лицо смотрело на него с монумента, — бегущего по коридору за голым трёхлеткой, с мокрой головой и несчастными глазами. Эта картина была настолько живой и тёплой, что внутри что-то мягко щёлкнуло и встало на место. Впервые за долгое время он смеялся не для того, чтобы спрятать боль, а потому что было по-настоящему, до колик смешно. Но смех постепенно стих. На краю веселья кольнуло знакомое чувство — тихая, щемящая пустота. Он попытался представить себя на месте Рю: маленьким, в тепле, с отцом, который пусть и забыл утёнка, но всё равно возился с ним, не сдавался, не уходил. У него такого не было. Вместо этого — холод, темнота камеры и тихий голос старика, который учил его медитации, чтобы он смог выжить. Сора заметила первой. Её смех оборвался на полувздохе, и она, мгновенно оказавшись рядом, обняла Наруто за плечо. — Ты чего? — спросила она без жалости, но с той особенной прямотой, которая была у всех детей Намикадзе. — Ничего, — Наруто неловко повёл плечом. — Просто… у меня такого не было. Утёнка, и всего такого. Ю нахмурился, переглянулся с Рю и уверенно кивнул, словно приняв важное стратегическое решение. — Теперь будет. Утёнок у нас есть, а папа натренировался. На семерых детях — знаешь, какой из него теперь специалист? — Я уже большой для купания с утёнком, — хмыкнул Наруто. — Папа и не для таких старается, — авторитетно заявила Сора. — Вон, Рю до сих пор иногда… — Я храню, — перебил Рю ровным голосом. — Просто храню. Это разные вещи. — Ага, хранишь, — фыркнул Ю. — Под струёй воды, и чтоб никто не трогал. Я видел. Наруто снова рассмеялся, и на этот раз тёплая волна внутри была сильнее привычной пустоты. Тройняшки разрумянились, загалдели, наперебой вспоминая подробности, и не заметили, как в дверях появился Таро. Он обвёл комнату взглядом, скрестил руки на груди и вздохнул. — А ну, мелочь, брысь. Брату отдых нужен, а вы тут рыночную площадь устроили. Тройняшки недовольно загудели, но послушались. Сора на прощание чмокнула Наруто в щёку, Ю хлопнул по плечу, Рю молча кивнул. Они выскользнули в коридор, и в комнате стало тихо. Таро присел на край постели. Наруто заметил, что привычного раздражения в его глазах больше нет — только что-то, похожее на тщательно спрятанное облегчение. — Как ты? — спросил он, глядя куда-то на подоконник. — Жить буду, — привычно отозвался Наруто. Потом помолчал. — Сенсей. То есть… брат. Спасибо. За то, что не бросил меня тогда. Таро дёрнул плечом. — Я твой наставник. Бросать ученика — нарушение кодекса. — Ага, — Наруто хмыкнул. — А я-то думал, это потому, что я тебе как родной. Тишина затянулась, но потом Таро, не меняя каменного лица, тихо фыркнул. Это вполне можно было назвать смехом. — Идиот, — бросил он почти ласково, поднимаясь. — Отец просил зайти в кабинет, когда сможешь ходить. Бабушка Чи хочет тебя видеть. Надень что-нибудь поприличнее. Когда он вышел, Наруто спустил ноги с кровати, чувствуя, как просыпаются мышцы, и улыбнулся.

***

Прошло несколько днец с тех пор, как Наруто открыл глаза в комнате с жёлтыми цветами на подоконнике. Три дня, наполненных бульонами, визитами Рин-чан, проверяющей его каналы, и осторожными прогулками по коридорам особняка, которые всякий раз заканчивались столкновением с кем-нибудь из младших. Сегодня утром он впервые чувствовал себя достаточно здоровым, чтобы спуститься к завтраку самостоятельно, без поддержки Кушины или Таро, и это казалось ему маленькой победой. Однако реальность, как всегда, превзошла ожидания. Стоило ему шагнуть в гостиную, как мимо вихрем пронеслась Сора, преследуемая Ю с явным намерением отобрать у неё какую-то блестящую заколку. За ними, не отставая, бежала Акане и громко требовала прекратить безобразие. Широ застыл посреди комнаты с выражением вселенской усталости на лице. Рю, сидя на подоконнике, что-то сосредоточенно чертил в маленьком блокноте, не обращая внимания на творящийся вокруг хаос. Фудо, с забинтованной рукой, но уже при катане, тихо разговаривал с Таро в углу. И посреди всего этого великолепия стоял Четвёртый Хокаге с чашкой чая в руке и блаженной улыбкой наблюдал за происходящим. — Доброе утро, Наруто, — поприветствовал он сына, не повышая голоса, но умудряясь быть услышанным сквозь шум. — Присоединяйся, пока булочки не кончились. Наруто осторожно пробрался к столу, стараясь не попасть под горячую руку — или, скорее, под горячие пятки — младших. Усевшись на свободное место между Широ и Рю, он принялся за завтрак, стараясь не выдать своего смятения. В этот момент Минато, отхлебнув чаю, с хитрым прищуром посмотрел на него. — Удивлён? — спросил он, кивая в сторону носящихся детей. — Немного, — честно признался Наруто, прожёвывая булочку. — Он тоже мой сын, — заметил Минато, указывая на Фудо, который как раз помогал Таро собирать рассыпавшиеся свитки. — Как и все они. — Но... — Наруто запнулся, пытаясь подобрать слова. Ему хотелось спросить: как вы справляетесь? Как вы не сходите с ума от этого бедлама? И главное — как мне вписаться во всё это? — Многие так реагируют, когда видят мою семью, — Минато, казалось, прочитал его мысли. — Я знаю, что это может показаться странным... — Да нет, не то чтобы странно. Я видел и больше, — буркнул Наруто, вспомнив одну деревню, где у старосты было тринадцать отпрысков. Те, правда, не носились со скоростью шиноби и не владели техниками. — ...для семьи шиноби, а тем более Хокаге, — продолжил Минато, не обратив внимания на его реплику. — Ведь всё моё внимание должно принадлежать деревне. Он улыбнулся — той самой тёплой, уютной улыбкой, от которой у Наруто снова защемило сердце. Он отвёл взгляд и уткнулся в тарелку, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами. — Я думаю, это здорово — иметь любящую семью, — тихо сказал он наконец. — Ох, прости, Наруто, я не хотел... — начал Минато, но Наруто уже нацепил на лицо привычную беспечную улыбку. — Да всё в порядке. Я просто ещё не привык, что у меня теперь есть... всё это, — он обвёл рукой комнату, где как раз Ю и Сора, забыв о ссоре, дружно пытались залезть на плечи Широ, а Акане с Рю что-то обсуждали, склонившись над его блокнотом. Фудо, оказавшийся поблизости, внезапно замер и пристально посмотрел на Наруто. — Твои глаза... — А? Что с ними? — Они опять нормальные... — Фудо дёрнул брата к себе и, удерживая за голову, всмотрелся в его зрачки. — Да что с тобой?! — возмущённо оттолкнул его Наруто. — Чего ты меня хватаешь всё время? — Прости. Просто показалось, что они начали краснеть, как тогда, в лесу, — тихо объяснил Фудо, игнорируя удивлённые взгляды остальных. Таро нахмурился, Рю оторвался от блокнота, и даже младшие притихли. — Тебе показалось, — твёрдо сказал Минато, но обменялся быстрым взглядом с Таро. — Наруто, ты как себя чувствуешь? Никакой странной слабости? Чакра не колеблется? — Нормально я себя чувствую, — пожал плечами Наруто. — Курама говорит, что всё под контролем. «Почти под контролем, — проворчал лис в подсознании. — Твои эмоции скачут, как перепуганные зайцы, и мне приходится их сглаживать. Расслабься уже».

***

День тянулся медленно. Наруто всё ещё был ограничен в физической активности, поэтому его развлечения сводились к наблюдению за жизнью особняка. Он заметил, что Таро умудряется поддерживать порядок, почти не повышая голоса, а Широ обладает талантом успокаивать Акане одним лишь взглядом. Тройняшки то и дело норовили втянуть его в свои игры, но всякий раз натыкались на мягкий запрет Кушины. Сама Кушина хлопотала по дому с удвоенной энергией, и к вечеру стало ясно, что она затеяла что-то грандиозное. — Праздничный ужин! — объявила она, появляясь в гостиной, когда солнце уже клонилось к закату. — В честь возвращения Наруто. Все за стол через двадцать минут. И чтобы были чистыми и причёсанными! Младшие радостно загалдели и разбежались по комнатам. Наруто попытался улизнуть следом — шум и суета утомляли его больше, чем он ожидал, но Фудо перехватил его у лестницы. — Не вздумай прятаться, — предупредил он. — Мама воспримет это как личное оскорбление. И тогда... — И тогда что? — Увидишь. Наруто предпочёл не проверять. Ужин удался на славу. Стол ломился от блюд: рамэн, овощи, рыба на гриле, рисовые колобки, маринованные сливы и что-то сладкое на десерт. Вся семья расселась вокруг стола — Кушина и Минато во главе, по бокам дети вперемешку: Таро, Фудо, Широ, Акане, тройняшки и, наконец, Наруто, которого усадили между Сорой и Рю, явно в качестве почётного гостя. Первые несколько минут прошли в относительной тишине — все были заняты едой. Но вскоре младшие разговорились. Ю и Сора наперебой рассказывали о том, как днём помогали соседке искать сбежавшего кота (того самого, которого уже спасали в прошлый раз), Акане хвасталась новым фуин-свитком, подаренным бабушкой Чи, а Рю время от времени вставлял едкие комментарии, заставляя остальных смеяться. Даже Таро позволил себе улыбнуться, когда Сора, изображая «Кровавую Хабанеро», случайно опрокинула чашку с чаем прямо на колени старшему брату. — Прости, Таро-нии-тян! — пискнула она, но глаза её блестели озорством. — Я запомню это, — пообещал он, вытирая лужицу салфеткой, которую тут же протянула ему Кушина. Наруто, неожиданно для себя, расхохотался. Смех подхватили остальные, и на мгновение все забыли о войнах, заговорах и потерях. Это была просто семья. Обычная, шумная, сумасшедшая семья. К концу ужина Кушина, которая за весь день ни разу не присела, тихо уснула прямо за столом, положив голову на скрещённые руки. Минато улыбнулся и поднялся. — Так, дети, тихо. Мама устала. Он накинул ей на плечи одеяло, которое словно по волшебству возникло в его руках. — Спасибо за еду, — прошептал Наруто, и остальные подхватили шёпотом. — Наруто, поможешь убрать со стола? — так же тихо спросил Минато, подхватывая жену на руки. Младшие уже разбредались по комнатам под присмотром Таро и Широ. — Ладно, — кивнул он, на этот раз без возражений. — Иди. Минато благодарно улыбнулся и унёс Кушину наверх. Наруто остался в опустевшей столовой. Он создал пару теневых клонов и принялся собирать посуду.