невесомая нежность

*flashback*

Стоя в дверном проеме, ведущем в гостиную, Бекхён наблюдает как Чонин, сидя на диване, сжимая в объятьях очередную бутылку чего-то явно по крепче чая, безмолвно сверлит стену увешанную фотографиями прежней жизни, которая стала лишь воспоминанием. - Снова за старое? А ты ведь говорил, что в прошлый раз была последняя бутылка, - вздыхая Бекхён проходит вглубь комнаты, чтобы усесться рядышком с Чонином, ставшим за несколько месяцев неотъемлемой частичкой потускневшей жизни Бэка. И плевать, что эта частичка была цвета серого пепла сигарет и болотного, либо хрустально прозрачного оттенка бутылок алкоголя. - Отстань, - за несколько месяцев Чонин понял, что Бекхён не так сильно ругается, в отличие от Сехуна и Лухана, по поводу повышения градуса, с последующими глотками из разных бутылок. Ким понял, он не один такой, кто задолбался мусолить пустые дни, отличающиеся лишь датой на заставке телефона. Ему совершенно точно надоело ждать чего-то, что возможно никогда не наступит. Именно поэтому двое, одинаково застрявших в своем прошлом, отчаянно пытались выбраться из этой пучины, хватаясь друг за друга совместными разговорами за обедом в палатах, частыми встречами между стеллажей супермаркетов и закоулках улиц. - Чонин, ты же знаешь, я хочу помочь.Ты ведь мне помог, - Бекхён тянется за бутылкой, что в руках Чонина, чувствуя чужой взгляд, прикованный к его запястьям. Перед Чонином можно не скрывать белые зарубцевавшиеся полоски на левой руке. – Поэтому тебе больше нельзя, а мне можно, - все же вырвав из рук Кима бутылку живительной воды, Бэк чувствует на губах прикосновение холодного стекла, делая несколько глотков с горла бутылки, корчась от слишком неприятного вкуса и обжигающей внутренности жидкости. - Чонин? - облокачиваясь на подлокотник дивана и закинув ногу на ногу, Бэкхён рассматривает фотографии на стене напротив, которые увидел еще вчера, в первый раз напросившись в гости к Киму. - М? - Расскажи мне о Кёнсу, - в первый раз за все время он решается узнать, что-то помимо имени того парнишки, полного жизни и до боли счастливого на тех фотографиях, в отличие от того, что он видел каждый раз заходя в палату. - Зачем? - Мне интересно. Расскажи, как вы познакомились. - Я не хочу, - Чонину так хочется высказаться, выплакаться, он уже не в силах постоянно сидеть в пустых уголках квартиры и рассказывать самому себе веселые истории о прошлом, чтобы не забыть ни одного момента связанного с Кёнсу. Но не хочет делить свои воспоминания ни с кем, кроме До. Он отнекивается каждый раз, когда кто-то спрашивает о том, кто является его единственным счастьем в этой огромной Вселенной. - Ну пожалуйста, я очень хочу, - неожиданно для самого себя Бэк хватается за рукав тонкой шерстяной кофты Чонина, останавливая и заставляя себя сесть обратно. - Вот, хочешь, я расскажу, как мы с Чанелем познакомились? Ах-ха-ха! Это такая веселая история!- Чонин смотрит прямо в эти темно-карие глаза и все еще не понимает, как два разных человека, так одинаково могут согревать одним лишь взглядом. -…А потом он мне значит говорит: «Тогда переезжай к нам!». Представляешь, в каком недоумении я оказался, мало того, что мою пропавшую собаку отказался мне возвращать, еще и умудрился такое ляпнуть, - едва улавливая суть истории, Чонин задумавшийся о чем-то своем, наврятли бы смог заметить, как притягательная улыбка Бекхёна хорошо скрывает его чуть подрагивающий голос и проступавшие прозрачные слезинки под слегка прикрытыми веками. Поддержка друг друга - важное составляющее этих отношений. Потребность в нежности, заботе, то, что необходимо каждому из них, то, что оба готовы были не только принимать, но и отдавать от всего сердца. Их симпатия не зародилась с первой встречи, и не родилась через день, и даже не через неделю. Они понемногу с каждым днем закладывали все новые кирпичики в фундамент новой жизни, смазывая их достаточным количеством нежности и заботы. - Так что насчет Кенсу?- Бекхён смахнув несколько капель слез со своей щеки, все с той же улыбкой заглядывает в глаза Чонина, с любопытством ожидая выслушать его историю. - Кёнсу, - поднимая взгляд на фотографии Чонин, нервно сглатывает и покусывает нижнюю губу, вспоминая как впервые увидел До. - Я в него больше не влюблен. На миг Бекхён ощущает как воцарившаяся тишина гулко отдается где-то в сердце, словно это было сказано ему. Ожидание услышать прекрасную сказку вовсе не оправдалось. Буквально на себе ощущая боль услышанного, Бекхёну отчаянно хочется ее заполнить и может быть, так же помочь Чонину, что наверняка борется с противоречивыми чувствами. Закрыв на миг глаза, Чонин чувствует легкое прикосновение губ Бекхёна, который целует мягко и осторожно, давая ощутить вкус недавно выпитого спиртного. Бекхён чувствует, как сильно Киму нужна любовь и он готов ее ему дать. Не настойчиво, тягуче медленно, по миллиметру придвигаясь ближе всем телом, касаясь ладонью щеки Чонина, он целует верхнюю губу, проталкивая свой язык дальше, чтобы столкнуться с чужим, в то время как внутри все переворачивается. Эти двое никогда не услышат, как разбивается уже в сотый раз, с каждым новым поцелуем, сердце одинокой души, застывшей перед разворачивающейся картиной. Они не услышат как До выкрикивает проклятья в их сторону, как рванув с места, он ищет укромный уголок квартиры. Никому нет дела до потерявшегося себя в пустоте Кенсу, никому. Ведь эти двое заняты, строя свой маленький мирок покинутых, где находят уединение лишь дыша друг другом и в котором вовсе нет места третьей душе. Бекхён ощущает на своих губах рваное частое дыхание Кима, прервавшего поцелуй. Но доли секунды хватает, чтобы перестать дышать и покрыться мурашками от прожигающего диким холодом взгляда Чонина. - Я в него не влюблен, я его люблю. Я его больше, чем люблю, если это возможно и даже если невозможно. Кёнсу для меня все. Люблю с первой нашей встречи. Я понял это сразу же как только увидел, тогда в местном кафе за школой, тогда, еще 5 лет назад. Именно там, я впервые услышал его прекрасный голос, когда он напевал друзьям какую-то песню, прямо за столиком. Всегда отрицал любовь с первого взгляда, но это… его голос, образ и глаза и мир тускнеет, в горле пересыхает, а сердце, вырываясь из груди, стонет, когда он не рядом. Разве ты не должен чувствовать тоже к Чанёлю? – Бекхён впадает в ступор от столь резких заявлений, совсем не находя оправдания ни себе, ни своим чувствам, ни действиям, он лишь шепчет. - Но только что… - Ты никогда не заменишь его, никто не заменит, - подойдя почти в плотную к стене с фотографиями, Чонин произносит тихое «прости», поглаживая ладонью его любимое фото, на котором двое человек сидят за столиком в кафе. – Бекхён, - из страны так и недостроенного мирочка, Бэка возвращает голос Кима. – Можешь поспать на диване, я буду тебе другом, только, пожалуйста, больше не делай так, - Бекхён многозначительно кивает головой, как послушный пес, который принимает все замечания. – Завтра ведь у нас выходной, так что даже не вздумай меня будить, понял, друг? – Необычайно легкая улыбка озаряет лицо Чонина, который подойдя вновь к Бекхёну, поднимает с дивана допитую бутылку. – Думаю пора завязывать с этим, да?