Селезень

POV Юрий Хованский.

      Я будто бы привалился прямо в ад, в самое пекло, в какой-нибудь круг, где жгут грешников с наклонностями алкоголиков и курильщиков. А ещё - эгоистов, раздолбаев и пропагандистов. Мне почему-то кажется, что Дима - мое спасение. Будто бы я способен искупить все свои грехи только одним лишь способом - я должен помогать другим, потому что раньше я никогда этого не делал. Дыхание Ларина тихое и удивительно ровное, даже не похоже на то, что он притворяется. "Сумасшедший ты кретин",- выдыхаю я в темноту, но не получаю ответа. Уж точно спит - Дима бы не оставил такое без внимания.       Утро следующего дня наступает для меня не слишком типично: первое, что попадается на глаза - это отсутствие рядом Ларина. Хорошо, что я хотя бы помню, где нахожусь, впервые в жизни, кажется, не было такого дурманящего ощущения потерянности - организм подыскивает версию, где бы ты мог заснуть. Я знал все и сам, прекрасно знал. Нужно ещё пять минут, вот и все. Я ворочаюсь туда-сюда, открываю и закрываю глаза, но мысли не покидают головы. Дмитрий Ларин, наверное, какой-нибудь суицидальный шизофреник. Такое вообще есть? Да это неважно, ради этого придурка и не такое изобретут. Он режет себя, он жрет таблетки, где здесь вообще хоть что-то похожее на адекватное поведение? Нужно было выбираться отсюда, искать выход. Ходить по улицам, встречать людей, звонить, писать, кричать о помощи. Я просто хотел домой, по-детски хотел увидеть родные стены собственной квартиры, услышать голоса дорогих мне людей и забыть обо всем этом, как о страшном сне. Но нет, я торчу здесь, в этом полумрачном помещении в компании суицидника. Может, это чистилище? На пороге комнатушки, которая, кстати, была уже хорошенько убрана и даже протерта от тонкого слоя пыли, остановился Ларин. Он был одет в домашние штаны, футболку и халат поверх всего, а взгляд его не выражал ничего ясного. "Идём."-бросает он, окидывая меня взглядом,-"Хватит лежать." Такой приказной тоже вводит меня в ступор, я давлюсь своим негодованием, но тут же возвращаю себя в реальность - Господи, разве я ждал чего-то другого? "И куда ты зовёшь меня? Вступить в свою секту придурков с бритвами?"-ощетинился я, медленно шлепая в сторону кухни. Увиденное, честно сказать, немного шокировало. Дима сделал два кофе, приготовил какие-то сандвичи, а возле чайника красовалась кастрюля с рисовой (или манной?) кашей. Неужели он - хозяюшка? Невольно мои брови сходятся на переносице - у меня есть знакомый друг-психиатр, который ясно дал знать, что психически нестабильные люди не ухаживают ни за собой, ни за другими, и уж тем более их крайне редко тянет на выполнение каких-то домашних дел. Дима молча садится на табуретку и начинает есть. То, что он сейчас старательно прожевывает, напоминает шпинатный пирог. Я пока что не знал, что это за еда, как стоит вообще на это реагировать и что говорить, поэтому замер в дверном проёме, как статуя. Но такая экспозиция моего соседа не устроила. "Сядь." "Ты что, всегда будешь мной командовать? Завязывай, утка." "Я лучше твой язык завяжу. Узлом морским каким-нибудь."- шипит в ответ Дима, запивая пирог кофе. "Дохуя гостеприимный типа",- не выдерживаю я, но тут же почему-то поправляюсь,-"Ладно, херня. Спасибо." Вкус всей еды кажется мне ярким и очень даже приятным. Это заряжает энергией, да так, что мне становится непросто сдержать глупую улыбочку. Ларин позаботился обо мне - неважно почему, на самом деле. Из чувства благодарности или вины? Может быть. Но сейчас на это все равно, главное, что это случилось, ведь было так необходимо.       Вечер с Кузьмой оказывается простым часовым разговором, во время которого я то и дело прислушивался к звукам в соседней квартире, а не к голосу друга. Мы не пили пива, мы не ели рыбу. Мы просто говорили, что так нетипично для нас обоих. Гридин ничего особенного мне не выдал, и весь "шерлоковский" план канул в лету. И вообще все совершенно точно пропало, когда я снова обнаружил себя сидящим в Ларинской квартире напротив ее хозяина. Мы пили чай. Много молчали. И этого, похоже, было достаточно нам обоим. "Ты пришёл, чтобы снова лечь со мной спать?"- Дима задал прямой, даже немного бестактный вопрос, на который я уже, конечно, знал ответ. "Да ты же..",- я хотел начать свою любимую тираду о том, как все вокруг неправы, особенно Ларин в своих нечестивых помыслах, но что-то остановило меня. Не надо, вот и все. "Мне просто хорошо здесь. В этой квартире",- поспешно поправился я, облизывая ложку, которой только что помешивал свой чай из чужой кружки. "Это твоя кружка",- обыденным тоном произнёс Дима, пряча усмешку. Ему явно доставляло удовольствие то, что я не имею понятия о том, что здесь происходит. "В каком смысле? Почему она моя?"- осторожно, прямыми вопросами я пытаюсь добиться ответа. Надеюсь, это у меня получится. Если же все это - злая и совершенно не смешная шутка (в стиле Ларина), то я сваливаю. Нахрен это все нужно? "Потому что ты пил из неё пиво, когда оставался у меня",- терпеливо поясняет в ответ хозяин квартиры, допивая свой напиток и переключаясь на мягкое овсяное печенье. "Но... Она... Совсем не пивная."- брякнул я первое, что пришло в голову. Дима пожал плечами: "Я тоже говорил это. Тебе же все равно." Мой мозг уже не выдерживал. Не было сил терпеть этот цирк больше, ненавижу, когда меня водят за нос. Ненавижу вообще чувствовать себя ведомым. Это будто бы демонстрирует мою слабость, которой, вроде бы, нет. "А ну хватит",- я злюсь, говоря это, да так, что поднимаюсь с места. Не хочется срываться на Диме, но уже просто не хочется мучить себя лишними догадками. "Почему я ночевал у тебя? Как давно мы соседи? И почему? Вряд ли это какая-то случайность, и я убью тебя, если попытаешься что-то зажопить или промолчать." Ларин не выглядел напуганным. Когда я встал с места, ни один мускул на его теле не дрогнул. Это немного раздражало, ведь я знал, что выгляжу довольно грозно, когда выступаю подобным образом. "Все, Юра",- блоггер тоже встал, но не для того, чтобы показать себя, а для того, чтобы убрать за ними посуду,-"На сегодня хватит разговоров." "Нет уж, соизволь сказать",- я даже прикрыл ему выход своим телом, но услышал только краткое "Если остаёшься, закрой двери на замок и возьми второе одеяло, по коридору и направо." Я ненавижу загадки, и я всегда знал, что за Диминым молчанием и поведением что-то скрыто. Он будет молчать до конца? Посмотрим, далеко ли этот его "конец". Все знают, что Хованский все равно добьётся своего, даже если это будет стоить ему неимоверных усилий или даже репутации. Аааа, простите, что давно не писалось ничего ! Скоро будет продолжение, да такое, что, уверяю, всем очень даже понравится. Неожиданная развязка в следующей главе и откровения от Дмитрия Ларина :)