Пари во время сиесты

      Раздражающе громкий звонок ее телефона раздался, что удивительно, в три часа ночи, и это было, пожалуй, самое неподходящее время для разговоров — ну кому в голову придет звонить за полночь? А главное — зачем? Первой мыслью было предположение о том, что Люк захотел поболтать, но Ханна вспомнила, что он тоже спит порой дольше, чем сама Макклейн, и отбросила эту мысль.       Потом, правда, уже сообразила, что спит рядом с ним. — Алло, — Ханна протерла глаза и зевнула, прикрывая рот рукой. Прочитать имя на ярком дисплее не получилось — глаза резало так, что они слезились. — Кто это? — Сюрприз, Ханни, — на другом конце раздался до боли знакомый голос, чересчур громкий, и Макклейн от неожиданности села на кровати, распахнув глаза. Она думала услышать кого угодно: брата, родителей, вдруг соскучившегося Вэлеско. Но никак не Нессу, которая, по идее, должна была сейчас сидеть в их с Ксавьером квартире в Нью-Йорке и составлять план рассадки гостей на свадьбе. Хотя, учитывая врожденный прагматизм Нессы, все необходимые списки готовы были еще до того, как Ксавьер сделал ей предложение. — У тебя, наверное, еще рано... — Я бы сказала, уже поздно, но продолжай. Что-то случилось? — Нет, — фыркнула Морриган. — Хотя, это с какой стороны посмотреть. Помнишь, ты рассказывала о своем споре с Роном и этим испанцем, который вас, бездомных, временно приютил? Так вот, ликуй. Твоя подруга смогла выбить поездку в Мадрид, чтобы взять интервью у, внимание, Антуана Гризманна. Ты понимаешь, что я могу прихватить тебя в качестве стажера, и ты сделаешь свою фотку?       Ханна тихонько рассмеялась, аккуратно и тихо ступая по полу в сторону кухни. Ей жутко не хотелось будить Люка: он так мило закутался в одеяло и уткнулся носом в подушку, что разрушать такую картину было бы кощунственно. Девушка выскользнула из комнаты, прикрывая за собой дверь. Темноты, она, конечно, не боялась, но идти по мрачному широкому коридору было несколько волнительно и некомфортно. А вот на кухне было светло и без включенных ламп, ведь из широкого панорамного окна, пробивался свет вечно бодрствующего Мадрида. Ханна присела на высокий стул и оперлась рукой на барную стойку. — Хочешь сказать, ты ради моего выигрыша в споре готова прилететь в Испанию и написать статью об одном из самых непопулярных видов спорта в Америке? Несса, ты серьезно? — А что тебе не нравится? — воскликнула Морриган, притворно возмущаясь. Признаться, настолько хорошее настроение было несвойственно Нессе. Она бы, скорее, в первой же фразе упомянула что-то похожее на «моя смерть подойдет быстрее, чем ты к телефону». Однако Ханна услышала только веселый щебет милой Несс, словно она вдруг решила примерить на себя роль диснеевской Белоснежки. — Я тут сижу в зале ожидания, ем мороженое — карамель с солью самый лучший вкус, знала? — и считаю минуты до вылета, поэтому, полагаю, если ты собралась меня переубеждать, то поздно. Да и потом, это замечательный повод для встречи, Свити. — Несса, ты выпила? Волнами твоего внезапно проснувшегося жизнелюбия даже меня сносит. Чтобы ты понимала, между Мадридом и Нью-Йорком пять с половиной тысяч километров. — Не хочу показаться занудой, — протянула Морриган, — но, во-первых, пять тысяч семьсот шестьдесят девять километров, а во-вторых, могла бы просто сказать «спасибо» или, в крайнем случае, «я буду ждать тебя». В конце концов, Ханни, мы не виделись уже кучу времени. Я же скучаю... — Ладно, — выдохнула девушка. — Извини, я просто все еще сплю. Несса, я правда очень рада, что ты прилетишь. Немного неожиданно ты мне это сообщила. В три часа ночи, к слову, но значения не имеет. Во сколько тебя встречать? — В двенадцать часов и тридцать минут по вашему времени, — проговорила Несса. — Я буду ждать, Ханни. А, и не забудь прихватить своего благоверного. Интересно посмотреть на человека, которому удалось... ну знаешь, провести Великую Французскую революцию и завоевать Бастилию. — Морриган, — угрожающе проговорила Ханна, стараясь не рассмеяться. Но, наверное, уж лучше было слушать шутки из раздела «Ханна-вечная-недотрога-Макклейн», чем думать, что Несса выпила для храбрости. — Если у него будет вечерняя смена, то да, непременно попытаюсь уговорить его. — С нетерпением жду встречи. И с тобой, и с Люком.       Ханна улыбнулась, положив на столешницу телефон и перевела взгляд на открывавшийся из окна вид на Мадрид. Наверное, кухня в квартире Люка была самым ее любимым местом, хотя бы потому, что Макклейн сама мечтала о жилье с подобной планировкой и панорамным окном в столовой. Чтобы утром — или, к примеру, вот так вот ночью — сесть на стул с чашкой кофе и смотреть на мегаполис. Город, который не засыпает, живет и дышит вместе с каждым человеком, бродящим по его улицам. Вот она, жизнь, прекрасная в каждом своем проявлении. Ханна терпеть не могла философию, но иногда ее мысли могли развиваться в совершенно ненужном ключе, и девушка легко убегала в самые дебри рассуждений о жизни и ее красоте, о смерти и ее неизбежности, о расставании и его последствиях. Девушка в последнее время часто думала именно о последней теме, потому что на электронном календаре в ее смартфоне было обведено довольно красивое число «17». А это означало, что у нее с Люком оставалось совсем уж мало времени. Потом она уедет в Шеффилд, а осенью переберется в Лион — мечту всей ее жизни. И город, в университет которого она смогла поступить. Возможно она бы попыталась уговорить Люка поехать с ней, если бы не видела того, как светятся его глаза, когда он говорит о Мадриде и Испании. Здесь его дом, даже несмотря на то, что родился Люк во Франции. Девушка вздрогнула, когда на ее плечо опустилась тяжелая рука Люка. Она слегка повернула голову в его сторону и улыбнулась. — Проснулся, а тебя рядом нет. Неужели кофе так захотелось? — Как видишь, просто сижу. Никакого кофе, — вздохнула девушка, поворачиваясь лицом к французу. — Мне звонила подруга. — Которая живет в Америке? Журналистка, точно. Ты упоминала пару раз. — Да. Она завтра, хотя, получается, уже сегодня, прилетает в Мадрид, чтобы взять интервью у, — Ханна хмыкнула, — кое-кого. Ты не мог бы... — Встретить? — улыбнулся Люк, проводя пальцами о раскрытой ладони Ханны. Девушка хихикнула и дернулась, впервые подумав, что щекотка не так уж и раздражительна. — Во сколько? — На самом деле, я действительно думала попросить тебя поехать со мной, потому что Несса ну просто мечтает увидеть тебя. В половину первого, ты говорил, что днем свободен, верно? — Да, свободен, — протянул Люк, и Ханна почувствовала некоторое неудовольствие в его голосе. — Несса, да? Что же, встретим твою подругу. В конце концов, твою просьбу я не могу проигнорировать, раз уж Несса настолько тебе близка. — Роднее, чем сестра.

***

Ханна не ожидала, что посетит аэропорт раньше двадцать девятого мая, однако Несса, стоит признать, и правда умела удивлять. Хотя, в общем-то, назвать подругу любительницей всего внезапно происходящего язык бы не повернулся. Макклейн знала, что Несса была человеком планов, расписаний и ежедневников — а иначе просто и не успеть исполнить все задуманное. Но поездка в Мадрид, Ханна была уверена, абсолютно точно могла считаться совершенно внеплановой. Девушка переступила с ноги на ногу, всматриваясь в пеструю толпу. Лица-лица-лица, тысячи разных и ни одного знакомого. В этом весь минус людных мест: когда хочешь найти в нем кого-то, всегда теряешься в многообразии ярких красок и пустоте. Парадоксально, но именно в окружении тысячи людей человек может почувствовать себя максимально одиноким. Наверное, Ханна в очередной раз убедилась бы в верности своей теории, если бы не Люк, крепко сжимающий ее плечи. Рядом с ним и речи об одиночестве идти не могло. Девушка, приподнявшись на носочки, постаралась рассмотреть выходы из аэропорта. Но было две основных проблемы: весьма низкий рост и настолько же низкое зрение. Ханна раздраженно смахнула волосы с лица и нетерпеливо провела пальцем по времени, высветившемуся на экране блокировки. — Шуэт, не нервничай. Ты сейчас телефон, — на этих словах Люка гаджет выскользнул из ее руки и с шумом, затонувшем среди гомона толпы, приземлился на пол, — выронишь. Сколько он у тебя уже раз встречался с полом? — Ровно столько, сколько нужно для того,чтобы он ни с того, ни с сего начал выключатся, — пожала плечами Ханна, поднимая устройство. — Просто Несса бы не стала задерживаться просто так, без причины. Она бы уже позвонила, если... — Ханна, я здесь от силы двадцать минут, а уже готова идти и получать официальное гражданство!       Из толпы, откуда-то справа, неожиданно вынырнула высокая, но очень юркая девушка с черными волосами. Глаза ее озорно блестели, а на губах играла веселая улыбка. Несса едва ли не сияла от счастья, поправляя надетую набок синюю кепку с белой надписью «Я люблю Мадрид», завершающуюся кривобоким сердечком. Макклейн от неожиданности подпрыгнула, хлопнула в ладоши, а уже через секунду повисла на шее Морриган, которая, смеясь, прижала девушку к себе. Ханна тяжело вздохнула, наконец понимая, что Несса здесь. Ее Несса рядом. Видеться получалось не чаще, чем раз в год, и это если повезет. Учитывая постоянное место жительства Нессы в Нью-Йорке, что, по сути, являлось пребыванием на другом конце света, Ханна не могла позволить себе летать к подруге постоянно. А Несса просто была настолько занята, что не успевала даже высыпаться. О каких поездках друг к другу могла идти речь? Именно поэтому обе девушки невероятно радовались появившейся возможности увидеться здесь, в Мадриде. Впрочем, наверное, они были бы счастливы любой встрече, даже если бы она длилась не больше двух часов и состоялась в аэропорту. — Свити, я так рада видеть тебя, — словно прочитав ее мысли, проговорила Несса, отстраняясь. — Мне кажется, или ты подросла? — Не издевайся, Несс, — закатила глаза Макклейн, осматривая подругу с ног до головы. Что-то в ней казалось Ханне странным. Цвет волос и привычка неброско краситься остались, но, к примеру, Ханне показалось, что лицо Нессы стало едва бледнее, да и в общем она выглядела иначе. — Ты как-то... изменилась, что ли. Только не могу понять, как именно. Не в том смысле, что... Хотя, с каких пор это ты носишь такие платья? — Что тебя не устраивает, Эр? — Несса незаметно подмигнула, назвав подругу этим именем, а Ханна спокойно выдохнула. — Я люблю платья, сама знаешь. Ну поменяла немного стиль, захотелось, — Морриган повела плечом, улыбаясь. А потом она посмотрела на спутника Ханны, и уголки ее губ едва дернулись. Дрогнувшую улыбку Ханна, конечно, заметила, — в конце концов, она слишком давно знала Нессу, а потому легко распознавала перемены в ее настроении, — но вида не подала. — А это... Ох, Люк, полагаю? — Очень приятно с Вами познакомиться, — улыбнулся молодой человек, склоняя голову в приветственном кивке. Ханна прикусила губу, стараясь не задать прямо сейчас тысячу вопросов из разряда «Ну как он тебе?» и «Что думаешь?». В общем-то, примерно через секунду это желание отпало, когда Макклейн увидела настороженно-оценивающий взгляд подруги, направленный в сторону Люка. Француз приподнял брови в немом вопросе и посмотрел на Ханну. Девушка развела руками и неопределенно покачала головой.       После минуты игры в «гляделки», Несса все-таки улыбнулась, протягивая Люку ладонь для рукопожатия. Он несколько растерялся, но все-таки ответил. Морриган хмыкнула, и это было похоже на жалкую попытку сдержать смех. — Взаимно, Люк. И давай на «ты», не на работе, вроде бы. Эстер, он определенно лучше Дерека. По крайней мере, не похож на дистрофика с судимостью за наркоторговлю. Ладно, может быть немного и на дистрофика, но хотя бы без героиновых синяков. Одобрено, подтверждено, ты нам подходишь. Спортом занимаешься? — всю фразу Несса произнесла так быстро, словно выпустила автоматную очередь в своих собеседников. — Что ты так на меня смотришь, Свити? Хочешь поспорить по поводу того, что у твоего парня подтянутая фигура? Ты можешь попробовать, но мой жених — военный, и в этом я, поверь, разбираюсь лучше. Да и опыта побольше. — Несса-а-а, — протянула девушка, закрывая лицо руками. Щеки уже, кажется, были пунцовыми. Однако Морриган все-таки не понимала причины этого. Она беспечно пошла вперед, просматривая что-то в телефоне. Ханна вздохнула, неловко улыбаясь Люку, переплела свои пальцы с его и направилась следом за подругой. — Лучше бы рассказала, как долетела. — Прекрасно, — фыркнула Несса, высматривая свободное такси. Макклейн забавлял тот факт, что подруга уже вела себя так, словно прожила в Мадриде, минимум, полгода и свободно ориентировалась в пространстве. — На самом деле, гораздо хуже, чем я могла бы себе представить. Ноги отекли так, что пришлось прямо в самолете сменить джинсы и футболку на платье, а спину вообще, кажется, сейчас напополам разломит. А еще эта еда из самолета... Свити, никогда — слышишь? — никогда не бери рыбу! Теперь не могу смотреть на любые блюда. — Вот беда, — улыбнулся Люк, — я как раз собирался пригласить вас двоих пообедать. — Пообедать? — оживилась Несса, а затем задумалась. — Я передумала, это очень заманчиво звучит, но я бы проголосовала за «поужинать». В конце концов, за знакомство ведь нужно выпить. А валяться в пьяном бреду до восьми вечера немного противоречит моим убеждениям. — Несс, тебе стоит напоминать, что я не пью? — осторожно поинтересовалась Макклейн, складывая руки на груди. — Я бы и тебе не советовала... — Молчи, дитя. Не пьет она, ну-ну. От одного бокала красного вина никто не умер, это, знаешь ли, даже для здоровья полезно. В конце концов, мне это жизненно необходимо. Свити, ты хоть представляешь, что значит быть невестой? Это же одно сплошное мучение. Поэтому я предлагаю вечером зайти в какое-нибудь кафе, съесть паэлью и выпить вина. Кто-то против? — Я, вообще-то, тоже не пью с некоторых пор. И освобожусь не раньше девяти часов вечера, полагаю, что это немного поздн... — Нисколько, — хмыкнула Морриган, беспечно улыбаясь. — Вот и будете со своей принцессой сидеть, лимонад из трубочки тянуть. Хотя... а приводи кого-нибудь из своих друзей, Люк. — Несса... — Снова молчи, дитя. Вместе веселее, да и потом, мне очень интересно узнать побольше о твоем, скажем, el principito, — девушка улыбнулась Люку, а тот в ответ рассмеялся. Ханна непонимающе нахмурилась и еще раз мысленно отругала себя за то, что учила испанский спустя рукава. — Не переживай, Свити, это не оскорбление. Почти.

***

      Уже когда Ханна с Нессой выходили из такси, Люк, поймав ладошку Макклейн, улыбнулся девушке, легко поцеловал ее в губы и сообщил, что Несса, как он считает, одна из самых странных девушек, которых ему посчастливилось встретить. Однако сказано это было так восхищенно и по-доброму, что губы Ханны непроизвольно растянулись в счастливой улыбке. Прошептав напоследок «спасибо», девушка выскочила из такси и, захлопнув дверь, потянула подругу за руку. — Вэлеско я предупредила, что мы придем. Он ни разу о тебе не слышал до сегодняшнего дня, поэтому был слегка удивлен, что я вернусь не одна. — Оу, так ты сегодня ночевала не дома? — хитро прищурилась Несса. — Моя девочка растет прямо на глазах. Когда успела, я ведь совсем недавно тебе рассказывала о том, как понравиться мальчику — опустим то, что Дерек, на самом деле, урод последний был — и как не залететь после первого раза. — Слушай, Несс, я правда не против твоих шуток, — ухмыльнулась Ханна, поворачиваясь к Морриган. — Больше скажу, я их даже люблю. Но, пожалуйста, держи себя в руках хотя бы при Люке и его друге сегодня. — Правильно ли я поняла, что я могу сейчас отыграться на Вэлеско?       Ханна рассмеялась, прикрывая рот рукой. Она представила обескураженного Мартинеса, поверженного потоком саркастических фразочек, срывающихся с губ Нессы, и подумала, что это несколько жестоко. А потом вспомнила, что шутить для Нессы — в порядке вещей, а ограничивать ее смысла попросту нет. Для Морриган вечные шутки были смыслом жизни, воздухом. Особенно в последнее время, как заметила Ханна. Как бы Несса ни отпиралась, было видно, что она дико устала от всей кутерьмы со свадьбой, вечной работы и... Ханна все-таки продолжала думать, что подруга беременна, хоть и не произносила этого вслух. Девушки, после трех отрывистых звонков, остановились возле тяжелых дверей и стали ждать, когда хозяин квартиры наконец соизволит открыть. Стоять им пришлось недолго — уже через десять секунд дверь распахнулась, а на пороге появился Рон. — Как я давно тебя не видела, Ронни! — воскликнула Несса, прекрасно понимая, как раздражает Пайнса подобное сокращение имени. Но тот, несмотря на это, улыбнулся и лениво помахал рукой, пропуская Нессу и Ханну в квартиру. Морриган осмотрелась и демонстративно присвистнула. — Ох и тяжело мне будет с фанатом «Реала» общий язык найти. Ты-то как справился? — Иногда борюсь с желанием ударить его, — пожал плечами Рональд, чем вызвал смех у Нессы. — Но, в целом, привыкаешь. Только не говори ему, что Месси лучше Роналду. Сердечко не выдержит. — Еще чего. Я это и прокричать могу. Само собой разумеется, лучше, – Морриган улыбнулась и прошла в гостиную, где сидел Вэлеско, уставившись в свой ноутбук. — Здрас-сте.       Мартинес поднял глаза, недоуменно посмотрев на девушку, а потом, переведя взгляд на Ханну, соскочил с дивана и, переминаясь с ноги на ногу, протянул широкую ладонь Нессе. Девушка вздернула брови, но все-таки ответила на рукопожатие, натянуто улыбаясь Вэлеско. — Вэлеско Мартинес, я тут... живу, в общем. — О, как же я сразу не догадалась. Несса, весьма приятно. Наслышана о Вас. — Правда? — оживился Мартинес, улыбаясь Ханне. Макклейн развела руками. Собственно, рассказывала она лишь то, что Вэлеско — хозяин квартиры, в который они с Роном остановились, друг Пайнса и что, кажется, сама Ханна ему нравится. Но отрицать Макклейн ничего не стала — в плане общения с некоторыми людьми Ханна безоговорочно верила обаятельной Нессе. Которая тут же начинала шутить, как только чувствовала, что наладила контакт с человеком. — Я тоже, хм, много. В смысле, о Вас слышал. Чай или кофе? У нас есть торт... — Отличная идея! — оживилась Несса. — Чай, пожалуйста. Заодно, Ханни, можем поговорить о том, как будем доставать фотографию с Антуаном. — Эм, Ханна, так нечестно, ты в курсе? — осторожно и тихо поинтересовался Вэлеско с кухни, включая чайник. — Нечестно — пенальти назначать, когда нарушений не было, — ответила Ханна и снова пораженно распахнула глаза. Она вновь это сказала. Опять свела разговор к футболу. И это ее теперь не просто пугало — ужасало, поражало до состояния немого шока. Макклейн умоляюще посмотрела на подругу, а та подмигнула. — Я этого не говорила. Никто ничего не слышал.       Рон ухмыльнулся, потрепав подругу по плечу, и прошел на кухню. Макклейн подумала, что пора бы уже заканчивать эти продуктивные мадридские каникулы, потому что такими темпами она точно начнет смотреть футбол. Господи, да раньше одна фраза у нее вызывала волны дикого раздражения и необоснованной ненависти, а теперь Ханна готова признать, что вечер за просмотром очередного матча — не такая уж и плохая идея. «Что вы со мной сделали?» – единственная фраза, которая сейчас неустанно крутилась в голове Макклейн. — К слову, ты уже говорила с агентом Гризманна насчет интервью? — поинтересовался Рон. — Да, и с агентом, и с самим Гризманном. Так неожиданно получилось, я не думала, что удастся перекинуться с ним парочкой слов до официальной встречи. Но, должна признать, милый парень. Забавный. — Ага, — согласился Рон, присаживаясь на стул и подвигая себе тарелку с куском торта. — И играет хорошо, да, Вэл? — Нет. — Давайте смотреть правде в глаза, сеньор Мартинес, уж гораздо лучше Крис, — кивнула Несса. А потом тихо шепнула: — Но не лучше Лионеля. — Ох, да хватит! — воскликнула Ханна, отрываясь от приготовления кофе. — Не надо про футбол больше. Ничего не хочу слышать про Месси, Роналду и, тем более, Гризманна. Он меня уже раздражает.       Неожиданно Несса и Рональд, синхронно переглянувшись, засмеялись. Вэлеско, красный как помидор, не обратил на это никакого внимания и продолжил пережевывать торт, а Ханна недоуменно уставилась на друзей. Подобной реакции девушка никак не могла ожидать. И, наверное, над причинами столь внезапного приступа смеха ей стоило задуматься. Возможно, она займется этим на досуге.

***

— Ох, Свити, клянусь, оно мне было даже большевато, — выдохнула Несса, опускаясь на стул.       Девушка для похода в ресторан надела любимое платье-футляр глубокого сапфирового цвета. Ханна должна была признать, что на ней оно смотрелось бы просто неподражаемо, если бы не было несколько узко. Морриган то и дело одергивала его и неловко проводила руками по шелковой ткани. Макклейн усмехнулась, поправляя волосы. — Учитывая твою внезапно проснувшуюся любовь к карамельному мороженому, все вполне объяснимо, Несс. — На святое руку-то не поднимай, — свела брови к переносице Морриган, говоря при этом совершенно несерьезно. В общем-то, как и всегда. Потом вдруг хмыкнула и сложила руки в замок, чуть наклонившись вперед. — Ты ведь догадалась, Свити, верно? — О том, что ты беременна? Думаю, ты помнишь, что я это предположила еще в начале мая, — пожала плечами Ханна. — Я, правда, пошутила, но кто же знал... Эй, Несса, ты чего?       Морриган опустила голову, перебирая прямые длинные пряди черных волос. Она пропускала их сквозь пальцы, наматывала, пыталась распутать мелкие узелки, словом, занимала себя, чем могла. Ханна видела — может даже чувствовала — отчаянные попытки Морриган уйти от разговора. — Я не готова, Ханни. В том смысле, ну какая из меня мать, ты хоть представляешь? Я ведь ребенку буду покупать игрушки, а потом не отдам. Ксавьеру, я уверена, силой отбирать придется. Может быть, лет в тридцать... Не знаю, Свити. Это слишком сложно. — Несс, попробуй отпустить ситуацию. Отдохни, — девушка развела руками. — Поешь. Что там еще будущей матери нужно? Это нестабильный гормональный фон. — И трезвая оценка ситуации, — хмыкнула Морриган, откидываясь на спинку стула. — Но, возможно, ты права. Я постараюсь, правда. Но, поверь, тебе еще придется очень долго выслушивать мое нытье по этому поводу. И, кажется, твой благоверный пожаловал... О, боже. — Что такое? Где? — Только глянь, какой у него друг. Красавец, — хмыкнула Морриган, умиленно улыбаясь. Ханна вздохнула и закатила глаза. — Ты сама предложила отдохнуть. Почему нет? — Ну не в этом же смысле, — застонала Ханна, но, увидев, что к ней подходит Люк, натянула самую счастливую улыбку. Впрочем, «натянула» — слово немного неверное. Реакция на появление Люка в радиусе нескольких метров от самой Ханны было настоящим поводом забывать обо всем и просто улыбаться, неустанно и весело. — Привет, рада видеть тебя. Как смена прошла? Устал? — Нет, нисколько, — Люк поцеловал девушку в макушку и сел на соседний стул. — Позвольте представить, это Марко, мой друг. Марко, это Несса и Эстер.       Ханна перевела взгляд на высокого широкоплечего мужчину с рыжими волосами и такой же бородкой, так беспечно улыбающегося. Девушка мысленно отругала себя за сравнение с плюшевым медвежонком — ну, боже, казалось, что ничего хуже нельзя и придумать. И ничего лучше, к слову, тоже. У Макклейн, как правило, страдало составление ассоциативного ряда, но, впрочем, она и не жаловалась. Девушка, улыбаясь в ответ, протянула руку Марко и пожала его крепкую ладонь. Когда очередь дошла до Нессы, Морриган выпрямилась и, многозначительно хмыкнув, склонила голову в приветственном кивке. Марко ответил тем же. — Ну, пожалуй, можно заказать поесть. Мы, знаешь ли, проголодались, Шуэт. — Шуэт? Эстер, я надеюсь, что он тебя не обозвал сейчас. А вы, хм, полагаю, коллеги, верно? — Несса подвинула поближе меню, улыбаясь и поднося к губам бокал с рубиновой жидкостью на дне. — Одинаково уставший взгляд у вас. Директор, наверное, жесткий, требовательный. Как справляетесь? — К этому привыкаешь, — подал голос Марко и пробежался глазами по строкам. — К алкоголю, я имею в виду, а не требовательности. — Имеете что-то против бокала вина? — глаза девушки хитро блеснули в полумраке кафе. — Сторонник здорового образа жизни, как это... мило. Но совсем не по-ирландски.       Несса, конечно, понимала, что Марко ничего общего с Ирландией не имеет, — произношение и акцент его выдавали — но она играла. Играла словами и с тем же успехом играла с людьми. Не то чтобы в этом заключалось проявление ее коварности, своеобразной темной стороны, нет. Просто Несса именно таким образом располагала к себе окружающих. Ханна по-прежнему не могла объяснить этот феномен, но факт оставался фактом — именно феерический сарказм и нескончаемый поток шуток Нессы были той самой изюминкой девушки, которые в первую очередь привлекали внимание при разговоре. В этом, Макклейн не могла не признать, определенно было свое очарование. Глянув на Нессу, которая уже начала увлеченно спорить с Марко, Ханна улыбнулась. Иногда Морриган была чересчур непредсказуема и, что греха таить, легкомысленна. Макклейн все еще гадала, как свободолюбивая, не трепящая рамок Несса так быстро и, главное, легко согласилась выйти замуж за Ксавьера. Морриган однажды сказала, что ей хорошо рядом с ним, что он ей нравится. А разве это было синонимом «я его люблю»? — Мне кажется, я читал Ваши статьи, — предположил Марко, принимая из рук официанта заказ. Несса пожала плечами. — Вам кажется. Думаю, если бы Вы читали ее, то не разговаривали бы со мной настолько любезно, — Морриган вилкой отодвинула в сторону креветку и поморщилась. Как бы раньше она ни мечтала попробовать это блюдо, Ханна видела, что сейчас Морриган определенно мутит. — Кстати о статьях, Свити.       Ханна подняла голову, отправляя в рот кусочек кальмара из странного, но весьма вкусного салата. Несса покрутила в руках бокал с вином и задумчиво посмотрела на Люка, затем на Макклейн. — Я вдруг подумала, что, раз ты и без меня организовала себе поход на «Кальдерон», то почему бы и мне не перенести интервью? Полагаю, Гризманн против не будет встретиться на день пораньше. А моральная поддержка тебе, нутром чувствую, пригодится. — Откуда ты знаешь, что он согласится? — ненавязчиво поинтересовался Люк, допивая кофе. — Мало ли, какие дела у него... — Я тебя умоляю, — махнула рукой Несса. — Согласится, поверь мне. И на то будет внушительный ряд причин. — И какой же? — А вот это уже информация конфиденциальная, — Морриган подняла бокал с вином и улыбнулась. — Ваше здоровье.