Маг

Прошу прощение за задержку, глава морально не хотела рождаться, так что пришлось долго ее мучить ._. И все равно вышло что-то не то, так что готов принять критику и тапки. Я опять писал ночью, упоровшись. Так что буду благодарен за публичную бету, если найдете ошибки) Спасибо за внимание и приятного чтения!) ________________________________________________________________________________________ Во тьме ночной кружили светлячки, заводя все глубже и глубже в лес. Лошадь нехотя плелась в темных дебрях, подгоняемая ее хозяином. Бельфегор заставлял ее покоряться и двигаться вперед. Принц видел перед собой лишь цель и никакие преграды ему были нипочем. Рас остановился, показывая, что не желает больше идти дальше и недовольно зафыркал, топчась на месте и вбиваясь копытом в землю. Бел хотел уже отругать непослушную лошадь, но в нос ударил резкий болотный запах. – Приехали, – злобно отозвался Бельфегор, спрыгивая с лошади. Светлячки удалялись, поэтому прихватив лошадь за уздцы, он погладил ее по морде. – Ну же, пожалуйста, не подводи меня… Пойдем… – блондин шагнул в болото. Нужно было пройти, иначе он не сможет предотвратить то, что должно случиться. А он остро чувствовал, что должно. Лошадь недовольно фыркала, но послушно шла за принцем по болоту. Камыши мешали идти, но принц старался подбирать дорогу, тыкая палкой, на которую нечаянно наткнулся в темноте, когда сделал пару шагов. Почему-то казалось, что можно угодить в трясину, коих тут было не мало. Мармон всегда рассказывала о том, что в ее краях много болотистых местностей, где часто пропадают люди. Особенно не местные. Разумеется, местные уже привыкли и знают тропу, по которой можно пройти и не утопиться в трясине. Бельфегор старался не делать опрометчивых движений, выверяя каждый шаг. Если он пропадет на этих зловещих болотах, устланных слоем тумана и неимоверным смрадом гниющей в трясине плоти, то этим он Франу никак не поможет. Да что там Франу, он и себе будет не в силах помочь выбраться. – Не сюда… – зашипел парень, чувствуя, как увязает его палка и попытался прощупать другой путь. Рас фыркал, но Бельфегор его даже не пытался успокоить. Казалось, лошадь вот-вот сорвется как тогда, на поляне, перед тем как он встретил Франа. Зазнобу-мага, в которого он впоследствии влюбился. В голове не вязалось, но тем не менее в этом чувстве принц был уверен. – Что, ощущаешь магию? – недоверчиво спросил его высочество, делая несколько уверенных шагов. Рас согласно пхнул его мордой в спину. – Не толкайся, ши-ши-ши, – рассмеялся парень, едва не плюхнувшись в трясину, но смог удержаться на своих двоих. Бел тоже чувствовал. Магию, которая будто помогала ему. Казалось, она ведет его, заставляет следовать истинному пути, да и что скрывать, оберегает. Сколько раз он сделал бы неправильные шаги? Сколько раз бы оступился и мог бы просто утонуть в дурно пахнущей трясине. Принц ступил на сушу и снова вскочил на лошадь, заставляя ее идти. Болота были позади, хотя невозможно было заявить это с уверенностью. Они могли вновь внезапно оказаться под ногами и уповать на чутье уставшей лошади не приходилось. Ночью в непроглядной тьме чуть ли не дремучего леса идти было невозможно. Принц мысленно благодарил редкие кроны деревьев и лунный свет, который пробирался в лесную чащу. Где-то отдаленно выли волки, и кто-то шевелился в кустах. Рас уже более смело маневрировал между деревьями, а принц был весьма напряжен, вслушиваясь в звуки и не отрываясь от двух насекомых, указывающих ему путь. Угукали совы, и доносилась молитва. Громкий человеческий голос едва улавливался, издали казалось, что кто-то просто бубнит что-то неразборчивое, но редкие слова, доносившиеся до принца, позволили ему предположить, что это именно она. Светлячки ускорились, поэтому и Бел пришпорил лошадь, чтобы та шла быстрее. Звук становился все более и более отчетливым. Свет насекомых исчез на поляне в глубине леса. Бел не знал, сколько времени петлял там, но по ощущениям по-прежнему казалось, что он ужасно опаздывает. Принц огляделся и застыл. В нескольких метрах от него стояли несколько человек в темных балахонах. Один не скрывал свою инквизиторскую принадлежность и во весь голос зачитывал приговор. Взгляд его высочества застыл на возвышении, пышно и щедро увенчанном хворостом. В центре стояла хрупкая фигура в светлой тунике, привязанная к столбу. В свете горящих факелов Бел заметил изумрудные пряди. Опущенная голова – значит он без сознания. – Фран… – Бел подогнал Раса, и тот резко рванул в сторону скопившихся. – Постановляю, что данный человек виновен в колдовстве и приговариваю его к… – Именем короля приказываю остановиться! – верный конь принца становится на дыбы, заставляя людей отступить. Принц морщится. Перед ним один из инквизиторов высокого церковного ранга. Такой, если захочет, спалит и всю королевскую чету. – Ох, Ваше Величество, – иронично усмехается красноволосый, отвешивая поклон. Черные фигуры делают это менее пафосно и насмешливо. – Вы не можете прерывать смертную казнь волшебников, магов, ведьм. Это не в вашей власти, – ехидно улыбается мужчина. – Не в вашей власти делать это без суда и следствия! Вы просто втихомолку сжигаете его в лесной чаще… – Его застали за колдовством! – перебивает инквизитор насмешливым тоном и тихо фыркает. Бел морщится. За такое сжигали сразу на месте. Его Высочество судорожно перебирает в мыслях все варианты. Единственно верным сейчас кажется прикончить всех на месте. Никто ведь не узнает, да и Франа он спасет. Спасти мага – это его главная цель. И плевать, на что нужно будет решиться, чтобы вытянуть его из этой передряги. «Что угодно, но я не позволю тебе умереть!» – мысленно рычит Бел, незаметно выуживая стилеты. – Прошу прощения, великодушно, но я не позволю этому произойти… –принц резко спрыгивает с лошади, запуская четыре стилета в живые застывшие мишени. Трое даже не успевают среагировать, поэтому с булькающими звуками оседают на землю, роняя факелы. Сухая трава вспыхивает за спиной инквизитора и тот с громким смехом выпрямляется. – Спасибо, что избавил меня от этих мерзопакостных стариков, – Закуро пинает ногу одного из трупов. Его голова безжизненно склоняется на бок, открывая окровавленное горло со встрявшим в него стилетом. Инквизитор подмечает, насколько ловкая и точная работа и довольно усмехается, ведь принц вовсе не промах. А это значит, что можно будет повеселиться. – Я бы не был столь уверен на твоем месте, что тебя не постигнет та же участь, ши-ши-ши, – Бел выхватывает привязанный к седлу меч. Обнаженный клинок сверкает, отображая лунный свет и пылающее пламя. – Интересно… И кем же «это» вам приходится? – инквизитор пренебрежительно морщится, указывая на бессознательного мага и обнажает свой клинок. – Не твое дело! – рычит Бельфегор, осторожно подступая. Мысленно, он ругает себя, что не смог обойти защиту этого палача. Он ведь целился и в него, но тот как-то умудрился уклониться от атаки. Так бы все умертвились одним махом, а так придется прибегать к ненавистному сражению на мечах. – Мое дело! – нетерпеливо рычит Закуро, нападая. Мощный замах мечом встречает столь же активный блок. – А ты не промах, мелкий! – забывая ко всем чертям правила этикета горланит инквизитор, с силой надавливая на клинок, чтобы пробить активную оборону принца. – Я тебе не мелкий, и не суй нос не в свои дела, ши-ши-ши, – принц не прилагает особых сил, чтобы сдержать атаку, поэтому свободной рукой запускает очередной стилет, но Закуро уклоняется. – Я все равно спалю эту тварь! – очередной замах. Клинок рассекает воздух, и принц успевает отскочить, избегая удара, который мог бы вполне себе разрубить его напополам. – Не посмеешь! – рычит принц, и его клинок теперь ищет свою жертву. Он переходит в активную атаку, и спустя пару быстрых ударов, задевает-таки руку инквизитора. Из небольшого пореза сочится кровь. – Маг подождет… – восторженно заявляет Закуро. – Мне попался достойный соперник… – не скрывая удовольствия, ликует мужчина. – Кто бы мог подумать?! – громко восклицает он и резко срывается в атаку. Среди ночной тишины и отдаленного воя волков, угуканье сов и тихое потрескивание сухой травы, раздается еще и гулкий звон стали с редкими перекличками. Ни один из соперников не думает уступать, продолжая атаки. Принц берет ловкостью и быстротой, гениальностью и силой, выискивая слабые места противника. Инквизитор же идет напролом, блокируя очевидные атаки и пребывая в восторге, просто лупит во всю мощь. Громкая какофония разнообразных звуков заставляет мага поморщиться от шума. Избитое тело ноет, и в нем не ощущается и намека на магическую силу. Парень чувствует себя опустошенным. Расфокусированный взгляд направляется вперед, откуда доносится шипение и восторженные восклицания. По мере того, как взору открывается отчетливая картинка, тело волшебника цепенеет. Перед ним принц, сражающийся с инквизитором. Паника медленно прокрадывается под кожу, и маг судорожно двигает связанными за спиной руками. – Что же делать? – мозг отказывается выдавать варианты ответов, хоть зеленоглазый и пытается наскоро сообразить заклинание поглощения энергии. Пусть для этого нужен минимальный запас магических сил, коих у него уже не осталось, так как все он истратил на переход из одного место в другое и на заклинание, но все же нужно постараться. Прищурившись, маг заставляет инквизитора отступить, сдерживая его атаку взглядом. Земля под ногами дает силы, но не так много, как вода, а главное, не так щедро. Скупой грунт практически так же обессилен вечными кострами, поэтому много сил из него не вытянешь, но на крупицу помощи хватает. Движения инквизитора замедляются, становятся слабее, и в схватке он попросту начинает уступать принцу. Несколько ударов острым легким клинком, которым орудует его высочество, ранят незащищенное доспехами тело церковного служителя. Тот оседает на землю, придерживая окровавленные раны. Принц же, пятится в сторону костра, к деревянному столбу, явно понимая, что ему помогла магия. – Фран, – зовет Бельфегор, стараясь не поворачиваться к врагу спиной. – Да, Ваше Высочество, – отзывается парень хриплым голосом, едва шевеля пересохшими губами. Во рту ощущается стойкий вкус железа. – Я же говорил тебе, что нужно вместе уходить, – недовольно рычит принц, не меняя оборонную стойку и ожидая нападения в любой момент. – Простите… – отзывается Фран, не находя что сказать. Да и что, собственно, говорить? Что он и сам пожалел, что ушел один? Что он и сам сейчас жалеет о том, что исполнил договор? Или о том, что понял, наконец, что ждет его в будущем? До этого ему явилось два исхода. В первом, он погибал, так как Бельфегор поцеловал Мармон и остался с ней, а во втором – ринулся сюда, к нему. Приходилось лишь ждать, и вот, момент истины настал. Принц выбрал его, а не кого-то, и от этого на душе становилось теплее. – Потом поговорим. Можешь отсюда переместиться? – спрашивает уже более тихо. Принц беспокоится. Беспокоится сейчас как никогда до этого. Болото обходить было куда легче, чем сражаться с этим отморозком, но блондин не был намерен уступать. Во что бы то ни стало, он обязательно и всенепременно должен выйти победителем. Ведь на кону жизнь не только Франа, но теперь и его, а так же его родителей. На кону не только жизнь и любовь, но и честь. – Нет, – немного погодя выдает зеленовласый. – У меня пока нет сил. Но у него мое кольцо, которое может помочь… – Прекрасно… – фыркает Бел. В любом случае, ему придется убить инквизитора, так что надо сильно постараться, чтобы завершить начатое. Противник-то вовсе не слаб. – Вы об этом колечке? – инквизитор громко рассмеялся, поднимаясь на ноги, и помахал ручкой, указывая на свои пальцы, украшенные церковной печаткой, и двумя перстнями. Один из них блеснул изумрудом, словно показывая себя. – Глупые мальчишки! – продолжал тем временем Закуро. – В особенности ты! – угрожающий перст указывал на принца. – Ты сгоришь на костре вместе с ним! – речь постепенно переходила на гневную, а сам Закуро довольно быстро приближался к принцу. Кто на кого напал в этот раз, Фран не успел уследить, лишь поморщился от раздражающего звона мечей. Принц и инквизитор снова сцепились, продолжая свои молниеносные атаки, и не уступая друг другу. Изумрудные глаза вяло рассматривали происходящее. Тело не желало слушаться, разнося волны расслабленности по каждой клеточке. Маг прижался к столбу, намереваясь найти опору. Инквизитор громко кричал, так что казалось, что из ушей скоро хлынет кровь. Принц снова его задел. Связь с кольцом давала преимущество, чем сейчас и пользовался маг. Оно вредило носителю, если его носил не тот, кому его подарили. Этот перстень Фран перед отъездом получил от Мукуро, поэтому именно он являлся полноправным его хозяином, а значит, мог смело быть уверен, что кольцо навредит тому, кого не признает. А кольцо не признавало. С каждым движением оно замедляло движение инквизитора, с каждой пролитой капелькой крови поглощала удачу и мастерство, заставляя Закуро исступленно и остервенело бить наугад, полагаясь лишь на грубую силу, которая так же умудрялась куда-то испаряться. Инквизитору пришел бы конец, если бы между принцем и ним не оказался бы еще один человек. Ловко вклинившись в их несовместимый дуэт, незнакомец разбросал их по сторонам грубой силой: Закуро – пинком в живот, заставляя отлететь на трупы товарищей, принц же отскочил сам, замечая подвох, но неудачно лишился меча. – Ваше высочество! – рыкнул незнакомец, скидывая капюшон и обнажая лицо. Хищный оскал заставил блондина поежиться, мысленно перебирая варианты и причины присутствия здесь верховного инквизитора из их королевства. – Кея, ши-ши-ши? – с одной стороны знакомый инквизитор радовал, так как он был заодно с его другом-кардиналом, но вот с другой стороны, все же напрягало. Хибари всегда действовал так, как хотел и никого не слушал, поступая по наитию, и так как велит ему сердце и разум. Что выберет этот непредсказуемый брюнет в той или иной раз, предсказать не представлялось возможным. Пришедший инквизитор осмотрел место происшествия, выбирая, кого же стоит первым забить до смерти, а может и спалить на месте. – И почему же ты дерешься за этого мага? – угрожающе прошипел мужчина, пиная поднимающегося Закуро обратно. – Ты должен немедленно вернуться в королевство, беглый принц! – Я никуда не сбегал, ши-ши-ши. И скоро туда вернусь. Почему? – Бел перевел взгляд на бледного мага, который прижимался к столбу и от чего-то судорожно дышал. – По той же причине, что и у вас с кардиналом, – откровенно признался Бел. Он был в курсе этих запретных отношений. Чего скрывать, он вовсе не был против, ведь любовь прекрасна и подвластна всем. И раз уж так вышло, значит так и должно быть. Хибари замялся, понимая, что происходит, но отступать не спешил. – Отойди, я должен закончить с этим… – Бел шагнул вперед. – Убить его хочешь? – Ши-ши-ши, именно, – оскалился принц. – Не позволю… – вклинился в разговор Закуро, уже поднявшийся с трупов. От неожиданности, ему все же удалось сбить Кею с ног и ринуться на блондина, наперевес с клинком. – Ты не вернешься домой, чертов принц! Внезапно курс его атаки сменился, и Закуро, прихватив горящий факел с земли, метнул его в сторону мага. Сердце Бельфегора будто остановилось в тот момент, когда вспыхнул сухой хворост под босыми ногами мага. Ярость будто зашорила его сознание, в котором мелькало его детство, проведенное в библиотеке. Он забрел туда после фехтования, уставший и измотанный, перебирая в руках свое излюбленное оружие. Тогда, среди пыльных полок он откопал один фолиант, который смог изучить. На практике получалось, поэтому Бел был счастлив, что мог использовать магию на таком уровне. Слова из фолианта всплывали в голове. Пылающий хворост звонко отдавал в уши, как и тихое болезненное мычание дорогого сердцу юноши. В реальность его вывел громкий смех. – Я спалил его! Спалил! – торжественно выкрикивал почти обезумивший от радости инквизитор. Ярость струилась по венам, губы шептали вежливо подсказанные головой слова, а пальцы ловко выуживали стилеты. Рванув вперед, Бел, недолго думая, швырнул их в радостного инквизитора. Тот, пытался отбиться, но не тут-то было. Острые ножи парили в воздухе, будто висели на ниточках, но ничего такого не было. Закуро изумленно воззрился на данное зрелище и приготовился отбиваться. – Ши-ши-ши, – безумно смеясь, Бельфегор протянул руку вперед, шевеля пальцами, будто дергая за ниточки. Ножи, доселе парившие в воздухе, начали хаотично двигаться, вырываясь вперед и обходя защиту, поставленную мечем, разрезали кожу. Бел ощущал, ощущал вновь ту силу и власть, как и тогда, в детстве, когда у него получалось колдовать, когда была такая возможность. – Раз не хочешь по-хорошему, отдашь кольцо по-плохому! – рыкнул блондин, направляя стилеты на пальцы. Закуро уже не успевал уворачиваться, вскрикивая от боли ранящих его серебряных ножичков, острых настолько, что без движения рассекли бы упавшее на острие перышко. Принц остервенело дирижировал в воздухе пальцами, и вскоре получил то, что так жаждал. Отсеченный палец упал в сухую траву. Надетый на него зеленый перстень будто радостно блеснул, непонятно почему послушно скользнув в протянутую Белом руку. Принц с отвращением осмотрел окровавленный палец в своей руке и содрал с него кольцо, вышвыривая обратно кусок отрубленной плоти. Не думая более ни о чем, он развернулся к полыхавшему костру. Огонь буквально вздымался до небес, подбираясь языками пламени к привязанному к столбу телу. Фран поджимал ноги, пытаясь ускользнуть от пламени, страстно желающего облизнуть своими рыжими языками его стопы, а затем и все тело. – Бельфегор, нет! – Кея рванулся следом, но не успел. Бел, вдохнув воздуха, прикрыл рукавом лицо, и что есть силы, взбежал к горящему на костре магу. Мальчишка судорожно кашлял, задыхаясь дымом. Пламя адски обжигало кожу, поэтому Бел спешил. Спешно обняв мага, он натянул кольцо на его палец и впился в желанные губы, думая о том, что если не спасутся, так хоть сгорят вместе. Не зря же все это было, правда? Брюнет остановился у кострища, вглядываясь сквозь дым и алое пламя. Там не было никого. Они попросту исчезли, испарились. – Нет, не сгорели… – шепнул себе Хибари. Он не раз видел, как горят человеческие тела, как вспыхивают они на кострах святой инквизиции, как кричат от боли, прожигаемые невыносимым очищающим огнем. Но тут все было совершенно не то. И не так. – Принц победил… – хрипло, захлебываясь в крови молвил инквизитор, внешне схожий с ежиком, так как был начинен стилетами до отвала. Кея склонил голову, размышляя. По-хорошему, принца бы спалить за такое. Но по-плохому, это хороший друг его возлюбленного, а так же один из великих наследных принцев королевства. Инквизитор цокнул. Что ж, выбор очевиден. Просто замести следы, и спустить все на самотек. Лошадь принца довольно топталась на месте, стуча копытами по земле. Хибари же, прихватив ее под уздцы, отвел к своей лошадке и принялся за дело. Наследный принц знатно наследил, нужно бы навести порядок, а потом поговорить с ним по душам.