Пошалим?

POV Сержио

Пробуждение было похмельным. Глаза не хотели открываться, во рту было сухо, а мышцы болели, как будто меня накануне избили. Одно радовало – Альберто тихо лежал под боком и мило посапывал в подушку. Безнаказанно полюбовавшись на сонное милашество, я начал вспоминать события минувшего вечера. Помню рабочих, помню, как делал колеса, а потом появился Альберто, и свет погас. Интересно, что он со мной сделал? Переведя взгляд на спящего ангела, я убедился, что тот уже проснулся и пристально рассматривает меня. – Как ты себя чувствуешь? – Голос Альберто был хриплым спросонья. – Ты меня что, вчера вечером по голове ударил? Башка просто раскалывается. – Придурок. – Альберто откинул покрывало и встал с диванчика. – В следующий раз обязательно стукну, – пообещал друг. – Ты вчера чуть сам себя не выжег как маг. Теперь работать несколько дней не сможешь. Я тебе не позволю. – Поймав мой недоуменный взгляд, пояснил: – Не хочу оказаться однажды рядом с ходячим скелетом. Ты мне нужен живой и желательно здоровый. Ты видел, что у тебя с рукой случилось? Перевел взгляд на руку. Она была тщательно забинтована и сразу же отозвалась глухой болью. Отогнув осторожно край бинта, я увидел некрасивые ранки, похожие на ожог кожи. Вот только ожог болел бы значительно сильнее. – Полночи тебя выхаживал, – проворчал Альберто. – Почти всю свою магию в тебя перекачал. Ты вчера вечером выглядел как зомби. Вокруг глаз темные тени и сам бледный, аж с зеленцой. Марэк помог тебя дотащить до дивана. Если я правильно понял, ты сделал его начальником охраны? – Ну да, он мне показался серьезным и ответственным. – Я попытался сесть, но меня повело. – Ух ты ж… зараза. Я вчера, похоже, увлекся немного. Просто очень хотелось сделать побольше, сегодня рамы привезут, и можно будет развезти заказчикам первые велосипеды. – Уже привезли. – Альберто склонил голову к плечу. – Их уже даже покрасили и собрали. Я «обул» первую десятку и отправил первым десяти покупателям по адресам. Вручил Марэку список и велел проконтролировать, чтобы покупки дошли до адресата. Не удивляйся, просто сейчас уже обед. Вставай, тебе надо хорошенько питаться, да и мне, похоже, тоже. Ты своим дурным рвением сорвал все планы. Надо было дождаться меня или делать не так много. А теперь как инвалиды оба на несколько дней. – Не бурчи, – успел я чмокнуть в щеку друга, пока он не сообразил. Выбравшись из постели, я побрел в ванную комнату. Там на меня из мутного зеркала смотрела усталая физиономия небритого парня. Бритье это такая морока! Приходится бриться каждый день, причем опасной бритвой. Для этого требовался определенный навык и сноровка. И главное, бриться тупой бритвой было больно, а свежезаточенной опасно, чуть что, и все лицо в порезах. Здесь брили в цирюльнях ловкие молодцы, а потом делали горячий компресс. Очень удобно, только по деньгам накладно. Побрившись без потерь, я выбрался в комнату. Там смущенный Альберто расставлял тарелки. Подкрепившись, я задумался. Какая-то невнятная мысль не давала мне покоя. Наткнувшись опять на Альберто, который старательно отводил взгляд, спросил: – Слушай, а как ты в меня магию перекачивал? При помощи флешки, что ли? Если я был без сознания, то как я ее потреблял? У меня ведь разъема нет, куда ее можно подключить, или как? Альберто покраснел, а потом, вскочив с дивана и сделав пару кругов по комнате, наконец, взял себя в руки и сел обратно на диван напротив меня. – Тут такое дело… – Альберто смущенно отвел взгляд. – В этом мире энергией можно делиться… м-м… контактным способом. В этом деле главное - желание одного поделиться и согласие второго принять. – Ты меня никак трахнул? – Я поерзал на попе, но неприятных ощущений не было. – Вроде нет... – Пошляк! – Альберто кинул в меня плюшкой. – Как ты мог подумать про меня так? Я полночи боялся, что ты умрешь, знаешь, какой ты был страшный? Как мумия без бинтов! А сейчас все нормально, будто и не было ничего! Скотина неблагодарная! – Ну, прости, – я откусил пойманную плюшку и задумчиво пожевал. – Прости, не дуйся. Ты просто так краснеешь и мнешься, что я не знаю, что подумать. Нет, ну серьезно, объяснись, что ты сделал и как, может, и мне когда-нибудь придется тебе магическую помощь оказывать. Надо быть в курсе. Но Альберто надулся в лучших традициях Иришки и, вздернув недовольный нос, выскочил в цех. Поскольку наши диваны так и находились в углу первого цеха, то с моего спального места было прекрасно видно, как Рувас руководит работниками, которые старательно красили каркасы велосипедов. Вначале их красили на полу, а потом подвешивали на крюках и выкрашивали низ. Доев до конца все, что было на столе, я вздохнул и побрел одеваться. Надо было найти Альберто и попросить прощения. Несмотря на слабость, я чувствовал себя неплохо. Выйдя из цеха, я столкнулся с Марэком, который вернулся с работниками за новой партией велосипедов. Внимательно посмотрев на меня, он так шкодливо заулыбался, что у меня между лопатками зачесалось от непонимания. Чего это он так лыбится? Альберто нашелся в следующем цехе, возле нашей мастерской с прессом. Он вынес десять больших резиновых шин и двадцать маленьких и теперь объяснял, как правильно натягивать тугую резину на железные обода через бортики, которые не давали ей соскакивать при движении, так, чтобы её не порвать. У работников все получалось, Альберто кивал головой и наблюдал, как собранные колеса крепят к раме и следом приделывают педали. Увидев меня в дверях цеха, Альберто только недовольно хмыкнул и сделал вид, что очень занят. – Прости дурака, – чмокнул я Альберто в шею. Друг напрягся, но снова проигнорировал меня. – Ну что мне сделать, чтобы ты простил меня? За спиной послышалось вежливое покашливание. Это Марэк хотел получить следующие десять адресов. Альберто, все также подчеркнуто игнорируя меня, достал из кармана записку с адресами и протянул Марэку. Одновременно с этим у него из кармана выпало несколько бумажек. Одной из них был мой расчет, а вот еще две оказались страстными признаниями в любви и приглашением на свидание. Причем они обе были написаны разными почерками. – Читать чужие записки нехорошо, – Альберто выхватил их из моих рук и опять спрятал в карман. – Идем, нам все равно надо поговорить на эту тему. Альберто схватил меня за руку и потащил в поиске места, где мы могли бы спокойно поговорить. В расчищенных от мусора цехах работали люди, в Белом доме строители белили стены. Мы заглянули в цех с распределительными машинами. Я опять подумал о собственной добыче серы, но Альберто повел меня дальше. Мы оказались в большой насосной станции, она стояла обособленно и была совершенно пустой. Мы поднялись на второй этаж, чтобы видеть всю территорию. – И чего требовалось так прятаться? – Мне было смешно смотреть, как Альберто оглядывается по сторонам. – Я выяснил, как здесь можно пополнять магический резерв. – Альберто убедился, что нас никто не подслушивает, и повернулся ко мне лицом. – Для этого нужен секс. Пока я демонстрировал велосипеды, мне делали непонятные намеки, что готовы поделиться со мной магическим потенциалом, но я вначале не понимал, о чем идёт речь. А потом намеки стали совершенно прозрачными, когда меня стали откровенно хватать за задницу… – Кто посмел? – сжал я кулаки. – Покажешь хама, я ему… – Тише, жеребчик… – Альберто ухмыльнулся. – Я не трепетная девица, сам могу кому угодно в ухо заехать. Но сейчас не это важно… - Альберто зарумянился, но дернул подбородком и продолжил. – Если мы оказались в этом странном мире, то должны жить по его правилам. Здесь магическая энергия прибывает от удовольствия. Смотря кто от чего получает удовольствие: от еды, хорошей музыки или красивой вещи. Главное - тот момент, когда ты счастлив. Поэтому молодые накапливают энергию быстрее, а вот с возрастом тебе уже не так просто почувствовать себя беззаботным и счастливым, поэтому маги с возрастом часто выгорают, оказавшись без подпитки, но с определенной привычкой в тратах этой самой энергии. – Так что там про секс? – напомнил я. Мне доставило просто физическое удовольствие наблюдать, как краснеет Альберто. Он был в этот момент такой лапочкой, что руки просто тянулись погладить и потискать милашку. – Прекрати! – Альберто нахмурился и топнул ногой. – Я с тобой о серьезных вещах говорю. Нам надо быстро восстанавливать свою энергию, а это возможно только с помощью секса. Он дает большой выброс эндорфинов, допамина и серотонина. Это научно доказанный факт. У нас нет времени накапливать магию постепенно, иначе весь наш бизнес завянет. – Так я вроде и не против, от слова совсем. – Я предвкушающе улыбнулся, ну, наконец-то! – Поскольку женщин в этом мире мало, нам придется найти себе любовников. – Зачем искать? – Я придвинулся ближе и мурлыкнул в розовеющее ухо. – У меня есть ты, а у тебя есть я. Да мы с тобой просто счастливчики, пока другие принюхиваются и присматриваются, мы с тобой можем сразу приступать к сладкому! – Прекрати! – Альберто оттолкнул меня и отбежал в сторону. – Я так не могу! Мы с тобой слишком давно знакомы, что ты мне практически сестра, ну, то есть брат! Нет, нам надо найти кого-то другого. – А я что, не люди, что ли? – Мне стало так обидно, хоть плачь. – Я не отдам тебя другому и буду бороться за тебя. Я просто с ума сойду, если увижу, что тебя целует кто-то другой. А если учесть, что в прошлой жизни у тебя было три мужа, и каждый новый еще больший козел, чем предыдущий, то мне останется только дожидаться, когда ты свяжешься с очередным негодяем, а потом будешь рыдать на моей груди, когда он разобьет твое сердце. – Может, мне повезет в этот раз, и я встречу приличного человека? – Альберто недовольно поджал губы и сделал пару шагов назад. – Зачем тебе искать кого-то другого? – мурлыкнул я. Увидев, как Альберто опять попятился, я только улыбнулся. За его спиной возвышалась громада насоса, а значит, он от меня не уйдет. – Милый мой, я ведь знаю тебя до донышка, каждого таракана в твоей блондинистой голове знаю поименно. И главное – твои тараканы с моими давние приятели. Даже притираться к новому человеку не придется, все свое родное. – Альберто уже уперся спиной в насос и смотрел за моим приближением с явной опаской. – И главное не забывай, у нас с тобой одна на двоих тайна. Ну, подумай сам, зачем нам посторонние? О Боже, да не бойся ты меня! Ну, хотя бы попробуй, от чего отказываешься. Мне осталось сделать только шаг и увидеть, как Альберто вздрагивает всем телом, но неосознанно начинает облизываться, готовясь к поцелую. Вот ведь упрямое создание! – Ты такой напряженный, ну что ты мой хороший, это ведь я. Я, наконец, могу сделать то, о чем так давно мечталось. Просто обнять его и запустить руку ему в волосы, ощущая их шелковистость. А потом прижаться к нежным губам. Они оказались слегка шершавые и теплые. Альберто напрягся и вначале уперся в меня руками, но потом неожиданно обмяк и закрыл глаза, отдаваясь мне на растерзание. Это было так захватывающе. Мягкие, податливые губы, которые беззащитно приоткрылись, впуская меня внутрь. Мир вокруг будто растворился, и в целом мире не было ничего и никого, кроме нас двоих. В груди стало жарко, а потом Альберто мне ответил! Он подался вперед и запустил руки мне под жилетку. Его руки были горячими, и казалось, искрили точечками тонких разрядов. Я приоткрыл глаза и увидел, что волосы у него на голове приподнимаются как от статического электричества. От увиденного я так растерялся, что прервал поцелуй. – Ух ты! – только и смог выдавить я. – Ты бы себя сейчас видел! – Угу, – согласился зацелованный красавчик и потянулся за продолжением, но в последний момент он открыл глаза и опомнился. В глазах сразу появилась умная мысль, которая разогнала наваждение поцелуя. – Я тебе как раз об этом и говорил! Эндорфин с дофамином и есть источник магии. – Обожаю этот мир! – согласился я и опять притянул к себе румяного красавца. Я просто с ума сходил от этой беззащитности и детского доверия. Я будто пьяный гладил его, прижимал к себе робко вздрагивающее тело и целовал, целовал. Эту нежную кожу, трепещущие ресницы, розовеющее ушко и гордую скулу. Это было как мечта, наконец, проложить дорожку поцелуев по его длинной шее и уткнуться носом в ворот его рубашки. Не передать, как невероятно приятно обнимать его, прижимая к себе, и потихоньку приручать. Очень хотелось, чтобы и ему было так же невероятно приятно, как и мне. – Да что же ты со мной делаешь… – простонал Альберто, пытаясь отодвинуться. – Добиваюсь тебя, – тихо, но четко произнес я. – Имей в виду – я не отступлюсь и не откажусь от тебя. Так что решай, соглашаться сейчас, или я буду продолжать осаду до полной твоей капитуляции. – Это неправильно, мы так давно знаем друг друга, что это почти инцест. – Альберто стал решительно вырываться, а в итоге только стукнулся головой о ржавый насос и раздраженно зашипел. – Отпусти, извращенец! – Ну чего ты такой упрямый? – Мне оставалось только разжать руки и смотреть, как недовольный Альберто отряхивает одежду от ржавчины. – Мы с тобой ни разу не родственники. Ни в прошлой жизни, ни в этой. И кроме того в этом мире наши тела уже познали друг друга. Так что нечего здесь разводить невинность на лице. Я ведь чувствую, что тебе все это нравится. Ну, считай это памятью тела, если тебе от этого станет легче. – Я снизу не буду, – Альберто посмотрел на меня с вызовом. – А ты умеешь «сверху»? – Мне стало почему-то смешно от таких торгов. – Знаешь, как это делать в активе? – Можно подумать, что ты знаешь, – фыркнул Альберто в ответ. – Знаю. – Мне оставалось только улыбнуться. – Мы с Сережей любили всякие эксперименты. И, кстати сказать, анальный секс мне нравился больше вагинального. По крайней мере, свой первый настоящий оргазм я поймала именно так. А что касается актива, то я тоже этим занималась в свое время. – Увидев удивленный взгляд друга, решила объяснить. – Все началось с массажа простаты, после того как Сережа простыл на своей зимней рыбалке. А потом я поняла, что завожусь от этого не по-детски, и уговорила его попробовать дилдо. И знаешь, что мы тогда поняли? Простата у мужчины не только для простуды, но и для удовольствия. – Извращенцы! – Альберто бросился по лестнице вниз, добежав до низа, остановился и с интересом посмотрел на меня. – А почему ты мне ничего не рассказывала? Тоже мне, подруга называется! – Зачем? – пожал я плечами. – Все, что происходит в спальне, в ней и остается. И, кроме того, ты всегда фыркала, если слышала подобные разговоры. Зачем было тебя злить? Альберто снова смешно фыркнул как ежик и помчался на выход. Только сапоги загрохотали по металлическим переходам. Мне только оставалось, как вздохнуть ему вслед и поправить член в штанах. Секса хотелось аж до крика. Но тут криком делу не поможешь, а только испортишь. Рука невольно потянулась к ширинке. Член был налитой и горячий. Ходить с таким возбуждением было неприятно, и, уже зная по собственному опыту, так просто он не опадет, по крайней мере, не сразу. Поэтому, недолго думая, я выпустил его наружу. Он так правильно лег мне в руку, как будто всегда так и было. А я вдруг поймал себя на мысли, что мне в мужском теле очень легко и приятно находиться. Как будто я всегда был именно таким. Технику самоудовлетворения я постиг уже в совершенстве. Глядя на полуголого Альберто по утрам, прибегать к подобному приходилось не раз и не два. Я уже привык к утреннему стояку, как у подростка, и к возбуждению от запаха тела Альберто. Он вообще стал моим наваждением. Вот и сейчас я закрыл глаза и представил, как его губы смыкаются вокруг головки моего члена, и почувствовал себя на грани. Я знал, как можно отсрочить конец, но сейчас хотелось быстрого освобождения от этого наваждения. Пока я помнил вкус его губ и, казалось, еще слышал его голос. Мне хватило пары движений, и меня аж в пот бросило от удовольствия. Схватившись рукой за поручень, я присел на враз ослабших ногах. Как хорошо! В воздухе запахло озоном и явственно послышалось пощелкивание и шуршание. Открыв глаза, я увидел, что держусь за гладкий металлический поручень, с которого ссыпается чешуйками ржавчина. Оглянувшись, я увидел, как в углах швов еще искрит, но основная туша насоса уже полностью блестит свежим металлом. Я испуганно отдернул руку и осмотрелся. Руки, к счастью, не выглядели истощенными, а вот сам насос совершенно преобразился. Он теперь сиял как новая монета. Я прислушался к себе. В теле все еще гуляла истома, но сил, казалось, прибавилось. Быстренько поправил одежду и затер сапогом белесые брызги на полу. Бодро спустившись вниз, я осмотрел, что получилось. Верхняя часть насоса было ровно металлическая, а вот внизу все еще рыжая от старой ржавчины. Я только хмыкнул. Чтобы восстановить завод во всем его величии, придется потрахаться в прямом смысле этого слова. Но мне нравилось в этом мире! Если бы на Земле все было так же просто. А пока надо отыскать Альберто. Этот хитрец так и не рассказал, как именно он меня реанимировал после вчерашнего. И теперь понятно, почему ухмылялся Марэк, он решил, что у нас была жаркая ночка. Или была? Надо найти моего красавчика и вытрясти из него правду. Альберто нашелся в цеху с рабочими, он придирчиво проверял их работу, но в итоге остался доволен результатом. Янек расплылся в улыбке, когда его бригаду похвалили. Альберто увидел, что я вошел в цех, но сделал вид, что готовые велосипеды его интересуют больше меня. Но я всегда была упрямой и настырной в достижении своих целей, а сейчас тем более не собиралась останавливаться на полпути. – Мы с тобой не договорили, – нахмурился я и изобразил грозный вид. – И чем, интересно, ты там занимался? – Альберто прищурился и ехидненько посмотрел на меня. – Завод немного восстановил от ржавчины. – Мне оставалось только улыбнуться, видя, как вытянулось лицо у красавчика. – Хочешь, покажу, что получилось? – Покажи. – Альберто осмотрел меня, выискивая очередные повреждения на моем лице, но я чувствовал себя переполненным энергией. Мне оставалось только подвести его к насосу и продемонстрировать красивый верх и ржавый низ. Альберто перехватил мою руку и решил проверить, насколько ухудшилось состояние моих ранок, но, сняв повязку, он с удивлением увидел ровную кожу с розовыми пятнами вместо язвочек. – И как тебе это удалось? – Альберто удивленно похлопал длиннющими ресницами. – А вот как… – Я с удовольствием схватил блондинистое чудо и принялся отчаянно целовать, хотелось успеть урвать хоть кусочек нирваны, пока чудо не начнет вырываться и брыкаться. Но, к моему удивлению, Альберто вначале удивленно замер, а потом, как видимо, махнув рукой на все возражения, закрыл глаза и ответил не менее неистово. Вскоре я почувствовал, что от избытка кайфа меня просто уносит, ноги ослабли от нестерпимого желания продолжить все объяснения на какой-нибудь горизонтальной поверхности. Даже пришлось опереться рукой о злополучный насос, чтобы не испачкать ржавчиной модный костюм Альберто. Я разорвал поцелуй и решил отдышаться. Мой милый друг тоже выглядел томно с припухлыми губами и взглядом с поволокой. Ну, просто чудо! От второго штурма недотроги нас отвлекло тихое потрескивание. Альберто повернул голову и с интересом наблюдал, как от моей руки волнами расходятся искры, а после них с чистого металла облетают хлопья ржавчины. – И зачем ты тратишь энергию на такие глупости? – возмутился мой компаньон. – Я не трачу. – Мне оставалось только отмахнуться от обвинений. – Я не прикладываю к этому и крохи старания, а просто держусь, чтобы не упасть от удовольствия. По всей видимости, это излишек магии, который не успевает усваиваться организмом. Ты, кстати, тоже искришь, посмотри. Альберто с удивлением посмотрел на всполохи искр между пальцами и, рассмеявшись, приложил руку к оставшейся ржавчине. Под его рукой заискрило, и восстановительная волна пошла навстречу моей. Когда две волны встретились, они красиво объединились и побежали дальше. – Как интересно, – Альберто облизал зацелованные губы, но решительно увернулся от следующего поцелуя. – И все же не будем разбазаривать энергию попусту! Пустим ее в нужном направлении. У нас более сотни заказов собралось. Нам ещё подвезли каркасы, а вот колеса заканчиваются. Если у нас теперь есть даже излишек энергии, то, пожалуй, самое время поработать. Альберто твердой рукой потащил меня обратно в нашу мастерскую с прессом. Он без всяких сомнений оставил меня внутри, напоследок провокационно улыбнувшись. Сердце в груди сделало кульбит, и уже было не так грустно возвращаться к брошенной вчера заготовке. Пока я мешал и поджаривал, как сумасшедший ученый из злобной сказки, Альберто занимался остальным производством. Он время от времени забегал ко мне, чтобы рассказать о том, что происходит, а заодно поцеловаться. И даже не знаю, что мне нравилось больше… Из коротких сообщений Альберто я узнал, что привезли оставшиеся каркасы, теперь эту груду гнутого железа осторожно разгружали в пустой цех, почти сразу привезли и колеса. Альберто со смехом рассказывал, как два мастера, встретившись на нашей территории, начали задирать друг друга, как два бойцовских петуха. Они пытались доказать друг другу и всем зрителям, что они могли бы и сами выполнить работу конкурента. Альберто их очень резво осадил, заявив, что работы хватит всем, и сразу дал им заказ вдвое больший, чем предыдущий. Пятидесяти велосипедов сейчас нам было катастрофически мало, у нас был взят задаток более чем за сотню, поэтому следовало ускорить производство. Мастера сразу успокоились и пообещали сделать свой заказ в минимальные сроки, надменно посмотрев друг на друга. Задержка теперь была только из-за нехватки резины. Я не разрешал Альберто выносить неостывшие литые колеса. Рецепт можно было украсть или попробовать смешать самостоятельно, но вот принцип прожарки резины следовало сохранить в тайне. Альберто уже навел справки по поводу патента изобретения. Оказывается, получить патент могли только женщины. Считалось, что только женщина может судить, насколько необходимо новое изобретение миру. Якобы мужчины неспособны сами оценить важность изобретения и, как дети, часто придумывают совершенно бесполезные вещи. Раньше бы я с легкостью согласилась с подобным решением, но теперь, оказавшись «по ту сторону баррикады», могла только вздыхать и стараться обезопасить новинку от пронырливых людишек. Кроме этого, появился торговец, который хотел продавать наши велосипеды в своей лавке. Он обещал золотые горы и наилучшие условия для торговли, но в ответ хотел договориться, что будет нашим эксклюзивным продавцом. Торговец туманно намекал на помощь его жены в оформлении необходимых документов, но мы были уже наученные горьким опытом в прошлой жизни: чем мягче стелет поставщик, тем жёстче спать. Альберто солидно шевелил бровями и важно вздыхал в ответ, также туманно намекал, что у нас есть кому похлопотать о документах, просто еще не время. И после осторожных пируэтов в итоге выставил ушлого купца ни с чем. Мы уже обговаривали с Альберто эту ситуацию. Как бы ни было заманчиво спихнуть со своих рук реализацию товара, но позволить, чтобы нашу идею захапали другие люди, мы не могли. Отдав реализацию в чужие руки, мы бы утратили вначале контроль над ценой, а потом нам бы стали выкручивать руки по поводу количества и качества наших велосипедов. – Не представляю, что нам делать дальше, – вздыхал друг, усевшись на верстак, болтая ногами. – Нам не разорваться. Ну почему мы мужчины? Будь мы женщинами, все стало бы проще! Мы не можем всем заниматься сами, в итоге захлебнемся работой. Спрос уже опережает предложение просто семимильными шагами. А если мы не сможем удовлетворить всех желающих, то это сделают конкуренты. В городе много безработных инженеров и предприимчивых дельцов, вскоре кто-нибудь еще начнет выпускать велосипеды. – Прекрасно. – Я не уставал любоваться, как солнечные лучи просвечивают нежную кожу и платину волос Альберто. – Тогда мы проведем велогонки. Заявим денежный приз победителю и покажем всем преимущество нашей модели! Дадим всем месяц на подготовку к гонке. Надо будет обговорить это с мэром городка и дать рекламу в газетки. Это будет прекрасная реклама для нашей фирмы. – Думаешь, мы выиграем? – Альберто перестал покачивать ногами и собрался как кот перед прыжком. – Как подобное можно пустить на волю случая? – А мы и не дадим, – я подошел и поцеловал любимого в губы. – Мы сами будем участвовать в этой гонке и победим! – Ты уверен? – усомнилось моё сокровище и на всякий случай отодвинулось от меня, чтобы я не потерял мысль. – Точно уверен? – Абсолютно. И выйдем на гонку на новой модели двухколесных велосипедов. Поверь, это беспроигрышный вариант. Для начала они легче и намного маневреннее! Пока эти трехколесные малыши будут толкаться на старте и цепляться задними колесами за все коряги, мы с тобой умчимся, как резвые кони. За месяц мы успеем выпустить достаточное количество трехколесных монстриков. Люди привыкнут к самой идее велосипеда и оценят его преимущества перед пешей прогулкой или скрипучей колымагой, а потом – РАЗ!! И новинка – встречайте новую модель! – О- о… – задумался Альберто. В его глазах запрыгали циферки и нолики. В мозгах началась переработка идеи и составление планов на будущее. – Мне нравится! Есть где развернуться. И как я понимаю, договариваться с мэром предстоит мне? – Они не устоят перед твоим обаянием. Ты всегда умела договариваться с властями, а теперь, когда ты такой красавчик, у старых маразматиков просто нет шансов тебе отказать. Это ведь все на благо города! И создание новых рабочих мест, и развлечение для отдыхающих! – Хорошо, – согласился блондинчик, спускаясь с верстака. – Когда ты освободишься? – Уже свободен. – Я снял фартук и очки, сжав в руке бумаги с расчетами, испепелил их и растоптал на всякий случай пепел. – У меня закончился сырой каучук, так что на сегодня все. Есть планы на вечер? – Никаких. А что, имеются варианты? – Вариант один, только заниматься им нужно вдвоем, – ухмыльнулся я, глядя, как розовеет красавчик. – Какой тонкий намек, – вздохнул Альберто. – Ты, как всегда, прямолинеен в своих желаниях. – Я вообще-то хотел за покупками съездить, но твой вариант мне нравится больше... – Я увидел, как Альберто напрягся, ожидая, что я опять начну его тискать, и поэтому сделал шаг назад. – Нужно купить кровати, постельное белье и ещё много чего. Строители закончили красить стены в отремонтированных апартаментах, и лично мне хотелось бы уже поспать на настоящей кровати. Надо обживаться на новом месте. – Прекрасная идея. – Альберто первый рванул из мастерской и с нетерпением дожидался снаружи, чтобы закрыть дверь тяжелым ключом. – Я видел в магазине красивые кровати, закажем их на завтра. А сегодня поужинаем спокойно в городе. Сейчас только сбегаю за шляпами. Поедем на своих велосипедах до города, заодно обсудим маршрут для велогонки. Узнав у Марэка, кто сегодня дежурит ночью, и дождавшись Альберто с двумя шляпами, мы, наконец, уселись на свои велосипеды и не торопясь покатили в город. Альберто щебетал птичкой, старательно отводя глаза, а я только улыбался. Ничего, ничего, пусть не сегодня ночью, но ты все равно будешь моим!