Манхэттен

Аккуратно повернувшись, чтобы не разбудить крепко спящую племянницу, Ева тихонько встала и потянулась. Несмотря на мягкую постель, женщина всю ночь ворочалась с боку на бок, стараясь избавиться от тяжелых мыслей, но получалось плохо. Как теперь поведет себя эта группа, узнав о проблемах Атлантис? Не посчитают ли, что лучше не иметь дела с ненормальными, которые в любой непонятной ситуации хватаются за оружие? И что ей тогда делать, если сегодня они снова окажутся с девочкой вдвоем на пустынной дороге? Так ничего и не решив, Ева открыла дверь и вышла в общий отсек, где, к её удивлению, уже было полным-полно народа. - Доброе утро, вы сегодня рано, - молодая блондинка приветливо улыбнулась и махнула рукой. – По утрам у нас самообслуживание. Выбирайте, что вы будете: тушенка в томате, бобы или консервированный ананас. Этого добра у нас много, так что не жалко. Схватив пару банок, девушка выскочила на улицу и, весело насвистывая, поспешила к грузовику, собираясь заступить на дежурство. Проводив девушку недоуменным взглядом, Ева слегка нахмурилась, заметив, что сетки, опоясывавшей лагерь ночью, уже нет. Очевидно, группа не собиралась задерживаться на стоянке ни одной лишней минуты. - Ева, присаживайтесь. Поешьте, пока горячее. Решив не спорить, женщина уселась за стол и с удовольствием приступила к еде. В последнее время её желудок превратился в бездонную бочку, и Пейлас уже начала всерьез задумываться о том, чтобы включить в свой рацион лягушек или каких-нибудь жучков. Брезгливость пока побеждала, но голод всё равно не сдавался. Доев последнее колечко ананаса, Ева с удовольствием откинулась на спинку дивана и удовлетворенно погладила живот. Похоже, что маленький проглот остался доволен таким завтраком и теперь вел себя спокойно. - Вы наелись? - Да, спасибо. - Хорошо, - растерянно почесав голову, Джон мысленно обругал себя за нерешительность и дотронулся до руки женщины. – Ева, по поводу нашего предложения... Что вы решили? - Я? – убаюканная чувством насыщения, Ева удивленно уставилась на мужчину, стараясь понять, чего он хочет. Спустя секунду расслабленность исчезла, уступив место врожденной подозрительности. – Вы о чем? - О нашем вчерашнем предложении. Понимаете, мы не просто так колесим по этим дорогам в поисках нового дома. Мы направляемся в Нью-Йорк. Пару месяцев назад мы смогли поймать радиосигнал. В нём говорилось о безопасном месте в Нью-Йорке. Остров Манхэттен. Мы все едем туда. Если хотите, присоединяйтесь к нам. Мы не будем против. Если же нет, то мы можем высадить вас в ближайшем городке, а дальше - вы сами. - То есть, вы едете в Нью-Йорк? - вычленив для себя самое главное, женщина изумленно уставилась на Граббе. – Следуете за неизвестным сигналом, который неизвестно кто послал в надежде, что там окажется безопасно? Я правильно поняла? - Да, абсолютно верно, - вспомнив вчерашний скепсис, которым Мэрл поливал их желание добраться до нового дома, Джон непроизвольно сжал кулаки, готовясь к ещё одной порции порицания - на этот раз женского. Открыв было рот, чтобы высказать Граббе все, что она думает о нелепости его поступка, женщина замерла и шумно выдохнула. В голове бешеным калейдоскопом пронеслись вчерашние воспоминания: сигнал, поданный этой группой, сытный ужин, мягкая постель, которую им уступили, не задумываясь... И всё это, чтобы два незнакомых человека смогли хоть ненадолго передохнуть от бесконечной борьбы за выживание. Бросив быстрый взгляд на улицу, где дети под руководством невысокого азиата старательно разбирали и чистили своё оружие, Ева только покачала головой, но так ничего и не сказала. Лишь спустя минуту она подняла голову и, задумчиво уставившись на мужчину, спросила: - Вы действительно думаете, что там есть безопасная зона для всех нас? Что это не ловушка для простаков? - Да, я так думаю, - немного поколебавшись, Джон всё же решился продолжить: – Ева, я понимаю, как это звучит, но я верю, что там безопасно. Не знаю, что это – интуиция, догадка или, может, просто мне хочется так думать, но в любом случае никто из нас не отступит. Решение за вами. Непроизвольно погладив живот, женщина постаралась прислушаться к своей интуиции. За прошедшие два года Пейлас научилась доверять своему внутреннему голосу, осознавая, что только благодаря ему она сумела избежать многих ловушек. И хоть мозг упрямо кричал, что нигде не безопасно, что этот сигнал - скорее всего, очередная приманка для наивных людей, но на сердце было удивительно спокойно. Эта группа, несмотря на вызывающее подозрения дружелюбие, была крепкой и уж никак не наивной. Если они смогли пройти такой путь и не только не потерять никого из своих людей, но и не попасться в руки тех, кто промышляет разбоем, то значит, эти люди дорогого стоят. - Если я захочу, то мы сможем уйти в любой момент? - Да. - Спасибо, - несмело улыбнувшись, Ева бросила взгляд на закрытую дверь спальни. – Мы бы хотели присоединиться к вам в вашем путешествии до Нью-Йорка. - Ну что ж, милости просим. *** Всю следующую неделю группа медленно, но уверенно продвигалась к своей цели. Найдя в Трентоне автомастерскую и разжившись необходимыми инструментами, Мэрл быстро привёл свою машину в порядок и теперь наравне с остальными участвовал во всевозможных вылазках или занимался разведкой. Каждый день, наблюдая за тем, как ведут себя эти выжившие, реднек нет-нет, да и начинал проводить параллели с группой Рика. При всём своем пацифизме старавшийся по возможности помогать людям Джон не был этаким пастырем, который с одним лишь добрым словом идет против своры волков. Каждый день либо он, либо кто-нибудь из других мужчин брали тупой нож и учили детей, как следует защищаться от физически более сильного человека, и как, используя свой рост, побеждать и даже убивать противника. Решив один раз, ради смеха, побыть подопытным манекеном, Мэрл еле встал на ноги, когда Мира, сделав вид, что ушибла руку, подсекла и грохнула его, девяностокилограммового мужика, об землю. Также никто не чурался мародерства. Каждый - даже самый захудалый - магазин, который попадался им на пути, тщательно осматривали. Каждую тачку обыскивали и иногда разбирали. Заглянув один раз в кузов грузовика, Мэрл лишь удивленно присвистнул, заметив в одной из коробок всевозможные свечи зажигания, аккумуляторы и другое автомобильное барахло. В других ящиках лежала одежда: женская, мужская, детская. Ещё дальше - книги и всевозможные инструменты. Даже мертвецы, которые попадались им на пути, шли в дело: Граббе использовал их как наглядное пособие для выживания. Как-то, встретив на дороге небольшое стадо, Джон приказал остановиться и, дав каждому подростку по пистолету с полной обоймой, выпустил детей наружу. Увидев это впервые, Андреа попыталась прийти ребятне на помощь, но была решительно, хотя и мягко, остановлена. - Они должны быть готовы ко всему. Даже к тому, что мы не всегда сможем быть рядом. Когда через несколько минут дети вернулись обратно в трейлер, женщина только покачала головой, но ничего не сказала. Она видела, как Мэвис и Хавьер облегченно выдохнули, убедившись, что с их детьми ничего не случилось, но даже и не подумали сделать замечание Джону или как-то подстраховать своих чад. Решив поделиться своей тревогой с Кэрол, что дети не должны сами сражаться с ходячими, Андреа крепко удивилась, когда подруга посоветовала ей не лезть к Граббе и не пытаться поменять сложившиеся отношения между лидером и его людьми. Вскоре женщина поняла, что Кэрол имела в виду, и окончательно укрепилась во мнении, что уход из Александрии был верным решением. Остановившись однажды на ночлег в одном из заброшенных домов, группа быстро освободила помещения от их бывших владельцев, но вместо того, чтобы наслаждаться заслуженным отдыхом, мужчины взяли лопаты и начали на заднем дворе рыть могилы. Женщины обернули тела в простыни, а дети положили в каждую яму по подушке и кое-какие домашние мелочи. Когда ямы были засыпаны, Хавьер прочел короткую молитву, в которой выразил надежду, что упокоенные и похороненные обретут, наконец, вечную жизнь в раю. На резонный вопрос Мэрла, зачем они хоронят неизвестных мертвяков, да ещё с таким пафосом, Дейл мудро заметил, что сам Мэрл наверняка тоже хотел бы после своей смерти лежать в земле, а не гнить ходячим трупом. - Да мне вообще по хуй будет! Сдох и сдох. Главное, чтобы голову пробили, и всё. - То есть ты бы не хотел, чтобы твои друзья знали, где твоя могила? Предпочитаешь, чтобы они забыли о тебе и не вспоминали, так? Или если - не приведи Бог! - что-то случится с Андреа или Кэрол, то что? Пускай так и лежат где-то на обочине? - Не, старик, ну, это ты загнул! Я своих цыпочек никому в обиду не дам! - Конечно, не дашь. Сам умрешь, лишь бы они живы остались. И они останутся. А потом постепенно забудут о тебе. Ведь не будет места, куда можно будет прийти навестить тебя. Ты станешь воспоминанием, которое с каждым днем будет всё больше и больше блекнуть, пока окончательно не превратится в пыль. Тебе этого хочется? Чтобы тебя запомнили, как Мэрла Диксона, с которым мы когда-то выживали? - Твою мать, старик! Не еби мне мозг! Хрен я сдохну! Я ещё тебя переживу! Хотите хоронить неизвестных мертвяков – хороните, только меня не втягивайте в свои проповеди! Выскочив на улицу, Мэрл впервые за две недели пожалел, что он не в Александрии. Там всегда можно было кого-нибудь задеть и отвести в драке душу, а здесь что?Малолетки, бабы, старперы и всего двое мужиков, которые при его подначках мгновенно становились глухими. Завернув за угол, Диксон замер, а потом презрительно прищурился: трое подростков сидели на террасе и горячо спорили, какие из книг, что лежали у их ног, стоит брать с собой, а какие оставить. - Чё, маленькие мародёры, делите добычу? Не, ну всё верно. На хрен мертвякам чтиво, особенно про... - выхватив из общей кучи небольшую книгу, он прищурился и прочитал: – «Таинственный остров». - О, это надо! - протянув руку, Кай выдернул у него книжку и добавил к аккуратной стопке, что лежала на столе. – Там написано, как можно развести огонь без спичек, как определять широту и долготу... Ну, короче, много всего. Спасибо, мистер Диксон. - Да иди ты со своим "спасибо" знаешь, куда? - всё также презрительно, но без злобы Мэрл смотрел на подростков. – Вот не понимаю я вас. Час назад вы все похоронили хозяев этого дома. Они, конечно, были ходячими трупами, ну да ладно. А теперь вы спокойно притащили их барахло сюда и перебираете, что надо брать, а что - нет. - И что? – с интересом взглянув на грубого реднека, Белль пожала плечами. – Они когда-то были людьми, и мы их похоронили, как положено. Но они мертвы, других выживших тут нет, а нам нужны припасы для дальнейшего пути. Если бы тут кто-то жил – живой, - мы бы ничего не трогали, а так… - девочка развела руками, - возможно, что-то из этого спасет нам жизнь. - Бля, малявка, ты говоришь почти как Рик Граймс, чтоб его черти взяли! - не обращая внимания на недоуменно переглянувшихся детей, Мэрл отвернулся и начал искать сигареты. – Разве что без той его мутной половины, которая ни хрена выжившему бы не оставила: либо пристрелил бы, либо с собой забрал. Почувствовав осторожное прикосновение, Мэрл резко повернулся, поднимая протез, но почти сразу опустил его. - Кэрол! Бляха-муха, не подкрадывайся ты так! Я не горю желанием проткнуть твою умную головку. - Извини, - покосившись на сидящих неподалеку детей, Кэрол мотнула головой. – Мне надо с тобой поговорить. - Случилось чего? - Не совсем, - отведя Диксона в сторону и убедившись, что вокруг нет лишних ушей, Кэрол внимательно на него уставилась. - Мэрл, ты и Андреа с нами уже почти две недели, но так и не рассказали, почему вы здесь. Мне, конечно, лестно слышать, что это из-за меня, но, думаю, это не вся правда. Что в действительности произошло в Александрии? - Блять… вот же тебе приспичило! - зло ухмыльнувшись, Мэрл начал ходить взад-вперед. – Ну, вот оно тебе надо? Что, прямо сейчас хочешь знать? До Нью-Йорка подождать не может?! - Мэрл, что случилось? - заступив ему дорогу, Кэрол мрачно уставилась на реднека. – Что ты говорил про избиение Спенсера, про новые общины? Почему вас выгнали? - Бля… Давай я лучше Андреа позову, она тебе расскажет. - Нет. Андреа я могу расспросить и потом, а сейчас я хочу всё узнать от тебя, - услышав холодный металл в голосе Пелетье, Мэрл лишь тяжело вздохнул. Терпение женщины было на пределе. - В общем, ты помнишь, мы тогда решили остаться. Я прям жопой чуял, что ничего хорошего нам эти отношения не принесут, одни только проблемы. А где проблемы, там и мой брат - гребаный защитник униженных и оскорбленных. Короче, я решил сходить в оружейку - проверить стволы и патроны, - только вот до неё я так и не добрался. Когда дом обходил, увидел эту сенаторшу и её сынка: сидят себе в беседке такие чинные, благородные, что я чуть не блеванул. Общаться мне с ними не о чём, и решил я тихонько их обойти. Вот только разговор, который они вели между собой, мне о-о-очень не понравился. - Надо сделать так, чтобы Рик лично занялся установлением дружеских отношений между общинами. Не только с Хилтопом, но и с другими. Чем больше он будет тратить времени, обеспечивая безопасность этим людям, тем лучше. Осторожно выглянув из-за дерева, Мэрл мрачно уставился на сидящую в беседке Диану и вышагивающего вокруг неё Спенсера. Мужчина нервно поглядывал на мать, поражаясь её спокойствию. Привыкший во всем ей доверять, Спенсер старался игнорировать тот факт, что если Рик узнает о новом заговоре против него, то попросту убьет зачинщиков, но получалось плохо. - Мама, ты понимаешь, что мы всем рискуем? Нам нужны люди для защиты Александрии, а эти поездки… - Люди будут, - грубо перебив сына, Диана вскочила со скамьи. – Мы выживали и до Рика Граймса и, заметь, неплохо. Да, были потери, но мы учились на своих ошибках. А что произошло, когда появился он и эта его банда?! Сначала умер твой брат, потом Пит – наш единственный врач, потом… отец. А его безумная идея вывести мертвецов из карьера? А «волки»? С приходом Граймса мы потеряли больше людей, чем за всё время существования Александрии! Он хочет быть полезен? Отлично. Пусть занимается тем, что умеет лучше всего – убивает. А мы тем временем займемся Александрией: укрепим её и расширим - будем заниматься тем же, что и всегда. Не пройдет и месяца, как люди начнут приходить со своими проблемами не к Рику, а к нам. Самое главное - склонить на свою сторону Мэгги и Мишонн. Когда он поймет, что произошло, будет уже слишком поздно. И Рику придется либо принимать наши условия, либо уйти отсюда. - Браво, браво, браво! - картинно аплодируя, Мэрл вышел из-за дерева и не спеша подошел к ошарашенной таким внезапным вторжением парочке. – Прям целая операция по свержению одного диктатора и возведению на престол другого. Вы, как надумаете, предупредите - я попкорн сделаю ради такого случая. - Мэрл Диксон. Смутьян и баламут, склонный к нарушению общественного порядка, - придя в себя, Диана внимательно смотрела на наглого реднека, стараясь понять, как вести себя дальше. – Ну, и что же ты собираешься делать? Сдашь нас Рику? Соберешь собрание? - Бля, дамочка, не мешай: я думаю, - наслаждаясь видом откровенной паники на лице Спенсера, Мэрл широко улыбнулся. – Надо же, судьба Александрии в моих руках. Ну ладно, ладно... всего лишь двух дураков, которые решили, что могут щелкнуть пальцами - и всё будет по их велению. - Ну почему же сразу "дураков", - быстро осмотревшись, Диана убедилась, что никого кроме них троих в беседке нет. Только на другой стороне пруда прохаживаются часовые, да дети играют неподалеку. Решение пришло моментально. – Разве ты не знаешь, что никогда не стоит недооценивать противника? Даже потенциального. - Противник?! Ты?!! – растянув губы в ухмылке, Мэрл презрительно уставился на невозмутимую дамочку. – И что ты мне сделаешь? Предложишь конфетку за молчание? Или, может, чё-нибудь рангом повыше: ну, вискарик там или водочку? - Нет, до банальной взятки я не опущусь. Да и не думаю, что она поможет. Такие, как ты, никогда не успокоятся, а будут требовать ещё и ещё. Спенсер, - повернувшись к сыну, Диана посмотрела ему прямо в глаза, - помнишь, как ты выбил дополнительное время для своей команды? И в итоге вы вышли в полуфинал штата? - Полуфинал… - недоуменно взглянув на мать, Монро нервно усмехнулся. – Да, помню. - Может, с мистером Диксоном тоже так получится? - Что получится? Чего вы несете, убогие? - Нет, мама, не думаю. Мэрл слишком глуп, чтобы попытаться понять истинный смысл наших планов. Его беспокоит только сытое брюхо и возможность налакаться до полной отключки. На всё остальное ему наплевать, хоть он и мнит себя крутым выживальщиком. - Чё ты несешь, скотина?! - Что, Мэрл, правда глаза колет? Ты грязный, вонючий, вшивый реднек, который строит из себя пуп земли, хотя на самом деле, ты ничего из себя не представляешь. Ноль без палочки. Твой брат такой же, но хоть молчать умеет. Понимает, что ничего путного не скажет, а так хоть за умного иногда сойдет. Вот интересно, что в тебе нашла Андреа? Может, её тянет на экстрим? Ну, раньше люди прыгали с тарзанки, а она решила замутить с наркодилером. Острые ощущения ей обеспечены. Ты хоть предохраняйся, Диксон. - Да пошел ты, маленький ублюдок! Спенсер даже не успел ничего больше произнести, как, сделав рывок вперед, Мэрл врезался в него и вместе с ним упал на землю. Замахнувшись, Диксон начал наносить удар за ударом, стараясь выплеснуть всю охватившую его ярость на лежащего под ним соперника. Только почувствовав вкус крови на губах, Монро опомнился и начал защищаться. Поставив блок, Спенсер ужом выскользнул из-под Мэрла и, воспользовавшись тем, что бить в полую силу правой рукой реднек не мог, схватил его за шею и крепко сжал. Взвыв от боли, как раненый зверь, Мэрл изо всей силы ударил куда-то вверх и, почувствовав, что кулак угодил во что-то мягкое, рванул противника за руку. Не удержавшись на ногах, Спенсер рухнул, и уже через секунду Диксон снова сидел на нём, продолжая вбивать кулаки в безвольное тело. Звуки внешнего мира словно отключились и ушли куда-то на второй план. Кто-то тянул его вверх, пытался оттащить, но всё было тщетно. Замахнувшись для очередного удара, Мэрл на секунду замер, почувствовав, что что-то изменилось. Больше он ничего понять не успел, так как на голову обрушился сильный удар, и реднек потерял сознание. Тяжело дыша, Розита опустила оружие и мрачно уставилась на лежащего у её ног Мэрла. К беседке уже бежали люди, привлеченные криками и шумом драки. Кто-то испуганно охал, заметив окровавленного Спенсера, кто-то побежал за Дэниз, но большинство столпились угрюмой кучей, вспоминая, что всего несколько месяцев назад недалеко от этого самого места была такая же драка, когда новоявленный шериф Александрии расправлялся с одним из ее жителей. Заметив бегущую со всех ног Андреа, Розита сделала шаг вперед, чтобы задержать женщину, но не успела. - Что произошло?! Боже, Мэрл?! – опустившись на колени перед всё ещё не пришедшим в себя реднеком, Андреа осторожно дотронулась до его головы. – Мэрл, ты слышишь меня? Ответь! Что случилось? - Мэрл Диксон напал на Спенсера и пытался его убить, - осторожно поддерживая сына, Диана помогла ему сесть и гневно уставилась на женщину. – Он вбил себе в голову, что раз Рик является новым лидером Александрии, то это дает ему право распоряжаться нашими припасами и оружием по своему усмотрению. Мэрл потребовал, чтобы я дала ему ключ от склада - в частности, от шкафа с выпивкой. Я отказалась, и мой сын поддержал меня в этом. Тогда мистер Диксон самоуверенно заявил, что если надо, возьмет всё сам, и никто ему не указ. - Вы всё врете! Мэрл никогда бы так не поступил! Розита, ну хоть ты скажи! Карл! Отец Габриэль! Увидев, как друзья виновато переглянулись, Андреа изо всех сил сжала кулаки, чтобы не сорваться в банальную истерику. - Прости, Андреа, я не слышала разговор, но видела, что это Мэрл первый бросился на Спенсера и начал избивать его, - слегка дотронувшись до плеча подруги, Розита лишь тяжело вздохнула, когда та сбросила её руку. – Надо отнести его в больницу - обработать раны. - Нет, - всё еще пребывая в гневе, Диана решительно замотала головой. – Он напал на моего сына и избил его. Отнесите Мэрла Диксона в подвал и заприте его. Я не вижу, чтобы у него были какие-то серьезные повреждения, так что Дениз вполне может обработать его ушибы и там. - Дениз не нужна, я сама сделаю всё необходимое, - ни на кого не глядя, Андреа молча поднялась и поспешила в больницу. Захватив всё необходимое, женщина поспешила в подвал, куда уже успели отнести Диксона. Презрительно хмыкнув в ответ на сообщение охранника, чтобы она позвала, когда закончит, Андреа вошла в комнату и, опустившись на пол, начала не спеша обрабатывать свежие ссадины и кровоподтеки на лице Мэрла. Уже через пару минут реднек начал ворочаться и что-то невнятно бормотать. Прислушавшись к тихому бурчанию, Андреа только удивленно покачала головой и улыбнулась. Похоже, что драка между двумя мужчинами велась не только за выпивку. Наконец, слабо застонав, Диксон открыл глаза и болезненно сморщился, чувствуя, что в голове устроились сотни маленьких барабанщиков. - Твою ж мать! – с трудом сев, Мэрл недоуменно уставился на женщину, что пыталась заклеить ему рассеченную бровь. – Блонди! Какого хрена ты тут делаешь? Где этот мудак Спенсер, я ему ещё не все зубы пересчитал! - Тихо, тихо, успокойся! Сейчас я тебе всё объясню, - налепив последний кусок пластыря, Андреа устало опустилась на пол. – Мы с тобой в подвале. Диана говорит, что ты пытался убить Спенсера и залезть на склад. Кто-то вырубил тебя и принес сюда. Я же здесь, чтобы обработать раны. - Чего?! Охренеть! – не веря своим глазам, Мэрл вскочил с топчана и бросился к двери. – Эй, кто там?! А ну, открывай давай, пока я тебе пальцы не переломал! Ну чего стоишь, придурок?! - Он тебе не ответит. Ты под арестом. Почти половина Александрии видела, как ты бросился на Спенсера, и теперь тебя считают опасным. - Бля! – пнув ещё раз решетку, Мэрл начал ходить из угла в угол. – Вот суки! Обыграли, гады! Развели, как соплю малолетнюю, а я купился! Ну не идиот, не?! - Я не знаю. Может, ты, наконец, объяснишь, в чём дело? - Прости, Блонди... прости, - заметив усталое выражение лица Андреа, Мэрл сел на диван и притянул женщину к себе. Быстро рассказав, что произошло на самом деле и какова настоящая причина драки, он с удовольствием выслушал негромкую, но эмоциональную оценку действий Монро. К сожалению, дальнейшее развитие событий вырисовывалось не самым радужным: большинство людей, настроенных против Диксона, поверят всему, что говорит Диана. А значит, чтобы он ни сказал о её планах, всё это будет считаться плодом его больного воображения. - Вот так-то, цыпа. Рик, конечно, придурок, но он - наш придурок. Я уже завяз по полной, так что вся надежда на тебя. Вливай эту песню во все открытые уши. Подружке своей, Дэрилу, нашей корейской семейке. Короче, любому, кто станет слушать. - Это не поможет. Вздрогнув от неожиданности, парочка изумленно уставилась на Юджина, что стоял в коридоре. - Диана собрала экстренный совет, на котором сказала о недопустимости впредь подобных эксцессов. Ты, Мэрл, будешь сидеть под замком как минимум неделю. Она хочет устроить что-то вроде показательного суда. А ты, Андреа, как его женщина, будешь ограничена в плане передвижения. Тебе хотят запретить появляться в оружейной, на складе и в медпункте. Розита сейчас спорит с ней, но большинство - за то, чтобы поддержать Диану. - О Боже! - прижавшись лбом к холодным прутьям решетки, Андреа закрыла глаза, стараясь успокоиться. – Надо что-нибудь придумать. Рик не оставит это так. - Оставит. И даже больше: он её поддержит. Особенно, если Диана пойдет на некоторые уступки. - Да, и какие же? - Что Мэрл будет оставлен в городе под его ответственность, а это значит, что если что-то случится, то отвечать придется ему. И, может, ещё кому-нибудь... - Блядь! – шандарахнув изо всей силы кулаком по решетке, Мэрл мрачно уставился на невозмутимого Юджина. – А ты чего тут, толстячок? Просто решил рассказать последние новости? - Нет. Я хочу сделать так, чтобы у Дианы не было никаких рычагов давления на Рика. Это трудно, но вполне осуществимо. - Да? И как?! - Вам надо уехать из Александрии. Вдвоём, как вы и хотели. - Что?! Но как ты узнал? Проигнорировав изумленные взгляды обоих, Юджин развернулся и махнул кому-то рукой. Через секунду в подвал спустился отец Габриэль, неся в руках две сумки с вещами. Уступив мужчине место, Юджин отошел к двери, высматривая отошедшего дежурного, а Габриэль, достав из кармана несколько железных скрепок, присел перед дверью. Спустя минуту замок щелкнул, и парочка оказалась на свободе. - Святоша, охренеть! Ты скрывал такой талант! - Молодость моя была достаточно бурной, пока я не обрёл Господа. Надеюсь, что сейчас я совершил грех во имя благой цели. - А то. Если встретимся когда-нибудь, то за мной не заржавеет. Невесело усмехнувшись, Мэрл поднял голову. - В общем, они вывели нас за ограду. Юджин сунул ключи от тачки, что на трассе стояла. Оказывается, наш толстячок потихоньку от всех делал такие нычки на случай нападения. Он же дал мне частоту этого сигнала, ну типа, чтобы мы встретились в конечной точке. Правда, радио ни хрена не пашет, но это уже так – мелочи. - Боже, - не зная как вести себя, Кэрол сжала руку мужчины. – Мэрл, мне так жаль! Честно. Но думаю, что Рик… - Да не, он всё верно сказал. Наш Граймс сейчас под колпаком у этой сенаторши, хоть и сам этого не видит. Самое главное, чтобы он Дэрила в обиду не дал, но, думаю, с этим проблем не будет. Он за моего братишку может и глотку порвать, наверное. Ладно, пойду я. Сегодня у меня ночное дежурство. Развернувшись, Диксон быстро направился к машинам, решительно выбрасывая все воспоминания из головы. Сейчас главное - высматривать мертвяков, а не думать о том, что людишки, с которыми он выживал, смогли пожертвовать им, только чтобы успокоить чьё-то раздутое самолюбие. Проводив Мэрла задумчивым взглядом, Кэрол не спеша пошла к дому. Зайдя в свою комнату, она лишь тревожно прищурилась, заметив, что Андреа стоит у окна и смотрит во двор. - Он тебе всё рассказал, да? - Да, - не видя смысла скрывать правду, Кэрол подошла к подруге. – Про то, что задумала Диана, про драку, про Юджина. Мне очень жаль, Андреа. - Да, мне тоже. Знаешь, хочется думать, что мы ошиблись, что Рик бы так не поступил, но не получается. Он очень изменился после нападения «волков». И не в лучшую сторону. Протянув руку в попытке обнять подругу, Кэрол резко повернулась к окну, испытывая мощное желание выскочить на улицу, взять машину и рвануть обратно в Вашингтон. Женщина чувствовала, что что-то случилось в Александрии. Что-то очень нехорошее. - Кэрол, что с тобой? – испугавшись за резко побледневшую Пелетье, Андреа схватила её за руку и развернула к себе. – Тебе плохо?! - А? Что? – с трудом сфокусировав взгляд на лице подруги, Кэрол несколько секунд сидела молча, стараясь усмирить внезапно вспыхнувшую тревогу. – Н-нет, всё в порядке. - Да вижу я, какой тут порядок! Что случилось? - Да нет, ничего, честно, - мягко высвободившись из объятий Андреа, Кэрол обхватила себя руками, стараясь прогнать неизвестно откуда появившийся холод. – Просто, понимаешь… мне кажется, что в Александрии что-то произошло. И что им нужна помощь. - Понимаю, - взяв в свою руку ладонь Кэрол, Андреа только поразилась тому, какая холодная у неё ладонь. – Честно, понимаю. И дня не проходит, чтобы я не думала, как они там, что делают, удалось ли Рику и остальным наладить отношения с другими общинами. Когда-нибудь мы это узнаем, я уверена. Сейчас мы уже слишком далеко забрались от Александрии и ничего не можем с этим сделать. Но, Кэрол, они сильные. Помнишь, через сколько испытаний мы прошли? И всякий раз выживали. И теперь я уверена: если что-то там и происходит, то они справятся. - Да, думаю, ты права, - несмело улыбнувшись, Кэрол решительно подавила ещё одну волну паники. – Как бы там ни было, мы ничем не можем им помочь. - Ну да, - протянув руку, Андреа забрала у подруги винтовку и слегка подтолкнула её к кровати. – Пойди приляг, я подежурю. Иди, иди, тебе надо поспать. Согласно кивнув, Кэрол забралась под одеяло и закрыла глаза. Усталость давала о себе знать, и уже через пару минут женщина провалилась в глубокий сон. В это самое время в Александрии. - Ну что, уебки, допрыгались?! – высокий, крепкий мужчина с наигранной улыбкой смотрел на людей, что стояли перед ним на коленях. – Что ж до вас, лохов, никак не дойдет, что плевать против ветра – это заведомо проигрышное дело, а? Ты, Рик, убил моих людей, пытался убить меня и наивно думал, что я пущу все это на самотек? Хер тебе! Медленно опустив биту мужчине на плечо, Ниган не спеша начал поднимать её вверх, наблюдая, как острый край проволоки вспарывает мужчине кожу до крови. Заметив, как шериф лишь сильнее стиснул зубы, Ниган довольно усмехнулся. Такой смелый и такой глупый. - Но знаешь, Рик, я - не ты. Сделав шаг назад, Ниган начал не спеша рассматривать застывших на ветру людей. Десяток самых лучших бойцов Александрии стоял перед ним на коленях и покорно ждал его решения. Господи, какой же это был кайф! Даже лучше всех батончиков с ореховым маслом на свете! Остальные же запуганным стадом толпились чуть в отдалении и с нескрываемым ужасом наблюдали за тем, как неизвестные мужчины свободно входили в их дома и брали всё, что хотели. – Да-да, я не такой, как ты. Я не буду исподтишка пробираться в твой дом и убивать тебя спящего. Нет. Я даже не буду подкарауливать твоих людей на дорогах, чтобы убить их. Нет, всё будет гораздо проще. Раз в две недели мои люди будут приезжать сюда и забирать половину ваших припасов. Откуда вы их будете брать, как доставать – меня не колышет. А чтобы ты понял, что я не шутки с тобой шучу, то сейчас, на твоих глазах, я убью одного из твоих людей. Может, посоветуешь кого? Ну там вдруг у тебя враг есть тайный?.. Так вот тебе возможность избавиться от него. Что? Нет таких? Ну ладно. Думаю, мы с моей крошкой Люсиль сделаем правильный выбор. Отступив чуть в сторону, Ниган опустил биту и слегка провернул её. Шесть мужчин и четыре женщины с тщательно скрываемым страхом следили за тем, как лидер «спасителей» начал неспешно прохаживаться вдоль них, словно раздумывая, кого же выбрать сегодняшней жертвой. Пройдя два раза с одного конца в другой, мужчина тяжело вздохнул и поднял биту. - Тяжело выбрать, да, Люсиль? Давай-ка вернемся к нашей маленькой, любимой считалочке. Эни, мини, майни, мо, Ухвати за пятку негра. Если хочет отдохнуть – просто отпусти его... С каждым словом Ниган слегка тыкал утолщенным концом биты в одного из людей, словно ставил на каждом из них персональную метку. - Эни, мини, майни, мо. Так, и у нас есть победитель! - остановившись перед выбранной жертвой, Ниган широко улыбнулся и повернулся к Рику. – Можешь сказать "пока-пока" своему человеку. Разрешаю кричать, плакать, осыпать меня проклятиями. Но если хоть одна сука попытается мне помешать, угандошу каждого десятого, кто есть в этой чертовой Александрии. Всем ясно? Ну, а теперь приступим. Прости, мужик, обезболивающего не предвидится. Размахнувшись, Ниган с силой опустил биту на голову стоящего перед ним мужчины. После первого же удара разум "спасителя" словно заволокло красной дымкой, а на губах появился отчетливый привкус теплого металла. Полностью отдавшись во власть новых ощущений, Ниган всё наносил и наносил удары, пока не почувствовал, как бита проваливается в пустоту. Очнувшись, он с удивлением смотрел на тело, что лежало у его ног. Вместо головы у убитого мужчины была сплошная каша, состоящая из кусков кожи, волос и мозга. Брезгливо сняв с проволоки прядь волос, залитых кровью, Ниган швырнул её на землю и повернулся к бледному, закусившему губу до крови шерифу. - Увидимся через две недели, Рик.