Психология

У Кастиэля подогнулись ноги. Он рванул вперёд, схватил медсестру за руки и умоляющим взглядом посмотрел ей в глаза. — Дочь?! Они в порядке?! Обе?!?! — Дин пытался оттащить его, пока Сэм просто стоял и по его щекам катились слёзы. — Да! Да! Да! — медсестра пыталась ответить на все вопросы. Она явно не ожидала такой активности от молодого парня. Может от отца ребенка да, но не от Каса же, — они в порядке! Правда! — Сэм, иди, — сказал Дин, кладя руку брату на плечо, — беги к ней. И к дочке. К ним обеим. Сэм на полусогнутых пошел к двери, куда его активно звала медсестра. Через несколько мгновений он скрылся за дверью, оставив брата и друга стоять в полупустом коридоре роддома. Кастиэль стоял, смотрел ему вслед, совсем забыв о том, что помимо Сэма, помимо облегчения и счастья, которое он испытывал есть ещё целый мир. Он стоял, смотрел на дверь, потом себе под ноги, потом снова на дверь. Потом, с трудом, повернул голову и посмотрел на Дина. Тот слабо улыбался, явно он так устал, что ему даже на это не очень хватало сил. Кастиэля вдруг начало распирать какое-то до боли сильное счастье. Такое сильное, щемящее, которое заставляло кричать, прыгать. И Кастиэль не смог себя сдержать. Он завопил, прыгнул на Дина, обвивая руки вокруг его шеи и он оба упали на пол. — Я знал! Знал, что она справится, Дин! — он взял лицо парня в руки, сжимая щеки, из-за чего его лицо стало смешным, — Дин, ты – дядя! Твой брат – отец! Все отлично! — Кастиэль впился в губы парня с громким "чмоком". Кастиэль не сразу понял, сколько внимания они привлекли к себе, но даже когда понял, нисколько не смутился. Дин улыбнулся, счастливой, сияющей улыбкой, как никогда раньше. Он сел на полу и обнял Новака, прижимая к себе, целуя в макушку, шепча, что любит его. Дин был безумно счастлив, он готов был разрыдаться от счастья, ведь последнии восемь часов он был в этом жутком неведении. Они сидели и обнимались, прижимаясь друг к другу так сильно, как только могли. Тут дверь снова открылась и Сэм вышел к ним. Он посмотрел на них, улыбнулся и подошёл поближе. — Пойдёмте, Джессика хочет видеть вас всех, — он протянул руку брату, а тот, в свою очередь, помог подняться Новаку. Они прошли за дверь, там на них насильно напялили белые, нелепые халаты и они, наконец, зашли в палату. Там пахло странно. Нельзя сказать, что неприятно, но запах был необычный, новый. На кровати, в позе полусидя-полулежа, расположилась Джессика. Вид у неё был потрёпанный, уставший, но безумно счастливый. Она улыбалась, глаза у нее слезились от долгого тяжёлого труда. На руках у нее лежала девочка. Маленькая, закутанная. Она молчала и смотрела своими детскими глазенками на новоприбывших. Сэм склонился над дочуркой и провел рукой по голове жены. — Джесс, — тихо позвал он. — Да? — она устало улыбалась, глядя на него. — Неужели мы сделали такое чудо? — он заглянул девчушке в глаза. — Она вырастет красавицей, — мать погладила дочь, — ты ещё успеешь много раз удивиться её сообразительности и красоте. Она посмотрела на Кастиэля. Тот смотрел на дитя с огромным желанием подойти, но видно было, он не решался. — Кас, хочешь, подойти? — поинтересовалась она. — Что? Я? Да... Да, конечно! — он подошёл и наклонился над младенцем. Он вспомнил, как смотрел на Анну. Она была совсем другой, Кастиэль не думал, что дети могут так различаться. Он смотрел на ребенка, с этими маленькими ручками, пухлыми щёчками. Девочка сжала в кулачок его второй палец и Кас коротко усмехнулся. — Дин, подойди сюда, — тихо позвал он, — можно же? — он взглянул на Джесс. — Да, конечно, — она улыбнулась. — Я же говорил, что не образцовый отец, может не стоит? — Дин нервно переминался с ноги на ногу. — Я и не предлагаю её удочерить, — Кас поднял на него взгляд, — просто подойди. Дин вздохнул и подошёл, склонился над ребенком рядом с парнем. Он долго смотрел на девочку и потом улыбнулся. — Она просто чудо, — сказал Винчестер старший. — Я знаю, — Джесс поцеловала дочку, — я знаю.

***

— Дин, я жутко хочу есть, — тихо сказал Новак, когда они вышли из палаты, — поверить не могу, мы проседели тут восемь часов! — Я знаю, — он улыбнулся, — нам стоит поехать домой. Как выяснилось, Джессике всё же влили тромбоцитов, этим врачи поставили под угрозу жизнь маленькой девочки, но все пришли к выводу, что другого выхода нет. Конечно, девочка могла погибнуть, но в этой ситуации риска избежать было нельзя, а жизнь Джессики решили во что бы то ни было сохранить. Джессике сделали кесарево сечение, быстро и аккуратно извлекли ребенка и также быстро зашили обратно. Операция длилась долго, она была трудной, она было трудной не только для врачей и для Джессики, ждать, не зная, что будет дальше, тоже очень трудно. В этот день много людей прошли через очень сложное испытание. Врачам нужно было справиться с операцией, Сэму, Дину и Кастиэлю нужно было дождаться, просидеть восемь часов, не сойдя с ума от волнения, A Джессике... Джессике нужно было выжить. Что касается девочки, то она была чудо. Она смогла выжить, перенесла кесарево и послушно заплакала, расправляя лёгкие, когда ее вынули. У всей этой истории были и не самые светлые стороны, Джессике нужно было пройти долгое лечение, чтобы выяснить почему её кровь не хотела сворачиваться, что поставило жизни её и ребенка под такую большую угрозу. Швы будут долго заживать, над ребенком нужен будет настоящий надзор. Джессике придётся на некоторое время остаться в роддоме, чего, естественно, не хотелось никому, но это было сделано исключительно из благих побуждений. Сэм хоть и не хотел оставлять любимую жену и дочку в роддоме хотя бы ещё на день, он осознавал что так будет лучше, и что он понятия не имеет, что делать если у Джессики разойдутся швы дома или у малышки случится тромбоз или еще что похуже. Естественно, имени у девочки пока что не было, учитывая то, что ни Сэм, ни Джесс не знали о том мальчик это или девочка до сегодняшнего утра, имя никто придумать не успел, поэтому на некоторое время она осталась просто Девочка. Кастиэль и Дин с радостью бы остались там ещё хотя бы не надолго, они были просто в восторге от ребёнка, они были счастливы за Джесс и за Сэма, они видели их радостные улыбки и знали через что они прошли. Но все понимали, что сейчас молодых людей нужно было оставить одних, пополнение семьи дело серьезное, им нужно было разобраться в своих чувствах и мыслях, а Дин и Кастиэль пока могут поесть, добраться до дома и наконец-то отоспаться. Но перед тем, как покинуть роддом и поехать домой, Дин позвонил своей матери. Он был рад сообщить ей новость о том, что она стала бабушкой. Он пока что скрыл от неё некоторые подробности этих родов, постарался убедить её в том, что расскажет всё, когда она приедет. Сказала что любит её и что очень счастлив. Кастиэль не помнил, когда в последний раз Дин был так искренен к своим родным. Безусловно, Винчестер проявлял любовь к Касу, но он как-то стеснялся говорить матери или брату, что любит их. Сегодняшний день сильно поменял его, может быть не навсегда, но сегодня Дин говорил всё, что думал, не скрывал ничего, чем удивил маму, брата и Каса, но удивил приятно, так что претензий никто не высказывал. Было как-то трудно и даже забавно представлять, что для многих людей этот день ничем не отличался от всех остальных, что сегодня у практически всех людей на этом свете не случилось ничего, они ходили по улице, думали о всякой ерунде, дом-работа, дом-работа, а у семьи Винчестеров (и хоть Кастиэль не входил в фамилию Винчестеров, он всё равно был частью их семьи) случилось такое счастье, хоть перед этим пришлось изрядно понервничать. Наконец-то, Дин и Кастиэль покинули роддом. Они дошли до машины, Кастиэль сто раз предупредил Дина, чтобы тот был поаккуратнее на дороге, потому что, как бы Новак ему не доверял, Дин казался сегодня очень сонным. Несмотря ни на что, они добрались до дома без приключений. Посмотрели на весь бардак, который они устроили перед отъездом, вздохнули хором и грохнулись на кровать. Голод был сильным, да и вещи нужно было прибрать, а Шах, который был некормен с самого утра, носился по квартире и очень злобно лаял на своих злополучный хозяев, но ни Кас, ни Дин не могли заставить себя даже пошевелиться. — Нужно прибрать вещи, — скомандовал Кастиэль, лениво смотря на Дина. — Да, — без энтузиазма ответил тот. — Срочно выгулять и покормить Шаха, — продолжил Новак, загибая пальцы. — Ага, — тихо протянул Дин, закрывая глаза — Приготовить еду и поесть самим, — закончил тот. Дин демонстративно захныкал и, перевернувшись на живот, уткнулся носом в подушку. Кас печально улыбнулся и покачал головой, поглаживая того по спине. — Давай, соберись, — он улыбнулся и наклонился к самому уху парня, — а когда закончим всё, можем пойти спать, — томным шепотом проговорил Новак. Дин тихонько застонал, явно желая убрать из этого плана всё связанное с собакой, уборкой и готовкой, но всё же поднялся, сполз с кровати и сказал, что пойдёт выгуливать собаку, а Кастиэль пусть прибирается дома. Шах был крайне рад тому, что на него наконец-то обратили внимание. Пока Дин мучился с собакой, гулял с ним, стараясь не уснуть на ходу, Кастиэль прибирал вещи и истерично пытался приготовить что-то быстрое и, желательно, съедобное.

***

— Я пришел, — скомандовал Дин, закрывая за собой дверь и одергивая поводок Шаха, чтоб тот не рванул вглубь квартиры, оставляя следы своими грязными лапами. Кастиэль подошёл, с кряхтением поднял на руки молодого, но увесистого щенка и потащил его в ванную комнату, с целью отмыть от февральской грязи. Ребята с рекордной скоростью позавтракали (или скорее пообедали) и доползли до кровати, оставшись абсолютно без сил. — Трудный день, — тихо заявил Дин, глядя в потолок. — Знаю, — ответил Кастиэль, — погоди, вот она ходить начнет и твой брат окончательно забудет о таком понятии, как отдых. — Это точно, — Дин коротко усмехнулся, — все, давай спать, — он сгрёб Новака в охапку и уткнулся ему носом в шею, вздыхая полной грудью. Прошла неделя, через ещё одну закончится февраль. Джессику пока не выписывали, зато дела, вроде как, шли максимально хорошо. Кастиэль не особо понимал, как именно проходит лечение, поэтому описывать его нет смысла. Получилось бы не точно, в любом случае. Сэм, по мере возможностей, старался навещать жену и дочку каждый день. Несмотря на то, что Сэм работал, он практически всегда находил время, чтобы прийти в роддом и принести жене что-то типа апельсинов или цветов, а дочке какую-нибудь элементарную погремушку. Малютку пока что игрушки не очень интересовали, но Сэму уж очень сильно хотелось поиграть в хорошего папу. Хотя, возможно, безымянная девочка и находила все эти вещи интересными, но она была настолько мала, что ещё не умела улыбаться, так что определить интересно ей или нет было очень трудно. Она удивленно таращила глазки практически на всё, что её окружало, хотя было трудно определить, видит ли она хоть что-то. Дети примерно до трёх месяцев очень плохо видят, это можно описать как черное пятно посередине глаза. Всё что они видят выглядит очень нечетко, а самое главное – картина неполная. А ведь прежде чем начать понимать суть предмета, нужно нормально его разглядеть. Поэтому пока что маленькая леди полагалось исключительно на слух. Ну вот, к началу марта, Джессике и маленькой девочке разрешили поехать домой. Это был большой праздник, к ним тогда приехала Мэри, Чарли и Мэг тоже пришли. Габриэль, Анна, Дин, Кастиэль. В общем, собралась вся семья. Это уже было общепризнанное правильно, даже девочки (Чарли и Мэг) тоже считались семьей, хотя и не гласно. Они настолько сильно привыкли друг к другу, так часто друг друга видели, так часто собирались вместе, что друг без друга они уже просто не могли представить свою жизнь. Они все вместе переживали из-за чего-то, все вместе смеялись над чем-то. Все победы и поражения ребята всегда переживали вместе, поэтому вскоре они точно стали некровной семьёй. Стоит напомнить о том, что Мэг и Чарли из сил выбивались, но пытались вытащить Кастиэля из состояния овоща. Хоть у них не всегда это хорошо получалось, нужно было отдать им должное, они были превосходными подругами и Кас надеялся, что такими и останутся. В любом случае, праздник в честь приезда Джессики и девочки домой был прекрасен, а там уже и день рождения Кастиэля был не за горами. — Джессика! Поверить не могу! — Мэри, которая только что услышала историю о трудных родах Джесс, явно с трудом переваривала информацию, — почему вы сразу мне не рассказали?! — Это явно был не телефонный разговор, не так ли? — вскинул бровь Дин, — Представь, что бы ты сделала, услышь ты это по телефону, в тот же самый день, как Джессика родила? Я думаю, ты бы рванула сюда, сломя голову, потратила бы кучу нервов и ничего бы не могла сделать, как и мы тогда. — Поддерживаю, — робко заметил Кас, — мы действительно тогда ничего не могли сделать, просто ждали, пока все наладится. — Ладно, — печально кивнула Мэри, — я поняла, думаю, вы правы, — она взглянула на девочку, — можно подержать? — Конечно, — Джесс передала ребёнка бабушке.

***

После многочасового улюлюканья с маленькой девочкой, разговоров с подругами, Джессикой, Сэмом, Габриелем, Анной и Мэри, Кастиэль был крайне счастлив очутиться в их с Дином небольшой, но уютной квартирке. Он был рад увидеть Шаха, потрепать того по голове. Кас безумно устал, несмотря на то, что он любил этих людей, шумные и долгие сборища его утомляли, так что теперь — быть наедине с Дином, что-то вроде попадания в рай. — Итак, — Дин на локтях подполз к Новаку, который лежал на кровати, лицом в подушку, лишь периодически поднимая голову, чтобы вздохнуть, — у вас, уважаемый, скоро день рождения. — М-м-м-м...— недовольно ответил Кастиэль в подушку. — И знаешь что? — интригующе отделяя каждое слово, продолжил Винчестер, подползая ещё ближе. — М-м-м? — лениво поинтересовался Новак. — Мы должны устроить тебе грандиозную вечеринку, — он улыбнулся, — восемнадцать лет исполняется только однажды! — Может не надо? — тихо спросил Кас, поднимая голову, — я устал от всех этих праздников. К тому же, тебе явно не стоит заморачиваться из-за моего дня рождения. — Ещё как надо! — запротестовал Винчестер, — Это же восемнадцатилетие, — он положил руку Новаку на поясницу, — это важно! — Ага, так же важно, как и девятнадцатилетие, двадцатилетие, — он поближе подвинулся к парню, — то есть вообще не важно. Поверь, ты и так слишком много для меня делаешь. — Брось, это твой день рождения, — вновь заметил Дин, — надо что-то придумать. — Давай просто пролежим весь день в кровати, периодически прерываясь на секс, — Кастиэль привстал на локтях, заглядывая Дину в глаза, — веселее будет. Винчестер серьезно взглянул на брюнета и покачал головой. Безусловно, идея была хорошая, это было проще устроить, нежели вечеринку, да и гостей не надо, плюс сплошное удовольствие. Но, несмотря на то, что это можно было легко устроить, Дин не хотел чтобы Кастиэль запомнил этот день так. Винчестер хотел устроить ему праздник, показать ему, как сильно он, и его брат, и их мама, и Габриэль, и Анна, и Джессика любят его. Он хотел собрать всех, включая Чарли и Мэг. Он хотел, чтобы тот день стал началом новой жизни, в которой будет меньше проблем. Ведь с наступлением с совершеннолетия Кастиэля, Дин перестает быть его законным опекуном. Теперь они смогут и вступить в брак, и спокойно жить, не скрывая своих отношений. Это был большой шаг для них, но пока Новаку не исполнилось восемнадцать, они не могли его сделать. Поэтому этот день рождения был так важен, поэтому Дин так хотел сделать его незабываемым. — Кас, пожалуйста, я же вижу, что ты просто пытаешься облегчить мне жизнь, — Дин заговорил сильно серьезнее. — Но ты и правда почти что каждый день устраиваешь мне практически день рождения, — Кас пожал плечами, — я имею ввиду, то, сколько ты для меня делаешь, нельзя сравнить ни с чем. — Не понимаю, о чем ты. — Как это, не понимаешь? Ты всегда заботишься обо мне, ты делаешь мою жизнь очень хорошей, — он вздохнул, — я думаю этого вполне достаточно. — Не глупи, — Дин повалил его на спину, нависая сверху, — я все равно должен сделать самый лучший день рождения в твоей жизни! Кас голубоко вздохнул и улыбнулся: — Ладно, — он опустил взгляд, — спасибо тебе, — он потянулся и поцеловал парня в кончик носа.

***

Следующие пять дней проходили в жуткой суете. По крайней мере для Дина. Он покупал подарки (конечно же очень много думал, что именно подарить Кастиэлю). Он готовил разные украшения на стенки квартиры, придумывал подробный план, как бы скрыть все приготовления от Каса и устроить ему эту вечеринку, как сюрприз, чтобы он до последнего ничего не знал. Естественно, Винчестеру старшему пришлось обзвонить всех, кого он собирался пригласить, то есть: брата, Джессику, маму, Чарли, Мэг, Габриэля и Анну. С Джессикой и Сэмом пришла бы маленькая девочка, которой всё ещё не дали имя. Это уже переходило все границы, все торопил молодых родителей, но ни Сэм, ни Джессика никак не могли сойтись на одном варианте, именно поэтому девочка до сих пор ходила без имени (ходила, естественно, образно говоря). После этого ему нужно было придумать как расположить в небольшой квартире десять человек. Затем возникал вопрос:Где и на какие деньги раздобыть количество еды, которого бы хватило на то, чтобы прокормить всех этих людей. Дальше нужно было придумать, как выгнать Кастиэля из дома на то время, пока там собираются все гости, и очень быстро развешиваются украшения. И наконец, по каким углам нужно распихать всю купленную еду, чтобы Кастиэль — который славился желанием вечно накормить Дина самыми вкусными вещами и поэтому лазил по всем полкам в поиске ингредиентов — не нашёл их. Возможно, это решение было ошибочным, но Дин решил привлечь себе в главные помощники Чарли, потому что она больше всех любила украшать помещения, готовить вечеринки, планировать и, конечно же, была в щенячем восторге от всего, что её окружало, особенно, от Кастиэля. — Нам нужно будет послать его за чем-нибудь в магазин, чтоб он не мешался и не портил себе сюрприз, — начала Чарли, вскакивая на ноги с кресла. Они находились в кабинете Дина, где он проводил беседы с пациентами, но он специально выделил ей час, — главное, чтоб то, за чем ты его посылаешь, трудно было найти, чтоб он подольше проваландался там, а когда вернётся, все будет готово! — она окончательно потеряла возможность говорить медленно, видимо все попытки Мэг научить ее медленно и понятно говорить пошли коту под хвост, — Всю эту еду нужно разделить между гостями, чтоб каждый купил какую-то отдельную часть и принес её с собой, тогда затраты будут меньше, а еду не придется прятать от нашего молодого повара! — Дин пытался хоть слово вставить, но безуспешно, — При этом, нужно будет выгнать Каса в конкретное время, а все гости будут неподалеку, чтоб через пять минут после его ухода, все они были внутри квартиры. Тогда у нас будет больше времени на подготовку, — глубокий вдох, за которым снова последовал поток речи, — нужно заранее распределить дела, чтоб у меня были помощники в украшении дома, кто-то раскладывал еду, кто-то, допустим, сложил все вещи гостей и подарки, а кто-то, — она подняла указательный палец, якобы пытаясь привлечь внимания Дина к следующей фразе, — должен будет следить за Кастиэлем из окна и желательно один раз ему позвонить и узнать где он, чтоб понимать, сколько времени у нас в запасе. Когда Кастиэль подойдёт к дому, нужно будет собрать всех у входной двери и, когда Кас зайдет в квартиру, нужно будет всем вместе закричать «Сюрприз!» или «С днём рождения!». Чарли вдруг замолчала, резко схватила стакан воды, вылила его себе в глотку залпом и, выдохнув, развалилась в кресле. Сначала, некоторое время, оба смотрели друг на друга, не говоря ни слова. Мозг Дина работал явно медленнее чем язык Чарли, поэтому тот сидел и переваривал информацию, пока Бредбери старалась восстановить дыхание. Когда наконец Дин медленно кивнул, что означало, что он пришёл к решению у себя в голове, рыжеволосая девушка уже окончательно растеклась по креслу, медленно дыша. — Хорошо, — медленно проговорил он, — давай так, мне очень нравится твой план, — он сделал небольшую паузу, — ты напиши мне его на листе, распредели роли, уточни, какие украшения нужно покупать, а я обзвоню всех гостей, объясню им твою идею, посоветуюсь и мы все окончательно решим, ладно? — Конечно, — сказала она, хватая какой-то лист со стола и быстро начиная на нем что-то писать.

До дня рождения Кастиэля 9 дней.