Spoils of Civil War

      — Стив, я беременный. Сердце Стива останавливается на минуту. Он забыл, как дышать. Черт, Стив даже не знает, это сон или реальность. Его голова мучительно раскалывается, а глаза опухли от слез, но также он понимает, что не бредит от недостатка сна. Тони беременный. Боже. Только одна мысль вызывает у Стива слезы снова и снова. Его муж, его Омега носит их первенца. Похоже, все его мечты о семье с Тони начинают сбываться, и Стив представляет, как они будут счастливы, потому что это то, о чем они оба так долго мечтали. Это то, о чем Стив молился с самого первого дня их совместной жизни. Его воображение выдает картинки с невинными улыбками и детским смехом в доме, как детские ножки оставляют маленькие следы на густом снегу, и неугомонного малыша с дикими карими глазами и русыми волосами, немного темнее, чем его. Стив хотел бы быть рядом с Тони сейчас. Он мечтает обнять свою Омегу и их растущего ребенка в безопасном чреве Тони. Но потом он слышит слова Тони, и теперь его сердце останавливается по другой причине. Тут же оно начинает колотиться в бешенном ритме, ладони вспотели, спина взмокла, и тело начинает биться в конвульсиях от холода. Ощущение страха переполняет Альфу, из-за чего дыхание учащается. Похоже, он вернулся в то время, когда сам был больным ребенком, что не мог бегать слишком долго и громко смеяться, опасаясь нового приступа астмы. Стив ощущает душевное волнение, которое будет заполнять его до тех пор, пока он не станет холодным и бесчувственным. Теперь Стив понял, что гнев Тони оправдан. — Как… как давно ты узнал об этом? — спрашивает Стив, инстинктивно боясь ответа своего мужа. Он не знает, что может быть хуже, чем этот самый момент, и он думает, как долго Тони держал это в себе? Как долго он страдал один? И самое главное, насколько близко он был к тому, чтобы убить своим же щитом собственного ребенка? — С того дня, как вы исчезли в джунглях Ваканды, я полагаю, — с горечью в голосе отвечает Тони, и нервный смешок срывается с губ Омеги. Он звучит маниакально, как у сумасшедшего ученого, но вместо того, чтобы находить это забавным, он закрывает глаза, чтобы не заплакать снова. — Представь мое удивление, когда рвота и истощение указали на один единственно верный вывод. Прошло пять с половиной месяцев с тех пор, Стив. Стив потирает лицо свободной рукой и опускается на пол у окна, не помня, как и почему он оказался здесь, а не в теплом кресле за своим рабочим столом. Его пальцы потерли виски, и Стив прикусил нижнюю губу, чтобы сдержать вырывающийся крик. Затем на него снизошло озарение: — Перед тем, как я уехал в Лагос. Когда мы с тобой в последний раз… — Сюрприз, сюрприз. Еще один Суперсолдат на подходе! — Восклицает Тони, прежде чем горько усмехнуться с тем же темным тоном. Стив может практически видеть, как тот качает головой от нелепости всей этой ситуации. Стив потерял дар речи на некоторое время, уставившись на свои колени. Бог знает, как долго. Все, что он может слышать — это тихое дыхание своего любимого, маленькие заминки в голосе Тони от того, как он близок к полномасштабной панической атаке, просто выставляя напоказ своего ребенка для Стива. Стив быстро мотает головой, отгоняя от себя мрачные мысли. Этот ребенок не являлся его до этого момента, потому что он не знал о его существовании. Но Тони знал. Так что ребенок был прежде всего Омеги. Должно пройти немало времени, прежде чем Альфа сможет называть его своим. Густая желчь подступила к горлу, и Стиву пришлось сглотнуть слюну несколько раз, чтобы избавиться от противных ощущений. — Я попросил Пятницу просканировать меня вчера, и, ты знаешь, — Тони шепчет тихо, утомление ощущается в его тоне. Стив делает глубокий вдох и тихо слушает, сохраняя этот невероятный момент в отсек с надписью «Семья», в тайниках своего мозга. — Я искренне верил, что это будет девочка. Роуди, гад, сказал, что это мальчик. А Пятница подтвердила его подозрения. — О, Тони, — говорит Стив, уныло улыбаясь в темноту. — Ты правда хочешь девочку? Человек на другой линии ненадолго замолчал, в то время, как Стив мысленно считает секунды в голове. Он слышит колебания Тони, ведь тот не хочет отвечать на вопрос назло ему, но скоро Омега вздыхает. Стив поднимает голову, всматриваясь в темноту джунглей Ваканды, горькое чувство сожаления и одиночества засело глубоко в его душе. Сейчас Стив хочет вернуться домой больше, чем когда-либо. — Хочу. — Тони откашливается, но Стив улавливает легкое дрожание в его голосе. Палец Альфы невольно тянется к обручальному кольцу и протирает его, зажатое между коленями во избежание падения. Он ждет, когда Тони снова заговорит. Закрыв глаза, он воображает, как сейчас выглядит его Омега с округлым животиком. Это прекрасное зрелище. Стив хотел бы увидеть его сейчас, чтобы он смог увековечить красоту своего мужа на бумаге. И Стив знает, что он будет сталкиваться с видениями того, как Тони будет справляться со своими детьми. Видения о различных рутинных делах, которые будет делать его Омега, как будет укачивать сына в своих руках. Он представляет себе мальчика, который унаследует черты своих родителей: дерзкий, но абсолютно гениальный и любящий. А также Стив представляет себе маленькую девочку, которая стоит позади своего брата, застенчивая, но упрямая, и, несомненно, красивая, как внутри, так и снаружи. Они — его дети, и, даже если он никогда не встретит ни одного из них, Стив знает, что он будет любить их безоговорочно и вечно. — Любимый. — Вдруг говорит Стив, чувствуя, как горло внезапно сузилось, как его счастливые мысли разрушились в голове. Было время, когда он использовал это ласковое обращение, но сейчас это слово, словно яд, после всего, что он сделал с Тони, и он понимает в глубине своего сознания, что потерял привилегию называть его так. Стив трет лицо рукой снова и громко выдыхает, позволяя холоду прокрасться обратно в тело. Тони не отвечает на его призыв, но Стив знает, что Омега слышал, потому что дышит сбивчиво. — Насколько близко я был к тому, чтобы убить его? Слова на вкус, как сама смерть. Эта мысль мучает его неотступно, и Стив чувствует, как его сердце разрывается на мелкие кусочки от боли. Он всегда думал, что день, когда он убьет свою плоть и кровь, никогда не наступит, но был неправ. Стив понимает, что Тони сгущает ситуацию черными и белыми красками. Но это не изменит того факта, что он за раз чуть не погубил сразу две жизни: жизнь своего любимого человека и, неосознанно, своего ребенка. Тони молчит дольше в этот раз, и Стив не знает, почему. Омега плакал и кричал на него весь разговор, и осознавать, что послужило причиной такого эмоционального срыва, достаточно, чтобы вызвать новый приступ слез. Он рад, что Наташа и другие Мстители не пришли, чтобы проверить его, как они обычно делают, когда он пропускает ужин, хотя даже не выходит за пределы здания. — Тони? — Стив шепчет в трубку. — Ты не знал. Голос Тони настолько мягкий, что Стив хотел бы забыть эти слова и попросить повторить их снова. Слезы стекают по его лицу, и он закрывает их, больше не заботясь о том, что они падают энный раз за ночь. Он громко рыдает на этот раз, не проглатывая звуки. Стивен чувствует облегчение и благодарность, услышав эти слова из уст Тони. Стива буквально трясет от этого. — Не знал, — согласился Стив, но голос все равно дрожит, он сломан. — Если бы я знал… черт, Тони. Соглашение. — Вы до сих пор отказываетесь подписывать его? Ох, Боже, Стив. Ты понимаешь, что вы ведете себя, как дети. Эта часть вас никогда не изменится, и мы оба это знаем, так что нет смысла тянуть волынку о том, «а что, если», — перебивает Тони, говоря грубо, в его тоне звучит смиренность. — Ты не знал, но это не мешает мне злиться на тебя. — Прости, Тони. Мне действительно жаль. — Я не желаю больше говорить на эту тему, Стив. — Тони громко вздыхает, — я вам не доверяю. И я должен думать о том, что лучше для нашего сына. Честно говоря, я даже считаю опасным для нас находиться с тобой в одном часовом поясе. Слова режут, как бритва, и оставляют за собой глубокий след в сердце Стива. Он ожидал этого, но не думал, что это окажется настолько больно. Стив чувствует, что это божественное наказание за все, что он сделал с Тони, и, несмотря на то, что он этого заслуживает, Альфа в недоумении от слов Омеги. — Я снова завоюю твое доверие, Тони. Я обещаю тебе. Я… — Стив отвечает, пытаясь сделать шаг навстречу. Это первое, что пришло в голову, и он знает, что выполнение этого решения может занять всю жизнь, но Стив выполнит свое обещание. Тони может не поверить ему, Стив это понимает, но, если ему удалось вывести Старка на разговор, то он предпочел бы, чтобы Омега кричал на него, нежели страдать от молчания, как в последние несколько месяцев. На этот раз Стив сдержит свои клятвы и будет оберегать Тони, как сокровище. На этот раз он не будет принимать ничего, что Омега свободно дает ему как само собой разумеющееся. И на этот раз Стив пойдет на все, чтобы ликвидировать угрозу для своего мужа, даже если угроза — это он сам. Он слишком многим обязан Тони. Стив медленно встает на ноги и вытирает остатки слез, вновь обретенная уверенность пронзает все его тело. Это его личная миссия, и, как и во всех его других заданиях, Стив не подведет. — Вам надо отдохнуть, Тони, — говорит он тихо. — Я позвоню тебе позже, ладно? Тони помедлил, прежде чем ответить: — Я не могу гарантировать, что отвечу. — Я рискну.