Алая Роза Конохи

В тот год сердце Мито опутали дикие травы. Она просто кипела презрением и дерзостью. Девочка прочитала «Историю кланов Водоворота», «Стихи земель Огня», изучила «Добродетели и религиозный долг женщины». Она умела читать, писать каллиграфическим почерком, рисовать, играть на фуэ и биве. Но портрет образованной маленькой девочки нагонял на принцессу тоску. Она хотела быть похожей на тех босоногих девчонок-подростков, что, закатав до колена штаны, бросали в реку сети. Когда Мито исполнилось двенадцать лет, умер отрекшийся от престола даймё. Гонцы разнесли злую весть по всем уголкам страны. Шокированный известием о трауре, Ашина пал на колени. Когда воины бросились на помощь, он бил кулаками землю и кричал, точно хотел отогнать какого-то демона. Лишь после того как мужчина успокоился, его унесли в личные покои. Но он так и не очнулся, а навсегда покинул этот мир. Сбежавшиеся целители не смогли понять, от какого загадочного недуга скончался отец Мито, и пришли к выводу, что военачальника призвал к себе покойный даймё, дабы тот сопровождал повелителя при восхождении в небесные чертоги. Принцесса бездумно бродила по комнатам. Ей казалось, что она живет в мире, вдруг ставшем ненастоящим, ровным счетом ничего не понимая. Тело отца возлежало на ледяном ложе. Черты лица — спокойны, веки — прикрыты. Казалось, он просто спит. Умари рыдала, сняв все драгоценности, распустив волосы и облачившись в белоснежные одежды. Мито вспомнила день, когда умерла ее бабушка. Тогда все тоже плакали и были одеты в белые одеяния. Но тогда мама была более спокойной, а сейчас... Девочке захотелось подойти к ней и утешить, но только она сделала шаг, ей преградили путь стражники. - Как вы смеете! Я - принцесса клана Узумаки, дочь покойного! Пустите меня к матери! - грозно выкрикнула Мито. - Прошу прощения, Мито-химе. Проходите! - ответил стражник и пропустил девочку. Принцесса подошла к матери и обняла ее. Умари чуть затихла и обняла дочку. Так они и сидели почти целый день, пока служанки не увели Умари и Мито в свои покои. *** Через несколько дней на усталых конях из столицы прибыли два господина. Слуги при виде их вставали на колени. Господа, рыдая, поднялись по ступенькам и, распростершись у ложа Ашины, горестно запричитали. Мито, стоя за окном, разглядывала этих чужаков и с недовольством признала в них своих сводных братьев - сыновей Ашины от первой жены, брака по глупости. Слезы, вопли, стенания. Семья приступила к обмыванию, к обрядам призывания души, кормления, малого облачения, большого облачения, положения во гроб и ежедневным подношениям. Принцесса покорно и словно оцепенев плыла в общем потоке. Представитель даймё, родня, местные сановники шли чередой, чтобы выразить семье соболезнования и вручить заупокойный дар. Всё это создавало невыносимую толчею, да вдобавок лето накрыло город плотной завесой зноя. Наконец гроб покинул дом и был отвезен в храм, где в течение сорока дней монахам предстояло читать священные свитки, молясь о небесном спасении усопшего. Незнакомые лица, мужчины с грубым выговором заполонили дом, в том числе и покои Ашины. Породистые кони исчезали один за другим. Слуги шептались, что их продали старшие господа. Вскоре из покоев вынесли множество огромных ларей, а потом няни, служанки и кухарки, в свою очередь, исчезли неизвестно куда. Как-то утром принцесса увидела пустое стойло Черного Дракона, и ее сердце на миг остановилось. Девочка побежала в пагоду, где читала молитвы Умари. Призвав имя Ками-сама, Мито упала на колени и зарыдала. Леди клана долго молчала, а потом обняла дочку и тоже заплакала. Сыновья Ашины забрали счетные книги и объявили себя распорядителями имущества семьи и хозяевами судьбы. *** В молодости Ашина женился на простой женщине, родившей ему двух сыновей. Лишь после смерти супруги он подчинился приказу даймё и взял в жены Умари. Еще в раннем детстве Мито поняла, что ее отец породил существа, принадлежащие двум разным мирам. Мито была воплощением солнечного света и красоты; а её угрюмые и плохо одетые братья являли собой неисчезающий след прошлой жизни. Став чиновниками, они редко появлялись в доме. Ашина, столь грозный с подчиненными и суровый с единственной дочерью, склонялся перед дерзостью сыновей, пытаясь купить их расположение, осыпая их подарками. Между Ашиной и Умари нередко из-за этого вспыхивали ссоры. Женщина жаловалась на их грубость и злопамятность. Мужчина защищал сыновей, ссылаясь на их неуверенность в себе и страх насмешек. Умари произносила страшное слово «ненависть». Отпрыски Ашины, уверяла она, никогда не простят и никогда не забудут, что она заняла место их покойной матери. Ночью, перебирая черту за чертой, Мито мысленно рисовала портрет отца: широкий лоб, глубокие морщины, решительный квадратный подбородок под небольшой красной бородой, длинные темно-красные волосы. Чиновники кланялись ему с большим почтением, а простолюдины падали ниц у его ног. Один за другим излагали свою жалобу и просили справедливости. Ашина терпеливо выслушивал всех и каждому давал правильный ответ. Говорил он вдумчиво и твердо, а взгляд его внушал праведный страх. Грозная фигура мужчины как будто заполоняла все пространство до самых столбов, поддерживающих арку входа. Потом девочка представила отца одетым по-домашнему: темно-зеленый шелковый халат поверх белой нижней рубахи, стянутой фиолетовым поясом. Он читал, опираясь головой на руку, а на пальце его поблескивал перстень с рубином. Заметив младшую дочь, Ашина подозвал ее : «Мито, иди, почитай со мной». А после он часами рассказывал ей о горах и реках, показал, какие каналы приказал прорыть, чтобы соединить реки и обеспечить поля водой. Когда занимался рассвет, Ашина ушел, унеся с собой величие и славу. Тот мир, что отныне ожидал принцессу, был тесен, угрюм и незначителен. Прибыл новый правитель. Матери и дочери не оставалось ничего другого, как уступить ему дом и следовать вместе с братьями за гробом Ашины в их родные края. Семья дождалась зимы, прежде чем отправиться в путь. Длинные цепочки повозок, влекомые лошадьми, тронулись в дальний путь на окраину Страны Огня. Мито навсегда покидала свою страну высоких холмов и бурных рек. До конца дней своих оставляла принцесса любимые пионы, розы, прирученных ласточек, легкие джонки, подпрыгивавшие на волнах между небом и землей. Навсегда скрывались из глаз таинственные храмы, запах ладана, просящие подаяния монахини, девушки-рыбачки. Прощай, луна, ты, освещавшая древние битвы, ты, что направляла воинов в ночи скачки! Ты, ведающая тайну судьбы принцессы Мито, дай ей остро заточенное оружие и благослови!