Алая Роза Конохи

— Буцума-сама! У меня есть новости! — воскликнул человек, вбежав в кабинет главы клана Сенджу. Буцума отвлекся от разговора с сыновьями и посмотрел на визитера. — Я надеюсь, это важно? — Конечно! Итак. Первая новость: недавно скончался Таджима Учиха. — Точно? — Да. Это достоверная информация, полученная от нашего шпиона в клане Учиха. — Хорошо! А что еще? — Сейчас старейшины решают, кто будет следующим главой клана. — Хм… Хаширама! Подойди! — Да, отец? Старший брат нервничал. Он понимал, что нельзя показывать свои эмоции насчет Мадары, а иначе Буцума может заподозрить его в измене клану. Поэтому Хаширама придал своему лицу спокойное выражение и вежливо улыбнулся. — Как ты думаешь, кто будет следующим главой у Учих? — А какие есть кандидатуры, Року? — спросил шатен. — Старший сын, Мадара, и младший сын, Изуна. Подумав, Хаширама ответил: — Я все-таки склоняюсь к мнению, что старший сын будет избран главой клана, так как у него больше опыта, знаний, мудрости. — Я согласен с тобой, Хаширама. Так, а что там насчет похорон? — Они уже прошли. Скоро старший сын должен будет отнести урну отца в семейный склеп. Хаши напрягся. Ему давно хотелось встретиться с Мадарой и поговорить. Хаширама понимал, что с его другом что-то не так, ведь уже неделю Учиха не отвечал на письма Сенджу, и это нервировало наследника. И тот факт, что Мадаре нужно отвезти погребальную урну в склеп, давал возможность Хашираме встретиться с другом. — Благодарю тебя, Року. Хаширама! — Да, отец? — Проводи Року в наше хранилище с золотом и выдай ему пятьдесят монет. А также отложи для шпиона сто. Он заслужил. — Хорошо, отец. Идем. Поклонившись, старший сын вместе с начальником разведчиков вышел из кабинета. Тобирама остался наедине с Буцумой. Мужчина откинулся в кресле и спросил: -Тобирама, у меня есть для тебя важное поручение. — Я слушаю. — Ты должен следить за своим братом. — Зачем? — нахмурился Тобирама. — Что-то он не нравится мне в последнее время. — Ты не уверен в его преданности? — Да, не уверен. Поэтому я поручаю тебе это ответственное задание. Хаширама не заподозрит тебя. Он полностью доверяет тебе. — Отец, я так не могу! Я знаю своего брата очень хорошо. Он не мог предать нас! — Не смей перечить мне, Тобирама! Это не просьба, это приказ! Все, разговор окончен. Иди. — Да, отец. Быстро поклонившись, Тобирама вышел из комнаты. *** Тобирама прошел к себе в покои. Его разрывало несколько чувств: страх ослушаться приказа отца, любовь и уважение к брату, и желание просто забыться. «Ты не можешь ослушаться отца. Ты же слышал, что он тебе сказал? Это приказ! Ты должен его выполнить!» «Но Хаширама — мой брат! Я верю ему! И я не могу следить за ним. Если Хаши узнает, то сочтет это предательством! А он ненавидит предателей!» «А ты не говори ему не о чем. И старайся не попадаться на глаза. А если не выполнишь приказа отца, то он тебя сурово накажет. Ты же не хочешь этого?» «Нет, не хочу! Но и предавать брата я не собираюсь!» «Тебе нужно сделать выбор: или брат, или отец. Подумай хорошенько.» «А я уже подумал! Я выбираю брата! И я сейчас же пойду и расскажу о приказе отца!» Тобирама резко встал с кровати и, выйдя из комнаты, отправился искать Хашираму. *** Старший брат тем временем проводил Року к казне и выдал причитающееся ему и шпиону золото, а затем, закрыв хранилище и спрятав ключ, сказал: -Благодарю вас, Року- сан, за ценную информацию! — Это моя работа, Хаширама-сама. И, поклонившись, начальник охраны ушел к себе. А Хаширама развернулся и направился в свои покои, чтобы собраться в дорогу и вовремя перехватить Мадару. Едва выйдя из коридора, Хаши столкнулся с младшим братом. — Хаширама, я как раз тебя искал! Мне нужно кое-что тебе сообщить! Это очень важно! — Точно? А то я спешу. — Куда это ты спешишь? Опять к этому злосчастному Учихе?! -Тобирама, если ты хочешь поговорить о Мадаре, то давай сделаем это в моей комнате, а не здесь! — Хорошо, давай. *** Войдя в комнату и пропустив брата, Хаширама закрыл дверь и наложил печать, дабы уменьшить звукопроницаемость. — Что ты хотел сказать мне, Тобирама? — Когда ты ушел, отец отдал приказ следить за тобой. И сделать это должен я. — Но… неужели отец начал подозревать меня? — Да. Он считает, если за тобой не приглядывать, то ты можешь натворить глупостей, а затем просто предать нас. — А зачем ты мне говоришь? Ты же всегда слушаешься отца, ни в чем ему не перечишь. — В честь чего такой тон, Хаширама? Ты считаешь, что я не умею думать своей головой?! Что я — слуга, который знает только, что нужно выполнять приказы?! Что у меня нет чувств, привязанностей?! — прокричал Тобирама. Хаширама ошеломленно посмотрел на брата, а затем серьезным голосом сказал: — Прости меня, Тоби. Я разнервничался и дал волю злости. Я не хотел так. — Ничего, Хаширама, я понимаю. Теперь я хочу попросить тебя: будь осторожен и внимателен, особенно при встречах с Учихой. Я уверен, что отец отдал приказ не только мне, но и Року-сану. А он, хоть и хорошо относится к тебе, но все равно будет исполнять приказ. Ты понял меня, Хаширама? — Да. Спасибо тебе большое, Тобирама. — Что ты сейчас собираешься делать? — Мне нужно собраться в путь и успеть вовремя перехватить Мадару по дороге в его семейный склеп. И мне надо предупредить его, чтобы он тоже был осторожен. — Ты же вроде уже писал ему. — Вот в этом и проблема. Я писал, а он не отвечает. — Возможно, их перехватывают. — Нет. Если бы их перехватывали, то на мою голову уже давно бы пала кара со стороны обоих кланов. Так что, здесь дело в другом. И я должен разобраться. — Я могу чем-то тебе помочь? — Можешь. Наблюдай за отцом. Я не хочу, чтобы его подозрения усилились. — Хорошо. А что делать с Мито? — Она уже знает про Мадару. И даже видела его. — Ты уверен, что Мито-сан не расскажет отцу? — Уверен. Она такой человек, что если доверяет кому-то, то она не предаст его. — Ладно. — И еще. Сделай так, чтобы в ближайший час никто не входил в мою спальню. Я должен написать письмо и отправить его. — Я понял тебя. Все будет сделано. — Спасибо тебе, Тобирама! — Я стараюсь ради тебя, брат. *** После того, как Тобирама покинул комнату, Хаширама сел писать письмо, точнее, даже не письмо, а записку. «Мадара, я жду тебя возле склепа Учих. Мой отец начал подозревать меня. Нам нужно поговорить.» Свернув пергамент в трубочку, Хаширама прикрепил записку в лапке своего лучшего почтового ястреба и выпустил его в окно. — Я надеюсь на тебя. — прошептал Сенджу. Закрыв окно, Хаширама переоделся в более удобную одежду и, накинув плащ, потихоньку вышел из комнаты. Оглядевшись, он наложил на дверь печать, дабы никто не зашел в его покои, и затем быстро направился к конюшне. Оставшись незамеченным, Хаширама запрыгнул на своего коня и, тихо выехав из ворот, помчался к склепу клана Учиха. *** Солнце уже почти скрылось за горизонтом. Изуна и Мадара тренировались на поле, когда к старшему брату подбежал слуга и подал ему свиток. Мадара увидел, что на печати изображен листок клена. Парень понял, что это письмо от Хаширамы. Отослав слугу, Учиха засунул свиток во внутренний карман и повернулся к брату. — Изуна… — От кого письмо? — опередил старшего брата младший. — Это личное. — Как хочешь. Мадара тяжело вздохнул и сказал: — Изуна, прости меня. Я скажу тебе, кто написал мне. Мне написала одна девушка. — Девушка? Серьезно? — Да. Я сегодня встречусь с ней. — Тебе же сегодня везти урну с прахом в склеп! — Я помню, брат. Мы встретимся там, я ей написал, где он находится. Она знает. — А она из нашего клана? — Да. — Это хорошо. А то я подумал, что она из другого клана. — Ничего подобного. Уверяю тебя. К тому времени солнце уже село, и темнота начала сгущаться и повеяло холодом. Слуги зажгли фонари по всему поместью. Братья ушли с поля и пошли в свои комнаты. Зайдя к себе, Мадара плотно закрыл двери, проверил окна и, удостоверившись, что все в порядке, достал свиток, развернул его и принялся читать. — За ним уже начали следить, а значит, начали догадываться. Если узнают, ему не жить, ведь Буцума еще здравствует. А мне тоже нужно быть осторожным, ведь меня хотят сделать главой клана, и если я попадусь, меня казнят. А затем всю ночь перед отъездом к склепу Мадара находился в саду и думал. Думал о том, какая ответственность за клан, за любимого младшего брата совсем скоро ляжет на его плечи. А еще он снова думал насчет своей дружбы с Хаширамой. С детства отец твердил: «Не смейте заводить друзей среди Сенджу. Они все — лживые подлецы, жаждущие уничтожить нашу семью. Они ненавидят нас, прочем, как и мы их. В общем, запомните: узнаю, что якшаетесь с Сенджу — убью собственноручно.» «Ты так не узнал, отец, что я дружу с Хаширамой. Хотя… Я даже не знаю, можно ли мое отношение к Хашираме назвать дружбой. Он доверяет и верит мне. А я? Испытываю ли я то же, что и он?» — думал Мадара. «Возможно. Но если я хочу стать достойным главой клана, мне придется забыть об общении с Хаширамой, ведь если все узнают об этом факте, то поднимется бунт и меня казнят. Я должен поговорить с Хаширамой.» — твердо решил Мадара и, еще раз взглянув на луну, резко встал и отправился к себе в комнату, чтобы выспаться. *** Хаширама выехал из поместья, когда солнце уже начало клониться к закату. Сенджу рассчитывал прибыть на место ближе к рассвету. Он знал, что от поместья Учих до их фамильного склепа примерно три часа езды, поэтому старался ехать быстро, чтобы приехать вовремя. По пути Хаширама думал, что он скажет другу, и что скажет друг ему. Сенджу решил обсудить, что им делать дальше, как общаться, чтобы не усилить подозрения отца. *** На рассвете Мадара уже оделся и вышел из комнаты с урной в руках. Учихе хотелось побыстрее выехать, но на улице его встретили старейшины. Пришлось просить у них благословения, чтобы путь был спокойным. А затем Мадара сел на коня и, придерживая урну, поскакал к склепу. *** Через три часа Мадара прибыл на место. Спустившись с коня и стреножив его, Мадара на инстиктивном уровне почувствовал приближение источника чакры, но эта чакра была незнакома ему. Мадара напрягся и применив технику, уменьшающую выделение чакры и активировав Шаринган, приготовился к сражению. Его еще пока невидимый противник тоже умело скрывал чакру, но Учиха понял, что человек уже приближается к нему. Внезапно появился еще один источник чакры, но уже позади него. Мадара сразу узнал его: это был его брат Изуна. «Черт тебя побери, Изуна! Зачем ты сюда идешь?! Кто тебя просил?» В этот момент перед Мадарой появился источник чакры, который Учиха ощутил первым. Это был Буцума Сенджу. *** Чуть ранее Буцума находился у себя в кабинете, когда слуга принес ему свиток. — От кого? — От высокого черноволосого мужчины, господин. Он сказал, что вы поймёте, когда посмотрите на свиток. — Ладно, оставляй. А теперь можешь идти. Когда слуга вышел, Буцума быстро схватил свиток и осмотрел его. На пергаменте мужчина обнаружил крохотный герб клана Учиха. «Отлично!» — удовлетворение виднелось на суровом лице Сенджу. Прикоснувшись к знаку и пустив в него немного своей чакры, глава клана смог развернуть свиток и прочитать: Старший Учиха отправился в склепу. Я прочитал письмо Вашего старшего сына. Он тоже едет туда. — Вот так ты предан своему клану, Хаширама. А я был другого о тебе мнения. Идиот! — прорычал Буцума и резко встал с кресла. — Я должен убить этого поганого Учиху и своего предателя — сына! В ярости Буцума разорвал письмо и швырнул его на пол. — Мне нужно как можно быстрее оказаться на месте. Но никто не должен знать, куда я направляюсь. Надев облегченные лвты с гербом Сенджу, Буцума взял танто, так, на всякий случай. А затем, выйдя из комнаты, стремительно покинул особняк через черный вход и, оседлав коня, направился по короткой дороге к склепу. Буцума не видел, что его уход был замечен Тобирамой и Мито. Они знали, куда направился глава клана, и им нужно было остановить его. Мито уже хотела использовать Технику Перемещения, но Тобирама остановил ее. — Тобирама-сан! Нам нужно спешить! Буцума-сама убьет Хашираму! — Нет, Мито-сан, вы останетесь здесь. В поместье должен кто-то остаться, а иначе слуги могут заподозрить неладное и доложат старейшинам, а они не должны обо этом знать. — Но, Тобирама-сан… — Никаких нет! — сурово ответил Сенджу. Мито нахмурилась и, развернувшись, быстрым шагом пошла прочь. — Куда вы? — В спальню! — Да, идите. — Иду! — яростно крикнула Мито и направилась к себе. А Тобирама отправился в конюшни, сел на коня и поскакал к злосчастному склепу. «Ками-сама, придай нам сил выдержать это испытание!»