Алая Роза Конохи

Спустя неделю…

Тобирама и Хаширама похоронили своего отца, а Мадара — брата. Напряжение между клана и так постоянно враждующими кланами усилилось. Мадара к тому времени стал главой клана Учиха, а Хаширама — главой клана Сенджу. Между тем, стычки между членами двух кланов происходили все чаще и становились все ожесточеннее. Семьи с обоих сторон теряли мужей, отцов, сыновей, дочерей. Это уже было похоже не на простые стычки, а на войну. Хаширама несколько раз присылал гонцов к Мадаре с просьбой поговорить и примириться, но Учиха постоянно отправлял их назад. А однажды случилось непоправимое: Мадара настолько разозлился, что убил гонца и отправил его голову главе клана Сенджу. Жена гонца пришла с визитом к Хашираме и спросила, где ее муж, ведь он уже должен вернуться с миссии. Хаширама был не в силах сказать женщине правду, поэтому это пришлось сделать Мито. Леди клана усадила женщину и, взяв ее руки в свои, рассказала все. Жена гонца сначала не поверила, но потом, увидев окровавленную голову мужа, упала в обморок. Мито приказала стражника отнести несчастную женщину к себе в спальню и дала ей сильное снотворное, а потом пошла обратно в кабинет. — Как она? — Спит. Ей очень тяжело, буквально разбита. — покачала головой женщина. — Хаши, ты должен поговорить с Учихой! — гневно воскликнул Тобирама. — Это очень важно! Хватит с нас смертей. Знаешь, за последнее время убито уже более тридцати человек, и причем руками Учих! Это уже не стычки, Хаширама, это война! — Тобирама — сан прав. Хаширама, то, что сотворил Учиха — подло и жестоко! — поддержала деверя Узумаки. — Я понимаю, что ты считаешь его своим другом, но пойми — настоящий друг не пошел бы на такое! Он не стал бы убивать и калечить, в общем-то, невинных людей! — Мадара не виноват в этом. Это наша вина. — тихо ответил Хаширама. — Наша вина?! Что ты такое говоришь?! — Тоби и Мито удивлённо уставились на него. — Да. Это мы убили Изуну, брата Мадары. И сейчас его разум застилает гнев и ненависть. Я понимаю его. — печально произнёс Сенджу. — То есть, ты хочешь сказать, что так он мстит нам? — Да. И я согласен с вами, что жертв уже слишком много. Поэтому я должен назначить ему личную встречу. Я напишу ему письмо и отправлю с почтовым ястребом. Он послушается меня, я чувствую это. — Я, кстати, недавно говорил со старейшинами. Они желают, чтобы ты убил Мадару. Они считают, что он представляет реальую угрозу для клана. — сообщил Тобирама, поднявшись с кресла. — Я не буду убивать его. Возможно, что он еще одумается. Но, скорее всего, мне придется биться с ним. Мадара сейчас очень зол на меня и попытается расквитаться. Но, не волнуйтесь, я не позволю ему убить меня. — Я пойду с тобой, Хаширама! — тут же заявила Мито. — Нет, ты будешь сидеть дома. Пока меня не будет, ты будешь за главу клана. — твердо ответил Хаширама. — Я возьму с собой Тобираму. Он у нас прирожденный дипломат. Возможно, ему удастся договориться. — Хаширама, черт возьми! Я не хочу быть здесь, я тоже хочу сражаться! — гневно воскликнула Мито. — Почему вы так уверены, что битва произойдёт? — спросил Тобирама. — Мой дорогой деверь, я уже поняла, что представляет из себя этот Учиха. Он не будет никого из вас слушать. Если его ненависть так сильна, то он обязательно будет биться с вами. Переговоры пройдут безуспешно. — Все равно, Мито, ты не поедешь с нами. — Да почему?! — крикнула Узумаки. — Я не хочу, чтобы ты пострадала. Я не хочу, чтобы та ситуация повторилась. Ясно? — холодно и твёрдо сказал Хаширама. По другому Мито нельзя было убедить. Почуяв, что Хаширама может разозлиться, Мито опустила голову и прошептала: — Да, я поняла. Хаширама подошел к жене и выразительно взглянув на брата, обнял ее. Тобирама понял намек и потихоньку вышел из кабинета. — Родная моя, не злись. Я желаю тебе только добра и поэтому не хочу, чтобы тебе причинили боль. Я не переживу, если тебя ранят или не дай Бог, убьют. Я буду ненавидеть себя всю жизнь. Понимаешь? — мягко спросил Хаширама. Взяв лицо жены в руки, он поднял его и сказал: — Я люблю тебя, Мито. И если ты любишь меня и ценишь наши отношения, ты останешься в поместье. — Хорошо, я останусь. Но только ради тебя, Хаши. — ответила Мито. — Я рад, что мы поняли друг друга. — улыбнулся Сенджу и поцеловал жену. Мито ответила мужу и обняла его. — Береги себя. — со слезами в голосе прошептала она. — Конечно. — Ладно, я пойду. А то, кажется, Тобираме нужно с тобой поговорить насчет ваших переговоров с Учихой. А еще нужно проверить, как там жена гонца. Наверно, еще спит. — Да, конечно. Мито вышла, а на замену ей пришел Тобирама. — Я смотрю, ты сумел уговорить мою невестку. — усмехнулся Тобирама. — Да. Это было не так сложно. Она у меня хоть и вспыльчивая, но отходчивая. К тому же, и умная. Она приняла мое решение. И я рад этому. — Если бы с Учихой можно было бы так легко договориться… — вздохнул младший, подняв глаза к потолку. — Да, но это невозможно. Мито права. Скорее всего, он не будет меня слушать. Но я должен попытаться. Я напишу письмо, а потом будем ждать. Нужно назначить встречу подальше от территорий двух кланов, чтобы наши техники не навредили мирным жителям. — Да, ты прав. А во сколько? — Рано утром. — Хорошо. — Если мы обо всем договорились, то я пойду писать письмо. Я надеюсь, все пройдет хорошо. Тобирама вышел, а Хаширама сел за стол, взял пергамент, кисточку и чернила, и затем начал писать своему еще пока лучшему другу. *** Мадара сидел у кабинете отца, ставшего его кабинетом. Учиха чувствовал, что скоро сможет отомстить за брата. Он специально посылал свои отряды на шиноби клана Сенджу, чтобы привлечь внимание Хаширамы, чтобы тот разозлился и лично приехал к нему, а затем разделаться с ним, а затем и с Тобирамой. Его бесило, что Хаширама отнекивается и присылает гонцов с письмами, где говорит, что нужно прекращать воевать и решить конфликт мирным путем. А после очередного визита гонца Мадара в приступе гнева убил его, и, решив проучить Сенджу, отрубил голову мужчины и послал ее к порогу поместья. «Интересно, как отреагировал Хаширама? Небось, опять просто промолчал. Ну надеюсь, после этого он приедет ко мне. Желательно, чтобы еще и с братом, тогда я убью их обоих. И бедняжка Мито останется одна. Хотя, она стоит своего муженька: такая же непробиваемая и упрямая, как осёл. Вероятнее всего, будет сопротивляться. Ну ничего, разберусь и с ней.» В этот момент раздумья Мадары прервал робкий стук в дверь. После выходки Учихи с гонцом, слуги стали очень сильно бояться его. Когда Мадара проходил по коридору, они убегали к себе в каморки, а когда он приказывал им что-то, они старались не смотреть ему в глаза и все покорно выполняли. — Мадара-сама… — послышался тихий голос снаружи. — Входи. Слуга, низенький сухонький мужичок, вошел в кабинет и, низко поклонившись, отдал свиток. — Господин, это письмо принес почтовый ястреб. Я не раскрывал его. — Хорошо. Знаешь, от кого? — Нет, господин. — Ладно. Иди. — Да, господин. Мадара осмотрел свиток. На печати был герб клана Сенджу. Злобной радости Учихи не было предела. Он рассмеялся и, быстро развернув свиток, принялся читать:

Мадара! Я знаю, что ты хочешь встретиться и сразиться со мной, чтобы отомстить за брата. Поэтому ты сотворил ужасный поступок: убил гонца и прислал мне его голову. Ты смог достать меня. Я принимаю твой вызов. Давай встретимся в урочище Шинрин завтра на рассвете. Я жду твоего ответа. Хаширама Сенджу.

Мадара ухмыльнулся и сказал: -Благодарю тебя, Хаширама. Ты принял правильное решение.