1
10 октября 2016 г., 19:37
Черный Maserati плавно движется по дорогам Хэмпшира сквозь стену проливного дождя поздним весенним вечером.
Мальчик внутри кожаного салона дорогого автомобиля водит пальчиком по стеклу, следя за каплями на окне. Он сидит на заднем сидении, иногда поглядывая на своего спутника, от которого его отделяет подлокотник.
Луи вздыхает и снова смотрит в окно, где можно увидеть лишь мрачные дороги и изредка свет фонарей. Салон кажется ему слишком большим, а запах кожи уже приелся в носу. Не то чтобы он не ездил в дорогих машинах, но здесь ему совершенно неуютно. Это не то место, где он хотел быть. Он потирает носик тыльной стороной ладони, поправляет очки и убирает набок непослушную пушистую челку. Вдруг голос с другой стороны привлекает его внимание, и мальчик вздрагивает. Он поворачивается, но его спутник все также смотрит в экран своего телефона последней модели, когда говорит:
— Перестань ерзать, Луи. Ты помнешь свои брюки. — Голос строгий и уверенный. Он не грубый, но властный, и мальчик невольно вжимается в кресло, молча выполняя указание. — Мы скоро приедем, — наконец мужчина отрывает взгляд от экрана и прячет телефон в карман дорогих брюк, буквально вчера привезенных из ателье для сегодняшнего вечера.
Томлинсон снова тихо вздыхает, боясь, что в тишине, царящей в салоне, мужчина может услышать его, и закрывает глаза.
***
— Но почему? — Луи надувает губы и трет сонные глаза, сидя в огромной кровати среди белых простыней и кучи подушек. Он приехал к дяде пару дней назад, так как его мать уехала из страны вместе с Шарлоттой, у которой возникли проблемы в Штатах. Луи уже гостил раньше у Лиама, но у того тоже были дела. Пейн собирался на большой светский вечер в эти выходные, так что уже согласовал с управлением, что он будет не один. Однако этим утром все покатилось по наклонной, когда вместе с утренними лучами в комнату вошел Лиам, одетый в черный смокинг, с портфелем в руке. — Потому что некрасиво вовсе не появиться. Я обещаю, что приеду позже, — Лиам взъерошивает волосы племянника, любуясь его сонным лицом. Он соскучился по мальчику. — Я, правда, сожалею, что не смогу пойти, Лу, но самолет уже назначен. Я клянусь, что сделаю все, чтобы приехать позже. — Но почему я не могу подождать тебя здесь? — мальчик снова надувается и тянется за очками, что лежат в футляре на тумбе. Мысль о том, что ему придется поехать на вечер в компании незнакомого мужчины, совершенно не прельщала. Луи бывал на таких мероприятиях с матерью, да и то всего дважды за всю жизнь. А теперь даже Лиама не будет рядом, только все эти вычурные лорды и другие миллионеры, собравшиеся на вечере американского конгрессмена. — О, перестань, — Лиам слишком тяжело вздыхает и качает головой. — Ты же уже виделся с Гарри, он будет следить за тобой, чтобы ничего не случилось. Луи обнимает себя руками, все больше укутываясь в одеяле. Он помнит мистера Стайлса, но совсем смутно. У мужчины были длинные волосы, собранные в аккуратный пучок, зеленые глаза и большие ладони с пальцами, усыпанными перстнями. Луи помнит, как пожимал его руку. Однако совсем другая проблема беспокоит его. Он набирает в грудь больше воздуха и поднимает большие, округлившиеся от волнения, глаза на дядю. — А если это случится прямо там? — тихо выдыхает он и прячет лицо в коленках, которые притянул к себе и обнял, соединяя ладошки. Пейн набирает воздуха в легкие, но из приоткрытого рта так и не вылетает ни слова. Мужчина думает некоторое время, после чего кладет ладонь на маленькую коленку. Он сжимает ее, пытаясь передать часть своей уверенности. — Все будет в порядке, милый, — Лиам добродушно улыбается. — Просто старайся держаться ближе к нему и не отходить никуда, хорошо? Я буду звонить ему каждый час, если ты захочешь. Луи молчит какое-то время, а потом все же поднимает голову на вопросительно смотрящие карие глаза. Мальчик вздыхает и кивает, поджав губы. — Вот и славно, — Лиам встает и чмокает мальчика в макушку. — Я позвоню твоей маме перед вылетом. Увидимся вечером, — он уже почти выходит, бросая в дверях последние слова. — Я попытаюсь успеть!***
— Луи? — все тот же властный глубокий голос привлекает внимание, и мальчик вздрагивает. — Мы приехали, ты готов? Луи поворачивается к нему и смотрит немного напуганно, но в зеленых глазах все же зарождается беспокойство, вытесняя холод. Теперь Гарри выглядит иначе, чем когда Луи видел его в последний и единственный раз. Больше нет длинных волос — сейчас они превратились в шикарную стрижку, но все такие же шелковистые, что так и хочется провести рукой, запустить пальцы. Однако профиль все такой же идеальный: точеные скулы, пухлые губы и этот идеальный взгляд зеленых глаз, что, казалось, видят тебя насквозь. Томмо кивает, снова отворачиваясь к окну. Теперь огней намного больше. Он видит, как машина въезжает на территорию огромного особняка конгрессмена, который празднует здесь свой День Рождения. Луи даже не уверен, именно этот ли праздник. Он смотрит вокруг, замечая людей, а потом машина плавно останавливается, и мальчик впивается вспотевшими ладошками в ткань собственных новеньких брюк. Теплая ладонь ложится на плечо, и Томмо вздрагивает. Мужчина опускает подлокотник и тянется к мальчику, чтобы отстегнуть его ремень. Ребенок поднимает на него небесно-голубые глаза, полные испуга, а мужчина лишь уверенно смотрит на него быстрым взглядом и опускает руку на воротник его черного пиджака. Стайлс поправляет его, и Луи задерживает дыхание, боясь, что оно может коснуться ладоней мужчины. Наконец тот убирает руки и вновь смотрит в глаза мальчика. — Все в порядке? — в ответ кивок, и мужчина тоже кивает. — Тогда идем. Выйдешь с моей стороны и встанешь рядом. Иди строго сбоку, не сзади и не спереди. Старайся улыбаться, но ни с кем не говори. Ясно? Луи кивает, вновь теребя очки и морща носик от собственных прикосновений. Наконец дверь открывается, впуская в салон свежий воздух, пахнущий дождем. Луи не нравится этот запах, он тревожит и вызывает неприятное чувство глубоко внутри. Гарри ступает на дорожку первым, становясь под широкий черный зонт, что держит для него швейцар, а затем разворачивается к двери, дожидаясь Луи. Мальчик набирает в грудь больше воздуха и двигается на сидениях, пока, наконец, его нога не ступает на мокрую от ливня ковровую дорожку. Гарри кладет руку на его спину, аккуратно ведя вперед к дверям дома, где их ждут еще люди, пока швейцар семенит сзади, держа над ними зонт. Они входят в большие двойные двери, и дворецкий кивает им. Стайлс почтительно наклоняет голову в ответ, пока Луи просто пытается дышать. Он видит двери в зал, переполненный людьми, и к горлу снова подкатывает неприятный ком. Сердце начинает биться чаще, и ох, только не снова. Мальчик вспоминает все, чему учил его врач и закрывает глаза. Мужская ладонь вновь ложится на его плечо, и Луи чувствует, как мужчина наклоняется к нему. Он чувствует дорогой парфюм Гарри и свежее дыхание, отдающее мятой из-за жвачки, что он жевал в машине. Тело еще больше напрягается, потому что он вторгается в его личное пространство, но ладонь водит по спине вниз и вверх, успокаивая. — Луи? Мальчик раскрывает глаза и кивает, отвечая на немой вопрос. Гарри без слов выпрямляется и ведет его к дверям в тот самый зал. Луи думает о том, что он должен выбросить все глупые мысли из головы и расслабиться. Он опускает руку вниз и сжимает ингалятор в его кармане через ткань брюк. В конце концов, мальчик доверяет Гарри, и его теплая ладонь на плече действительно расслабляет, так что Луи вдыхает как можно больше воздуха и входит в большой зал в ногу с мужчиной.***
Луи прижимается ближе к боку Стайлса, постоянно задевая рукой его ногу, чувствуя ткань брюк. Он время от времени проверяет ингалятор, пока Гарри подходит к некоторым людям, здороваясь и представляя им Луи как «племянника мистера Пейна». Каждый раз при упоминании своего дяди, Луи сжимается еще сильнее, чувствуя неловкость. Лиам должен был быть здесь, чтобы Луи чувствовал себя защищенным. Но его нет, а вместо него мальчик жмется к малознакомому мужчине, который наоборот вызывает еще большую дрожь. Вот только Томмо не понимает от чего именно. Он не боится Гарри, нет, наоборот, старается не отходить от него ни на шаг. Но сердечко в груди начинается биться чаще от тяжелой мужской руки на плече, и Луи искренне не знает, с чем это связано. — Пойдем, поздороваемся с конгрессменом, — горячий шепот опаляет ухо, и мальчик снова вздрагивает от неожиданности. Потерявшись в собственных мыслях, он даже не заметил, как Гарри увел его от компании людей, которым только что представил Томлинсона. Мужчина уже вел его дальше, медленно вышагивая по залу. Но ноги Луи, будто не слушаются. Он видит всех этих людей, и гул их шептания эхом отдается в его голове. И почему мама вообще захотела, чтобы Луи пошел сюда? Мальчик останавливается, отчего мистер Стайлс также замирает и разворачивается, вопросительно приподнимая брови. Луи нерешительно поднимает голову, смотря в ответ, и выдыхает. — Лиам уже звонил? — робко спрашивает еще детский голосок, и Гарри игнорирует несколько мгновений, пока берет бокал шампанского с подноса официанта. — Пока нет, я скажу, когда это случится, — Гарри держит бокал в руке, но не делает глоток. Затем он окидывает Луи изучающим взглядом, и мальчику кажется, что он становится еще меньше по сравнению с этим властным человеком. — Перестань горбиться, — голос звучит как приказ, и Луи даже не может ослушаться. Против воли его плечи расплавляются, и он поднимает голову. — Держи подбородок выше и старайся хоть немного улыбаться, Луи. Его имя звучит так странно этим голосом, сошедшее с приоткрытых мужских губ, так… особенно. Луи сглатывает, отгоняя ненавистную тревогу. Ни мама, ни даже Лиам никогда не позволяли себе такого тона с ним, зная, что из-за панических атак, это может еще больше довести Луи до ужасного состояния. Однако Стайлс не следует указаниям, что оставил ему Пейн. Он делает все по-своему, будто Луи ученик, которому дают строгие указания. И мальчик мог бы возразить, но не хочет. Может, это поможет? — Вот так, — Гарри кивает, когда мальчик расправляет плечи и гордо поднимает голову. — Молодец. А теперь возьми, — он протягивает ему тот самый бокал шампанского, и мальчик снова шокировано смотрит на него. — Но Лиам сказал, что я не должен пить, — чуть дрожащим голосом произносит он, не решаясь взять напиток. — Лиама здесь нет, — тон Гарри снова властный, но все еще не грубый. Он продолжает протягивать бокал, и Луи думает, что злить его — не лучшая идея. Мальчик протягивает ладошку и берет из руки мужчины шампанское. Он даже не думает сделать глоток, поэтому просто поднимает неуверенный взгляд на Гарри. Тот в свою очередь скрещивает руки за спиной, выпрямляясь, и смотрит на него сверху вниз. — Почему Вы представляете меня? — спрашивает Луи, опустив голову, боясь увидеть холод в зеленых глазах. — Это ведь необязательно, может, я просто постою в стороне? — Благородные мальчики вроде тебя не стоят в стороне, Луи, — слова пронизывают насквозь, задевая сердце, и мальчик совершенно не понимает, почему его легкие сжимаются, и воздуха становится мало. Это не обычная паника, вызванная страхом. Ему не так страшно сейчас, совсем нет. — И я представляю тебя, чтобы люди знали, кто ты. Мне не нужны лишние слухи. На этих словах мужчина разворачивается и вновь идет вперед. Луи сдвигает брови, но не может понять значение сказанной фразы. Он быстро догоняет Гарри и шагает рядом, осторожно заглядывая ему в глаза. — Какие слухи? Гарри останавливается возле стола с фруктами и срывает виноградину с веточки. Он разворачивается к мальчику на пятках и смотрит ему в глаза, все еще держа одну руку за спиной, а второй поднося виноградину к губам. Он надкусывает ее пополам, хоть мог положить полностью в рот, и от этого часть красного сока остается на его губах. Луи раскрывает рот, потому что его будто ударили в грудь. Он даже не слушает, что говорит Гарри, смотрит лишь на язык, что слизывает сок с губ, когда мужчина отвечает: — Не хочу, чтобы люди в этом зале подумали, что я привел тебя в качестве своей пассии. Мальчик задерживает дыхания, прокручивая в голове лишь определение это слова. «Предмет страсти» — примерно такие слова говорил его учитель литературы. Луи пытается дышать носом, чтобы скрыть участившееся дыхание, а мужчина, как ни в чем не бывало, разворачивается и снова идет вперед. — Пошли, конгрессмен в той стороне. И да, — он вдруг останавливается, так что Луи чуть ли не врезается в него, но ему удается не пролить свое шампанское. — Просто помни, Лиама здесь нет. Мужчина странно ухмыляется, а затем вновь резко поворачивается и ленивой походкой двигается вперед, закидывая в рот еще одну виноградинку. Луи какое-то время смотрит на его широкую спину и не позволяет себе опустить взгляд ниже. Вместо этого он поднимает бокал и прожигает взглядом пузырящийся напиток некоторое время. В конце концов, он просто подносит бокал к губам и отпивает, прежде чем спешит догнать мужчину.***
— Оторвись хоть на минуту, — недовольный Найл цокает языком, стоя возле Гарри, который сидит на одном из кожаных диванов, широко расставив ноги. Мужчина медленно пьет очередной бокал шампанского, не сводя глаз с Луи, который весело смеется с другим парнишкой, разодетым в дорогой смокинг. — Гарри, с ним ничего не случится, если ты отвернешься и поговоришь со мной, хотя бы пять минут! Мы не виделись два, три месяца? — Да, я слушаю, прости, — монотонно отвечает Стайлс, делая очередной глоток и моргая один раз, но продолжая изучать глазами язык тела мальчика. Луи продолжает о чем-то оживленно разговаривать с Зейном, сыном одного из гостей. Они познакомились пару часов назад, когда Гарри ужинал возле конгрессмена из США, который решил отмечать свой юбилей в Англии. Когда же Стайлс убедился, что мальчик в хорошей компании, он оставил его, чтобы найти Найла, с которым они действительно давно не виделись. Вот только, взгляд Гарри против воли раз за разом обращался в сторону Томлинсона, и было это вовсе не из-за беспокойства, что тому станет плохо… — Гарри! — женский голос из-за спины привлек его внимание, и мужчина прочистил голос, прежде чем поднять удивленный взгляд. — Ох, здравствуй, дорогая, — Стайлс встает и аккуратно ставит бокал на столик, чтобы обнять улыбающуюся миссис Карнеги. — Как ты? Гарри улыбается женщине, совершенно не стесняясь обращаться к ней, как к другу, потому что они знакомы слишком давно, чтобы общаться официально. — Все в порядке, милый, — она кладет ладонь на его плечо и чуть сжимает, когда Найл кашляет за его спиной. — Мистер Хоран, — наконец женщина обращает на него внимание, и Найл целует ей руку, чуть кланяясь. — Рада видеть, Вас тоже здесь. — Как Робин? — Гарри убирает руки на спину, соединяя их там, и вежливо улыбается. — Прекрасно, — она кивает, и Гарри не удерживает себя, чтобы не повернуться и не проверить Луи. Мальчик сидит на барном стуле, держа в руках полный бокал шампанского, которого не было минуту назад, и улыбался, слушая историю Зейна. Это на самом деле было большой ошибкой. Женщина прослеживает его взгляд и привлекает внимание звонким голосом. — Я слышала, ты сегодня пришел в компании? Гарри мгновенно поворачивается, и удивленный взгляд сменяется мягкой улыбкой и кивком. — Да, мой хороший друг должен прийти чуть позже, поэтому он попросил взять его племянника с собой пораньше. — Это очень вежливо с твоей стороны, — миссис Карнеги кивает и оправляет платье, что заставляет Гарри вспомнить. Черт, где его манеры. — Пустяки, — он отмахивается, а затем обводит женщину взглядом. — Ты потрясающая сегодня! Женщина тут же улыбается и наклоняется, чтобы чмокнуть его в щеку. — Спасибо, дорогой. Была очень рада встретить тебя, но мой муж уже, наверное, опрокидывает двадцать третий бокал, так что мне стоит поспешить, — Гарри улыбается, а Найл сбоку смеется, так что женщина кивает им обоим, прежде чем уйти. Стайлс разворачивается, чтобы снова взять свой бокал и почти сразу встречает взгляд Найла, который стоит напротив, скрестив руки. — Что? — Стайлс разводит руками, и друг закатывает глаза, когда понимает, что Гарри пытается заглянуть за его плечо, чтобы увидеть мальчика. — Ты следишь за ним? — Что? — Гарри тут же сдвигает брови, повторяя вопрос уже в другой форме, и смотрит в глаза Хорана. — Я просто беспокоюсь. — Насколько я понял, Гарри, у него панические атаки, а не синдром недостатка внимания, прекрати пялиться на него, — блондин фыркает и падает на диван, что заставляет Гарри начать прожигать в нем дыру. — Я не пялюсь. Просто не хочу, чтобы что-то случилось. Я отвечаю за него. — Ты отвечаешь за его самочувствие, а не за его девственность, Стайлс, не думай, что я не знаю, о чем ты думаешь прямо сейчас. У мужчины сбивается дыхание, когда Найл все же поворачивается, чтобы взглянуть на него. Что-то в этом взгляде говорило о явном неодобрении, и, конечно, Гарри понимал, что друг прав, но он все равно раскрывает рот, чтобы оспорить его догадки, как играющая мелодия в кармане брюк заставляет его отвлечься. Стайлс достает телефон из брюк и, когда видит входящий вызов, бросает быстрый взгляд на Найла. — Это Лиам, я должен ответить, но мы вернемся к этому разговору, — Гарри указывает на него пальцем, и Хоран поднимает руки, не имея возражений. Гарри быстро идет через собравшихся в гостиной людей, выбираясь к более-менее нелюдному месту. Он останавливается возле старого рояля и хмыкает, думая о том, что рояль в его доме намного шикарней. Мужчина ставит бокал и двигает пальцем по сенсору, чтобы взять трубку. — Да? — Привет, — голос Лиама кажется запыхавшемся, и Гарри хмурится. Всего полтора часа назад, когда Лиам позвонил в последний раз, все было в порядке. — Что-то случилось? — Даже не знаю, как сказать тебе, но так вышло, что они отправили мой самолет обратно, а теперь, когда поняли ошибку, выясняется, что этот самолет уже направился, чтобы забрать мою сестру из штатов, хотя я посылал туда другой самолет. В итоге вышла ошибка и теперь оба чертовых самолета на пути в Штаты, представляешь? — Лиам выпаливает все сразу, еле не забывая при этом дышать, и Гарри молчит, переваривая информацию, пока Пейн не напоминает ему, что он все еще на линии. — Гарри? — То есть, — Стайлс чешет бровь костяшкой пальца, все еще хмурясь. — Ты сейчас хочешь сказать, что ты не приедешь на вечер? Повисает тишина, и Лиам тяжело вздыхает на том конце. — Послушай, я знаю, что уже и так повесил на тебя свои проблемы, но дело в том, что я не приеду в город сегодня. Тебе придется отвести Луи домой. Гарри фыркает, причем довольно громко, и когда понимает, что привлек чужое внимание, то отворачивается и говорит тише: — Мне придется? — Я тебя прошу, — исправляется Пейн, все еще чувствуя вину. Гарри потирает лоб тыльной стороной ладони, все еще сжимая в руке бокал. — Я не знаю, Лиам, я собирался вернуться в пентхаус после вечера. — Я понимаю, но прошу, просто закинь его домой. Я бы вызвал для него водителя, но понятия не имею, когда вы соберетесь уйти, да и будет уже очень поздно. — Ладно, все, — Гарри закатывает глаза и вздыхает, понимая, что все равно он выполнит просьбу, потому что Пейн тоже спасал его и не раз. Но у Гарри есть другое предложение. — Я же сказал, что присмотрю за ним, значит, присмотрю. — Ох, спасибо, Гарри, я правда обязан тебе, — Пейн облегченно вздыхает, и Гарри прикусывает внутреннюю сторону щеки. — Но я не повезу его к тебе, слишком поздно, и я устал. В моем доме достаточно комнат, чтобы поселить гостя. Лиам молчит всего пару секунд, прежде чем ответить. — Да, пожалуй, так будет даже лучше. Я заберу его от тебя сразу после аэропорта. — Идет, позвони мне, когда приземлишься. — Спасибо, Гарри, я впрямь твой должник. — Все в порядке, отдыхай. — Позаботься о нем, — последнее, что говорит Лиам, и Гарри отвечает лишь, когда собеседник сбрасывает вызов. — Конечно, позабочусь, — он блокирует телефон и убирает его в карман, после чего подносит бокал к губам и допивает содержимое до дна. Он видит, что пока Зейн что-то печатает в своем телефоне, Луи пьет из своего бокала, и Гарри улыбается, смотря на пушистую челку мальчика. Он прикрывает глаза, отгоняя навязчивые мысли в голове, а затем поворачивается на каблуках новых туфлей и идет обратно к Найлу. По дороге он ставит пустой бокал на поднос официанта и засовывает руки в карманы брюк, прежде чем сесть рядом с Хораном. — Ты долго, — констатирует тот, убирая телефон. — Возникли проблемы? — Нет, — Гарри пожимает плечами и, наконец, смотрит в глаза друга. — Совсем никаких. Глаза Найла в недоверии сужаются. Он будто постоянно знает, что именно нужно спросить. — Что сказал Лиам? — Ну, у него проблемы с вылетом, так что он будет только завтра утром. Лицо Найла будто вытягивается, а глаза округляются. — То есть, он не приедет сюда? — в ответ Стайлс качает головой, и Найл вздыхает. — Жаль, я соскучился по нему. — Проблемы случаются, Найл, такова жизнь, — усмехается мужчина, и Хоран поворачивается к нему, закатывая глаза. — Да, например, ты – одна большая проблема. — Я не имею проблем, — Гарри улыбается, а затем кивает официанту, который протягивает ему очередной бокал. — Твоя проблема в том, что ты чертов медиамагнат, который хочет трахнуть мальчика, который, к слову, племянник твоего друга. Это большая проблема, Гарри. — Ненавижу тебя, — Стайлс закатывает глаза и встает с дивана, протягивая ему руку. — Это еще что? — Найл удивленно кивает на вытянутую ладонь. — Я ухожу и пытаюсь попрощаться с тобой, — с сарказмом отвечает Стайлс, на что Найл кривит лицо. — Ты уходишь? Так рано? — он встает и все-таки жмет ладонь. — Да, — Гарри поворачивается в сторону мальчишек, которые, кажется, исчерпали все темы для разговоров и выглядели грустными. — Кое-кому пора домой. — Знаешь, если бы ты сказал «пора в постель», я бы ударил тебя, — Найл выглядит серьезным, когда говорит это, но в голосе все равно слышен смешок. — О, пожалуй, я имел это в виду, — Стайлс улыбается и, сделав несколько глотков, ставит бокал на столик. — Перестань, Найл, ты же знаешь, что я не совсем сумасшедший, чтобы делать то, в чем ты меня подозреваешь. — Я верю в тебя, приятель, — Найл приобнимает его и хлопает пару раз по плечу, прежде чем Стайлс улыбается и уходит в толпу, чтобы добраться до Луи.***
Луи чувствует прикосновение тяжелой руки на плече и поднимает голову. Гарри выглядит все так же серьезным, когда наклоняется ближе к его лицу. Луи задерживает дыхание, боясь пошевелиться, но Стайлс всего лишь забирает полупустой бокал из его ладони и убирает на стойку. — Пора домой, — вдруг говорит мужчина, и сердце Луи пропускает пару ударов. Мальчик открывает рот, чтобы спросить, но мужчина опережает его. — Лиам застрял, его самолет улетел без него, так что он попросил отвезти тебя. Луи моргает несколько раз, прежде чем кивнуть и быстро закрыть рот. Он чувствует, как его ведет, когда пытается слезть со стула. Что ж, пока он сидел действие алкоголя так не сказывалось. Он спрыгивает и бормочет прощания Зейну, который машет ему. Гарри разворачивается, но когда Луи спотыкается о собственную ногу и падает прямо на спину мужчины, тот мгновенно оборачивается, чтобы поддержать мальчика. Томмо бубнит невнятное «прости», когда Гарри ставит его на ноги, и закрывает глаза, потому что все кружится. — Кажется, кто-то дорвался до алкоголя, — Луи поднимает голову, чтобы кое-как взглянуть в глаза мужчины, и на мгновение ему становится страшно, потому что он видит в них осуждение. — Если я позволил тебе пить, это не значит, что ты должен был доходить до такого. — Прости, — Луи опускает глаза, потому что ему слишком стыдно, а коленки предательски начинает трясти. Он отпускает пиджак мужчины и сжимает ладошки в кулаки. Он мог найти себе оправдания и сказать, что, когда он сидел, то был в полном порядке, но оправдываться перед Гарри не хочется – получит не самые лучшие ответы. В конце концов, Луи выше оправданий. — Держись ближе и опусти голову, — рука мужчины уже в привычном жесте ложится на плечо, но на этот раз иначе. Луи чувствует, как Гарри прижимает его к своему боку, крепко обнимая, будто пытается закрыть его от всех этих людей в зале. Луи обхватывает ладонью полы пиджака и фокусирует взгляд на ногах мужчины, который быстро ведет его через дом. Все происходит слишком быстро, а голоса как в тумане, но когда свежий воздух врывается в легкие, становится только хуже. Он слышит приглушенное «машину для мистера Стайлса», и кое-как понимает, что дождь на улице давно кончился, оставив после себя лишь сырость и лужи на подъездной дорожке. Уже знакомая черная Maserati останавливается прямо возле них, и лишь, когда Луи оказывается внутри салона, он вновь смыкает глаза и часто дышит. Еще никогда он не чувствовал себя так странно. Его голова кружится, он чувствует запах Гарри, который садится рядом, слышит хлопок двери, и чувствует, как машина двигается с места. — Луи? — голос кажется далеким и одновременно слишком громким, заполняющим весь разум. В голове мелькают картинки, вид строгого мужчины в костюме и зеленые глаза. Луи делает глубокий вдох, и чувствует пальцы в волосах, которые начинают успокаивающе перебирать прядки. Он вдыхает все больше воздуха, дыша через рот, когда вновь слышит собственное имя обеспокоенным голосом. — Луи, ты в порядке? Мальчик чувствует головокружение, а еще, что между ним и Гарри больше нет перегородки, так что он позволяет себе отключиться. Его тело обмякает, и он падает на колени мужчины, выдыхая. И когда его грудь равномерно поднимается и опускается, а сердце стучит уже не так сильно, мальчик уже спит, а чужие пальцы все также перебирают его волосы.
