Было - не было. Часть вторая

В совке редко кому удавалось изучать иностранный язык методом полного погружения. Но, наверное, никто кроме тех, кому довелось, не поймут тогдашнего моего состояния. В который уже раз, но теперь совсем по другой причине, моя жизнь умудрилась распасться на куски, соприкасавшиеся друг с другом только одной точкой. И все точки сходились во мне. Одним куском был день. Подъем, пробежка, зарядка, душ. Завтрак, сумка с учебниками — чертовски странно было ощущать себя по другую сторону баррикады! — пробежка до школы, уроки, перемены. Малышня с английским алфавитом, старшие с кучей вопросов мимо программы, девочки, строящие глазки… Слава богу, здесь можно было с чистой совестью включить дурака: какие еще глазки? Обалдели? Я ж учитель. Глазки, правда, все равно строили, да еще и намекали, что в конце года выпускной, и вот тогда-то… Тягомотина с заполнением бумаг, терки из-за расписания, учебные планы, злобное порыкивание завуча насчет методичек и отчетов в вышестоящие организации, снова сумка — теперь уже с кучей тетрадей на проверку, и домой. Вторым куском оказывался быт. Убирать квартиру, покупать продукты, что-то там стирать и даже гладить я умел, конечно. Но поначалу как-то думал, что хрен с ним, все потом. Да и какой молодой парень откажется задвинуть на домашние заботы? Но как-то быстро обнаружилось, что задвинутые заботы имеют тенденцию расти снежным комом, и потом уже не остается вообще ничего, кроме них проклятых… А мама, оказывается, и впрямь была права, когда говорила, что посуду лучше мыть сразу после ужина. Подружиться со стареньким пылесосом, мокрыми тряпками и хозяйственным мылом получилось. Откровенно говоря, и самому больше нравилось возвращаться в чистый дом. С готовкой было похуже. Типичного холостяка из меня не получалось. Не так уж долго мы с тобой жили вместе, а гляди-ка, я привык готовить на двоих, да еще на пару дней, и сидеть на пельменях уже не хотелось. С другой стороны, куда мне на двоих? Дилемма решалась путем проб и ошибок, и месяца через три я уже мог бы составить список рецептов для рачительной хозяйки: чтобы минимум возни и большой выход не скоропортящегося продукта, способного прожить в холодильнике дня три. Еще хуже было с коммуналкой. Я ни черта не смыслил в оплате света, газа, воды, телефона, а въезжать приходилось, и быстро. Ясно ведь почему? Остаться без коннекта? Я представить себе такого сейчас не мог! Потому что в жизни был третий кусок — сеть. Мне было проще многих, я жил один и никто не ругался, если телефон надолго затыкался модемом. Но, во-первых, все-таки были родители, которые хотели иметь возможность дозваниваться до меня в нормальное время. Во-вторых, ночные тарифы на связь были куда ниже. А из-за этого — и это было в-третьих — мало кто появлялся в чатах раньше полуночи. Я подсел так быстро, что и «мяу» сказать не успел, как весь режим дня перекроился наискосок… После школы, проверки тетрадей, быстрой уборки и готовки я… ложился спать. Это какое же было мне счастье, что никто не стоял над душой, требуя нормального существования по общепринятым часам! Отца бы кондратий обнял, если б он узнал, что, проспав несколько часов, аккурат до заката, я поднимался, нырял в душ для бодрости, наливал себе кофе и садился к монитору… Мы, наверное, стали первым поколением, променявшим солнце на ночь по совершенно меркантильным соображениям — из экономии, а не романтизма. И первым поколением, погрузившимся в сеть. Придет время, и все станут трубить о том, как опасны социальные сети и ничем не ограниченное геймерство, но до той поры было еще очень далеко. Зато я точно помню, как все начиналось. Я садился к столу с гудящей машинкой и с мыслями, повторявшимися, как короткие безумные молитвы: боженька, пусть сегодня срывается не каждые пятнадцать минут! Пусть не залипает так, что не оторваться от плохого пинга! Пусть не виснет, и дай, боженька, хоть немножко нормальной скорости! Мы спешили, словно боялись опоздать на свидание. Мы бросались друг к другу, только увидев знакомые ники, точно были знакомы сто лет, хотя ни черта, на самом деле, друг о друге не знали наверняка. Мы тосковали, если кто-то пропадал надолго. И мы всему верили. Ну, я, во всяком случае. Время повальных обманок еще не пришло. Поначалу я бродил от чата к чату, не особо разбираясь, куда сую свой длинный нос. Самой прикольной и милой оказалась киевская болталка. Там я в первый раз увидел смайлики и просидел несколько ночей, лишь изредка забегая в свою «первую» комнату, отметиться, что я жив-здоров и скоро вернусь. Киевляне оказались приветливыми ребятами. И там я получил самый, пожалуй, странный комплимент за всю свою — пусть и не очень длинную, но весьма нелегкую сексуальную жизнь. Одна из барышень, протрендев со мной пару часов, изобразила плачущий смайл и заявила, что занялась бы со мной сексом только уже за одно то… что я так грамотно пишу… вот ведь фантазии у людей, а я еще себя извращенцем считал… Один раз я примерно минут двадцать переписывался по-английски с парнем на тему свободной любви, пока понял, что забрел куда-то очень далеко… Этот чат оказался канадским, а я бы и внимания не обратил, кабы мой невидимый визави не спросил, не удобнее ли мне будет говорить по-французски… Я сказал, что удобнее всего будет по-русски. Он долго веселился, но, кажется, так и не поверил. Заносило меня и на чешские сайты. И даже конкретно на пражский. Но там я так ничего никому и не сказал. Мне чудилось, что за любым ником можешь оказаться ты. И я был уверен, что ты меня сразу же вычислишь. Перед четвертым посещением виртуальной Праги я крепко задумался, а потом вычистил тамошний свой профиль. Но все-таки оказалось, что в «комнате», присоветованной Геркой, тусить мне нравилось больше всего. Иностранцы и далекие друзья — это потом переродится в особый, редкий, но вполне любимый мной вид досуга. Общаться же, зная, что человек за строчками — на расстоянии максимум часа езды, это было совсем другое. И это точно было. Было и еще кое-что. Сейчас надо мной дружно посмеялись бы все юные акселераты, но я и слова-то такого не знал «виртуальный секс». И когда это кое-что приключилось со мной впервые, думал, что от меня и стула, на котором я сидел, останутся одни тлеющие головешки… Привыкнуть к быстро движущимся по экрану строкам оказалось не так уж трудно. И очень скоро я легко ловил нужные реплики, и не только по именам. У каждого была своя манера разговора, любимые словечки и обороты, любимый цвет шрифта и любимое здрасти-досвиданья… Не удивляло и то, что собеседник мог вдруг надолго замолчать, а потом уйти по-английски, никому не надо было объяснять про херовые телефонные линии, низкую скорость или внезапно закончившиеся на счету деньги. Но примерно через месяц нашлась еще одна причина долгого молчания в чате. Как я потом узнал, ко мне еще долго присматривались, обычно новеньких разводили на секс в течение первой недели, я же, сука, ни хуя не понимал и развлекался умными разговорами… Причина выражалась в одном волшебном слове: приват. Искореженный «привет». Приглашение к разговору тет-а-тет. То, что ты писал, оставалось вроде бы в общем окне, но видно было только двоим. Я не сравнивал тогда, но потом проверил… Секс по телефону и вполовину не был так зверски возбуждающ, как словесный трах практически на глазах у пары десятков парней… Почему на глазах? Потому что, блядь, а вы попробуйте читать во всех подробностях про то, как тебе делают минет, одной рукой дрочить, а другой отбивать ответ! Поделюсь очень личным опытом, промахнуться мимо приватной кнопки в такой ситуации — раз плюнуть. И это оказалось все равно, как вдруг материализоваться посреди комнаты, в достаточно большой разношерстной компании именно в тот момент, когда кончаешь другому парню в рот… Невозможно. Остановиться невозможно. И дальше невозможно. И все ржут… Потому что, конечно, все знали, что вы там в привате делаете, но чтобы, е-мое, в таких красках! И точно, как в анекдоте: сексом на Красной площади нельзя заниматься только потому, что советами затрахают! Да, я слышал, что чрезмерная серьезность в постели вредна. Но больше ни разу в жизни мне не удалось кончить под собственный гомерический хохот… Через пару недель после этого знаменательного вылета, ко мне постучались. Ну да, в приват. За эту пару недель меня успели основательно достать различными предложениями. Скромно предполагаю, что народ оценил стиль исполнения… Но если умным хватило пары дней, то дураки лезли с ужасающей регулярностью. Благослови боже того, кто придумал изумительную кнопку «игнор», позволявшую мне с такой же регулярностью отправлять всех придурков в сад! Но этот парень был из старожилов и совсем не дурак. Мне нравилось его читать, острил он охотно, часто на грани, но грань и за — это чувство меры. Оно у него было. ≫>привет Я посмотрел на ник и ответил. ≫>Привет ≫>есть предложение ≫>Какое? ≫>встретиться Меня дернуло злостью. И он туда же? ≫>Для приватных танцев партнеров на плешке ищут. ≫>да ладно тебе я не на приват приглашаю ≫>Значит, на групповуху? ≫>узко мыслишь, макс)) мне казалось ты не такой прямолинейный Я от неожиданности усмехнулся и отбил: ≫>Извини, дальше групповухи мои фантазии пока не залетали) ≫>молодой еще)) ≫>Ладно, чего хотел, правда? ≫>я сказал встретиться Я помолчал, потом набрал: ≫>Ты хоть мое имя знаешь. Я твое — нет. ≫>илья ≫>Муромец? ≫>со пскова мы пришли собачку говоряшую посмотреть)) Черт, вот всегда был падок на «своих», цитирующих те же книги и фильмы, что и я сам! ≫>Если встреча — не приват, то много народа? ≫>человек пять все свои Не буду врать, стало стремно. Прийти мог кто угодно. И случиться могло все, что угодно. Гера не пожалел слов, разъясняя мне элементарную технику безопасности… ≫>макс? И я решился. ≫>Где? ≫>шоколадница на октябрьской знаешь? ≫>Шутишь? Конечно! ≫>в пятницу в семь ≫>И как я вас узнаю? ≫>узнаешь)) у меня оранжевая сумка будет ≫>Ну ок… ≫>тогда до завтра До завтра. Я кинул всем «пока» и вышел. Пятница, собственно, уже три часа, как наступила.