Смертельная игра

В бессилии, я чувствовал, что свет Последний утешительной надежды Почти погас. Данте Алигьери. Чистилище. Песнь четвертая.

***

      — Что происходит, Люцифер?! — кричал в панике Слендер, не зная, что делать.       — А по твоему что? Такую вот концовку она выбрала, собирая все пазлы этого дома. Что ты так нервничаешь? Это же всего лишь человек. — Холодно отвечал Люцифер, натянув на себя ехидную улыбку.       — Нет… Эмили… Идиотка… Я говорил тебе выбирать другое… Ты ведь… Обещала, что вернешься ко мне…

***

      Я посмотрела на записку, что была рядом с мольбертом. Она все это время постепенно дополнялась… Теперь же здесь не просто набор слов, а целое предложение можно собрать!       Раньше я тебя ненавидела. Даже сейчас Каким ты себя ощущаешь. Потерянным. Одиноким. Безнадежным. Наконец-то поняла Всегда будешь. Неотъемлемую часть. У тебя еще есть шанс Закончи ее.       Не знаю, почему, но меня охватывает какой-то леденящий страх, когда я подходила к двери. Я понимала, что бояться нечего, что я и так со всем самым страшным уже справилась, но… Что-то мне подсказывает, что все еще впереди.       Я собрала свою волю в кулак и повернула ручку двери. На двери была очередная надпись:

Методом проб и ошибок

      Мне казалось, что данная обстановка была похожа на ту, что была перед этой частью, разве что… Все было в ужасном состоянии: стены, пол и потолок. Повсюду были дырки и куски древесины на полу, отчего я ступала очень осторожно, стараясь не угодить в яму.       Открывая дверь за дверью, я находила новые предметы, которые принадлежат его супруге: пудру, ожерелье, расческу… Каждая из этих вещей поведала мне свою историю, а я внимательно внимала.       Если честно, то все эти комнаты были однообразные, уже меня ничего не пугало, разве что… Разве что вот эта вот комната. Посредине было три одинаковые картины, которые образовывали собой некий треугольник. На них было изображено какое-то чудовище, что держало крысу в руках. У него не было носа, вместо рта была какая-то дырка, откуда торчали два клыка, глаза же просто были изображены как черные точки. К каждой картине вела дорожка, что была обрамлена свечами. Я старалась как можно дальше держаться сего шедевра, но когда же я решила незамедлительно покинуть эту комнату… Короче говоря, как всегда дверь была закрыта.       — О, Боже, это так неожиданно и приятно, очень приятно! — вслух проругалась я, разворачиваясь лицом в одной из картин. Когда же я подошла ближе, они вдруг все упали и на задней стороне были нарисованы крысы, что вдруг стали покидать картину с ужасным визгом. Комната была вся в огне и крысы, разумеется, бежали именно туда. — Ну, конечно, куда же еще?       Устав от сего представления я быстрым шагом направилась к первой попавшейся двери. Был очередной коридор, по которому я побежала вперед и… опять наткнулась на пианистку. С каждым разом я замечала, как убивала она меня все медленнее и медленнее. Интересно, с чем это связано?       Встав на ноги, я очутилась в очередном коридоре, который был достаточно «красочный». В прямом смысле слова — он был весь в красной краске. Я направилась вперед, где наткнулась на дверь, что была в полу. Поняв, что другого выхода у меня нет, я набралась смелости и прыгнула вниз, в темноту.       Очутилась я в какой-то комнате. Ничего там не найдя, я вышла в другое помещение, очутившись в какой-то каморке, что была вся в зелено-черных потеках.       Обратив внимание на стол, я обнаружила там все предметы, что принадлежали жене. И вдруг… Она со мной заговорила.       — Я наконец-то все поняла. Благодаря тебе. Ты наконец-то мне показал, что другого выхода нет. И даже сейчас твоя печальная улыбка только подтверждает очевидное. Мы уже никогда не поговорим.       После ее монолога я обнаружила на полу записку, которая была адресовано ее дочери. Здесь она извинилась за то, что ей пришлось вынести все это. Объяснила ей, что самое настоящее чудовище — ее отец и чтобы не превратиться в такого как он она должна… уйти.       Она покончила с собой… Я и раньше это поняла, но видимо, она сделала это здесь.       Еще раз пройдя взглядом это место, я направилась дальше. Впереди меня ждала ванна. Правда, здесь ничего не было. Я попыталась открыть дверь, но она была заперта. Постепенно я заметила, как ванна начала наполняться водой.       «Только не это… " — подумала я. Только не говорите, что мне надо там что-то искать руками?       Зажмурив глаза, я прошлась рукой по ванной, но… я не обнаружила дна. В конечном итоге я просто опустила туда голову, резко открыв глаза.       Я очутилась в том же особняке просто… он был под водой. Все было в воде и я плыла вперед, где виднелся призрак женщины. Правда, когда я хотела его достигнуть… У меня закончился кислород.       Я высунула голову, тяжело глотая воздух. После того, как мои легкие заполнились кислородом, я нырнула снова. На этот раз там была другая обстановка и призрак женщины уже пропал, вместо него появился силуэт его дочери. Я опять поплыла навстречу к нему, но… Опять не успела.       Я тяжело дыша, хотела уже опять окунуться, но… Резко вода стала красной и на поверхность выплыл глаз…       — Нет, нет, иди к черту. — Я закрыла уши и выбежала из комнаты, взяв с собой глаз.       Я вновь очутилась в какой-то комнате, которая, ну, вообще не была похожа на мастерскую. Посреди стоял столик с шашками. Я так понимаю, что мне надо сыграть? Я заметила, что шашок не хватало для полноценной игры, так что я решила осмотреться. Найдя парочку на полу и на диване, я положила их на доску. Каково же было мое разочарование, когда игра продолжалась без моего вмешательства. Мне пришлось бегать туда сюда по комнате, каждый раз ища эти шашки. В конце концов игра закончилась, после чего открылась дверь и я спокойно вошла в мастерскую.       Еще с минуту я стояла и смотрела на незаконченную картину, после чего все-таки решилась применить последний ингредиент.       Картина была закончена. На ней была изображена красивая женщина и маленький ребенок, которого она держала на руках. Вдруг мое тело перестало меня слушаться. Я взяла портрет в руку.

Да! Вот и все! Любовь моя… Мне так жаль… Нет! Это неправда. Всегда было неправдой. Это их не вернет. Теперь я это понимаю. Я знаю, что нужно сделать.

      Вдруг мое тело направилось из мастерской по лестнице вверх, на самый последний этаж. Открыв комнату я увидела там десятки портретов пианистки. Моя кисть потянулась к свече и опрокинула ее на картины. Все загорелось. Я выкинула картину в огонь и в конечном итоге мое тело само бросилось вслед за ней. Уже через пару секунд его охватило пламя и я стала чувствовать невообразимую боль.       — А! — я не смогла сдержать крика. Я все кричала и кричала, пока мое сознание не окунулось в темноту…