Однажды в Кэмптауне

      «Не могу поверить, что действительно думаю о чем-то подобном», — покачал головой Макс, целеустремленно шагая обратно к библиотеке. Вряд ли там, конечно, что-нибудь изменилось за полчаса его отсутствия, но что-то делать все равно было нужно. В утро понедельника он вряд ли найдет помощников, чтобы убрать весь тот бардак, который натворили по приказу госпожи Морган, а значит, придется разгребать все своими руками. Из головы не выходили слова Гаса о компромате, но Макс все еще не мог взять в толк, каким образом он сможет выведать секреты мэра у ее лучшей подруги, даже если он умудрится с ней познакомиться.       «Ты идиот, Максвелл, — промелькнуло в голове, и молодой человек поджал губы, попутно проверяя, есть ли на дороге машины, чтобы перейти перекресток. — Вряд ли Гас говорил серьезно. Да мне проще было бы забраться к Морган в дом и порыться в ее вещах, чем приударить за какой-то девушкой, в имени которой я даже не очень уверен. Ай, ну что за ерунда?»       Досадуя на себя и свое плачевное положение, Макс прошел мимо остановки, не сразу заметив, что какой-то человек сидит под прозрачной крышей, обхватив голову руками. Остановившись, Стюарт обернулся и пристально вгляделся в согнутую пополам фигуру. Это был тот самый молодой человек, который ушел из бара, как только он туда завалился и перетянул все внимание Гаса на себя. Да уж, как-то неловко вышло. Кем бы ни был этот несчастный, он явно переживал в своей жизни не лучшие времена… Немного поспорив с собой, Макс пришел к выводу, что ничего плохого не случится, если он попросит парня помочь ему с уборкой. В библиотеке и в самом деле сейчас было много работы, и в одиночку управиться со всем заняло бы довольно много времени. И у Гаса, и у Джинн были свои дела в баре, и он не хотел их дергать: ранее они и так очень сильно ему помогли. А этот человек на остановке явно нуждался в помощи и внимании…       — Простите, — как можно дружелюбнее обратился Макс к сидящему в апатии незнакомцу, — вы не могли бы мне помочь?       Пару секунд ничего не происходило, а затем парень убрал руки от лица и посмотрел прямо в глаза Максу.       И в этот момент у Стюарта вдруг перехватило дыхание. «— … Хватит. Ты уже развлекся, друг мой… — …Я сказал, что ты осел, но не знал, что венценосный… — …Знаю, я просто слуга и мое слово не считается, но я не вру… — …Что я всего лишь одна сторона медали и, видимо, ее лучшая сторона…»       Все закончилось так же быстро, как и началось. Обрывки разговоров и размытые картинки вдруг исчезли, оставив после себя лишь странную пустоту и нелогичное чувство потери. Макс тряхнул головой и несколько раз поморгал, пытаясь прогнать наваждение. Что, черт возьми, это только что было?..       — Эй, ты как?       Окончательно придя в себя, Стюарт натянуто улыбнулся и снова взглянул на своего собеседника. Тот выглядел несколько сбитым с толку и хмурился, внимательно изучая лицо Макса.       — В порядке. Наверное, просто голова закружилась.       Услышав это, незнакомец медленно кивнул и в конце концов отвел взгляд, очевидно, потеряв к разговору всякий интерес.       Сам же Максвелл быстро пытался собрать разбегавшиеся мысли в кучу и вернуться к реальности.       — Так... э… Вы не могли бы помочь мне?       Молодой человек снова повернулся к нему лицом и шумно выдохнул, прищурившись.       — Не особо горю желанием.       — Понятно. Что ж, извините, — Стюарт не стал настаивать и, оставив незнакомца сидеть на остановке, развернулся и медленно побрел к библиотеке, прокручивая в голове те странные мутные эпизоды. Почему-то они его немного обеспокоили. Макс был на сто процентов уверен, что никогда не встречал этого человека раньше, но что-то ему подсказывало, что он не должен был оставлять его в одиночестве.       Остановившись, Стюарт обернулся и снова внимательно взглянул на незнакомца. Ему вполне недвусмысленно отказали, так почему же у него такое чувство, будто он сам в этом виноват?..       — Привет, это снова я, — библиотекарь вновь подошел к остановке и прислонился плечом к прозрачной стенке, скрестив руки на груди. — Меня зовут Максвелл, но я предпочитаю просто Макс.       Молодой человек громко вздохнул и бросил скептичный взгляд на Стюарта.       — Очень рад за тебя. И раз уж теперь я знаю твое имя, может, оставишь меня в покое?       — Мм… Но я все еще не знаю твоего, так что вряд ли это можно будет сделать.       Макс улыбнулся, с некоторым интересом наблюдая за реакцией своего собеседника. Он почти интуитивно чувствовал, что поступает правильно, хоть и не мог до конца объяснить это даже себе. Незнакомец несколько раз растерянно моргнул, а затем громко фыркнул.       — Если скажу свое имя, ты отцепишься?       — Возможно.       — Возможно?..       Парень немного посверлил библиотекаря взглядом, будучи далеко не в восторге от такого ответа, но на Макса это не произвело абсолютно никакого впечатления. В этот момент его внезапно посетило сильнейшее чувство дежавю, и он невероятным усилием заставил себя не отвлекаться, полностью сосредоточив свое внимание на молодом человеке.       — Артур, — недовольно бросил парень.       — Как король Камелота?       Макс и сам не знал, что именно заставило его это сказать, и на мгновение почувствовал себя невероятно глупо. Вот он вдруг ни с того ни с сего пристает к совершенно постороннему человеку с какими-то дурацкими требованиями… Даже для самого Стюарта это было крайне странно, а что бы Гас подумал, будь он здесь, Макс и представлять не хотел. Что самое интересное — Артур посмотрел на него так, будто библиотекарь только что открыл какую-то важную тайну мироздания.       — Да, — запнулся молодой человек, не мигая глядя на Макса. — Как король Камелота.       Максвелл не мог точно сказать, сколь долго они смотрели друг другу в глаза, прежде чем Стюарт все же отвел взгляд и, улыбнувшись, сказал:       — Надеюсь, ты не будешь возражать, если я не стану называть тебя «милорд»?       — Конечно буду. Но если ты все-таки решишь оставить меня наконец в покое, я, так уж и быть, милостиво прощу тебе эту вольность, — с явным сарказмом произнес Артур, и Макс негромко рассмеялся.       — Ох, мои извинения, сир, — Стюарт отвесил собеседнику что-то вроде поклона, продолжая улыбаться. — Тогда, может быть, ваша венценосная особа будет столь любезна и снизойдет до помощи в библиотеке простому смертному?       Наверное, со стороны это выглядело как минимум странно, но Стюарт не чувствовал за собой никакого стеснения, будто дурачиться подобным образом с новообретенным знакомым было для него в порядке вещей. Артур не сводил с него немигающего взгляда и явно был чем-то то ли удивлен, то ли озадачен, если не сказать больше. Макс видел и неуверенность, и тень сомнения, пробегавшую по его лицу, но еще там было какое-то любопытство. Интерес.       — Так ты библиотекарь? — спросил Артур, тем самым прекращая эту странную нелепую игру.       — Ага, — Макс шмыгнул носом и неловко улыбнулся. — Вообще-то, сегодня мой первый рабочий день.       Артур огляделся по сторонам, а затем скептически приподнял бровь.       — Прости, конечно, но я не вижу здесь книг.       — В наблюдательности тебе не откажешь, да? — проворчал Стюарт и, немного поколебавшись, сел рядом. Молодой человек с неким интересом наблюдал за действиями библиотекаря, но Макс старался не замечать его пристального изучающего взгляда. На какое-то время воцарилось молчание, но оно не было неловким или гнетущим. Каждый думал о чем-то своем, и сейчас, когда он сидел совсем рядом, Стюарт уловил запах алкоголя, который исходил от нового знакомого. Впрочем, это было вполне логично: раз уж Артур начинал свое утро в баре, у него определенно точно не могло быть все хорошо. Макс понимал, что ему не следует лезть вот так сразу в чужую жизнь, но ничего не мог с собой поделать. Почему-то ему упорно казалось, что у него на это есть какое-то право.       Однако не успел Стюарт открыть рот, как его новый знакомый несколько неуверенно поинтересовался:       — Что нужно делать?       — Я… Что?       Артур картинно закатил глаза и медленно повторил еще раз.       — Что нужно делать? В твоей библиотеке?       Макс растерянно захлопал глазами, абсолютно не понимая, с чего тот вдруг согласился. А ведь он уже приготовился к тому, что убеждать Артура придется долго и нудно…       — Э… Там целый погром, если честно, — он скованно улыбнулся, припоминая встречу с Мелиндой Морган, и его настроение после этого стремительно стало опускаться к нулевой отметке. — И очень много работы.       Макс мгновенно помрачнел, вспомнив угрозы госпожи мэра. Она ведь не остановится, пока не добьется своего, но и он не собирался так легко уступать. Библиотека была его наследием, его жизнью, прошлым и настоящим. Домом. Отдать ее такому человеку, как Морган, было бы кощунством. Да и Стюарт никогда бы себя не простил, если бы позволил этой ведьме помыкать собой. Нет, он будет сражаться за свое. Еще не совсем представляя, как именно, но не сомневался, что последнее слово все равно останется за ним.       — Если ты мне заплатишь, я тебе помогу.       Макс моргнул, возвращаясь мыслями в настоящий момент. Немного подумав, он покачал головой.       — Если хочешь заработать на выпивку, то я лучше сделаю все сам.       Артур вдруг невесело рассмеялся.       — Так я и думал, — он взглянул на библиотекаря и прищурился. — Знаком со мной каких-то пять минут, а уже думаешь, что знаешь меня. Решил, что я настолько безнадежен, что со мной уже можно не считаться как с человеком? Да пошел ты!..       Резко вскочив с лавочки, молодой человек засунул руки в карманы джинсов и побрел прочь. Какое-то мгновение Макс оторопело смотрел ему вслед, а потом мгновенно поднялся.       «Глупец, какой же ты глупец! Идиот. Тактичности — полный ноль».       — Постой!.. Эй, подожди, Артур, я не хотел!       Стюарт собирался было броситься вдогонку, но вовремя одернул себя. Кто он, собственно, такой, чтобы сейчас остановить его? И что он о себе возомнил, чтобы делать настолько поспешные выводы? Они ведь действительно едва познакомились, хоть Максу почему-то и казалось, что он знает Артура гораздо дольше, но это ведь не повод вести себя так бестактно…       Злясь на себя, Стюарт еще несколько минут посидел на лавке, а затем, устало вздохнув, поднялся и снова пошел к библиотеке. «Сегодня определенно не твой день, Максвелл Гай Стюарт, — флегматично пронеслось в голове. — Правду говорят о том, что понедельник по определению хорошим не бывает». Мысли еще какое-то время крутились вокруг нового знакомства, но, дойдя до библиотеки, Макс постарался выкинуть все ненужное из головы, чувствуя легкую досаду.

***

      Сильный ветер неприятно бил в лицо и пробирал до костей, но Мерлин не обращал никакого внимания на такие пустяки. Все его мысли безраздельно занимал Мордред и то, что он однажды совершит. Маг просто не мог бездействовать, не мог допустить смерть Артура. И если для этого придется рискнуть своей жизнью и секретом, он это сделает. Он был готов.       Мерлин уже давно покинул пределы Камелота и держал путь к пещере, где жила ведьма Докрейд. Вряд ли, конечно, она ответит на его вопросы по доброте душевной, но волшебник и не собирался с ней любезничать. Не сегодня. Раз уж Килгарра отказался ему помогать, не оставалось ничего другого, как искать помощи в ином месте. Вспоминая свою последнюю встречу с Великим Драконом, Мерлин чувствовал легкий стыд. Все-таки древний ящер всегда по возможности подсказывал ему, но в последнее время от его советов не было абсолютно никакого проку. Маг должен был спасти Артура, не убивая Мордреда, но все упорно сводилось к тому, что, если он хочет выручить друга, без смерти друида не обойтись. Волшебнику претило вновь становиться убийцей — в свое время ему сполна хватило и Морганы — но, если у него не будет выбора…       Мерлин гнал прочь от себя эти мысли, словно назойливых мух. В сердце еще теснилась слабая надежда на то, что все можно будет предотвратить.       Ветер все усиливался, и волшебник остановился на холме, смерив внимательным взглядом темную низину. Место, где жила древняя Докрейд, было до основания пропитано темной магией. Пропитано настолько, что никто бы не смог сказать наверняка: то ли это произошло от чар ведьмы, то ли сама земля была пронизана мощным очагом Древней Веры, породившим на свет Докрейд. Мерлину, по большому счету, было все равно. Если старуха подскажет ему нужное решение, он больше не станет ее трогать. Пусть отживает свой век в темной норе.       Пришпорив коня, волшебник поспешил вниз, стараясь не думать о том, что его ждет по возвращении в замок. Все мысли Мерлина занимало только спасение Артура. Тот факт, что Пендрагон будет крайне зол, когда узнает, что он уехал непонятно куда, никого не предупредив, заставил мага поморщиться. Но не мог же он и в самом деле прийти к королю и сказать, что собирается уехать на пару дней. Раньше он никогда так не делал, и начинать было уже несколько поздновато. Решив, что с Артуром разберется по возвращении в Камелот, волшебник выбросил из головы лишнее, сосредоточившись на текущем моменте.       Оставив коня пастись на приличном расстоянии от пещеры ведьмы, Мерлин принял облик старика Эмриса и, удостоверившись, что заклинание работает нормально, поковылял к темной земле, на которой жила древняя старуха.       — Докрейд! — крикнул он, войдя в глубь пещеры, хотя прекрасно понимал, что она наверняка уже знает о его присутствии. Ведьма ее возможностей не могла не учуять его магию. Враждебную магию, как она сказала однажды. Мерлин был твердо намерен узнать то, за чем пришел, даже если ему придется пустить в ход все свои силы.       — Эмрис, — неприятно прошипела ведьма, и волшебник едва заметно скривился, увидев, наконец, обитательницу пещеры. Вряд ли тот, кто имел неосмотрительность увидеть древнюю ведьму хоть раз, смог потом забыть ее лицо.       — Что бы тебе ни было нужно от меня, ты ничего не получишь! — выплюнула она, слепо поворачивая голову туда, где он стоял. Мерлин полагал, что именно так она и «видела»: через темную магию, объединявшую ее с самой силой этого места.       — Я не собираюсь причинять тебе вред, Докрейд, но, если ты не захочешь помочь добровольно, я применю силу.       — Силу! — она немного попятилась назад. — Ты понятия не имеешь, о чем говоришь!       — И тем не менее, — в отличие от ведьмы, его голос с каждым разом становился все тише и все холоднее. — Я пришел узнать, возможно ли изменить предначертанное.       — Артур Пендрагон умрет, Эмрис! — выкрикнула она. — Умрет от рук Древней Веры, и ты ничего не сможешь с этим поделать!       Она почти срывалась на визг, и Мерлин решил, что с него довольно. Он уже давно не был тем наивным мальчишкой, каким когда-то пришел в Камелот. Да, для него все еще существовали границы, за которые нельзя было переступать, но с ведьмами вроде Докрейд, погрязшими в своей ненависти ко всему, что не относилось к их вере, разговор у него был короткий.       Она была сильна, но Мерлин был сильнее. Глаза полыхнули золотом, и ведьма пошатнулась, не в силах противиться потемневшему голубому взгляду, в котором застыло жесткое выражение. Хоть она и не могла его видеть, но, безусловно, чувствовала исходившую от него опасность.       — Даже если бы я могла дать тебе то, чего ты хочешь, цена за это непомерно высока, — прокряхтела она, медленно подымаясь на ноги.       — Говори, Докрейд, — тихо произнес Мерлин, внимательно наблюдая за древней ведьмой и чувствуя, как где-то в глубине души пробивается на свет маленький росток надежды. — Не вынуждай меня снова вытягивать из тебя ответ.       Она помолчала какое-то мгновение, а затем протянула свои старческие руки к его лицу. Мерлин изо всех сил старался не отшатнуться: настолько ему было противно даже смотреть на нее, не то что чувствовать ее прикосновение.       — Проклятие, Эмрис, — процедила она, приложив руки к его вискам. — Есть проклятие, которое может тебе помочь.       Проклятие. Темная магия. Что ж, выбора не было. Он шел сюда с твердым намерением заплатить любую цену за жизнь Артура и сделает это.       — Что это за проклятие, Докрейд?