Сказание об Августе

❖ ❖ ❖ Глава пятая: мы узнаем твои тайны ❖ ❖ ❖ Ранним утром, когда солнце отмерило ровно шесть часов, а брусничный рассвет навестил две фейские деревни, к Ларе без спросу вторгся командир элитной гвардии, частью которой являлся Ник. Сонная и опухшая она стояла на пороге и смотрела на рыжего дядечку, что своей внешностью очень сильно напоминал ей деда Шера, она никак не могла избавиться от этой нелепой мысли. Едва сдерживая смех, она безумно улыбалась, упёршись головой о косяк двери, словно прижимаясь к подушке, а тем временем командир стоял перед ней, выпрямив спину, пытаясь начать разговор. Для начала он поклонился и поприветствовал Лару: — Здравия желаю! — Да. Доброе утро, — чуть осипшим голосом вторила она и, откашлявшись в кулачок, улыбнулась, а потом спросила: «Зачем так рано пожаловали? Нужна моя помощь?» — Да, Лара. Не думал, что когда-нибудь навещу тебя снова после того, как ты донимала Ника и совала свой нос, куда не просили, но есть одно дельце, о котором нужно поговорить с тобой, Лара. — Командир то ли с презрением, то ли с какой-то непонятной для Лары серьезностью посмотрел на нее и, подняв руку с бумагами, добавил: — Вот мои бумаги. Я должен заполнить их информацией. Сама понимаешь, что какой-то бескрылый дурак пробрался к нам в деревню и захотел украсть книгу, но не смог, почему все его и называют дураком, ха-ха. — Похоже, над Лукасом смеялись не только в той деревне, тут его высмеивали ещё сильнее, даже звания красивые дали: «дурак», «бестолочь», «попсовая херня, появившаяся на пять минут для написания истории дружбы кислотного цвета» — так его звала сама Лара. Командир посмеялся собственной шутке и мило улыбнулся, заставив девушку чуть повеселеть. — Так вот, Лара, вопрос серьёзный, а если соврёшь — я тебя зарежу самолично: видела его? — Нет, — кратко ответила она совершенно спокойно, сомневаясь, что её разоблачат. Она была на сто процентов уверена, что не стоит выдавать Лукаса, но стоит поговорить с ним, когда она снова явится в библиотеку. — Падло… А точно никаких следов не оставил? Может, из какой-то книги были вырваны страницы? Или упало что-нибудь? Нет? — прищурив глаза, спрашивал командир, положив руки на бёдра. — Что он и оставил после себя, так это ватную палочку, которой он пытался замазать следы от ботинок, но в итоге размазал грязь по полу, а за это я, как главная санитарка библиотеки, готова сжечь его на костре, — строго заявила Лара, с недовольством во взгляде скрестив руки на груди и надув щёки в некой обиде. — Вау. Лара, по окончанию войны я привезу тебе его труп в подарок, — командир засиял бескрайней радостью и с гордостью обнял собеседницу, прижав её голову к груди и ласково погладив сгорбившуюся спину, будто бы был по истине счастлив, что знаком с этой озорной феечкой, готовой сжечь на костре любого, что испачкает пол. — Моя дочь выросла так быстро! — Да-да, только я не Ваша дочь, запомните это наконец. — Ладно, — шмыгнул носом командир, уныло смотря на недовольную Лару, что так жестоко обошлась с его чувствами. — А теперь решающий вопрос: у тебя вообще никакой информации нет? Может, ты что-то видела или слышала, или что-то пропало, или есть какие-то следы, оставленные этим дураком? Неужто совсем ничего? Запомни: я не хочу возвращаться обратно с нуль идей и нуль информации… — О, я кое-что вспомнило… только подойдите чуть ближе… Командир послушно подошёл чуть ближе, увидел, как Лара что-то вытаскивает из кармана свитера и ему стало очень любопытно, пока вдруг та не вытащила оттуда… свою руку. Она показала фиг командиру, что всё ещё стоял с округлившимися от удивления глазами и посматривал то на радостную девушку, то на мало дружелюбный и добрый пальчик. Долго он ещё соображал, но потом дал грубиянке подзатыльник со спокойным выражением лица и чуть обиженно сказал: — Теперь ты главная подозреваемая. — Чего?! — разозлилась Лара, схватившись за голову обеими руками и вечно шипя под нос, что адски болит ушибленное место. — Потому что, дорогая моя Лара, судя по записи разговора врагов, тот пацан наткнулся на милую крылатую фею, поэтому и не смог ничего поделать. — А я-то тут причём? — Кто-о-о-о? Кто работает в библиотеке? Это Лара! Кто проверяет бланки по вечерам? Это Лара! Больше ври, — командир никак не злился, наоборот — смеялся, поскольку не был на сто процентов уверен в том, что Лара сейчас соврала, просто решил подшутить над бедняжкой, которая на удивление потеряла чувство юмора. — Да расслабься ты, ромашковая фея! Но тем не менее… информация мне всё равно нужна, поэтому сейчас отвечай серьёзно: он правда запачкал пол в библиотеке? — Да. — Всё. Больше нет информации? — Ну… он искал какую-то книгу… история бескрылых и крылатых фей… — оповестила Лара. — Вот! Вот! Именно это и требовалось! Молоток! Так-с, спасибо, Лара. До скорых встреч! — сняв шляпу, поклонился на прощание командир и довольный ускакал в брусничный рассвет, тряся бумагами, куда он успел записать самое важное из этого длинного и глупого разговора. Лара осталась наедине с собою. А потом решила пойти и еще немного поваляться в любимой кроватке. Мир Морфея ожидал ее. — Мне снилось, как я ловила радугу… лепрекон… я… да… — сонно шептала она, все продолжая поглаживать ушибленное место. *** Через часика эдак три она решила встретиться с Мэгги, чтобы поговорить об этом утреннем визите и, конечно же, про Августа Нэриса, сославшись на то, что хочет почитать его книги для развития. Держа тающее от летней жары мороженое в руках, она смотрела на подругу с улыбкой, а та, в свою очередь, глядела на неё с ужасом в глазах, чуть приоткрыв рот и нахмурив брови. Для начала она пискнула от страха, а потом схватилась за грудь — там сердце просто разрывалось на части, сильно кололо, а потом она строго проговорила хриплым донельзя голосом, наконец-то проглотив ком в горле: — Кто ты такой и что ты сделал с Ларой?! Лара не понимала такой реакции подруги, ведь она ничего такого не сказала, просто попросила назвать ещё какие-нибудь книги Августа Нэриса и рассказать биографию писателя. — Какие проблемы? — удивленно спросила она, гордо задрав нос кверху. — Лара… ты никогда не читала книги, тем более про бескрылых фей. Как бы трудно это тебе не было осознавать, но так было всегда: в детском саду ты воспитательнице руку чуть не сгрызла, когда она заставила повторить тебя фразу из книги про бескрылых, а в школе залезла в сумку с головой и заорала, что не будешь изучать этих, как ты назвала их тогда, тварей. Стоп. Я могу даже привести недавний пример: полгода назад ты в стычке с сопереводчиком разъярилась и заявила, что ни в коем случае не будешь переводить сказку бескрылых фей. И теперь… ты просишь меня… — Мэгги подалась панике и ринулась спасаться бегством, поскольку подруга её явно пугала в данный момент, притом очень сильно. — Спасибо за поддержку! — саркастично буркнула Лара и, приобняв ноги, уткнулась носом в колено, начав реветь искусственными слезами фальшивой грусти. Естественно, она была чертовски зла на Мэгги за то, что она дала не стала ничего отвечать ей на вопрос, просто вспыльнула, рассказала о накопившемся в памяти и поддалась истерике, и это её очень сильно обидело. — Ты любишь читать! Ты читаешь всё, что попадается тебе на глаза! Расскажи мне об этом наконец, дура-а-а! — вопила она на весь ромашковый квартал. — Ну, начнем с того, что у Августа Нэриса есть только одна книга, которая находится у тебя в библиотеке — та самая про бескрылых и крылатых. Всё. Это всё, что мне известно о нём, но ты можешь поискать в бланках автора. Может быть, найдешь его биографию, узнаешь побольше. По крайней мере, меня он не заинтересовал, — Мэгги без капли эмоций на лице гладила по волосам разобиженную Лару, что скулила, ещё сильнее обняв свои ноги и стиснув веки. Она была несказанно удивлена столь неожиданной тягой к знаниям подруги и её сильно беспокоил один вопрос, но она не решилась задавать его: ей думалось, что Лара хочет изучать именно этого автора не просто так, на то должна была быть весомая причина. — Вот так сразу бы! Нельзя было обойтись без аргументов в начале, а? — злобно шипела девушка, не поднимая взора на собеседницу.

***

Тем же днём она вторглась в библиотеку без привета, без лихого взмаха руки, и пошла искать бланки писателей, которые коллекционировала заведующая библиотекой. Она уселась на холодный пол своей пятой точкой, а ноги уложила на салатовый плед в чёрный горошек, руками уже перебирала бумажки, с беспокойным взглядом вчитываясь в написанное. Иногда она отвлекалась, думая, что снова надо проверять наличие книг по бланкам, но потом вспоминала, зачем сюда явилась, и продолжала поиски, периодически жалея, что потратила столько времени, хотя могла сейчас спокойно дошивать наряд. — Джереми Рамье, — прошептала она, швыряя очередной листок в сторону. В конце концов она так и не нашла того бланка, загрустила, очень сильно приуныла, ведь столько времени потратила, мягко говоря, впустую. Пробубнив что-то злобное, она раскинула ноги и руки в стороны и легла средь многочисленных листов бумаги, посмотрев вверх на тусклый свет лампы и сосредоточившись, призадумавшись. Она отлично понимала, что Августа Нэриса нет в бланках, потому что у заведующей нет его биографии или она просто ещё не читала ту самую книгу, не придавала значения написанному. — А что если… белобрысый пацан, появившийся на пять минут для того, чтобы подарить мечтательной девушке дружбу кислотного цвета… явится снова?! — до Лары только сейчас дошло, что Лукас мог снова явиться за книгой в библиотеку, поскольку нужно было оправдать ожидания командира, возложившего на него большие надежды. И этот факт её, конечно, обрадовал, потому что давалось время на то, чтобы разузнать у блондина, зачем ему этот экземпляр и, возможно, даже спросить о том, кем является Август Нэрис — а мало ли его авторство неспроста и в этом есть какая-то тайна. Теперь оставалось только ждать прихода Лукаса, а сейчас Лара понеслась домой дошивать заказ.

***

Тучи затянули луну, горы, укрыв облаками. Яркий свет уличных фонарей слепил волны, а блики его танцевали играючи на водной глади, зажигая море. Ночь была тёплая и тихая. Впрочем, ничего нового, совершенно обыкновенная ночь для ромашкового квартала. Через часы скитаний она вернулась в библиотеку, где всё вроде было как всегда: шкафы стояли буквой «Ш», грязный пол под ногами, разбросанные на столе книги, которые по видимому читала заведующая. Никого пока что не объявлялось. Пока что. Лара ждала прихода Лукаса. Усевшись на стул и откинувшись на его деревянную спинку, она облегченно вздохнула и с улыбкой на губах забросила одну ногу на другую. Для начала она прикоснулась рукою ко лбу, будто смерив температуру, и громко фыркнула, пока между высокими зелёными травинками пробирался долгожданный блондинистый гость с вражеской территории: он уже настиг ромашкового квартала и ему оставалось лишь проникнуть в помещение, а потом незаметно украсть книгу с полки, да так, чтобы потом по деревне не поползло лишних слухов. Он ожидал, что охрана будет стоять за каждым углом, но результате оказалось, что всем будто глубоко начхать, решили обойтись без всяких ночных или даже круглосуточных стражей. Ему самому же лучше от того, что не надо играть шпиона и маскироваться под травинку. И вот — он залез в открытое окно библиотеки, буквально прыгнул и приземлился на обе ноги, и вскоре к нему подошла Лара. Он то ли безумно, то ли шокировано смотрел на совершенную красоту перед собою, понимая, что он опять попался и завалил эту миссию. Безуспешно. Все попытки его оказались тщетны. — Это ты, — с капелькой радости в голосе произнес Лукас, уныло улыбнувшись собеседнице. — Дай отгадаю: ты пришёл за книгой Августа Нэриса? — Лара присела к нему и строго посмотрела в его большие зелёные глаза, округлившиеся от удивления. — Да, — не решился скрывать правду Лукас. — Зачем тебе, точнее Вам, это нужно? — Там написана доскальная информация обо всех феях, в этой книге имеется больше фактов, чем во всех остальных, о том, какими были крылатые феи до этого, — это прозвучало несколько тревожно и, казалось, что Лукас не собирался отступать, хотел добыть книгу любой ценой, даже если придется лишить Лару жизни. В его зелёных, как иголки ели, глазах загадочно блеснул еле заметный огонёк. Минута молчания. Лара непонимающе посмотрела на Лукаса и задала следующий такой же нелепый вопрос: — Ладно, а зачем ты так поступаешь? Зачем тебе это нужно? — На то есть веская причина, о которой я не смогу тебе рассказать. — И что ты сейчас собираешься сделать? — Украсть книгу. — Почему ты этого не делаешь? Я тебе мешаю? — Нет. Наверное, нет. — А почему тогда ты не забираешь книгу с собою? — Я не готов идти против тебя, когда ты смотришь на меня такими глазами. — Какими «такими» глазами? — Полными какой-то надежды. Ты смотришь на меня так, будто хочешь остановить, будто веришь, что если я не смог ничего сделать тогда, то и сейчас не смогу ничего поделать. — Так ты и не можешь ничего поделать сейчас. Разве не так? Лукас согласно кивает, но молчит, поскольку не может точно сказать, почему не может ничего поделать и сейчас. Он знает, что подвластен себе и горазд идти дальше, сломить врага, чтобы украсть то, зачем явился, но для него это сложно. И скорее всего… — Я бы смог, если бы сейчас передо мной стояла не ты. — А чем я отличаюсь от какой-то другой крылатой феи? — Например, тем, что прямо сейчас ты разговариваешь со мной не как с врагом, а скорее как с кем-то дорогим сердцу. Ты вновь заставляешь меня чувствовать эту боль, эту безвыходность. — Наверное, я не могу противостоять тебе по той же причине. Лукас поднял на Лару свой непонимающий взгляд, посмотрел округлившимися от удивления зелёными глазами. — И сегодня утром я даже не смогла выдать тебя, — уныло улыбнулась крылатая фея. — Два идиота. — Да… — А можно задать еще один вопрос? — Спрашивай, только тише. — Ты хочешь украсть эту книгу. Как ты узнал, что она будет здесь? Помимо библиотеки в ромашковом квартале есть ещё много других библиотек, притом они гораздо больше. — Эта книга одна-единственная в своем роде. Существует только один тираж. И с давних пор ходят слухи, что он есть только в библиотеке ромашкового квартала. — Значит… существует только один экземпляр? — Да. ❖Конец пятой главы❖ ❖Продолжение следует…