La Petite Mort

Никак не реагируя, демон некоторое время обдумывал услышанное. Улыбка постепенно сползла с лица колдуна, уступая место беспокойству. Лабарит чуть склонил голову набок, затем на другой, пристально разглядывая человека перед собой с головы до ног: он видел высокого худощавого мужчину с отпущенными неухоженными вороными волосами, в побитой молью старой мантии, подпоясанной потёртым кожаным ремнём, в общем, захолустного колдунишку мелкого пошиба. Лицо ещё достаточно свежее, не изъеденное ядовитыми парами. Мешки под глазами, правда, прибавляли пару лет. По-птичьи внимательные карие глаза, подчёркнутые прямыми густыми бровями, должно быть, придавали солидности и колдунской задумчивой мудрости перед клиентами лавки, не хватало горбатого носа и парочки родинок. Определённо, демон повидал достаточно уродливых, скрюченных старостью и физической немощностью колдунов, волшебников, провидцев, ведьмаков, чародеев и магов — как бы они себя ни называли в разных частях Мироздания, набравших невероятную силу к концу долгой, но потраченной ради недостижимого жизни, чтобы у него создался портрет типичного представителя профессии. Демон скользнул взглядом по фигуре, задержав взгляд на единственной открытой части тела — жилистых худых руках с тонкими кистями, затем, поигрывая браслетами, осмотрел собственные изящные смуглые запястья, тонкие длинные пальцы, тяжёлые от перстней, из которых каждый — отдельное произведение ювелирного искусства. Демон сладко улыбнулся, любовно разглядывая драгоценности, но вдруг болезненно поморщился и отвёл взгляд от криво обрезанных колдуном когтей. Успокаивая себя, демон провёл рукой по мягким волосам, тряхнул головой с чувством превосходства, мельком бросив взгляд на колдуна чтобы убедиться, что тот никуда не делся и непременно любуется им. Очертив пальцами красивый овал лица, опуская руки ниже, демон провёл по шее и плечам, приводя в движение пригревшийся на полу змеиный хвост, демон повернулся к колдуну боком, демонстрируя изящный торс со всех сторон, повертелся, изгибаясь и напрягая безупречные мышцы. Колдун с искренним восхищением наблюдал за игрой мускул, гадая, какую магию нужно задействовать, чтобы выточить себе такое тело. Опоясывающие торс золотые цепочки были как цепи, в которые закована грация и захватывающая дух красота. Золото на демоне смотрелось так, словно было создано специально под оттенок его смуглой кожи, каждое украшение на своём месте, словно на картине, написанной рукой гениального художника. Колдун не заметил, как шёлковая набедренная повязка демона бесшумно соскользнула по гладкой чешуе на пол, и как взгляд оказался на идеально сформированных, переходящих в змеиный хвост ягодицах, покрытых тонкими золотистыми чешуйками. — Ты видиш-ш-шь вс-с-сё это? — услышал в голове голос змеехвоста. — Я не слепой, — проглотив ком, ответил колдун. — И ты предлагаеш-ш-шь мне с-с-с тобой? — демон не смог скрыть насмешку. Колдун округлил глаза и поспешил успокоить демона: — Нет, нет! Мне нужно только твоё семя! — Что, — демон как-то нервно спружинил на хвосте, как человек переминается с ноги на ногу, — я тебе не нравлюс-с-сь? Прозвучало опасно. — Что ты, я ни на одной иллюстрации бестиария не видел такого красивого экземпляра лабарита! — и пока демон сверлил его недоверчивым взглядом, добавил: — Ты самый прекрасный из демонов, каких я только встречал. — Это оз-з-значает, что я крас-с-сивее коз-з-злов, с-с-с которых ты выдаиваеш-ш-шь с-с-сперму? — демон то ли обижался, то ли пытался поддеть. «Лучше бы тут действительно оказался вилорог, я бы уже закончил и отправился спать», — проклиная свою сомнительную удачу, думал колдун. Зато он теперь знал чувствительную точку змеехвоста — это была его внешность. — О чём ты говоришь, как можно сравнивать тебя с вилорогами второго ранга… — начал подыгрывать демону колдун. — Не надейс-с-ся, что я поз-з-зволю тебе обойтис-с-сь с-с-со мной, как ты пос-с-ступал с-с-с ними, — демон выглядел уязвлённым. — Ты можешь сделать это сам, — пожал плечами колдун, глупо улыбаясь. — Нет, не могу, — оскалился демон. — Не виж-ж-жу, что бы меня побудило к этому. — Может быть, желание поскорее отправиться домой? — подсказал колдун, теряя терпение. Демон закатил глаза и медленно протянул руку к прозрачному барьеру клетки, палец с кривым когтём, создавая мелкую рябь, плавно прошёл через него на глазах у ошарашенного колдуна. — Тож-ж-же мне, чары, — демон убрал руку и, звякнув браслетами, тряхнул, будто сбрасывая с неё что-то неприятное. — Пачкатьс-с-ся не охота. У колдуна опустились руки от столь неприятного откровения. Сердце глухо стучало в груди, быстрее разгоняя кровь по жилам, стало жарко. Колдун вспомнил про огненные руны и тут же их снял, больше не было нужды тратить на них силы. — Как грубо, — демон погрозил пальцем, неодобрительно качая головой. — Чего ты хочешь? — насторожился колдун. — Ты так з-з-забавно хмуриш-ш-шь брови, — демон наслаждался произведённым эффектом. — С-с-сам попрос-с-сиш-ш-шь меня уйти? Или еш-ш-щё хочеш-ш-шь поглаз-з-зеть, как я с-с-самоудовлетворяюс-с-сь? Повернулся к колдуну, сладострастно провёл руками по бёдрам. Колдуна уже не интересовали ни открывшиеся взору гениталии гада, ни содержащаяся в его семенниках драгоценная субстанция. Демон глядел вопросительно и настойчиво, продолжая гладить своё убийственно прекрасное тело. — Ты волен делать, что тебе угодно, раз моё колдовство больше не сдерживает тебя, — признал своё поражение колдун. Сплести новое связывание колдун не успел бы, он корил себя за то, что не переделал ловушку, пока демон спал. Времени для этого хватало, почему не хватило ума поднять сложность вязи до уровня демона пятого ранга? Хорошо, что хоть когти обрезал и руной защитной разум подстраховал. — Я ж-ж-желаю дать то, что ты и хотел получить, — пальцы демона скользили всё ближе к паху, но, когда почти касались вялого члена, убегали вверх. Колдун с замиранием сердца заворожённо наблюдал за действиями змеехвоста. Что, если у демона в этом измерении есть привязанный источник силы и он может использовать колдовство?.. Пора писать завещание. — Убери это, — приказал голос демона в голове, рука резко взметнулась к невидимому барьеру клетки, тревожно звякнув золотыми браслетами в тишине. — Даж-ж-же и не думай, ты мне не ровня, — предупредил, снисходительно глядя на колдуна. Теоретически выпускник Академии его уровня мог бы потягаться с демоном пятого ранга, если бы приготовился. Пришлось бы прибегнуть к различным уловкам, тогда можно бы заарканить и куда более сильного демона, но только если надеяться, что тот сам не прибегнет ни к каким хитростям, а змеехвосты и хитрость — это синонимы. Колдун опасался прибегать даже к защитным рунам, стоит коснуться силы, как демон незамедлительно отреагирует, и ещё неизвестно, каким будет его ответ. — Послушай, хочу предупредить, здесь на полках полно взрывоопасных и легковоспламеняющихся материалов, которые могут навредить твоей коже, — колдун ещё надеялся, что ситуацию можно разрешить миром. — Какой ты з-з-заботливый, — демон с умилением на лице повернул голову на бок, но выражение его лица тут же сменилось на довольно враждебное: — Клетка, — сверкнул глазами, словно гвоздь вонзая слово в мозг колдуна. Поморщившись, колдун глубоко вдохнул и стал расплетать вязь. Узор поддавался не так легко, как обычно, поскольку у него дрожали руки. И это окончательно деморализовало колдуна — в какой бы ситуации ни оказался, он всегда справлялся с напряжением. Демон ждал, но его возрастающее недовольство почти ощущалось физически. Колдун потёр виски, вздохнул и начал заново, у него получилось собраться, и несложный узор наконец распутался, выпуская лабарита на свободу. Больше не стесняемый барьером, змеиный хвост тут же заполнил собой половину пространства лаборатории колдуна. Демон торжественно развёл руки, наслаждаясь свободой, на губах заиграла улыбка — чистое, непорочное ликование живого существа. Он вдохнул воздуха полной грудью, прикрыл глаза и просто блаженствовал. Колдун и сам непроизвольно заулыбался, но его улыбка постепенно таяла — демон не спешил исчезать, хотя его больше ничего не держало в этом мире. — Ты вз-з-зял кое-что у меня, теперь ты з-з-за это з-з-заплатиш-ш-шь, — услышал колдун неприятный вкрадчивый шёпот в голове. Его жёлтые глаза открылись, на колдуна упал хитрый мстительный взгляд. Вне клетки лабарит выглядел и ощущался более осязаемым и опасным — это больше не шипящий гад в стеклянной банке, это ядовитая змея в твоей постели.